Решение от 11 августа 2025 г. по делу № А51-5984/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...> именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А51-5984/2025
г. Владивосток
12 августа 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 июля 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Володькиной Е. В., при ведении протокола секретарём судебного заседания Майдан А. Н., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ИП ФИО1 (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, д. р.: 27.04.1965, м. р.: с. Тангуй Братского района Иркутской области, адрес: 689000, Чукотский автономный округ, <...>)

к ИП ФИО2 (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, д. р.: 26.12.1979 , м. р.: г. Владивосток, адрес: 690089, <...>)

о взыскании денежных в размере 257 274,59 руб.,

третье лицо – ООО «Торгхолод» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, адрес: 677005, <...>),

при участии:

от истца посредством веб-конференции – лично ФИО1, паспорт, представитель ФИО3, по доверенности от 27.09.2025, удостоверение адвоката (после перерыва),

от ответчика – лично ФИО2, паспорт, представитель ФИО4 по доверенности от 13.05.2025, удостоверение адвоката,

третье лицо – не явилось, извещено надлежащим образом,

установил:

1) ИП ФИО1 обратился в Первореченский районный суд г. Владивостока с исковым заявлением к ИП ФИО2 о взыскании с ответчика денежных средств в размере 257 274,59 руб., из них: 250 000,00 руб. – неосновательное обогащение, 7 274,59 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 8 500,00 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 70 000,00 руб.

Определением Первореченского районного суда г. Владивостока от 14.11.2024 указанное заявление принято к производству, делу присвоен номер 2-1123/2025.

Определением Первореченского районного суда г. Владивостока от 06.03.2025 дело № 2-1123/2025 передано по подсудности в Арбитражный суд Приморского края.

Определением суда от 30.05.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Торгхолод».

До судебного заседания от истца поступило ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции, которое судом рассмотрено и удовлетворено, однако к судебному заседанию представитель предпринимателя не подключилась. От представителя истца поступило ходатайство о проведении судебного

заседания в иное время, поскольку она проживает в другом регионе и не имеет возможности подключиться к судебному заседанию в столь ранее для неё время.

От третьего лица поступили запрошенные судом пояснения.

В судебном заседании ответчик представил в материалы дела договор, заключённый с третьим лицом, поддержал доводы, изложенные в отзыве на иск, просил отказать в удовлетворении исковых требований, ответил на вопросы суда.

Поскольку возражений относительно перехода из предварительного судебного заседания в судебное разбирательство стороны не заявили, в соответствии с ч. 4 ст. 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.06.2024 № 12 «О подготовке дела к судебному разбирательству в арбитражном суде» суд в судебном заседании счел возможным завершить предварительное судебное заседание и открыть судебное заседание в первой инстанции.

В судебном заседании от 15.07.2025 объявлялся перерыв в порядке ст. 163 АПК РФ до 16 часов 00 минут 29.07.2025, о чем сделано публичное объявление путем размещения информации о перерывах и продолжении судебного заседания на доске объявлений в здании суда и официальном Интернет-сайте Арбитражного суда Приморского края (Постановление Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках»). По окончании перерыва судебное заседание продолжено в присутствии как истца, так и ответчика.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования, ответил на вопросы суда.

Ответчик поддержал свои ранее изложенные доводы.

2) Исследовав материалы дела, оценив доводы лиц, участвующих в деле, в соответствии со ст. 71 АПК РФ, суд установил следующее.

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец указал, что между ним и ответчиком ранее была достигнута устная договорённость о том, что ответчик, действуя в интересах истца, окажет содействие в размещении, хранении и передаче покупателю, определённому истцом (третье лицо, привлечённое к участию в деле – ООО «Торгхолод»), оборудования – скороморозильного шкафа (далее – Оборудование).

Для указанных действий ответчик запросил сумму в размере 250 000,00 руб. Указанная сумму переведена истцом на счёт ответчика 19.08.2024, в подтверждение чего представлен чек по операции от 19.08.2024.

Вместе с тем, со слов истца, ответчик 04.09.2024 заявил о невозможности исполнения ранее достигнутой договорённости, в связи с чем истец потребовал у ответчика вернуть уплаченные денежные средства, указав ему, что «деньги перевёл случайно».

Поскольку ответчик отказался исполнить требование истца, последний обратился в суд с рассматриваемым иском, квалифицирован полученное истцом как неосновательное обогащение.

Между тем, согласно представленному ответчиком в материалы дела отзыву, последний настаивает на том, что между сторонами сложились фактические отношения по агентскому договору (агентированию), а денежные средства в размере 250 000,00 руб. представляют собой агентское вознаграждение. Ответчик указывает, что поскольку предмет договора с его стороны исполнен, основания для возвращения уплаченного вознаграждения отсутствуют.

Арбитражный суд, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, пришёл к выводу, что между сторонами сложились фактические отношения по агентскому договору (агентированию), урегулированные главой 52 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. При этом договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (п. 2 ст. 432 ГК РФ).

Пункт 1 ст. 434 ГК РФ устанавливает, что в отношении договоров применяются правила о допустимой форме сделок (ст. 158 – 165 ГК РФ), если иное не вытекает из специальных положений ГК РФ о заключении договоров или соглашения сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 158 ГК РФ сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной). Сделка, которая может быть совершена устно, считается совершенной и в том случае, когда из поведения лица явствует его воля совершить сделку (п. 2 ст. 158 ГК РФ). Таким образом, ст. 158 ГК РФ признает устную, письменную (простую или нотариальную) и конклюдентную формы совершения сделок.

Кроме того, в силу п. 3 ст. 434 ГК РФ, п. 3 ст. 438 ГК РФ, письменная форма договора считается соблюденной, если в ответ на письменное предложение заключить договор акцептант совершит действия по выполнению указанных в ней условий договора.

По смыслу указанных норм для квалификации отношений сторон как договорных наличие подписанного между ними письменного договора не является обязательным, если из поведения указанных лиц явствует воля совершить сделку и между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Указанная правовая позиция поддержана в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора».

Вывод суда о том, что между сторонами сложились фактические отношения по агентскому договору основан, среди прочего, на представленной в материалы дела переписке между сторонами, из которой следует, что ответчик принял на себя обязательство найти для Оборудования истца покупателя, а истец обязался выплатить вознаграждение в размере 250 000,00 руб. В дальнейшем между истцом и третьим лицом заключён договор поставки № 0608-1 от 06.08.2024, по условиям которого истец обязался поставить третьему лицу плиточный морозильный аппарат SPF990A (далее – договор поставки).

Из пояснений третьего лица следует, что переговоры о заключении договора поставки последний вёл с ответчиком.

Таким образом, учитывая переписку между сторонами, а также заключение договора купли-продажи Оборудования истца с третьим лицом, с которым от имени истца вёл переговоры ответчик, арбитражный суд приходит к выводу, что ответчик, действуя от имени истца и по его поручению, вёл переговоры относительно заключения купли-продажи имущества последнего и добился его заключения (то есть совершил юридически важные действия), взамен чего получил вознаграждение в размере 250 000,00 руб. Таким образом, сторонами выполнена договорная программа, предусмотренная ст. 1005 ГК РФ – истец выступил в качестве принципала, ответчик – агента.

В соответствии с п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1). Указанная норма является выражением принципа эстоппель, в соответствии с которым запрещается противоречивое поведение.

В соответствии со ст. 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Согласно ч. 1 ст. 1006 ГК РФ принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 названного кодекса.

По смыслу названной нормы для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: приобретение или сбережение имущества на стороне приобретателя (то есть увеличение стоимости его имущества); приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, что, как правило, означает уменьшение стоимости имущества потерпевшего вследствие выбытия из его состава некоторой части имущества; отсутствие правовых оснований, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке.

Из приведённых выше обстоятельств следует, что денежные средства в заявленном размере ответчиком получены правомерно, в качестве вознаграждения за агентские услуги.

С учётом изложенного, арбитражный суд не усмотрел неосновательного обогащения на стороне ответчика.

Расходы по уплате государственной пошлины на основании ст. 110 АПК РФ относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Поскольку надлежащий размер государственной пошлины, подлежащей уплате за исковое заявление, составляет 17 864 руб., а истцом уплачена государственная пошлина в размере 8 500,00 руб. с истца в доход федерального бюджета подлежит уплате государственная пошлина в размере 9 364 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

1. В удовлетворении исковых требований отказать.

2. Взыскать с ИП ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 364 руб.

3. Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Приморского края в Пятый арбитражный апелляционной суд.

Судья Володькина Е. В. 4