Решение от 26 октября 2023 г. по делу № А41-38314/2023

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-38314/23
26 октября 2023 года
г.Москва


Резолютивная часть решения вынесена 17 октября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 26 октября 2023 года.

Арбитражный суд Московской области в составе:

Председательствующей судьи Худгарян М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Теплым В.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ООО "ЗИНГЕР СПБ" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ИП ФИО1 (ИНН <***>)

о взыскании компенсации,

при участии в судебном заседании: согласно протоколу,

УСТАНОВИЛ:

ООО "ЗИНГЕР СПБ" обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации в размере 50 000 руб. 00 коп. за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству № 293431; судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб. 00 коп. и судебных издержек в сумме 182 руб. 00 коп., состоящих из стоимости Товара в размере 60 руб. 00 коп., почтовых расходов 122 руб. 00 коп.

В судебное заседание истец и ответчик своих представителей не направили, ранее надлежащим образом о времени и месте заседания суда извещены.

Отвод составу суда не заявлен.

Дело рассмотрено в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Истец представил пояснения по иску и уточнил требования в порядке ст. 49 АПК РФ в части судебных издержек: истец просил взыскать 182 руб. 50 коп., из них стоимость товара в размере 60 руб. 00 коп., почтовые расходы 122 руб. 50 коп.( 66 руб. 50 коп. — по отправлению ответчику искового заявления, что подтверждается квитанцией Почты России от 28.12.2022; 56 руб. — по направлению ответчику претензии в целях соблюдения претензионного порядка урегулирования спора в соответствии с п.7 ст. 126 АПК РФ, что подтверждается квитанцией Почты России от 13.10.2021). Остальные требования истца – без изменений.

Данные уточнения приняты судом к рассмотрению.

В порядке ч. 4 ст. 137 АПК РФ суд перешёл к рассмотрению дела по существу.

Исследовав материалы дела, суд пришёл к выводу об удовлетворении исковых требований в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, ООО «ЗИНГЕР СПб» (далее –правообладатель) является обладателем исключительных прав на товарный знак № 293431 (в виде изображения «Z» в щите) , что подтверждается свидетельством на товарный знак № 293431, зарегистрированным в государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 02.08.2005, срок действия исключительного права продлен до 25.06.2024.

Основанием для обращения истца с иском в суд послужил факт предложения к продаже, реализации ответчиком 21.05.2021 в торговой точке по адресу: <...>/1 товара, обладающего техническими признаками контрафактности, — маникюрный инструмент. Истцом была проведена контрольная закупка контрафактного товара, представлен кассовый чек от 21.05.2021, видео с получением от продавца названного товара. Вместе с тем истец своего согласия на использование ответчиком своего товарного знака не давал; использование ответчиком обозначений, сходных до степени смешения с вышеуказанным товарным знаком №293431, расположенных на спорном товаре, следует квалифицировать как нарушение ответчиком исключительных прав истца на данный товарный знак. В связи с изложенным истец полагает возможным оценить размер компенсации в 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак № 293431. Истец полагает, что заявленный размер компенсации в отношении ответчика является соразмерным и обоснованным ввиду того, что факт нарушения исключительных прав выявлен истцом и что имеется вина ответчика в совершенном правонарушении.

В связи с выявленными нарушениями истец направил ответчику претензию, которую ответчик оставил без внимания, после чего истец подал настоящий иск в суд.

От ответчика отзыв на иск не поступил.

В порядке ч. 4 ст. 131 АПК РФ суд рассмотрел по имеющимся в деле доказательствам.

При разрешении настоящего спора суд руководствовался следующим.

В соответствии со ст. 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) товарный знак – обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

На основании ст. 1226, ст. 1479 ГК РФ на товарный знак признаётся исключительное право, действующее на территории РФ.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В соответствии с п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

В соответствии со ст. 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор).

В соответствии с п. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно абз. 2 п. 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2014 № 301-ЭС14-1129).

Согласно п. 1, пп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. Правообладатель вправе требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно абз. 5 п. 160 Постановления, установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учётом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство – сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В соответствии с пунктом 7.1.2.2. Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденных Приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 12. (далее – «Руководство»), сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях, т.е. при сравнении изобразительных и объемных обозначений сходство может быть установлено, например, если в этих обозначениях совпадает какой-либо элемент, существенным образом влияющий на общее впечатление, или в случае, если обозначения имеют одинаковые или сходные очертания, композиционное построение, либо если они сходным образом изображают одно и то же, в связи с чем ассоциируются друг с другом. Как правило, первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

Установление сходства осуществлено судом по результатам сравнения товарного знака, право на которое зарегистрированного за истцом, и комбинированных обозначений с латинской буквой Z (буква «Z» помещена в щит).

Суд пришёл к выводу о том, что обозначения, размещенные на товаре ответчика, являются сходным до степени смешения с товарным знаком истца № 293431 по визуальному признаку, за счёт указание буквы в фигуре щита, графического сходства, следовательно, имеется возможность вызвать у потребителя ассоциации о принадлежности данного товара истцу в целом, несмотря на отдельные отличия сравниваемых обозначений (толщина и количество линий, толщина и цветы буквы).

В пункте 7.2.1 Руководства отмечено, что при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. Для установления однородности товаров могут приниматься во внимание такие обстоятельства как, в частности, род (вид) товаров, их потребительские свойства и функциональное назначение (объем и цель применения), вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия их реализации (в том числе общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей, традиционный или преимущественный уклад использования товаров и другие признаки. Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа по перечисленным признакам в их совокупности в том случае, если товары по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения. Принятая МКТУ не влияет на оценку однородности товаров и услуг. Признаки однородности товаров подразделяются на основные и вспомогательные. К основным признакам относятся: род (вид) товаров; назначение товаров; вид материала, из которого изготовлены товары. Остальные признаки относятся к вспомогательным. Основные признаки однородности товаров могут учитываться как каждый в отдельности, так и в совокупности один с другим и со вспомогательными признаками. При этом основные признаки могут переходить в разряд вспомогательных.

Суд учёл, что товарный знак истца зарегистрирован в отношении товаров, указанных, в том числе в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ), в то же время спорный товар классифицируется как «маникюрный инструмент» и также относится к 8 классу МКТУ.

Таким образом, товары 8-го класса МКТУ, для которых зарегистрированы товарные знаки истца, и предлагаемый ответчиком товар однородны, поскольку относятся к одному роду и виду, имеют одно функциональное назначение, один круг потребителей, являются взаимодополняемыми и взаимозаменяемыми, в связи с чем указанные товары могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Факт предложения к продаже указанного товара, а также факт заключения договора розничной купли-продажи с ответчиком подтверждается кассовым чеком от 21.05.2021, видеозаписью процесса приобретения товара.

Исходя из анализа положений статей 12, 14 ГК РФ, пункта 2 статьи 64 АПК РФ, материал видеосъемки, которая велась при покупке товара у ответчика с целью самозащиты гражданских прав, отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Представленная истцом видеосъемка, произведенная путем непрерывной фиксации происходящих событий без перерывов и монтажных склеек, подтверждает, какой именно товар и когда был продан. Дата покупки также следует из чека, выданного продавцом магазина в процессе покупки, что подтверждает факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком. Видеозапись при непрерывающейся съемке отображает процесс продажи товара и выдачу продавцом чека.

Вместе с тем разрешение на использование товарного знака правообладателя (истца) путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал (иное не следует из материалов дела), следовательно, их использование ответчиком в своей коммерческой деятельности, в частности, при продаже товаров, в предложениях о продаже товаров, осуществлено незаконно – с нарушением исключительных прав правообладателя.

Ответчик, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также своему бремени доказывания, не представил в материалы дела надлежащих доказательств, свидетельствующих о законности использования товарных знаков истца.

Суд находит правомерным довод истца о том, что реализованный ответчиком товар является маникюрным инструментом неизвестного происхождения и состава, не имеющими подтверждения безопасности продукции и оказывающими влияние на здоровье покупателей, что, в том числе, негативно влияет на репутацию правообладателя товарных знаков; ответчик, являясь профессиональным участником гражданских правоотношений, обязан был удостовериться, что реализуя товар под определенным наименованием, не нарушает исключительных прав третьих лиц.

Истец заявил о взыскании компенсации в размере 50 000,00 руб. за нарушение исключительных прав.

Рассмотрев обоснованность размера заявленной истцом компенсации (пп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ) суд первой инстанции приходит к следующему.

Согласно п. 59 Постановления, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчёта суммы компенсации, указанных в пп. 1 и 2 п. 4 ст. 1515, пп. 1 и 2 ст. 1406.1 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчёта суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчёта суммы компенсации.

Из положений п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017) следует, что снижение размера компенсации допускается только при одновременном нарушении нескольких объектов исключительных прав при предъявлении требования о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости товаров и при обоснованном заявлении ответчика о снижении.

Суд признаёт, что заявленный размер компенсации является соразмерным характеру и объёму нарушения прав истца, ответчиком размер компенсации каким-либо образом не опровергнут, ходатайство о его снижении не заявлено.

При вынесении решения судом учтена высокая степень сходства сравниваемых обозначений, обусловливающая наличием угрозы смешения товаров, маркированных этими обозначениями, известность и узнаваемость товарного знака истца, которая связана с длительным и интенсивным использованием этого знака, приняты во внимание характер допущенного нарушения, степень вины ответчика, вероятные убытки истца от допущенного ответчиком нарушения, принципы разумности, справедливости, соразмерности размера компенсации последствиям допущенного нарушения.

Руководствуясь ст. ст. 65, 71 АПК РФ, суд считает факты нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак доказанными, а размер заявленного размера компенсации – обоснованным.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со ст. 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в Арбитражном суде, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В порядке вышеизложенного и с учётом результата рассмотрения спора расходы по оплате госпошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 2 000, 00 рублей, расходы на оплату стоимости товара в размере 60 руб. 00 коп., почтовые расходы 122 руб. 50 коп. как документально обоснованные и правомерные к возмещению со стороны ответчика.

Суд исходил из того, что расходы истца по приобретению контрафактного товар, как и почтовые расходы на отправку иска и претензии ответчику, были необходимы для реализации права на обращение в суд, в связи с чем признаются судебными издержками.

Руководствуясь статьями 71, 110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ООО "ЗИНГЕР СПБ" компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 293431 в размере 50 000 руб. 00 коп., расходы на оплату государственной пошлины в размере 2 000 руб. 00 коп., расходы на оплату стоимости товара в размере 60 руб. 00 коп., почтовые расходы 122 руб. 50 коп.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в установленном законом порядке.

Судья М.А. Худгарян