Решение от 19 февраля 2024 г. по делу № А40-256469/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-256469/23-100-1881
г. Москва
19 февраля 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 16 февраля 2024года

Полный текст решения изготовлен 19 февраля 2024 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Григорьевой И.М., единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

ФИО2 (персональные данные в материалах дела)

к ООО ПКО «Агентство К «Примирение» (ИНН <***>),

ФИО3 (персональные данные в материалах дела)

третьи лица: ООО «Василиса-А» (ИНН <***>), МИФНС № 46 по г. Москве, нотариус нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО4

о передаче доли в уставном капитале ООО «Василиса-А»

в заседании приняли участие представители согласно протоколу судебного заседания



УСТАНОВИЛ:

ФИО2 («Истец») обратился в Арбитражный суд г. Москвы с иском к обществу с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Агентство К «Примирение» («Агентство») и ФИО3 («ФИО3») о передаче обществу с ограниченной ответственностью «Василиса-А» («Общество») доли в размере 50% от уставного капитала Общества номинальной стоимостью 100 000 рублей, принадлежащей Агентству.

В судебном заседании 08.02.2024 в порядке ст.163 АПК РФ объявлялся перерыв до16.02.2024.

Исковые требования обоснованы п. 18 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и мотивированы тем, что ФИО3 распорядился принадлежавшей ему ранее долей в размере 50 % от уставного капитала Общества номинальной стоимостью 100 000 рублей в пользу Агентства без согласия Истца, что нарушает п. 9.2 Устава Общества.

В ходе рассмотрения дела Агентство представило встречное исковое заявление, в соответствии с которым оно просит истребовать из Общества финансовые (бухгалтерские) документы за период времени с 2019 по 2023 год включительно, провести аудиторскую проверку Общества, исключить Истца из состава участников Общества.

Встречный иск возвращен судом заявителю (первому ответчику), вынесено определение в виде отдельного судебного акта.

В ходе судебного заседания представитель Истца заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель Агентства возражал по доводам, изложенным в отзыве и дополнении к отзыву.

От представителя ФИО3 поступили отзыв, ходатайство об отложении судебного заседания в связи с проверкой в отношении него обоснованности заявления о признании несостоятельным (банкротом) и необходимости привлечения финансового управляющего, который может быть назначен в рамках дела № А40-206793/23.

В соответствии с ч. 5 ст. 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Проверка в рамках другого дела обоснованности заявления о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) не препятствует рассмотрению настоящего дела.

Кроме того, 13.02.2024 производство по делу № А40-206793/23 по заявлению ФИО5 о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО3 прекращено.

Таким образом, у суда отсутствуют основания полагать, что права третьих лиц или ФИО3 будут нарушены в случае рассмотрения дела в настоящем судебном заседании, поскольку доказательства обратного не представлены.

После перерыва в судебном заседании представитель второго ответчика ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве, представленных письменных поясненниях.

Рассмотрев материалы дела, заслушав в открытом судебном заседании доводы Истца и ответчиков, исследовав и оценив в порядке ст.71 АПК РФ представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из документов, представленных сторонами в материалы дела, Общество зарегистрировано 04.02.2003 с присвоением основного государственного регистрационного номера <***>.

До 18.09.2023 участниками Общества являлись Истец и ФИО3, каждому из которых принадлежала доля в размере 50% от уставного капитала Общества номинальной стоимостью 100 000 рублей. Истец является также генеральным директором Общества.

11.08.2023 в адрес Общества от ФИО3 поступила оферта от 03.08.2023 («Оферта»), посредством которой ФИО3 уведомил Общество о своем намерении распорядиться принадлежавшей ему на тот момент долей в размере 50 % от уставного капитала Общества в пользу Агентства за денежную сумму в рублях, эквивалентную 8 000 000 долларов США в пересчете по курсу Банка России на дату платежа.

Материалами дела подтверждается, что 01.09.2023 Истец и Общество направили ФИО3 три ответа на Оферту: ответ от 01.09.2023 на оферту от 03.08.2023 на нотариальном бланке серии 77 АД № 3948510, ответ от 01.09.2023 на оферту от 03.08.2023 на нотариальном бланке серии 77 АД № 3948511, ответ от 01.09.2023 на оферту от 03.08.2023 на нотариальном бланке серии 77 АД № 3948512.

В ответах содержится указание на отсутствие согласия Истца на распоряжение ФИО3 принадлежавшей ему долей в уставном капитале Общества иным способом, кроме заключения договора купли-продажи, а также отказ от преимущественного права покупки доли в случае, если между ФИО3 и покупателем доли будет заключен договор купли-продажи (а не иной договор), по которому спорная доля будет продана за 8 000 000 долларов США.

Таким образом, Истец прямо выразил свой отказ от дачи согласия ФИО3 на отчуждение указанной доли в уставном капитале Общества третьему лицу по иным основаниям, кроме договора купли-продажи.

Отказ Истца от дачи согласия на отчуждение доли считается полученным Обществом 01.09.2023, поскольку сам Истец является генеральным директором Общества и уполномочен получать от имени Общества корреспонденцию, направленную в его адрес. Иными словами, Общество получило ответы Истца на Оферту в момент составления данных ответов Истцом (аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.02.2022 № 305-ЭС21-22567 по делу № А40-231307/2020). Кроме того, перечисленные ответы на Оферту были направлены непосредственно ФИО3 посредством почты России заказными письмами от 01.09.2023 и телеграммой от 01.09.2023.

Согласно отчётам об отслеживании почтовых отправлений заказные письма прибыли в место вручения по адресу ФИО3 07.09.2023.

Согласно отчёту почты России от 03.09.2023, срочную телеграмму вручить 02.09.2023 ФИО3 не удалось, поскольку адресат по извещению за телеграммой не явился.

11.09.2023 (т.е. по истечении 30 дней с момента получения Обществом Оферты) ФИО3 и Агентство заключили соглашение об отступном № 5 от 11.09.2023, на основании которого ФИО3 передал в пользу Агентства принадлежавшую ему долю в размере 50% от уставного капитала Общества в счет погашения своего долга перед Агентством. 18.09.2023 указанные изменения были зарегистрированы в ЕГРЮЛ.

Изучив материалы дела, исследовав доводы искового заявления, письменные дополнения и возражения сторон, суд приходит к следующим выводам.

Согласно абз. 3 п. 18 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае отчуждения либо перехода доли или части доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества, предусмотренного настоящей статьей, а также в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли или части доли участник или участники общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении.

В силу п. 2 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», если отчуждение доли в уставном капитале общества третьим лицам не запрещено уставом общества, оно возможно лишь при соблюдении требований, установленных ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и уставом общества, в том числе требования о получении согласия участников общества и самого общества на переход доли в уставном капитале общества к третьему лицу (п. 10 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В п. 9.2 Устава Общества указано, что продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале Общества третьим лицам допускаются с согласия других участников.

Согласно п. 9.10 Устава Общества согласие участников Общества на отчуждение или переход доли или части доли к участнику Общества или третьему лицу считается полученным при условии, что всеми участниками Общества в течение тридцати дней со дня получения соответствующего обращения или оферты Обществом представлены составленные в письменной форме заявления о согласии на отчуждение доли или части доли либо в течение указанного срока не представлены составленные в письменной форме заявления об отказе от дачи согласия на отчуждение или переход доли или части доли.

Из ответов Истца на Оферту следует, что Истец не давал ФИО3 своё согласие на распоряжение долей каким-либо иным образом кроме продажи. Наоборот, Истец выразил прямой и недвусмысленный отказ от дачи согласия на распоряжение ФИО3 долей иным образом, чем путем заключения договора купли-продажи.

Соглашение об отступном не тождественно правовой конструкции договора купли-продажи, ввиду чего соглашение об отступном является иным способом распоряжения долей в уставном капитале Общества. Из этого следует, что для распоряжения долей на основании соглашения об отступном требовалось получение согласия других участников Общества (то есть требовалось получение согласия Истца).

Таким образом, несмотря на прямой отказ Истца от дачи согласия на отчуждение ФИО3 доли иным способом кроме ее продажи на основании договора купли-продажи, ФИО3 в нарушение п. 9.2 Устава Общества и абз. 3 п. 18 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» распорядился долей посредством заключения с Агентством соглашения об отступном, которым были погашены денежные обязательства ФИО3 путем предоставления отступного в виде доли.

В соответствии с абз. 3 п. 18 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» правовым последствием таких действий является возникновение у других участников Общества либо самого Общества права потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли Обществу в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении.

Судом отклоняются доводы ФИО3 и Агентства о пропуске Истцом срока для направления несогласия с Офертой ФИО3 ввиду того, что ФИО3 не получил ответы Истца на Оферту в течение 30 дней с даты получения Оферты Обществом.

Согласно п. 10 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае, если уставом общества предусмотрена необходимость получить согласие участников общества на переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьему лицу, такое согласие считается полученным при условии, что всеми участниками общества в течение тридцати дней или иного определенного уставом срока со дня получения соответствующего обращения или оферты обществом в общество представлены составленные в письменной форме заявления о согласии на отчуждение доли или части доли на основании сделки или на переход доли или части доли к третьему лицу по иному основанию либо в течение указанного срока не представлены составленные в письменной форме заявления об отказе от дачи согласия на отчуждение или переход доли или части доли.

Аналогичное правило относительно необходимости направления согласия и ответов на оферту именно в Общество, а не участнику Общества, направившему оферту, содержится в абз. 4 п. 9.6. Устава Общества. Таким образом, обязанность участника Общества (Истца) по направлению ответов на Оферту считается выполненной с момента получения данного ответа Обществом, а не лицом, направившим Оферту (ФИО3). Поскольку Общество считается получившим ответы Истца на Оферту ФИО3 в дату составления этих ответов Истцом (01.09.2023), постольку Истцом соблюден 30-дневный срок на представление своих ответов на Оферту.

Судом также отклоняется довод Агентства и ФИО3 о том, что 30-дневный срок для направления ответов на Оферту должен быть рассчитан, начиная с 04.08.2023, т.е. с даты получения Истцом сообщения от ФИО3 в мессенджере WhatsApp.

Из п. 5 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что участник общества, намеренный продать свою долю или часть доли в уставном капитале общества третьему лицу, обязан известить в письменной форме об этом остальных участников общества и само общество путем направления через общество за свой счет нотариально удостоверенной оферты, адресованной этим лицам и содержащей указание цены и других условий продажи.

Направление фотографий Оферты посредством мессенджера не тождественно направлению оригинала Оферты в Общество и в силу п. 5. и п. 10 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не может считаться основанием для начала расчета 30-дневного срока на предоставление ответа другими участниками Общества.

Таким образом, срок на выражение согласия Истцом не может рассчитываться с 04.08.2023, и должен рассчитываться с 11.08.2023 – с даты получения оригинала Оферты Обществом.

В любом случае, ответ Истца на Оферту получен Обществом 01.09.2023, т.е. в пределах 30-дневного срока, независимо от даты начала его расчета: даты получения Истцом сообщения ФИО3 в мессенджере WhatsApp (04.08.2023) или даты получения Обществом оригинала Оферты по почте (11.08.2023).

Таким образом, Истец не нарушил срок для ответа на Оферту, поскольку представил ответ Обществу в пределах 30-дневного срока с момента получения Оферты Обществом.

Суд также отклоняет довод ФИО3 и Агентства о том, что при направлении ответов на Оферту Истец действовал недобросовестно, скрыв от ФИО3 факт направления данных ответов.

Материалами дела подтверждается, что заказные письма с ответами на Оферту были доставлены в место вручения по адресу ФИО3 07.09.2023. Срочную телеграмму, согласно отчёту почты России от 03.09.2023, вручить 02.09.2023 ФИО3 не удалось, поскольку адресат по извещению за телеграммой не явился.

В соответствии с п. 1 ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Согласно абз. 1, 3 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресу своей регистрации, а также риск отсутствия по данному адресу своего представителя. Сообщения, доставленные по данному адресу, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

ФИО3 не был лишен возможности своевременно получить письмо и телеграмму с ответами на Оферту, которые могли быть им получены 07.09.2023 и 02.09.2023 соответственно.

Кроме того, судом установлено, что ФИО3 знал или должен был знать о направлении ему Истцом ответов на Оферту. В частности, протоколом осмотра нотариусом письменных доказательств от 30.01.2024 подтверждается, что 05.09.2023 Истец уведомил ФИО3 посредством мессенджера WhatsApp о направлении ему данных ответов. Возражений о неполучении соответствующего сообщения от Истца ФИО3 суду не представил. Таким образом, негативные последствия неполучения данных ответов должны быть возложены именно на ФИО3

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что ФИО3 осуществил отчуждение принадлежавшей ему доли в размере 50 % от уставного капитала Общества вопреки надлежащим образом составленному и направленному Истцом возражению на такое отчуждение (вопреки отказу Истца от дачи согласия), что нарушает положения п. 18 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, определив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности суд считает требования истца обоснованными, документально подтвержденными и подлежащими удовлетворению.

Судом рассмотрены все доводы ответчиков, однако они не могут служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, так как документально правовые притязания истца не опровергают, основаны на неверном толковании норм права, не соответствуют фактическим обстоятельствам спора, действующему законодательству, и не влекут иных выводов суда, чем те, которые суд изложил в настоящем решении.

Иные доводы сторон, приведенные в обоснование своих позиций, о взаимном противоречивом и недобросовестном поведении оценены судом. Сами по себе указанные доводы не являются основанием для неприменения положений ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», поскольку злоупотребление истцом своими правами или иное недобросовестное и неразумное поведение не доказаны и судом не установлены.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, производится судом в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 110 АПК РФ.

В соответствии с абз. 4 п. 18 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение суда о передаче доли или части доли обществу является основанием государственной регистрации соответствующего изменения.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 21 Федерального Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. ст. 65, 68, 71, 75, 110, 123, 156, 167 – 170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд



Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Передать обществу с ограниченной ответственностью «Василиса-А» (ОГРН <***>) долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Василиса-А» (ОГРН <***>) в размере 50 % уставного капитала номинальной стоимостью 100 000 рублей, принадлежащую обществу с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Агентство К «Примирение» (ОГРН <***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Агентство К «Примирение» (ОГРН <***>) в пользу ФИО2 (ИНН <***>) судебные расходы по уплате госпошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с ФИО3 (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (ИНН <***>) судебные расходы по уплате госпошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.


Судья

И.М. Григорьева