Решение от 15 ноября 2022 г. по делу № А41-24226/2020

Арбитражный суд Московской области


Проспект Академика Сахарова, дом 18, г. Москва, Россия, ГСП-6, 107053, www.asmo.arbitr.ru


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



РЕШЕНИЕ



г. Москва


«__» ___________ 20__ г.Дело № _____________________

Резолютивная часть решения оглашена 09 ноября 2022г.

Полный текст решения изготовлен 15 ноября 2022г.


Арбитражный суд Московской области в составе:

председательствующего ____________________________________________________________ судей (заседателей) _________________________________________________________________ протокол судебного заседания вел ____________________________________________________

рассмотрев в судебном заседании дело по иску (заявлению) ______________________________

____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

к _________________________________________________________________________________

__________________________________________________________________________________ ____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________о ________________________________________________________________________________

при участии в заседании ____________________________________________________________

__________________________________________________________________________________

____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

установил:

ООО «Эн+ Рециклинг» обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к ООО «Первое решение» о взыскании убытков.

В соответствии со ст.124 АПК РФ уточнено наименование истца по делу: ООО «ДОЗАКЛ».

В порядке ст.48 АПК РФ произведена замена истца по делу на СПАО «Ингосстрах», с учетом уточнений, на сумму требований 1.494.000.000руб.

Решением от 17.09.2021г. требования удовлетворены частично.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.03.2022г. решение отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

Дело рассмотрено с учетом рекомендаций кассационной инстанции в порядке ст.289 АПК РФ.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО1, ФИО2, ФИО3 - в лице законного представителя ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО6, ФИО6

Судом принято уточнение суммы требований ООО «ДОЗАКЛ» - 1.894.380.000руб. реального ущерба, 419.800.000руб. упущенной выгоды.

В судебном заседании истцы настаивали на удовлетворении исковых требований.

Как указали истцы, 10.01.2018г. между ПАО «ДОЗАКЛ» (арендодатель) и ООО «Первое решение» (арендатор) был заключен Договор аренды, согласно которому арендодатель передал, а арендатор принял за плату во временное пользование (аренду) нежилые помещения, описанные в приложении № 1 к Договору, общей площадью 3 732,6 кв.м., находящиеся на объекте «Главный производственный корпус», включая все внутренние инженерные системы, предназначенные для их функционирования.

21 марта 2020 года на территории Главного производственного корпуса произошел пожар, в результате которого и арендованное имущество, и Главный производственный корпус были уничтожены огнем практически полностью.

Постановлением от 21.09.2020г. следователя Следственного отдела по г. Дмитров ГСУ СК России по Московской области Д.А. Аристенко, ООО «ДОЗАКЛ» было признано потерпевшим по уголовному делу № 12002460023000025, возбужденному по факту пожара.

В рамках данного уголовного дела для расследования причин пожара (в порядке 204 УПК РФ) была проведена судебная пожарно-техническая экспертиза, по итогам которой эксперты Исследовательского центра ФГБОУ ВО Санкт-Петербургского университета ГПС МЧС России подготовили заключение от 14.07.2020г. № Э/16-20, согласно которому причиной пожара признано нарушение ответчиком требований пожарной безопасности.

Как указал истец, в результате пожара ООО «ДОЗАКЛ» понесло убытки в виде реального ущерба в составе стоимости оборудования и товарно-материальных ценностей, уничтоженных в результате пожара, рыночной стоимости части здания, уничтоженной пожаром, а также упущенной выгоды ООО «ДОЗАКЛ» вследствие пожара.

На сумму 66.933.607руб.66коп. истцом произведена реализация металлолома, в связи с чем требуемый размер убытков уменьшен на указанную сумму.

Поскольку имущество ООО «ДОЗАКЛ» было застраховано в СПАО «Ингосстрах», последнее произвело выплату страхового возмещения в размере 1.494.000.000руб., в связи с чем судом была произведена замена истца ООО «ДОЗАКЛ» на СПАО «Ингосстрах» на сумму страховой выплаты в порядке ст.48 АПК РФ.

СПАО «Ингосстрах» просит взыскать с ответчика 1.494.000.000руб. ущерба в порядке суброгации в соответствии со ст.965 ГК РФ как с причинителя вреда.

Ответчик по иску возражал по основаниям, изложенным в отзыве, пояснениях и выступлениях представителей в судебном заседании.

Ответчик считает, что в возникновении пожара не имеется вины ООО «Первое решение», но имеется вина ООО «ДОЗАКЛ», которое в нарушение условий договора аренды не обеспечило поддержание Объекта в состоянии, пригодном для эксплуатации, а именно не обеспечило надлежащую работу электросети Объекта.

В подтверждение своей позиции ответчик ссылается на заключение специалиста ФГБУ «Судебно-экспертного учреждения Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Московской области №21/03/20-П-ВИ от 16.04.2020г., согласно которому единственным потенциальным источником зажигания в установленном очаге пожара явились светильники, закрепленные на металлическом тросе. При этом на Объекте имеются признаки характерные для аварийного режима работы электросети в виде дуги токов короткого замыкания.

Ответчик также ссылается на заключение пожарно-технической экспертизы, проведенной в рамках дела №А40- 197441/2021, согласно которому специалист исключил версию возгорания, связанную с проведением огнеопасных (сварочных) работ, и установил, что причиной возгорания явилось тепловое проявление аварийного режима работы электросети (электрооборудования).

Как указал ответчик, в результате расследования обстоятельств пожара, проведенного старшим дознавателем по делам о пожарах Дмитровского городского округа, нарушений пожарной безопасности со стороны ООО «Первое решение», которые могли привести к возникновению пожара, установлено не было.

По мнению ответчика, ответственность за поддержание в работоспособном и исправном состоянии противопожарных систем несет истец, поскольку в силу ст. 201 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Следовательно, ответственность в возникновении у истца убытков должна быть возложена на него самого, поскольку он не обеспечил надлежащую работу электросети, что привело к возникновению пожара.

Заслушав пояснения сторон, изучив и оценив в совокупности все представленные в матеиралах дела доказательства, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Как усматривается из материалов дела, 10.01.2018г. между ПАО «ДОЗАКЛ» (арендодатель) и ООО «Первое решение» (арендатор) был заключен Договор аренды, согласно которому арендодатель передал, а арендатор принял за плату во временное пользование (аренду) нежилые помещения, описанные в приложении № 1 к Договору, общей площадью 3 732,6 кв.м., находящиеся на объекте «Главный производственный корпус» по адресу: <...> включая все внутренние инженерные системы, предназначенные для их функционирования.

21 марта 2020 года на территории Главного производственного корпуса произошел пожар, в результате которого и арендованное имущество, и Главный производственный корпус были уничтожены огнем практически полностью.

Пунктами 1 и 2 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушение, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст.965 ГК РФ к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Для наступления ответственности за причинение вреда необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. Перечисленные основания признаются общими, поскольку их наличие требуется во всех случаях, если иное не установлено законом.

При этом предъявляя иск о возмещении убытков лицо, требующее такого возмещения должно доказать факт нарушения ответчиком обязательств, размер убытков, а также наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении иска.

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из фактических обстоятельств дела, 21.03.2020г. в производственном корпусе по адресу: <...> произошел пожар, в результате которого объект был уничтожен огнем практически полностью.

Указанный производственный корпус был разделен на пролеты 1,2,3,4 и принадлежал истцу.

На основании договора аренды от 10.01.2018г. ответчик арендовал часть Производственного корпуса, а именно нежилое помещение общей площадью 3 732,6 кв.м.

Постановлением от 21.09.2020г. следователя Следственного отдела по г. Дмитров ГСУ СК России по Московской области Д.А. Аристенко, ООО «ДОЗАКЛ» было признано потерпевшим по уголовному делу № 12002460023000025, возбужденному по факту пожара.

В рамках уголовного дела была проведена пожарно-техническая экспертиза, подготовлено экспертное заключение №Э/16-20 ФГБОУ ВО Санкт-Петербургского университета ГПС МЧС России.

Как следует из Заключения экспертизы по уголовному делу, так и из Заключения, подготовленного на стадии доследственной проверки, очаг пожара находился в помещении, арендованном ООО «Первое решение».

Тот факт, что очаг возгорания находится на территории арендованного ответчиком помещения, отделенного стеной об ближайшего помещения истца, материалами дела подтверждается и никем из сторон не оспаривается, в связи с чем считается судом установленным.

Поскольку согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами, все представленные в материалах дела заключения экспертов, специалистов, составленные по документам, в том числе из уголовного дела №12002460023000025, возбужденного по факту пожара, касающиеся установления причины возгорания, оцениваются судом в совокупности, при отсутствии, по мнению суда, необходимости в назначении пожарно-технической экспертизы по тому же вопросу в рамках настоящего дела.

Как усматривается из заключения пожарно-технической экспертизы, проведенной в рамках дела №А40-197441/2021, при составлении которого экспертом были проанализированы: - Протокол осмотра места происшествия от 22.03.2020 года; - План-схема пожара 21.03.2020, фототаблица (приложение к Протоколу осмотра места происшествия от 22.03.2020 г.); - Заключения специалиста № 21/03/20-П-ВИ от 17 апреля 2020 года; - Фототаблица к заключению специалиста № 21/03/20-П-ВИ по пожару, происшедшему 21.03.2020 по адресу: <...>; - Протокол осмотра места происшествия от 13.04.2020 года; - План-схема, фототаблица (приложение к Протоколу осмотра места происшествия от 13.04.2020 года); - Протокол осмотра места происшествия от 10.06.2020 года; - План-схема, фототаблица к протоколу осмотра места происшествия от 10.06.2020 года; - Заключение эксперта № Э/16-20 от 14 июля 2020 года; - Фототаблица по результатам исследования вещественных доказательств, изъятых в рамках расследования уголовного дела № 12002460023000025; - Протокол допроса эксперта ФИО17 от 16.09.2020 года; - Пожарно-техническое заключения специалиста ФИО18 от 22.08.2020 года; - Приложение к Пожарно-техническому заключению специалиста ФИО18 от 22.08.2020 года, Фототаблицы № 01- № 62; 85 - Протокол осмотра места происшествия от 18.03.2021 года; - План-схема, иллюстрационная таблица к протоколу осмотра места происшествия от 18.03.2021 года; Протокол дополнительного осмотра места происшествия от 18.03.2021 года; - Фототаблица, фотографические снимки к протоколу дополнительного осмотра места происшествия от 18.03.2021 года; - Объяснительные записки, Протоколы допроса свидетелей, Протоколы допроса обвиняемых, Протоколы допроса экспертов, специалистов, специалист, по мнению суда, обоснованно полностью исключил версию возгорания, связанную с проведением огнеопасных (сварочных) работ, и установил, что причиной возгорания явилось тепловое проявление аварийного режима работы электросети (электрооборудования).

При анализе содержания всех заключений специалистов в настоящем деле суд приходит к выводу о том, что тепловое проявление аварийного режима работы электросети (электрооборудования) не было связано с работой светильников, закрепленных на металлическом тросе над очагом пожара, а было связано с работой иного электрооборудования, эксплуатируемого не ответчиком, а иными лицами, а изъятые на месте пожара алюминиевые жилы проводов электролинии со следами аварийного режима работы (дуги токов короткого напряжения), находившиеся в момент возникновения пожара под напряжением, не относятся ни к светильникам, ни к сварочному аппарату, а относятся к иным электрическим коммуникациям, находящимся в арендованном ответчиком помещении, и не находящимися в ведении ответчика.

На основании договора аренды от 10.01.2018г. ответчик арендовал часть Производственного корпуса, а именно нежилое помещение общей площадью 3 732,6 кв.м.

Согласно условиям договора аренды арендодатель передает, а арендатор принимает за плату во временное пользование нежилые помещения, описанные в Приложении №1 к договору, общей площадью 3 732,6 кв.м., включая все внутренние инженерные системы, предназначенные для их функционирования.

Арендуемые помещения в силу п. 1.1 договора были переданы арендатору в производственных целях.

В соответствии с п. 1.5 договора передаваемые помещения находятся в пригодном состоянии, отвечающем требованиям, предъявляемым к эксплуатируемым нежилым помещениям, используемым для производства. Инженерные сети и оборудование (теплопровод, водопровод, электрические сети, оборудование и канализация), расположенные в помещениях, находятся в исправном состоянии на момент подписания договора и являются неотъемлемой частью помещений.

Исходя из буквального толкования указанного пункта следует, что помещения были переданы ответчику в состоянии, предназначенном для функционирования арендуемых помещений.

При этом Акт разграничения эксплуатационной ответственности сторонами подписан не был, следовательно, в рамках спорного договора аренды разграничение ответственности сторон за эксплуатацию систем, произведено не было.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2019) содержание договора определяется в соответствии с его общепринятой трактовкой и пониманием его условий сторонами.

Суд обязан учитывать в совокупности все собранные по делу доказательства с целью выявления действительной воли сторон и исключения каких-либо сомнений в ее достоверности.

При этом согласно пункту 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Как указал суд кассационной инстанции, при разграничении обязанностей истца и ответчика в части обеспечения пожарной безопасности в арендованных ответчиком помещениях следует принимать во внимание в совокупности пункты 2.2.1, 2.2.3, 2.2.13 и пункт 1.1 договора и другие собранные по делу доказательства.

Так, согласно пункту 1.1 договора аренды, арендатор принимает во временное пользование (аренду) помещения, включая все внутренние инженерные системы, предназначенные для их функционирования (в том числе системы электро- и водоснабжения, отопления, канализации и водоотведения) в пределах зоны ответственности в соответствии с актом разграничения эксплуатационной ответственности.

Таким образом, из пункта 1.1 договора аренды следует, что инженерные системы подлежали передаче арендатору только в пределах зоны ответственности, определенной в отдельном акте разграничения эксплуатационной ответственности, соответственно до момента подписания указанного акта внутренние инженерные системы (полностью либо в части) не считаются переданными арендатору и зона его ответственности в их отношении не определена.

Как усматривается из материалов дела, акт разграничения эксплуатационной ответственности сторонами не подписан.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №49 указано на необходимость толкования условий договора в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что истец, являясь лицом, профессионально осуществляющим деятельность в соответствующей сфере, применительно к условиям договора аренды о разграничении эксплуатационной ответственности внутренних инженерных систем помещения, предлагал подписать соответствующий акт, а ответчик отказался или уклонился от его подписания.

Учитывая, что в рамках рассматриваемого договора аренды разграничение ответственности сторон за эксплуатацию инженерных систем произведено не было, применению подлежат общие правила статей 210, 211 ГК РФ, согласно которым риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник.

Как указал суд кассационной инстанции, возможность толкования указанных положений иным образом основана на неверном применении статьи 431 ГК РФ.

При этом возможное использование ответчиком помещения не в соответствии с целями передачи в аренду (складское, а не производственное), на причину возгорания не повлияло, при отсутствии доказательств обратного.

Кроме того, в соответствии с п. 1.1 заключенного межу сторонами Договора №РР-212 на оказание услуг от 01.06.2016г. именно истец принял на себя обязательства по выполнению услуг по поддержанию в исправном техническом состоянии инженерных сетей и оборудования ООО «Дозакл», служащих для снабжения энергоресурсами ООО «Первое решение».

Таким образом, суд считает, что вина ответчика в возникновении пожара и возникновении у истца убытков истцом не доказана.

При таких условиях, так как истцами не доказана совокупность условий, необходимых для удовлетворения требований о взыскании убытков, суд находит требования истцов не подлежащими удовлетворению.

Расходы по госпошлине возлагаются на истцов.

Указания кассационной инстанции при новом рассмотрении дела исполнены.

Руководствуясь ст.ст.15,965,1064 ГК РФ, ст.ст.102,110,123,156,167-171,176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.



Судья Бобкова С.Ю.