Решение от 24 июня 2018 г. по делу № А56-75158/2017

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-75158/2017
25 июня 2018 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена  14 июня 2018 года.

Полный текст решения изготовлен  25 июня 2018 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Щуриновой С.Ю.,


при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истца – представитель ФИО2, доверенность №77АВ3368677 от 17.02.2017,

от ответчика – не явился (извещен), 


рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: Общество с ограниченной ответственностью "Современные платежные технологии" (адрес:  Россия 191119, <...>, лит.А, пом.9-Н; Россия 190005, Санкт-Петербург, Измайловский пр., д.9/2, лит.А, пом.4-Н, оф.22; Россия 197082, Санкт-Петербург, Богатырский <...>, а/я 29, ОГРН:  <***>)

ответчик: ФИО3  (г.Сортавала, Республика Карелия)

о взыскании убытков, 



установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Современные платежные технологии» (ООО «СПТ», далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иском к ФИО3 (далее – ответчик) о взыскании 8.265.500 руб. 00 коп. убытков, причиненных действиями бывшего руководителя ООО «СПТ».

В обоснование заявленных требований истец ссылается на следующие обстоятельства.

ООО «СПТ» было создано 05.04.2016 и зарегистрировано в ЕГРЮЛ за ОГРН <***>.

Единственным учредителем и участником Общества при его создании являлся ФИО3, он же являлся генеральным директором Общества на основании решения учредителя №1 от 31.03.2016.

В 2016 году ФИО3 произвел отчуждение 100% доли в уставном капитале Общества гражданину ФИО4, о чем 11.05.2016 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись об изменении сведений об участнике ООО «СПТ».

При этом ФИО3 продолжал исполнять обязанности генерального директора Общества.

Решением единственного участника ООО «СПТ» ФИО4 №4-1/2016 от 10.06.2016 ФИО3 был освобожден с должности генерального директора, полномочия генерального директора участник Общества ФИО4 возложил на себя.

21.07.2016 в ЕГРЮЛ была внесена соответствующая запись о смене руководителя Общества.

После вступления в должность генерального директора Общества и являясь его единственным участником, ФИО4 обнаружил, что документы, предусмотренные статьей 13 Устава Общества, отсутствуют в месте его нахождения. При этом ФИО3 от их передачи новому генеральному директору уклонялся, об их месте нахождения не сообщил. Требования нового генерального директора Общества о передаче документов ответчиком игнорировались.

После вступления в должность в ходе проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «СПТ» ФИО4 обнаружил, что в период с 11.06.2016 по 21.07.2016 ФИО3, имея доступ к системе «Банк- Клиент», с использованием ключа доступа к управлению банковским счетом ООО «СПТ» и электронной цифровой подписи в Филиале «Северная столица» АО «Райффайзенбанк» и в Филиале «Санкт-Петербургский» АО «Альфа-Банк», необоснованно в отсутствие каких-либо правоотношений  между Обществом и ООО «Верево» (ОГРН1157847434018, ИНН <***>), пятью платежами перечислил с расчетного счета Общества на счет ООО «Верево» 4.850.000 руб. 00 коп.

Никаких документов, подтверждающих встречное предоставление товара, выполнение работ, оказание услуг со стороны ООО «Верево», в Обществе не имеется.

В ходе проверки, проведенной ОЭБ и ПК УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга по КУПС №КУПС-39592 от 05.08.2016, было установлено, что гражданин ФИО5, который согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, являлся единственным участником и генеральным директором ООО «Верево» (ОГРН1157847434018, ИНН <***>), никакого отношения к указанному Обществу не имеет. 29.08.2017 ООО «Верево» исключено из ЕГРЮЛ в связи с ликвидацией, что делает невозможным предъявление к нему со стороны ООО «СПТ» каких-либо требований.

В период с 12.07.2016 по 21.07.2016 на свои личные счета ФИО3 перевел со счета ООО «СПТ» сумму 450.000 рублей.

Подтверждающие обоснованность списания указанной суммы документы у Общества отсутствуют.

В период с 11.06.2016 по 05.07.2016 ФИО3 также были совершены действия по получению с расчетного счета Общества денежных средств в общей сумме 2.965.500 рублей через банковский терминал (банкомат) с использованием банковской корпоративной карты «Бизнес 24/7 Оптимальная», оформленной на ООО «СПТ», что подтверждается выпиской по банковскому счету ООО «СПТ» №40702810803000009345, открытому в Филиале «Северная столица» АО «Райффайзенбанк» (г. Санкт-Петербург) (пункты: 10, 15, 16, 26-29, 35, 36, 40-43/, 50, 51, 55, 56, 60-63, 67-69 выписки).

При этом каких-либо документов, обосновывающих расходование указанных денежных средств на нужды Общества, ответчиком Обществу не представлено. 

Истец считает действия ответчика, произведенные уже после принятия единственным участником ООО «СПТ» решения об освобождении ФИО3 от должности руководителя Общества, недобросовестными, указанными действиями ответчика Обществу причинены убытки.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском на основании статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

От ответчика поступили письменные возражения по иску, в котором он просит в иске отказать, указывает, что находится за границей и не может явиться в судебное заседание, ссылается на то, что являлся единственным участником и занимал должность генерального директора ООО «СПТ» по просьбе ФИО4,  фактически являлся номинальным участником и руководителем Общества за определенное вознаграждение, выполняя при этом волю ФИО4

Относительно проведения операций по списанию денежных средств со счета Общества, ответчик указал, что согласно предоставленным вместе с отзывом сканам страниц своего заграничного паспорта  периоды с 22.06.2016 – 24.06.2016, 26.06.2016 – 06.07.2016, 07.07.2016 – 11.07.2016, 13.07.2016 – 18.07.2016, 21.07.2016 – 26.07.2016, а также 27.07.2016, ответчик отсутствовал на территории Российской Федерации, и не мог проводить операции по счету ООО «СПТ».

 Истец, ознакомившись с доводами отзыва ответчика, возражал, указав, что осуществление операций в системе «Клиент-Банк» может осуществляться в любом месте при наличии доступа к сети «Интернет», а списание денежных средств с карты может осуществляться через банкоматы и вне территории Российской Федерации.

По ходатайству истца в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд истребовал в обслуживающем истца Филиале «Северная столица» АО «Райффайзенбанк» информацию о местах нахождения банкоматов, с использованием которых осуществлялось списание денежных средств по корпоративной карте «Бизнес 24/7 Оптимальная», оформленной на ООО «СПТ», а также в Пограничном управлении Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и в Пограничном управлении Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Республике Карелия сведения о пересечении границы Российской Федерации за период с 01.06.2016 по 31.07.2016 в отношении гражданина Российской Федерации ФИО3.

Определением от 08.05.2018 судебное разбирательство было отложено на 14.06.2018.

В судебное заседание явился представитель истца.

Ответчик в судебное заседание не явился, уведомлен в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На момент открытия судебного заседания в материалы дела поступил ответ из Пограничном управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 04.06.2018 №21/104/1/15-2209 об отсутствии возможности предоставить интересующую суд информацию.

АО «Райффайзенбанк» в ответе на запрос суда исх.№4583-МСК-ГЦОЗ/18 от 08.06.2018 представило информацию о местах нахождения банкоматов, в которых осуществлялось снятие наличных денежных средств с использованием  корпоративной карте «Бизнес 24/7 Оптимальная» ООО «СПТ». Согласно указанной информации все операции производились в банкоматах, находящихся в Санкт-Петербурге в отделениях Банка и в торговых центрах.

С учетом этой информации обслуживающего банка истец представил распечатки Приложения №3 и Приложения №4 к договору банковского (расчетного) счета  АО «Райффайзенбанк», и пояснил, что корпоративная карта Общества была выдана по заявлению ФИО3 и находилась у него, была привязана к номеру его мобильного телефона для смс-оповещения, об утрате либо хищении карты ФИО3 не сообщал, доказательств официальной передачи корпоративной банковской карты какому-либо третьему лицу не представил.

Истец свои требования поддержал в полном объеме.

Исследовав материалы дела, заслушав представителя истца, оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд установил, что требования истца подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 40 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и уставом общества генеральный директор в рамках осуществления предоставленных ему полномочий без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

Пунктом 1 статьи 44 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В соответствии со статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно статье 44 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Под убытками в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1, 2, 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» абитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Как следует из материалов дела, ответчик, являясь единственным участником ООО «СПТ» до 11.05.2016, занимал должность генерального директора ООО «СПТ» с момента создания Общества и до 10.06.2016, когда новый единственный участник Общества принял решение об освобождении ФИО3 от этой должности.

Сведения о новом руководителе в ЕГРЮЛ были внесены 21.07.2016.

До внесения изменений в ЕГРЮЛ новый руководитель Общества не мог обратиться в обслуживающие банки с соответствующими заявлениями об изменении данных о руководителе, смене ключей доступа к системе «Банк-Клиент», блокировке банковской карты.

Все действия ФИО3, которые вменяются истцом ответчику в настоящем деле, относятся к периоду с 11.06.2016 (т.е. со следующего дня после принятия решения о его освобождении с должности) и до 21.07.2016 (т.е. до момента, когда сведения о новом руководителе Общества были внесены в ЕГРЮЛ и стали доступными для третьих лиц).

При этом в ходе рассмотрения спора ответчик не представил доказательств того, что после 10.06.2016 он передал новому руководителю ООО «СПТ» все относящиеся к деятельности Общества документы, в том числе, ключи доступа к системе «Банк-Клиент», корпоративную карту и т.д., не представил и доказательств утраты или хищения у него корпоративной банковской карты, которая была оформлена на его имя и прикреплена к его номеру телефона для получения sms-уведомлений об операциях по карте (что подтверждается представленными по запросу суда документами из банка).

Выезды ответчика за границу при возможности осуществления доступа к системе «Банк-Клиент» и электронным платежам с любого электронного устройства через информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» не являлись препятствием для осуществления ответчиком операций по списанию денежных средств со счета ООО «СПТ».

Документов, подтверждающих обоснованность списания денежных средств со счета Общества на счет ООО «Верево», на свой личный счет, а также снятия наличных средств со счета через банкоматы, каких-либо объяснений по этим операциям, ответчик суду не представил.

Таким образом, между действиями ответчика и причинением Обществу убытков очевидна причинно-следственная связь, поскольку убытки причинены в результате заведомо незаконных и виновных действий, выразившихся в распоряжении принадлежащими Обществу денежными средствами в отсутствие каких-либо подтверждающих финансовые операции документов.

С учетом изложенного суд полагает, что истец представил доказательства недобросовестности и неразумности действий бывшего директора, возникновения в связи с этим убытков у юридического лица, а также обосновало их размер.

При указанных обстоятельствах требование истца о взыскании с ответчика убытков в предъявленном размере подлежит удовлетворению на основании статей 15, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 44 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате госпошлины относятся на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  



решил:

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Современные платежные технологии» 8265500руб.00коп. убытков, 47250руб.00коп. расходов по государственной пошлине.


Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 17078руб.00коп. государственной пошлины.


Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.


Судья                                                                            Щуринова С.Ю.