Постановление от 26 мая 2020 г. по делу № А41-20380/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

26.05.2020

Дело № А41-20380/18

Резолютивная часть постановления объявлена 21.05.2020

Полный текст постановления изготовлен 26.05.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего - судьи Кручининой Н.А.,

судей: Холодковой Ю.Е., Зеньковой Е.Л.,

при участии в судебном заседании:

от ООО «Первоэлемент» - ФИО1 по доверенности от 12.05.2020,

от ООО «Пересвет-Реал Эстейт» - ФИО2 по доверенности от 17.03.2020,

от ПАО Банк ВТБ – ФИО3 по доверенности от 11.09.2019,

рассмотрев 21.05.2020 в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО «Первоэлемент» ФИО4

на определение Арбитражного суда Московской области от 07.10.2019,

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020,

принятые по заявлению ООО «Первоэлемент» о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Пересвет-Реал Эстейт»

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Пересвет-Реал Эстейт»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 29.11.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Пересвет-Реал Эстейт» (далее - ООО «Эстейт», должник) введена процедура банкротства - наблюдение, утвержден временный управляющий ФИО5 Сведения о введении процедуры банкротства опубликованы на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве (ЕФРСБ) - 29.11.2018, в газете «Коммерсантъ» - 08.12.2018.

ООО «Первоэлемент» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 60 150 000 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.10.2019 в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 определение Арбитражного суда Московской области от 07.10.2019 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Первоэлемент» в лице конкурсного управляющего ФИО4 обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит обжалуемые судебные акты отменить и направить спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы указывается, что выводы судов об аффилированности должника и кредитора, о мнимости сделки не соответствуют действительности, договор соинвестирования заключен на рыночных условиях и не мог причинить вред имущественным правам кредиторов, кредитор является реальной, а не «технической» компанией.

Банком ВТБ (ПАО) и конкурсным управляющим ООО «Эстейт» представлены отзывы на кассационную жалобу, в которых они, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, просят отказать в удовлетворении кассационной жалобы. В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзывы приобщены судом к материалам дела.

В судебном заседании представитель ООО «Первоэлемент» поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители Банка ВТБ (ПАО) и конкурсного управляющего ООО «Эстейт» возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав явившихся в заседание суда представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, требования кредитора основаны на договоре соинвестирования от 29.06.2015 № 0095-05/15-ВАВ, согласно которому ООО «Первоэлемент» (соинвестор) принимает на себя обязательство перечислить 60 150 000 руб. по договору не позднее 31.12.2015 (п. 4.2. Договора), а ООО «Эстейт» (инвестор) обязуется в течение двух месяцев с момента ввода объекта в эксплуатацию организовать передачу соинвестору квартир по акту приема-передачи (п. 5.1.1. договора).

Поскольку обязательства ООО «Первоэлемент» по оплате стоимости квартир были исполнены в полном объеме, а квартиры не были переданы и не были возвращены денежные средства, кредитор обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о включении требования в реестр должника, исходил из того, что кредитор и должник являются аффилированными лицами, а сами договоры отвечают признакам мнимой сделки.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Кроме того, в силу разъяснений, данных в пункте 26 названного Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, суд не освобождается от проверки обоснованности и размера требований кредиторов и в отсутствие разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Законом о банкротстве установлены специальные гарантии защиты прав кредиторов от включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

При этом суд осуществляет проверку обоснованности требований кредитора вне зависимости от наличия или отсутствия возражений против данных требований иных лиц, участвующих в деле.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суды установили, что целью соинвестирования согласно п. 3.2. договора соинвестирования от 29.06.2015 № 0095-05/15-ВАВ является приобретение соинвестором в собственность 2 квартир: № 135 и № 147, находящихся в ЖК «Versis» по адресу: <...>. Застройщиком объекта является АО «Пересвет-Инвест».

В свою очередь, права требования в отношении упомянутых квартир у должника возникло на основании договоров участия в долевом строительстве № 0323-03/09-ВАВ от 25.05.2009, впоследствии был заключен договор участия в долевом строительстве № 0325-01/15-ВАВ от 06.08.2015 (квартира № 135); № 0563-03/09-ВАв от 18.10.2009, впоследствии был заключен договор участия в долевом строительстве № 0325-01/15-ВАВ от 06.08.2015 (квартира № 147).

Между тем, как обоснованно указали суды, само по себе наличие указанного договора и платежных поручений не свидетельствует о возникновении у ООО «Первоэлемент» прав требования к должнику о возврате денежных средств.

Как следует из пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия.

Согласно пункту 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса, при этом арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу хозяйственных отношений, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Судами установлено, что на момент совершения сделки кредитор и должник являлись аффилированными лицами через ФИО6, который являлся генеральным директором должника и АО «Пересвет-Инвест», и до настоящего времени также является участником АО «Пересвет-Инвест».

Судами также установлено, по состоянию на 2005 год, АО «Пересвет-Инвест» и ООО «Эстейт» входили в одну группу, основной компанией группы являлось АО «Пересвет-Инвест», ее генеральным директором и акционером - ФИО6

Как следует из материалов дела, ФИО6 с 11.11.2016 приобрел долю в компании ООО «Первоэлемент».

С учетом изложенного, суды пришли к обоснованному выводу о том, что ООО «Первоэлемент» и ООО «Эстейт» являются аффилированными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, и их правоотношения признаются внутрикорпоративными. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Вместе с тем, сама по себе аффилированность должника и кредитора не свидетельствует о необоснованности заявленных требований, однако в этом случае для включения требований в реестр должны быть представлены надлежащие, достоверные и достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии долга.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197 по делу № А32-43610/2015, при рассмотрении требования аффилированного (фактически аффилированного) кредитора применяется повышенный стандарт доказывания – «за пределами любых разумных сомнений». Таким образом, не исключая возможность включения в реестр требований кредиторов должника требования, аффилированного к нему лица, судам при рассмотрении таких требований необходимо учесть фактические обстоятельства взаимоотношений сторон, проверить первичную документацию.

Повышенный стандарт доказывания для заинтересованных по отношению к должнику кредиторов направлен на недопущение включения в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на сделках, по которым заинтересованными лицами оформляются документы, не отражающие реальные хозяйственные операции, а также создания искусственной кредиторской задолженности и, как следствие, обеспечение контроля над процедурой банкротства должника, путем включения требования аффилированного кредитора в реестр.

Согласно разъяснениям пункта 22 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2018) от 14.11.2018, кредитору должно быть отказано во включении его требования в реестр требований кредиторов поручителя, если аффилированные кредитор, должник и поручитель не раскроют разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки поручительства.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Как обоснованно указал суд, доказательств того, что кредитором предпринимались действия к получению квартир, а должником действия к их передаче как минимум с февраля 2018 года, с учетом условий договора, материалы дела не содержат. Соответствующих требований кредитор в адрес должника не направлял, доказательств обратного не представлено.

Доказательств реализации ООО «Первоэлемент» квартир, являющихся предметом договора соинвестирования или принятия мер по погашению полученного на их оплату кредита не представлено.

При этом суд отметил, что требования о возврате денежных средств кредитор заявил только в рамках настоящего дела о банкротстве в мае 2019 года.

Указанное свидетельствует о том, что, заключая договоры соинвестирования, стороны не преследовали цель строительства жилых помещений и последующей их передачи соинвестору, в результате инвестирования им денежных средств, что позволяет прийти к выводу о правильной квалификации судом сделок как мнимых.

Таким образом, кредитором не были представлены доказательства обоснованности, разумности и добросовестности совершения сделок, а также их экономической целесообразности.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторам должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по отчуждению имущества должника).

С учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание аффилированность кредитора и должника, отсутствие доказательств обоснованности, разумности, добросовестности совершения сделок, а также их экономической целесообразности, суды пришли к обоснованному выводу о совершении сделок со злоупотреблением гражданскими правами, с целью создания искусственной кредиторской задолженности и об отсутствии реальных отношений сторон.

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в споре лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, выяснили с достаточной полнотой имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришли к правомерному и обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требования ООО «Первоэлемент» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций, в материалы дела не представлено.

Изложенные в кассационной жалобе доводы направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права, в связи с чем подлежат отклонению.

Судом кассационной инстанции также принимается во внимание правовая позиция, содержащаяся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 07.10.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 по делу № А41-20380/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий – судья Н.А. Кручинина

Судьи: Ю.Е. Холодкова

Е.Л. Зенькова