Решение от 11 июня 2019 г. по делу № А53-11465/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-11465/19
11 июня 2019 г.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена 04 июня 2019 г.

Полный текст решения изготовлен 11 июня 2019 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Украинцева Ю. В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Экоменеджмент» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Ростовская областная клиническая больница» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании решения недействительным,

при участии:

от истца - представители ФИО2 по доверенности от 31.01.2019, ФИО3 по доверенности от 27.02.2019,

от ответчика - представитель ФИО4 по доверенности от 17.01.2019,



установил:

общество с ограниченной ответственностью «Экоменеджмент» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Ростовская областная клиническая больница» о признании недействительным решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта №366А от 14.01.2019.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции по спору.

Исследовав представленные сторонами в материалы дела доказательства, выслушав пояснения представителей сторон, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 14.01.2019 между ООО «Экоменеджмент» (исполнитель) и государственным бюджетным учреждением Ростовской области «Ростовская областная клиническая больница» (заказчик) был заключен договор № 336А.

Договор заключен по итогам проведения открытого аукциона в электронной форме (идентификационный код закупки 182616800135861680100133003303822000) в соответствии с протоколом подведения итогов от 29.12.2018 № 0358200007018000336.

По условиям договора, исполнитель принял на себя обязательство оказывать заказчику услуги по вывозу, обеззараживанию и обезвреживанию медицинских отходов класса «Б», извлечению из них полезных компонентов для последующего применения, размещению неподлежащих дальнейшей утилизации обезвреженных медицинских отходов, а заказчик обязался принимать оказанные услуги и оплачивать их в предусмотренном договором порядке.

Требования к условиям, периодичности, порядку оказания услуг установлены техническим заданием (приложение № 1 к договору).

Порядок оплаты и приемки услуг определены разделами 3,4 договора.

02 апреля 2019 г. ООО «Экоменеджмент» получило решение ГБУ Ростовской области «Ростовская областная клиническая больница» об одностороннем отказе от исполнения договор № 336А от 14.01.2019, датированное 27.03.2019.

Решение размещено в единой информационной системе в сфере закупок 29.03.2019.

В качестве существенных нарушений договора Заказчик указал следующее:

-письмом № 488 от 01.02.2019 исполнителю было отправлено письмо с требованием о предоставлении видеоматериалов, подтверждающих исполнение обязательств по договору, однако, видеоматериалы заказчиком получены не были;

-письмом № 556 от 05.02.2019 заказчик потребовал устранить нарушения температурного режима транспортирования отходов, нарушения также устранены не были;

-заказчику не предоставлены данные о перемещении транспорта с использованием системы «Глонасс», данные видеорегистраторов;

-отходы не были утилизированы надлежащим образом, в течение 2-х месяцев хранились в неизвестном месте, что следует из видеозаписи «предположительно» сделанной 18.03.2019.

Не согласившись с указанными нарушениями, исполнитель 04 апреля 2019 г. направил заказчику возражения на решение от 27.03.2019 и потребовал отменить решение в связи с отсутствием указанных в нем нарушений, повторно предоставило заказчику запрашиваемые им сведения. Однако заказчик вынесенное решение не отменил.

ООО «Экоменеджмент» считает решение об одностороннем отказе от исполнения договора № 336А от 27.03.2019 незаконным и необоснованным.

На основании изложенного, истец просил суд признать недействительным односторонний отказ ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» от исполнения договора № 336А от 27.03.2019.

Ответчик исковые требования не признал, просил в иске отказать. Как следует из представленного отзыва, оснований для признания незаконным одностороннего отказа от исполнения договора не имеется.

Оценивая доводы лиц, участвующих в деле, суд пришёл к следующим выводам.

Правоотношения из спорного контракта входят в предмет правового регулирования Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе).

С точки зрения предмета спорный договор представляет собой договор возмездного оказания услуг, правоотношения из которого регулируются главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). В соответствии со статьей 783 ГК РФ к спорным правоотношениям применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Условиями заключенного договора стороны четко определили порядок оказания услуг и требования к организации взаимодействия сторон.

Согласно пункту 1.3 договора объем и иные требования к оказанию услуг, стоимость определены в техническом задании (приложение № 1 к договору).

Указанным техническим заданием (далее - ТЗ), наряду с иными, установлены следующие требования к процессу оказания услуг:

Раздел 5 ТЗ: «транспортное средство должно быть оснащено: системой видео-регистрации, системой «ГЛОНАСС» и весами».

Пункт 13.1 ТЗ: «исполнитель обязан по запросу заказчика обеспечить доступ к видеозаписи любого этапа приема-передачи медицинских отходов, взвешивания и транспортировки к участку по обращению с медицинскими отходами в соответствии с установленным сроком хранения такой информации».

Раздел 6 ТЗ: «процесс обеззараживания/обезвреживания отходов должен автоматически контролироваться при помощи контрольно-регистрационного оборудования, позволяющего также и регистрировать параметры процесса обеззараживания, при этом заказчик, при необходимости и по запросу, имеет право получить подтверждающую информацию о результатах каждого цикла обеззараживания. Записывающее устройство и система контроля должны быть независимы друг от друга».

Пункт 13.2 ТЗ: «весь спецтранспорт исполнителя, задействованный при оказании услуг, должен быть оснащен оборудованием автоматизированной системы навигационного контроля на основе спутниковой навигации ГЛОНАСС/GPS. Автоматизированная система навигационного контроля должна обеспечивать возможность получения информации о перемещениях спецтранспорта в режиме реального времени и за определенный период времени в виде отчета об истории передвижения транспортных средств, включая подробную информацию о перемещениях и их остановках за указанный период времени на электронной карте местности. Программное обеспечение автоматизированной системы навигационного контроля должно иметь возможность сохранения информации о передвижении всего задействованного спецтранспорта исполнителя в течение 30 дней. При необходимости, по запросу, заказчик вправе получить доступ к информации о перемещениях специализированного транспорта в течение 30 дней после оказания услуги».

Пункт 14.12 ТЗ: «участок по обращению с медицинскими отходами исполнителя должен быть оборудован камерами видеонаблюдения, позволяющими осуществлять контроль над процессом приемки и обезвреживания отходов на объекте размещения».

Пункт 15.2 ТЗ: «в целях осуществления экспертизы оказанных услуг, в соответствии с ч. 3 ст. 94 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О Контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» заказчик вправе запросить данные с системы видеонаблюдения, расположенной на участке по обращению с медицинскими отходами, данные с видеорегистратора, расположенного в спецтранспорте. Исполнитель обязан предоставить заказчику запрашиваемые данные в течение двух рабочих дней».

Ответчик пояснил, что в нарушение всех вышеуказанных требований ни данные системы спутниковой навигации ГЛОНАСС/GPS, ни данные с систем видеонаблюдения в установленном договором и в требуемом учреждением объеме предоставлены не были.

В соответствии с частью 14 статьи 34 Закона о контрактной системе в контракт может быть включено условие о возможности одностороннего отказа от исполнения контракта в соответствии с положениями частей 8 - 26 статьи 95 данного закона.

В соответствии с частями 8, 9 статьи 95 Закона о контрактной системе расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Частью 3 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора.

В обоснование своих исковых требований истец ссылается на то, что услуги были оказаны исполнителем надлежащим образом, в связи с чем, односторонний отказ заказчика от исполнения договора является не законным.

В обоснование своей позиции истец указал, что исходя из предмета спорного договора, услуги учреждению оказаны, непредставление испрашиваемых заказчиком сведений относительно процессов оказываемых услуг не может являться безусловным основаниям для прекращения договорных отношений.

Представитель общества пояснил, что при запросе ответчиком информации по исполнению условий договора, заказчик не конкретизировал за какой испрашиваемый период оказания услуги необходима информация, и иную информацию.

Вместе с тем, указанные доводы истца опровергаются материалами дела.

Суд полагает, что в материалах дела отсутствуют доказательства надлежащего выполнения истцом своих обязательств по спорному договору.

Предоставление записи с видеорегистратора автомобиля и производственной площадки вместе с письмом нельзя считать надлежащим исполнением вышеуказанных требований договора.

Ссылка истца на неразумность предоставления видеозаписей не является основанием для неисполнения принятых обязательств.

Невозможность приемки услуг заказчиком без документального подтверждения их оказания (данные о перемещении машин, сведения систем видеофиксации) очевидна и не требует дополнительного обоснования.

В части того, что ответчиком не указан период, за который следует предоставить требуемые данные, истец мог уточнить, либо предоставить информацию за весь период оказания услуг. Но ни то, ни другое до момента одностороннего отказа ответчика от исполнения договора сделано не было.

При вынесении решения суд учитывает как специфику предмета спорного договора, так и субъектный состав сделки (на стороне заказчика).

Суд отмечает, что медицинские отходы – это все виды отходов, в том числе: анатомические, патолого-анатомические, биохимические, микробиологические и физиологические, образующиеся в процессе осуществления медицинской деятельности и фармацевтической деятельности, деятельности по производству лекарственных средств и медицинских изделий, деятельности в области использования возбудителей инфекционных заболеваний и генно-инженерно-модифицированных организмов в медицинских целях, а также при производстве, хранении биомедицинских клеточных продуктов (статья 45 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Согласно статье 4 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» право собственности на отходы определяется в соответствии с гражданским законодательством.

Статьей 136 ГК РФ предусмотрено, что плоды, продукция, доходы, полученные в результате использования вещи, независимо от того, кто использует такую вещь, принадлежат собственнику вещи, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, договором или не вытекает из существа отношений.

Таким образом, ответчик в процессе оказания услуг истцом продолжает оставаться собственником медицинских отходов и несет в соответствии с действующим законодательством, в частности Федеральным законом от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 09.12.2010 № 163 «Об утверждении СанПиН 2.1.7.2790-10» «Санитарно-эпидемиологические требования к обращению с медицинскими отходами», ответственность за соблюдение экологических и природоохранных норм, а также за санитарно-эпидемиологическое благополучие населения в целом и лиц, участвующих в процессе оказания услуг в частности.

Невозможность объективного контроля со стороны ответчика за ходом оказания услуг и их конечным результатом (размещением отходов пятого класса опасности на полигоне) создает, в том числе, значительный риск возможного инфицирования людей, т. к. отходы в рамках заключенного договора передаются исполнителю необеззараженными и потенциально опасными.

Следовательно, основными целями ответчика при исполнении договора являются: обеззараживание и обезвреживание отходов исполнителем; рекуперация (извлечение полезных компонентов) для последующего применения в качестве вторичного сырья; размещение отходов пятого класса опасности на полигоне.

Вывоз отходов — единственная составляющая оказываемых услуг, которая объективно подтверждена и не оспаривается ни одной из сторон.

Ненадлежащее исполнение истцом условий договора, в том числе, зафиксировано экспертными заключениями, предусмотренными пунктом 4.2 договора.

Отсутствие данных с видеосистем и ГЛОНАСС было зафиксировано и истцом не оспаривалось.

Следует также отметить, что в судебном заседании 04 июня 2019 судом совместно со сторонами были просмотрены приобщенные по ходатайству истца видеозаписи (на диске). На некоторых записях видны бирки с указанием даты сбора отходов: 22.01.2019, 25.02.2019.

Представитель учреждения пояснил, что увиденное подтверждает то, что принятые в январе 2019 года отходы не были утилизированы надлежащим образом к моменту записи указанного видео, т. е., предположительно, к 18.03.2019; отходы ГБУ РО «РОКБ» в течение 2-х месяцев хранились в не известном заказчику месте и не утилизировались в установленном договором порядке. То есть, данное видео подтверждается факт того, что отходы, переданные исполнителю в период с 14 по 31 января 2019 года, не были в течение 2-х месяцев обеззаражены и обезврежены, не была произведена рекуперация и размещение отходов пятого класса опасности на полигоне.

Также в судебном заседании судом было предложено истцу представить несколько видеозаписей, подтверждающих процессы обеззараживания и рекуперации отходов.

Между тем, данные видеоматериалы не представлены.

В связи с чем, у ответчика отсутствовали основания для приемки и оплаты оказанных ненадлежащим образом услуг.

Доводы истца о несоблюдении установленного порядка проведения экспертизы и приемки услуг не обоснованы. По каждому предоставленному истцом акту об оказанных услугах экспертной группой и приемочной комиссией ГБУ РО «РОКБ» составлены экспертные заключения и акты об отказе в приемке услуг, копии которых направлялись истцу для устранения выявленных недостатков, обстоятельства, указанные в данных документах, находили свое отражение в претензиях, также направленных в адрес исполнителя.

В соответствии с ч. 9 ст. 95 Закона 44-ФЗ заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения договора по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено договором.

Согласно 11.4 договора, расторжение договора допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны договора от его исполнения договора в соответствии с положениями частей 8-25 статьи 95 Закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ».

Частью 2 статьи 450 ГК РФ установлено, что существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора

При заключении договора заказчик исходил из того, что исполнителем будут надлежащим образом, подтвержденным средствами объективного контроля, оказываться услуги, по вывозу, обеззараживанию и обезвреживанию медицинских отходов класса «Б», извлечению из них полезных компонентов для последующего применения, размещению не подлежащих дальнейшей утилизации обезвреженных медицинских отходов.

Однако, никакого документального подтверждения совершения с отходами всех операций, за исключением их вывоза с территории ГБУ РО «РОКБ», в порядке, установленном договором, к моменту отказа ответчика от исполнения договора истцом не предоставлено.

Также следует отметить, что истец имел десятидневный срок для устранения недостатков, послуживших основанием для одностороннего отказа ответчика от исполнения договора, однако, никаких действий, направленных на добросовестное исполнения своих обязательств, не предпринял.

Более того, при вынесении ращения об отклонении иска, судом также учтено следующе.

Как поясни представитель учреждения, 23.04.2019 ответчиком было получено письмо от исполнителя (вх.: ГБУ РО «РОКБ» № 1698 от 23.04.2019), к которому приложен акт обезвреживания медицинских отходов класса «Б» от 15.04.2019. Указанный акт содержит информацию о «термическом уничтожении» в инсинуаторе ЭПС отходов в количестве 16 705,53 кг.

В то же время, техническим заданием к договору (раздел 6) предусмотрено, что «обеззараживание медицинских отходов должно осуществляться физическим методом».

Под физическими методами СанПиН 2.1.7.2790-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к обращению с медицинскими отходами» предполагает «воздействие водяным насыщенным паром под избыточным давлением, температурой, радиационным, электромагнитным излучением». Данный метод применяется при наличии специального оборудования - установок для обеззараживания медицинских отходов.

Вопреки данному требованию отходы уничтожены в соответствии с пунктом 5.9. СанПиН 2.1.7.2790-10: «Термическое уничтожение медицинских отходов классов Б и В может осуществляется децентрализованным способом (инсинуаторы или другие установки термического обезвреживания, предназначенные к применению в этих целях). Термическое уничтожение обеззараженных медицинских отходов классов Б и В может осуществляться централизованным способом (мусоросжигательный завод). Термическое уничтожение необеззараженных отходов класса Б может осуществляться централизованным способом, в том числе как отдельный участок мусоросжигательного завода».

То есть, договором предусмотрены следующие процедуры обращения с отходами: 1. предварительное аппаратное обеззараживание медицинских отходов физическим методом; 2. сортировка обеззараженных отходов; 3. рекуперация (деятельность по технологической обработке отходов, включающая извлечение и восстановление ценных компонентов отходов, с возвращением их для повторного использования – «ГОСТ 30772-2001. Межгосударственный стандарт. Ресурсосбережение. Обращение с отходами. Термины и определения») с извлечением не менее 50% пластика, содержащегося в отходах; 4. обезвреживание отходов (обработка отходов, имеющая целью исключение их опасности или снижение ее уровня до допустимого значения) после рекуперации; 5.размещение обезвреженных медицинских отходов, не подлежащих дальнейшей утилизации, на полигоне.

Вместо выполнения всех вышеуказанных действий, медицинские отходы ГБУ РО «РОКБ» в количестве 16 705,53 кг просто были сожжены истцом.

В случае надлежащего исполнения обязательств истца, больница выплатила бы последнему 1 259 095,80 рублей.

Ответчик указал, что что общий (годовой) объем отходов ответчика составляет 60 000 кг, то есть 5 000 кг в месяц. Таким образом, весь объем переданных в течение всего срока исполнения договора отходов (январь — 3 685,33 кг, февраль — 6 382,74 кг, 6 637,46 кг — за март и часть апреля) был обработан с грубейшим нарушением условий договора и просто сожжен.

Установка для сжигания мусора (инсинуатор) - установка для уменьшения объема и массы мусора посредством сжигания (Приказ Роскомрыболовства РФ от 27.05.1999 № 134 «О введении в действие «Наставления по предотвращению загрязнения с судов флота рыбного хозяйства Российской Федерации»).

На сайте https://eco-promservice.ru/oborudovanie/kharakteristiki-insineratora-eps/ производителя инсинуатора «ЭПС» ООО «ЭкоПромСервис» содержится следующая информация о данном оборудовании: «Инсинуаторы ЭПС предназначены для обезвреживания отходов 3-5 класса опасности. Оборудование мобильное, имеет положительное заключения государственной экологической экспертизы. Технические характеристики: Объем камеры сжигания, (л): 4700; Скорость сжигания, от (кг/ч): 300; Количество горелок (шт.): 2; Предельная температура в камере основного горения до: 900; Предельная температура в камере дожигания, до: 1200».

Из всего вышеуказанного следует, что данная установка предназначена для сжигания отходов без возможности рекуперации.

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о наличии у заказчика права на односторонний отказ от исполнений спорного договора применительно к пункту 3 статьи 715 ГК РФ.

Данное право было реализовано ответчиком в форме принятия решения от 27.03.2019, которым заказчик отказался от исполнения спорного контракта в одностороннем порядке.

С учетом вышеизложенного, суд не находит оснований для удовлетворения искового заявления в полном объеме.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по иску относятся на истца.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

СудьяУкраинцева Ю. В.