Решение от 2 августа 2024 г. по делу № А60-14945/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620000, г. Екатеринбург, пер. Вениамина Яковлева, стр. 1,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А60-14945/2024
02 августа 2024 года
г. Екатеринбург



Резолютивная часть решения объявлена 22 июля 2024 года

Полный текст решения изготовлен 02 августа 2024 года


Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи Матвеевой Ю.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Желниной И.Ю., рассмотрев в судебном заседании дело № А60-14945/2024 по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЭНЕРГО" (ИНН <***>, ОГРН <***>), далее – истец

к ФИО1 (ИНН <***>), далее – ответчик

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.


Стороны не явились, извещены. Отводов суду не заявлено.


Истец обратился в суд с исковым заявлением, в котором просит:

1. взыскать с ФИО1 в субсидиарном порядке 14 194 руб.

2. взыскать с ФИО1 расходы на уплату государственной пошлины в размере 2 000 руб.

Определением от 01.04.2024 исковое заявление принято, назначено предварительное судебное заседание.

12.04.2024 от ГУ МВД России в материалы дела поступила адресная справка в отношении ответчика, согласно которой указан адрес, ранее не известный суду.

Истец заявил ходатайство о приобщении документов. Ходатайство удовлетворено.

Истец ходатайствовал об истребовании информации из ИФНС о причинах исключения и ЕГРЮЛ ООО «Клиника доктора ФИО1». Ходатайство судом отклонено.

Определением от 16.05.2024 суд признал оконченной подготовку дела к судебному разбирательству, назначил судебное разбирательство дела.

19.06.2024 истец представил письменные объяснения.

Определением от 26.06.2024 судебное разбирательство отложено.

Иных заявлений, ходатайств не поступило.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд



установил:

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.12.2017г., оформленным в виде резолютивной части решения, по делу А60-51830/2017, рассмотренному в порядке упрощенного производства, с общества с ограниченной ответственностью «Клиника Доктора ФИО1» (далее - Общество) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Энерго» было взыскано 14 194 руб. 00 коп., в том числе:

- задолженность по договору возмездного оказания услуг № 640/17 от 01.01.2017г. в размере 6 817 (Шесть тысяч восемьсот семнадцать) рублей 00 копеек;

- неустойка, начисленная за период с 14.03.2017 по 29.09.2017г., в размере 5 377 (Пять тысяч триста семьдесят семь) рублей 00 копеек;

- 2 000 рублей 00 копеек в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска.

Решение суда вступило в законную силу, но не было исполнено Обществом.

13.08.2021 Общество было исключено из реестра юридических лиц Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в связи с наличием формальных признаков, предусмотренных п. 1 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

При этом соответствующие действия регистрирующего органа не были обжалованы.

На момент исключения Общества из ЕГРЮЛ единственным его участником (размер доли в уставном капитале 100%) и лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени указанного юридического лица, являлась ФИО1.

Как указал истец, ответчик, выступая в качестве руководителя и учредителя (участника) Общества, знал о долге перед Истцом и был обязан:

- возразить против исключения компании из ЕГРЮЛ, когда инспекция опубликовала сообщение о предстоящем исключении (п. 3, 4 ст. 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»);

- инициировать банкротство юридического лица (п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с требованием о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью «Клиника Доктора ФИО1»

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями ст. 71 АПК РФ, суд оснований для удовлетворения исковых требований не установил, исходя из следующего.

В силу пункта 3 статьи 53 и пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах), лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, а в случае причинения по его вине юридическому лицу убытков, обязано возместить таковые по требованию юридического лица либо его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей данное лицо действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц (руководителей, участников) в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя, участника при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Таким образом, исключение юридического лица из ЕГРЮЛ по решению Инспекции в силу статьи 21.1 Закона о государственной регистрации само по себе не является достаточным и безусловным основанием для привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, к субсидиарной ответственности, ввиду того, что одним из условий удовлетворения требования кредиторов является установление того обстоятельства, что долг возник в результате неразумности и недобросовестности лиц, указанных в названной статье Гражданского кодекса, неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

При этом не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

Позиция истца, в рассматриваемом случае, сводится к тому, что отсутствие исполнения договора и последующее исключение должника из ЕГРЮЛ презюмирует вину участника и директора общества учреждения и является достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности с целью защиты нарушенных прав кредиторов общества и восстановления их имущественного положения. Долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)).

По смыслу статьи 3 Закона об обществах, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения, а в случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинноследственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При этом для применения ответственности по вышеуказанному пункту необходимо доказать совокупность условий: исключение общества из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности; неисполненность обязательства исключенного общества; неразумность/недобросовестность действий лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица; наличие причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Согласно статье 64.2 указанного Кодекса, считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение 12 месяцев, предшествующих его исключению из ЕГРЮЛ, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо); аналогичный порядок предусмотрен и в случае недостоверности сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ.

Между тем, принятие Инспекцией соответствующего решения об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ само по себе не является достаточным и безусловным основанием для привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, к субсидиарной ответственности, ввиду того, что одним из условий удовлетворения требования кредиторов является установление того обстоятельства, что долг возник в результате неразумности и недобросовестности лиц, указанных в названной статье Гражданского кодекса, неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

При этом не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность. Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

Позиция истца, в рассматриваемом случае, сводится к тому, что о неразумности (недобросовестности) ответчика свидетельствует нарушение последним порядка ликвидации учреждения, а также в нарушение ст. 9 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не инициировано производство по делу о банкротстве. Ссылаясь на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П, истец указал, что обязанность доказывания обратного лежит на ответчике.

В рассматриваемом деле судом по результатам исследования материалов дела таких обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам учреждения не установлено.

В материалы дела не представлены доказательства того, что именно противоправные действия ответчика стали причиной невозможности удовлетворения требований истца за счет активов общества.

Какого-либо обоснования наличия таких действий в поведении ответчика – истцом не представлено.

Определением от 26 июня 2024 года суд предлагал истцу представить письменное обоснование с соответствующими доказательствами наличия причинно-следственной связи между поведением ответчика и невозможностью кредитора удовлетворить требования за счет основного должника. Разъяснил истцу право заявить суду соответствующее ходатайство об истребовании доказательств, характеризующих финансово-хозяйственную деятельность основного должника, при их отсутствии у стороны.

Каких-либо ходатайств об истребовании доказательств, которые могли бы подтвердить наличие у истца обоснованных сомнений в разумности и добросовестности действий ответчика, возможность получения которых у истца затруднена или объективно отсутствует – истцом в ходе рассмотрения дела не заявлялось (статья 9, 65 АПК РФ).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, суд установил отсутствие какого-либо обоснования противоправного поведения ответчика, недобросовестности либо неразумности в их действиях (бездействия), которые явились причиной неисполнения Обществом обязательств перед истцом.

Кроме того, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств того, что обязательство не было исполнено вследствие совершения ответчиком умышленных действий, направленных на уклонение от исполнения обязательств перед истцом, доказательств неразумности или недобросовестности в действиях ответчика, непосредственно повлекших неисполнение обязательств, а также доказательств того, что Общество обладало активами, достаточными для расчетов со всеми кредиторами, и при этом, ответчик уклонялся от погашения задолженности, скрывал имущество учреждения, выводил активы и т.д., суд пришел к выводу о том, что материалами дела не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наличием убытков у истца в заявленном размере, что исключает возложение на ответчика субсидиарной ответственности по обязательствам Общества перед истцом.

Постановление № 20-П, на которое истец ссылается в обоснование заявленного требования, разъясняет конституционно-правовой смысл положений пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах. Как следует из абзаца 2 пункта 4 Постановления № 20-П, само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из реестра - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в названной норме.

В то же время судебной практикой выработан единообразный подход, заключающийся в оценке субсидиарной ответственности как экстраординарного механизма защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров.

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

В рассматриваемом случае истцом не приведено убедительных доводов, позволяющих суду сделать вывод о недобросовестности или неразумности действий ответчика.

Само по себе бездействие в виде непринятия мер к ликвидации учреждения, в том числе не обращение в суд с заявлением о его банкротстве, не могло повлечь невозможность исполнения Обществом имеющегося перед кредитором (истцом) обязательства.

Наличие же кредиторской задолженности в определенный момент времени само по себе не подтверждает наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Истец пояснил, что не имеет и никогда не имел ранее доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности Общество, а также не имеет и никогда не имел ранее доступа к иным источникам сведений о деятельности указанного юридического лица и ответчика, кроме общедоступных.

А потому и не располагает какими-либо дополнительными доказательствами наличия причинно-следственной связи между поведением ответчика и невозможностью Общества удовлетворить требования за счет основного должника, кроме уже представленных.

В свою очередь, ответчик никогда не раскрывал перед истцом сведения относительно причин исключения общества из ЕГРЮЛ и никогда не представлял доказательств правомерности своего поведения.

Суд предлагал истцу заявить соответствующее ходатайство об истребовании доказательств, характеризующих финансово-хозяйственную деятельность основного должника, при их отсутствии у стороны, истец своим правом не воспользовался.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что совокупность необходимых условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков не доказана, оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности не установлено.

Доказательств обратного на момент рассмотрения дела истцом в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представлено.

При изложенных обстоятельствах исковые требования удовлетворению не подлежат.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2000 руб. за рассмотрение настоящего иска арбитражным судом и иные судебные расходы относятся на истца и возмещению не подлежат (ст. 110 АПК РФ).

Руководствуясь ст.110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

1. В удовлетворении исковых требований отказать.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.


Судья Ю.Н. Матвеева