Решение от 6 октября 2022 г. по делу № А32-14957/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

Дело № А32-14957/2021
г. Краснодар
6 октября 2022г.
Резолютивная часть решения объявлена 11 августа 2022г.

Решение изготовлено в полном объеме 6 октября 2022г.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Тамахина А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Фесенко А.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Газпром межрегионгаз Краснодар" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Маслоэкстракционный завод Юг Руси" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, федерального бюджетного учреждения «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Краснодарском крае» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 32 785 259,38 руб.,


при участии в заседании:

от истца: представитель не явился;

от ответчика: ФИО1, дов. от 15.09.2021; Мазаный Р.В., дов. от 15.06.2021;

от третьего лица: ФИО2, дов. от 22.07.2021; ФИО3, дов. от 13.08.2021,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Газпром межрегионгаз Краснодар" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Маслоэкстракционный завод Юг Руси" (далее – ответчик) о взыскании 32 403 645,08 руб. задолженности по договору поставки газа от 10.07.2019 № 25-4-01707/19 за период с 01.01.2021 по 31.01.2021 и 381 614,30 руб. пеней за период с 27.08.2019 по 01.04.2021.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено федеральное бюджетное учреждение «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Краснодарском крае» (далее – третье лицо, ФБУ «Краснодарский ЦСМ»).

Представители ответчика и третьего лица поддержали занимаемые правовые позиции по делу.

В судебном заседании, состоявшемся 04.08.2022, в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 11.08.2022 до 17 час. 30 мин., после чего судебное разбирательство было продолжено.

Ранее истец заявил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Феррата».

Рассмотрев ходатайство истца о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Феррата», суд пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

В соответствии с положениями части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон спора. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Согласно части 3 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение.

Под третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, понимаются такие участвующие в деле лица, которые вступают в дело на стороне истца или ответчика для охраны собственных интересов, поскольку судебный акт по делу может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон.

Из анализа указанных положений процессуального закона следует, что третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом.

Институт третьих лиц позволяет в едином судебном разбирательстве осуществлять защиту прав и законных интересов участников разных, но вместе с тем связанных между собой правоотношений.

Целью участия третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора является предотвращение неблагоприятных последствий для них в будущем, а их интерес в деле носит как процессуальный, так и материально-правовой характер.

После разрешения дела судом у третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, могут возникнуть, измениться или прекратиться материально-правовые отношения с одной из сторон.

При решении вопроса о привлечении к участию в деле такого лица арбитражный суд должен дать оценку характеру спорного правоотношения и определить юридический интерес нового участника процесса по отношению к предмету по первоначально заявленному иску.

Согласно пунктам 4 и 5 части 2 статьи 125, части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса рассмотрение дела в арбитражном суде происходит исходя из предмета и основания, заявленных в иске. При этом под предметом иска понимается материально-правовое требование истца к ответчику, в основание иска входят юридические факты, с которыми нормы материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 октября 2012 г. N 5150/12).

Лицо, чтобы быть привлеченным в процесс, должно иметь ярко выраженный материальный интерес на будущее. То есть, после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон. Иными словами, после разрешения дела между истцом и ответчиком у третьего лица возникает право на иск или у сторон появляется возможность предъявления иска к третьему лицу, обусловленная взаимосвязью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

Вместе с тем, истцом не представлены доказательства, каким образом принятый по делу итоговый судебный акт повлияет на права и обязанности ООО «Феррата».

Принимая во внимание изложенное, оснований для удовлетворения ходатайства истца о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Феррата» у суда не имеется.

Кроме того, судом рассмотрено и отклонено заявленное ФБУ «Краснодарский ЦСМ» в ходе судебного разбирательства ходатайство о вызове в судебное заседание для допроса в качестве свидетеля сотрудника ООО «Феррата» ФИО4, поскольку допрос свидетеля в силу положений процессуального законодательства является правом суда, которое реализуется судом с учетом имеющихся в деле доказательств. В данном случае суд не усматривает оснований для допроса свидетеля с учетом того, что имеющиеся в деле доказательства являются достаточными для принятия решения по существу спора.

Суд, исследовав собранные по делу доказательства, оценив их в совокупности в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил следующее.

Между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключен договор поставки газа от 10.07.2019 № 25-4-01707/19 (далее – договор), по условиям которого поставщик обязуется поставлять с 10.07.2019 г. по 31.12.2022 г. газ горючий природный и/или газ горючий природный сухой отбензиненный, и/или газ горючий природный попутный, цена которого является государственно регулируемой, а также добытый организациями, не являющимися аффилированными лицами ПАО "Газпром", и/или организаций - собственников региональных систем газоснабжения, либо созданными во исполнение Указа Президента Российской Федерации от 17.11.1992 № 1403 (кроме организаций, являющихся собственниками региональных систем газоснабжения) (далее - газ), а покупатель обязуется принимать и оплачивать газ в соответствии с условиями договора (п. 2.1 договора).

В соответствии с п. 4.2 договора учет газа осуществляется по единому расчетному узлу учета газа. Узел учета газа (далее - УУГ) - комплект средств измерений (далее-СИ), технических систем и устройств с измерительными функциями, обеспечивающий учет количества газа, а также контроль и регистрацию его параметров.

Согласно п. 4.3 договора количество поставляемого газа (объем) определяется на УУГ поставщика, установленным на объектах сетей газораспределения и (или) газопотребления покупателя и (или) газораспределительной организации. При неисправности или отсутствии УУГ поставщика объем газа определяется по УУГ покупателя. При неисправности или отсутствии УУГ покупателя количество поставляемого газа определяется по проектной мощности неопломбированного газоиспользующего оборудования (далее - ГИО) за все время, в течение которого подавался газ. Под неисправностью УУГ стороны понимают такое состояние, при котором любое входящее в него СИ не соответствует хотя бы одному из требований действующей нормативно-технической документации, включая требование о наличии действующего поверительного клейма. Кроме того, УУГ считается неисправным после истечения срока эксплуатации (службы) любого СИ, указанного в технической документации на данное СИ. Если иное не подтверждено, то период времени неисправности или отсутствия УУГ, в течение которого покупатель потреблял газ, определяется исходя из круглосуточного потребления, начиная с даты последней проверки УУГ поставщиком, а если таковая не проводилась, то с даты установки поставщиком пломбы на СИ УУГ до даты возобновления надлежащего учета.

Объектом газопотребления по договору являются производственные цеха, расположенные по адресу: <...>.

19.08.2003 ответчиком получен акт соответствия измерительного комплекса и монтажа СИ паспортным данным, согласно которому монтаж СИ измерительного комплекса соответствует официальной эксплуатационной документации заводов-изготовителей (т. 1, л.д. 76).

04.09.2003 между поставщиком газа и покупателем подписан акт ввода в эксплуатацию измерительного комплекса учета расхода газа, из заключения которого следует, что измерительный комплекс расхода газа соответствует требованиям эксплуатационной документации заводов изготовителей СИ и пригоден для взаимных расчетов между поставщиком и потребителем газа (т. 1, л.д. 75).

23.07.2009 в связи с введением в действие ПР 50.2.019-2006 23.07.2009 поставщиком газа утвержден паспорт измерительного комплекса расхода природного газа (т. 1, л.д. 132-140).

11.05.2017 ФБУ «Краснодарский ЦСМ» выдало ответчику акт № 92-2017 проверки состояния и применения средств измерений и соблюдения требований ГОСТ Р 8.740-2011, согласно которому узел учета газа соответствует требованиям ГОСТ Р 8.740-2011 (т. 1, л.д. 83).

20.03.2020 между сторонами подписан акт № 2 проверки узла учета измерений (узла учета газа (УУГ) и газоиспользующего оборудования (ГИО), согласно которому произведена проверка ИК и газоиспользующего оборудования; установлен новый вычислитель газа СПГ 761 № 23629, настроечные параметры соответствуют установленным при монтаже УУГ; опломбирован пломбами № 2105866, 215865 (т. 1, л.д 155-156).

03.12.2020 ФБУ «Краснодарский ЦСМ» выдало ответчику акт № 8-20 измерений внутренних размеров измерительного трубопровода (ИТ), согласно которому измерительный трубопровод соответствует требованиям, указанным в ГОСТ Р 8.740-2011 и официальной эксплуатационной документации завода-изготовителя (т.1, л.д. 86-87).

19.01.2021 представителем истца – ведущим инженером по учету газа и метрологии ФИО5 в присутствии представителя ответчика – инженера по метрологии ФИО6 была проведена проверка узла учета газа (УУГ) на объекте ответчика по адресу: <...>, в результате которой составлен акт проверки измерительного комплекса (ИК) и газоиспользующего оборудования № 19.23/1 от 19.01.2021.

По результатам проведенной проверки представителем истца в акте № 19.23/1 от 19.01.2021 зафиксированы следующие замечания и выводы:

- при проверке сняты пломбы: 2421011, 2421012; дополнительно установлены: 2295487, 2295486, 2295488, 2295479, 242101, 2295519, 2421000, 2420999, 2421008, 2295483, 2295484, 2295485, 2295480;

- 20.03.2020 установлен вычислитель СПГ-761 № 23629 с методом расчета коэффициента сжимаемости по ГОСТ 30319.2-2015. Акт проверки соответствия требований ГОСТ Р 8.740-2011 не представлен;

- не представлен документ измерений, подтверждающий соответствие отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011. По данным акта измерений ИТ от 19.08.2003 диаметр отверстия отбора давления – 10мм. Толщина стенки трубы ИТ определена как разница наружного и внутреннего диаметров ИТ, деленная на 2, и составила 5 мм;

- в предоставленных отчетах газопотребления при отсутствии расхода не архивируются средние значения давления и температуры газа (нарушение пункта 9.2.8.5 ГОСТ Р 8.740-2011). В настроечных параметрах вычислителя не введен нижний предел измерения расходомера. Документально не подтвержден диапазон измерения расходомера. Протокол настройки вычислителя не согласован поставщиком.

Указанные обстоятельства послужили основанием для определения объема и стоимости потребленного газа за период с 01.01.2021 по 26.01.2021 исходя из максимальной мощности газопотребляющего оборудования, а за период с 27.01.2021 по 31.01.2021 – по показаниям узла учета газа, в результате чего общий объем потребленного газа составил 3 566,110 тыс.м3 на сумму 38 903 614,07 руб.

Не согласившись с выставленным в спорном периоде объемом газа, исходя из максимальной мощности газопотребляющего оборудования, ответчик произвел оплату в соответствии с показаниями узла учета газа, что согласно отчету о потреблении природного газа за январь 2021 года.

В связи с тем, что ответчик оплатил поставленный газ по показаниям узла учета газа, а не по максимальной мощности газопотребляющего оборудования, по расчету истца у ответчика образовалась задолженность в размере 32 403 645,08 руб.

В целях досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлено досудебное требование от 28.02.2021 об оплате задолженности, которое последним оставлено без удовлетворения.

Ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по оплате поставленного природного газа за период с 01.01.2021 по 31.01.2021 послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с вышеуказанными требованиями.

Принимая решение, суд руководствуется следующим.

В соответствии со статьей 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Согласно статье 544 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. Порядок расчетов за энергию определяется законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Отношения между поставщиками и покупателями газа, в том числе газотранспортными организациями и газораспределительными организациями, регулируются Правилами поставки газа в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 № 162 (далее - Правила поставки газа), а также Правилами учета газа, утвержденными приказом Минэнерго России от 30.12.2013 № 961 (далее - Правила учета газа).

Согласно пункту 2.10 Правил учета газа при приеме-передаче газа его объем измеряется средствами измерений и (или) техническими системами и устройствами с измерительными функциями, определенными проектной документацией на объекты транспортировки, хранения и (или) потребления.

При отсутствии либо неисправности средств измерений и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями у потребителя количество поданного газа поставщиком или газораспределительной организацией определяется по проектной мощности газопотребляющих объектов исходя из времени, в течение которого подавался газ в период отсутствия либо неисправности средств измерения и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями (пункт 3.9 Правил учета газа).

В пункте 21 Правил поставки газа установлено, что поставка и отбор газа без учета его объема не допускаются.

В соответствии с пунктами 22 и 23 Правил поставки газа учет объема газа, передаваемого покупателю, производится контрольно-измерительными приборами стороны, передающей газ, и оформляется документом, подписанным сторонами по форме и в сроки, указанные в договоре поставки газа. При неисправности или отсутствии контрольно-измерительных приборов у передающей стороны объем переданного газа учитывается по контрольно-измерительным приборам принимающей газ стороны, а при их отсутствии или неисправности - по объему потребления газа, соответствующему проектной мощности неопломбированных газопотребляющих установок и времени, в течение которого подавался газ в период неисправности приборов, или иным методом, предусмотренным договором.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ "Об обеспечении единства измерений" в сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений к применению допускаются средства измерений утвержденного типа, прошедшие поверку в соответствии с положениями указанного федерального закона, а также обеспечивающие соблюдение установленных законодательством Российской Федерации об обеспечении единства измерений обязательных требований, включая обязательные метрологические требования к измерениям, обязательные метрологические и технические требования к средствам измерений, и установленных законодательством Российской Федерации о техническом регулировании обязательных требований. В состав обязательных требований к средствам измерений в необходимых случаях включаются также требования к их составным частям, программному обеспечению и условиям эксплуатации средств измерений. При применении средств измерений должны соблюдаться обязательные требования к условиям их эксплуатации.

Как видно из материалов дела, основанием для определения объема отпущенного в спорном периоде газа по мощности газоиспользующего оборудования послужило непредставление в ходе проведения проверки 19.01.2021 документа измерений, подтверждающего соответствие отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011; по данным акта измерений ИТ от 19.08.2003 диаметр отверстия отбора давления – 10мм; толщина стенки трубы ИТ определена как разница наружного и внутреннего диаметров ИТ, деленная на 2, и составила 5 мм.

Присутствовавший при проведении проверки инженер по метрологии ООО "МЭЗ Юг Руси" ФИО6 от подписи отказался.

В ходе судебного разбирательства в целях всестороннего и полного выяснения обстоятельств дела судом был допрошен в качестве свидетеля принимавший участие в проведении проверки ведущий инженер по учету газа и метрологии ФИО5, предупрежденный судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, показания свидетеля зафиксированы аудиозаписью судебного заседания от 16.03.2022.

Свидетель ФИО5 дал следующие показания.

На вопрос суда о том, является ли ФИО5 ведущим инженером по учету газа и метрологии, ФИО5 ответил утвердительно, пояснил, что имеет высшее образование в области инженер-электрик.

На вопрос суда о том, какая это была проверка: плановая или внеплановая, ФИО5 пояснил, что это была плановая проверка, т.к. крупный потребитель, расход у которого составляет свыше 10 000 в сутки периодически.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что это была периодическая проверка, ФИО5 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, предупреждался ли потребитель о том, что будет проводиться проверка, ФИО5 ответил отрицательно, пояснил, что согласно договору поставщик газа может проводить проверки в любое время.

На вопрос суда о том, присутствовал ли от потребителя представитель ФИО6 и почему он отказался от подписи, ФИО5 ответил утвердительно, пояснил, что без присутствия представителя потребителя они проверки не проводят; ФИО6 отказался от подписи, так как не был согласен с результатами проверки.

На вопрос суда пояснить согласно акту № 19.23/1 от 19.01.2021, какие пломбы снимались и с какой целью, ФИО5 пояснил, что часто при проверке бывает необходимо снять пломбы, чтобы провести процедуру контроля, после чего они были установлены снова.

На вопрос суда о том, что понимается под установкой вычислителя СПГ-761 № 23629 с методом расчета коэффициента сжимаемости по ГОСТ 30319.2-2015 и какой вычислитель был там установлен, ФИО5 пояснил, что это вычислитель, который производит расчет газа согласно полученным параметрам датчиков давления, температуры и расходомера.

На вопрос суда о том, с какой целью был установлен новый вычислитель и был ли установлен вычислитель на момент проверки, ФИО5 пояснил, что ранее при согласовании паспорта в 2003 году у потребителя был другой вычислитель.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что установка нового вычислителя СПГ 761 № 23629 была произведена согласно акту № 2 от 20.03.2020, то какова цель указания в акте № 19.23/1 от 19.01.2021 на данный вычислитель в замечаниях, является ли это нарушением, ФИО5 пояснил, что это было указано в связи с тем, что произведена замена вычислителя, а акт проверки соответствия не представлен после замены вычислителя.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что был установлен вычислитель, который работает уже по новому ГОСТу, ФИО5 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что старый вычислитель работал по старым правилам, ФИО5 ответил утвердительно, пояснил, что в акте № 19.23/1 от 19.01.2021 он указал лишь на то, что акт проверки соответствия не представлен.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что акт соответствия должен быть представлен с учетом того, что 20.03.2020 был установлен новый вычислитель, ФИО5 ответил утвердительно, пояснил, что с новым методом расчета коэффициента сжимаемости.

На вопрос суда о том, что послужило поводом для замены вычислителя, ФИО5 ответил, что не знает, пояснил, что вычислители на предприятии периодически меняются.

На вопрос суда о том, являются ли данные вычислители взаимозаменяемыми, предусмотрено ли это паспортом, ФИО5 ответил, что вычислитель взаимозаменяемый, но в отличие от первоначально установленного, который был согласован в 2003 году, он отличается своими особенностями настроечных параметров.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что 20.03.2020 вычислитель был заменен в отсутствие поставщика, ФИО5 ответил, что на момент проверки ему не был представлен акт проверки замены.

На вопрос суда о том, откуда ФИО5 тогда знает дату замены вычислителя и зачем это указано в акте № 19.23/1 от 19.01.2021, ФИО5 ответить затруднился, пояснил, что возможно это были чьи-то записи или пояснения.

На вопрос суда о том, откуда понял ФИО5 то, что вычислитель работает по новому ГОСТу, ФИО5 ответил, что на новых модификациях новый ГОСТ применен для расчета коэффициента сжимаемости, а в представленном акте был старый метод расчета коэффициента сжимаемости NХ-19, затем этот метод сжимаемости был отменен и далее применялся уже метод сжимаемости по ГОСТ 30319.2-2015.

На вопрос суда о том, можно ли считать установление нового вычислителя 20.03.2020 реконструкцией, ФИО5 пояснил, что если был установлен новый вычислитель на узел измерений, по крайней мере, должен быть акт приема ЦСМ о соответствии, так он будет вводиться с новой настроечной базой данных и эта база данных должна быть согласована ЦСМ; наличие акта подтверждает, что узел учета исправен, может выполнять вычислительные функции; подтверждение вычислительных функций может быть порождено только наличием согласованной базы настоечных параметров вычислителя, поэтому ФИО5 и написал данное замечание в акте.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что акт проверки соответствия ГОСТ Р 8.740-2011 необходим только в двух случаях: в случае реконструкции или в случае первоначального ввода в эксплуатацию узла учета газа, в связи с чем суд попросил пояснить какой случай будет в данной ситуации, ФИО5 ответил, что он бы отнес это к реконструкции, пояснив, что вычислитель, который устанавливается на узле учета первоначально, не настроен на заводе-изготовителе должным образом согласно тех данных и параметров, которые необходимы; чтобы запустить УУГ в эксплуатацию нужно запустить соответствующие настройки, которые должны быть согласованы. Есть согласованные договорные параметры – между потребителем и поставщиком, а есть согласованные заводские, чтобы вычислитель исправно работал, функционировал, проводил правильные измерения. ФИО5 пояснил, что считает замену вычислителя, которая требовала введение новой базы настоек, реконструкцией, потому что в данном случае это касается изменения качественных показателей вычислителя и по правилам метрологии это является реконструкцией.

На вопрос суда дать пояснения относительно нарушений, отраженных в акте № 19.23/1 от 19.01.2021, выразившихся следующем: «Не представлен документ измерений, подтверждающий соответствия отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011. По данным акта измерений ИТ от 19.08.2003диаметр отверстия отбора давления – 10мм. Толщина стенки трубы ИТ определена как разница наружного и внутреннего диаметров ИТ, деленная на 2, и составила 5 мм», ФИО5 пояснил, что он определил это косвенным методом, т.е. измерил длину окружности и по акту узнал внутренний диаметр, т.е. этой записью он подчеркивал, что у него возникают сомнения в соответствии требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011, потому что акт соответствия был выпущен ЦСМ, но там не были представлены никакие данные по этому цилиндрическому отверстию, т.е. пункт 9.2.3.4 касается последнего абзаца, где говорится о цилиндричности отверстия. Когда устанавливался этот расходомер, ГОСТ, которым были введены требования о цилиндричности, не действовал, он позже был, из чего следует, что в акте ЦСМ 2017г. должно быть отмечено в каком пункте он не соответствует ГОСТу, однако в указанном акте ничего об этом не сказано, а сказано, что на узле учета природного газа соблюдены требования ГОСТ Р 8.740-2011. Однако ФИО5 подозревал, что требования не были соблюдены; потребитель инициировал проверку, причем в письме от 22.01.2021 директор филиала прямо указал, что собирается проводить демонтаж газопровода средств измерений и приведения в соответствии с пунктом 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011. ФИО5 указал, что если потребитель потребовал произвести демонтаж и реконструкцию, почему тогда потребитель опять не расписывается в акте, в котором сказано, что была проведена реконструкция и замеры согласно акту от 27.01.2021, однако ФИО6 опять от подписи отказался.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что 19.01.2021 у ФИО5 возникло подозрение, что имеются несоответствия, после чего ФИО5 сообщил об этом потребителю и потребитель во избежание конфликтов с поставщиком переварил отверстие для отбора давления, ФИО5 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что если бы потребитель оставил все как есть, то это бы являлось основанием для произведения расчета по мощности, но потребитель принял решение и пригласил специализированную организацию ООО «Феррата» и на всякий случай привел в соответствие диаметр отверстия для отбора давления, ФИО5 ответил утвердительно, пояснив, что ООО «Феррата» является аккредитованной организацией, которая может сделать заключение о том, что узел соответствует или не соответствует. ФИО5 пояснил, что у него возникает вопрос о действительности акта ЦСМ от 11.05.2017, т.е. нужно ли мерить длину, если не было замеров этого отверстия.

На вопрос суда о том, делал ли ФИО5 в свою очередь замер отверстия для отбора давления, ФИО5 ответил отрицательно, пояснил, что в акте он указал на свои сомнения и поэтому инициировал замер, т.е. по идее нужно было замерить сначала, а потом сделать реконструкцию.

На вопрос суда о том, что помешало ФИО5 сделать самостоятельно замер, ФИО5 ответил, что во время проверки оборудование находилось в режиме работы, а для того, чтобы произвести замер, нужно остановить предприятие, демонтировать участок, снять все пломбы и произвести соответствующие замеры.

На вопрос суда дать пояснения с учетом абз. 5 п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011, где сказано, что рекомендуется выбирать диаметр отверстия для отбора давления не менее 3 мм и не более 12 мм, ФИО5 пояснил, что к диаметру вопросов нет, диаметр 10 мм соответствовал ГОСТ Р 8.740-2011.

На вопрос суда дать пояснения по цилиндрическому отверстию с учетом абз. 5 п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011, где сказано, что при этом диаметр отверстия не должен быть более 0,13D; отверстие должно быть цилиндрическим на длине не менее одного внутреннего диаметра отверстия при измерении от внутренней стенки трубопровода, ФИО5 пояснил, что отверстие для отбора давления должно представлять собой цилиндр на протяжении диаметра, т.е. если согласно первоначальному акту диаметр составляет 10 мм, то оно должно быть цилиндричным на глубину 10 мм.

На вопрос суда о том, что подразумевается под цилиндричностью, ФИО5 пояснил, что это равный диаметр на величину диаметра, т.е. диаметр 10 мм и высота цилиндра 10 мм.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что эту характеристику можно проверить только разобрав и посмотрев что внутри, провести замеры, ФИО5 ответил утвердительно, пояснил, что для этого необходимо снять датчик, чтобы увидеть на какой глубине это отверстие находится. ФИО5 пояснил, что если диаметр трубы 10 мм, то высота цилиндра тоже должна составлять 10 мм, т.к. дальше приваривается патруба, внутренний диаметр которой не 10 мм, а 15 мм - это стандартная труба для подключения датчика, поэтому чтобы цилиндричность устранить можно срезать старый патрубок и вварить новый, внутренний диаметр которого равен отверстию, либо сделать другой вариант, как скорей всего сделал потребитель, он утопил во внутрь и получилось у него цилиндренное отверстие 5,6 мм, в связи с чем патрубок стал соответствовать.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что сделать вывод о том, было ли отверстие цилиндричным или нет, нельзя, ФИО5 ответил, что на этот вопрос может ответить только потребитель.

ФИО5 также пояснил, что 27.01.2021 представитель поставщика приехал, снял пломбы и уехал; согласно акту (имеется в виду акт от 27.01.2021 № 33, т. 1, л.д. 157-158) в 11 час. 20 мин. закрыта вводная задвижка перед ГРП, установлена пломба, установлена заглушка на байпасной линии, сняты пломбы для проведения реконструкции с целью устранения нарушения п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011; как следует из записи представителя поставщика метролога их участка ФИО7, в результате проведения реконструкции заменен штуцер датчика. ФИО5 пояснил, что более подробно о проверке, состоявшейся 27.01.2021, может рассказать ФИО7, непосредственно ее проводившая.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что реконструкция 27.01.2021 проведена с 11 час. 30 мин. до 17 час. 30 мин., т.е. представитель поставщика ФИО7 приехала утром, сняла пломбу и одновременно опломбировала байпасную линию на ГРП, чтобы потребитель смог сделать свою работу, а потом она приехала и произвела пуск газа, ФИО5 ответил утвердительно, пояснив, что эти работы могут быть сделаны только при отсутствии газа.

На вопрос суда о том, проверяла ли ФИО7 потом по итогам соответствие требованиям, ФИО5 пояснил, что как он понял, она присутствовала при замерах, более точную информацию может дать представитель потребителя ФИО6, который присутствовал при проверке, но который от подписи отказался; т.к. ФИО5 при проведении проверки 27.01.2021 не присутствовал.

На вопрос суда о том, на основании чего у ФИО5 возникли претензии к цилиндричности, если из его пояснений следует, что диаметр отверстия 10 мм соответствует, ФИО5 пояснил, что в акте № 19.23/1 от 19.01.2021 он ни о чем не утверждает, а пытается привести в соответствие с документацией; есть узел и есть документация, которые должны соответствовать. При осмотре у ФИО5 возник вопрос о том, почему диаметр отверстия составляет 10 мм, средний диаметр трубы согласно акту от 19.08.2003 г. составляет 98,888 мм, а внутренний диаметр трубопровода 98,884 мм; этот диаметр был взят ФИО5 за основу как внутренний, наружный диаметр он просто вычислил путем измерения окружности по кругу.

На вопрос суда о том, какой диаметр отверстия 10 мм указан в акте от 19.01.2021: внутренний или наружный, ФИО5 ответил, что внутренний.

На вопрос суда о том, что подразумевается под нарушением, указанным в акте, согласно которому в предоставляемых отчетах газопотребления при отсутствии расхода не архивируются средние значения давления и температуры газа (нарушение пункта 9.2.8.5 ГОСТ Р 8.740-2011), ФИО5 пояснил, что вычислитель должен указывать значения параметров потребляемого газа и все время вычислять, однако это не архивируется, в связи с чем ФИО5 усмотрел в этом нарушение. ФИО5 пояснил, что это важно и для контроля самого узла в то время, когда идет остановка расхода, потому что этот узел, как и всякий другой, имеет свою зону нечувствительности, т.е. это тот расход, который он не может увидеть, тогда как на предприятии есть выходы, утечки, сбросные свечи, и бывает момент, когда при остановке оборудования необходимо следить за утечками, чтобы их не было, либо закрыть задвижку и смотреть по падению давления в газопроводе, т.е. есть различные методы контроля движений среды, которые можно наблюдать только при наличии наблюдений за давлением, когда нет расхода, а у потребителя так запрограммирован вычислитель, что расходомер не дает данных.

На вопрос суда, считает ли ФИО5 это нарушением, ФИО5 пояснил, что это он посчитал нарушением, так как это необходимо для удобства контроля при удаленном доступе.

На вопрос суда, может ли это являться само по себе основанием для расчета по мощности, ФИО5 ответил отрицательно, пояснив, что это может являться основанием для того, чтобы привели в соответствие, потому что дальше ФИО5 в акте указал, что не согласован протокол настройки в ЦСМ, который, по мнению ФИО5, должен согласовываться только ЦСМ, так как ЦСМ отражает в своем акте, что узел готов к измерениям, в то же время есть статья 9 Закона «Об обеспечении единства измерений», где предъявляется особое требование к программному обеспечению средств измерения и контролю за ограниченным доступом к их изменению, в связи с чем ФИО5 считает, что эта позиция по вычислителю должна согласовываться аккредитованной организацией, которая проводит проверку на соответствие ГОСТу. ФИО5 пояснил, что в этой настроечной базе есть договорные параметры, которые согласно руководству вычислителя согласовываются заинтересованными сторонами. ФИО5 пояснил, что эти пункты не являются основанием расчета по мощности, но они являются пожеланием, рекомендацией, которые потребитель не соизволил до сих пор выполнить.

На вопрос суда пояснить по акту ЦСМ от 11.05.2017 относительно цилиндричности, где это должно быть указано, ФИО5 пояснил, что они это обычно указывают в п. 7.1 «Правила монтажа СИ, вспомогательных и дополнительных устройств», по идее, здесь должны прописать замер цилиндричности, ФИО5 пояснил, что вариантов много, так как сейчас аккредитованные организации перешли на новый метод работы, в частности, по сужающим устройствам, т.е. сейчас уже выпускается акт измерений, который выполняет аккредитованная организация на визуальный измерительный контроль. ФИО5 отметил, что в акте ЦСМ, видимо, ошибочно указано, что отбор давления до счетчика, хотя он после счетчика.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что этот акт выдавался по старому ГОСТу, ФИО5 ответил утвердительно, так как в 2017 году действовал ГОСТ 2015, где изменен метод расчета коэффициента сжимаемости с NX19 на другой метод коэффициента сжимаемости, таким образом, у ФИО5 к указанному акту имеются претензии, в связи с чем ФИО5 считает его недействительным.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что если ЦСМ выдавал акт по NX19, то здесь не ГОСТ Р 8.740-2011 был, а предыдущий ПР 50.2.019-2006, ФИО5 пояснил, что ГОСТ 30319.2-2015 уже вступил в 2016 году, а акт составлен в 2017, т.е. когда уже действовал новый ГОСТ.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что поскольку у потребителя на момент составления акта от 11.05.2017 был установлен старый вычислитель, который работал по методу NX19, а новый был установлен только в 2020 году, то это не является нарушением, ФИО5 ответил, что это спорный вопрос.

На вопрос суда о том, какие есть основания проверки соответствия новому ГОСТу, если у потребителя реконструкция на тот момент не проводилась, ФИО5 пояснил, что сведения об NX19 являются спорным вопросом, так как на тот момент составления акта срок службы вычислителя мог не закончиться, в связи с чем остаются только два вопроса по данному акту, это вопрос по отбору давления до счетчика и о цилиндричности отверстия; также в связи с этим остается вопрос о том, почему при замене СПГ 20.03.2020 не составлен отдельный акт ЦСМ, так как метод поменялся. ФИО5 пояснил, что у нового вычислителя должен быть другой метод расчета; метод расчета коэффициента сжимаемости NX19 не соответствует законодательству.

На вопрос суда о том, может ли быть отражен метод расчета коэффициента сжимаемости в паспорте вычислителя газа, ФИО5 ответил, что в паспорте это должно быть отражено, но у него его нет, паспорт находится у потребителя.

На вопрос суда о том, является ли переварка штуцера, которая была осуществлена 27.01.2021, реконструкцией, ФИО5 ответил утвердительно, пояснив, что это уже является конфигурацией. ФИО5 также пояснил, что акт после реконструкции у потребителя есть, а вот относительно законности акта от 20.03.2020 вопрос остается открытым; если потребитель пользовался старым актом 2017 года, то должен быть у него еще и новый акт от 2020 года, который не был представлен на проверке.

На вопрос суда о том, может ли ФИО5 дать пояснения по акту № 2 от 20.03.2020, ФИО5 ответил, что согласно акту поставщик признал узел учета газа исправным на тот момент.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что на 2020 год узел учета газа был исправен и у специалиста не возникло вопросов к тому, что он чему-то не соответствует и что есть необходимость предоставлять акт подтверждения соответствия, ФИО5 ответил утвердительно.

На вопрос представителя ответчика о том, проводил ли ФИО5 измерения цилиндричности или нет, ФИО5 ответил, что измерения не проводил, в акте четко сказано, что это вывод, полученный исходя из изучения документации; при проверке ФИО5 проверил соответствие ГОСТа и факта.

На вопрос представителя ответчика о том, носила ли проверка характер проверки на соответствие ГОСТу, ФИО5 ответил, что проверка носила характер работоспособности узла учета газа, что предусмотрено договором, они провели отсечку, сличили с контрольными приборами, и в процессе проверки при изучении представленных документов у ФИО5 возник такой вопрос, который хотелось решить следующим образом: потребитель вызывает представителя аккредитованной организации на ГИО, в присутствии поставщика производится измерение и составляется соответствующий акт измерений, вот это, по мнению ФИО5, нужно было сделать, но не реконструкцию.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, в соответствии с требованиями какого документа в период работы узла измерения в случае даже если реконструкция касалась замены вычислителя необходимо вскрывать узел измерений и проводить какие-то замеры, когда в действующем паспорте узла измерений есть подписанный акт со стороны поставщика со всеми замерами, где указано на соответствие; этот акт составлялся в определенный период, видимо, производилось вскрытие, комиссионно производились замеры, в последний раз это было в 2009 году, при последующих проверках замечаний не было и вдруг в какой-то момент эксплуатации узла у поставщика возникают сомнения в цилиндричности отверстия с предложением произвести приостановку, разобрать узел полностью с участием аккредитованной организацией для того, чтобы произвести измерения, чем это регламентируется, почему вдруг возникла просьба о таких замерах, ФИО5 ответил, что при проверках узла учета газа они обязаны руководствоваться только действующими документами, поэтому при проверке узла ФИО5 в первую очередь смотрит руководство по эксплуатации на средство измерения, акты замеров при монтаже, акты соответствия ГОСТу, которые выданы аккредитованной организацией при обследовании узла потребителю; при рассмотрении всех этих документов при выполнении своих обязанностей согласно договору поставки у ФИО5 возник вопрос, действительно ли это отверстие цилиндрично или нет, ФИО5 же не писал в акте, что оно не цилиндрично, а только написал то, что у него возник вопрос; он не заставляет в этом акте останавливать производство, глушить трубы, а просто предлагает сделать замер и получить акт замеров; ни в акте ЦСМ, ни в акте 2003 года замеров цилиндричности нет, потому что в 2003 году этих замеров цилиндричности и быть не должно, потому что в 2003 году не предъявлялось требование к цилиндричности, а в 2006 году, когда вышел ПР там уже появились эти требования и с тех пор никто так эти замеры и не произвел.

ФИО5 также пояснил, что при изучении документации и сопоставлении отверстия 10 мм, толщины стенки 5 мм, труба приварена 15 мм, цилиндричности, чего, исходя из логики, быть не может, при этом ФИО5 отметил, что он ее не измерял, а исходил из логики.

На вопрос суда о том, какие методы измерений существуют, ФИО5 ответил, что он метролог в области учета газа, а не визуально-измерительного контроля по методическим измерениям, у них есть какие-то методы проверок, но они связаны не с прямыми измерениями, а с косвенными; предполагается, что ЦСМ или ООО «Феррата» принимают узлы соблюдения цилиндричности и выполняют таким методом, т.е. отверстие делают на толщину стенки трубы диаметром, не больше, других методов ФИО5 не знает. ФИО5 видит следующий вариант решения этой проблемы: применить трубу в соответствии с толщиной стенки, которая бы была достаточна для диаметра отверстия, т.е. если отверстие 5 мм, то сплошной должна быть 5 мм, т.е. подобрана соответствующая труба для измерительного участка трубопровода; если диаметр 6 мм, то толщина должна быть 6 мм; если толщина стенки 22 мм, то мы может делать отверстие 10 мм, чтобы соблюсти цилиндричность не менее диаметра отверстия, т.е. более можно, а менее нет.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, каким образом ФИО5 проанализировал, что выявленное несоответствие может повлиять на узел измерения и на измерение в целом так, что выйдет за пределы допустимых значений, ФИО5 ответил, что его задача не вычислять, как это повлияет на результат расчета, его задача проверить, что на узле учета соблюдены все требования действующего законодательства, поэтому он в акте отражает только на несоответствие.

По правилам частей 1 и 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа (часть 1 статьи 74 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу частей 1 - 3 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела. Свидетель обязан по вызову арбитражного суда явиться в суд. Свидетель обязан сообщить арбитражному суду сведения по существу рассматриваемого дела, которые известны ему лично, и ответить на дополнительные вопросы арбитражного суда и лиц, участвующих в деле.

Согласно части 3 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетель сообщает известные ему сведения устно. По предложению суда свидетель может изложить показания, данные устно, в письменной форме. Показания свидетеля, изложенные в письменной форме, приобщаются к материалам дела.

Как следует из показаний свидетеля ФИО5, диметр отверстия для отбора давления составил 10 мм при толщине стенки трубы измерительного трубопровода 5 мм, которая определена как разница наружного и внутреннего диаметров ИП, деленная на 2, что, что по мнению поставщика газа, нарушает требование к цилиндричности отверстия, предусмотренное п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011. Несоответствие цилиндричности отверстия требованиям п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011 было выявлено проверяющим без дополнительных измерений.

Согласно п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011 при определении диаметра отверстия учитывают возможность его засорения и необходимость обеспечения удовлетворительных динамических характеристик. Рекомендуется выбирать диаметр отверстия для отбора давления не менее 3 мм и не более 12 мм. При этом диаметр отверстия не должен быть более 0,13D. Отверстие должно быть цилиндрическим на длине не менее одного внутреннего диаметра отверстия при измерении от внутренней стенки трубопровода.

Суд критически оценивает возможность выявления указанного в акте нарушения требований п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011 в части цилиндричности отверстия на длине не менее одного внутреннего диаметра, которое было выявлено проверяющим путем изучения технической документации, логико-математического вычисления толщины стенки измерительного трубопровода, и, вследствие этого, логического заключения о нецилиндричности отверстия измерительного трубопровода, без проведения специальных замеров, применения сертифицированных средств измерений и выставления потребителю к оплате на основании результатов такого заключения объема газа, определенного исходя из мощности газоиспользующего оборудования.

Согласно письму ФБУ «Краснодарский ЦСМ» от 15.02.2021 № 27/26.20-452 данное требование ГОСТ Р 8.740-1011 указывает на то, что: 1) отверстие для отбора давления должно быть цилиндрическим; 2) при толщине стенки измерительного трубопровода, превышающей диаметр отверстия для отбора давления, требование к цилиндричности отверстия должно быть соблюдено на длине не менее одного его внутреннего диаметра. На основании изложенных требований пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011 не усматривается, что в обязательном порядке диаметр отверстия в измерительном трубопроводе (ИТ) для отбора давления на узле измерений, должен быть равен толщине стенки ИТ (т. 1, л.д. 161-162).

В материалах дела отсутствуют достоверные доказательства, подтверждающие факт несоответствия цилиндричности отверстия для отбора давления требованиям п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011 на момент проведения спорной проверки 19.01.2021, необходимые для этого замеры представителем поставщика газа ФИО5 не производились, вывод о несоответствии сделан на основании предположения, которое требовало дополнительной проверки.

Таким образом, суд не может считать доказанным зафиксированное в акте проверки № 19.23/1 от 19.01.2021 нарушение, касающееся отверстия отбора давления.

Суд также отмечает, что буквально в акте проверки № 19.23/1 от 19.01.2021 указано следующее: «не представлен документ измерений, подтверждающий соответствие отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011. По данным акта измерений ИТ от 19.08.2003 диаметр отверстия отбора давления – 10мм. Толщина стенки трубы ИТ определена как разница наружного и внутреннего диаметров ИТ, деленная на 2, и составила 5 мм».

Следовательно, в акте проверки не утверждается о несоответствии отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011, а лишь указано, что на момент проверки потребителем не представлен акт документ измерений, подтверждающий соответствие отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011.

Таким образом, суд не может на основании одного только предположения представителя поставщика газа сделать вывод о несоответствии отверстия отбора давления на момент проведения проверки требованиям п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011.

Кроме того, как установлено судом, диаметр самого отверстия отбора давления, составлявший на момент проведения проверки 10 мм, соответствовал требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011 («Рекомендуется выбирать диаметр отверстия для отбора давления не менее 3 мм и не более 12 мм»).

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что его претензии к узлу учета газа сводились к вопросу цилиндричности отверстия отбора давления, однако, в акте проверки свидетель конкретно об этом не указал, в связи с чем указание в акте проверки на отсутствие документа измерений, подтверждающего соответствие отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011, является формальным и не может влечь последствий, предусмотренных для случая неисправности узла учета газа.

Ссылка истца на последующую после проведения проверки 19.01.2021 замену ответчиком штуцера датчика давления как на признание ответчиком факта несоответствия отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011 судом отклоняется, поскольку готовность потребителя, действуя добросовестно и разумно, выполнить требования поставщика газа во избежание неблагоприятных для себя последствий определения объема газа по максимальной мощности газоиспользующего оборудования в течение неопределенного периода до момента разрешения судебного спора, не освобождает истца от доказывания факта несоответствия отверстия отбора давления непосредственно в момент проведения проверки 19.01.2021, однако, такие доказательства истцом не представлены.

ГОСТ Р 8.740-2011 утвержден и введен в действие приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 13.12.2011 № 1049-ст для добровольного применения (пункт 1 приказа).

После издания приказа Росстандарта от 28.12.2016 № 2024 применение ГОСТ Р 8.740-2011 стало обязательным для организаций любой формы собственности.

Из материалов дела следует, что узел учета газа ответчика был введен в эксплуатацию в сентябре 2003 года, т.е. в период, когда ГОСТ Р 8.740-2011 еще не был утвержден и введен в действие, и действовали "ПР 50.2.019-96. Правила по метрологии. Государственная система обеспечения единства измерений. Количество природного газа. Методика выполнения измерений при помощи турбинных и ротационных счетчиков", принятые и введенные в действие Постановлением Госстандарта России от 13.02.1996 № 61 (т. 1, л.д. 75).

23.07.2009 в связи с введением в действие ПР 50.2.019-2006 23.07.2009 поставщиком газа утвержден новый паспорт измерительного комплекса расхода природного газа, в котором в качестве приложения № 1 остался акт соответствия измерительного комплекса и монтажа СИ паспортным данным от 19.08.2003, который соответствовал новым требованиям (т. 1, л.д. 132-150).

Из п. 13 акта соответствия измерительного комплекса и монтажа СИ паспортным данным от 19.08.2003 следует, что диаметр отверстия для отбора давления составляет 10 мм (т. 1, л.д. 76).

Таким образом, на момент утверждения нового паспорта у поставщика отсутствовали претензии к диаметру отверстия для отбора давления.

11.05.2017 ФБУ «Краснодарский ЦСМ» выдало ответчику акт № 92-2017 проверки состояния и применения средств измерений и соблюдения требований ГОСТ Р 8.740-2011, согласно которому узел учета газа соответствует требованиям ГОСТ Р 8.740-2011 (т. 1, л.д. 83).

Также ФБУ «Краснодарский ЦСМ» произвело расчет № 92 от 11.05.2017 по методу расчета коэффициента сжимаемости – ГОСТ 30319.2-2015, согласно которому расход газа соответствует стандартным условиям (320,938 – 13363,4) м3/ч.

Отсутствие в акте № 92-2017 от 11.05.2017 замеров цилиндричности отверстия для отбора давления само по себе не свидетельствует о его нецилиндричности и несоответствии п. 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011, поскольку выданный уполномоченной организацией - ФБУ «Краснодарский ЦСМ» акт проверки состояния и применения средств измерений свидетельствует о соблюдении на объекте потребителя всех требований ГОСТ Р 8.740-2011 в целом, в том числе и пункта 9.2.3.4.

20.03.2020 между сторонами подписан акт № 2 проверки узла учета измерений (узла учета газа (УУГ) и газоиспользующего оборудования (ГИО), согласно которому произведена проверка ИК и газоиспользующего оборудования; установлен новый вычислитель газа СПГ 761 № 23629, настроечные параметры соответствуют установленным при монтаже УУГ; опломбирован пломбами № 2105866, 215865 (т. 1, л.д. 155-156).

Акт проверки узла учета измерений (узла учета газа (УУГ) и газоиспользующего оборудования (ГИО) № 2 от 20.03.2020 подписан представителями истца без замечаний.

03.12.2020 ФБУ «Краснодарский ЦСМ» выдало ответчику акт измерений внутренних размеров измерительного трубопровода № 8-20, из которого следует, что при визуальном осмотре ИТ после РСГ подтверждено соответствие цилиндричности (т. 1, л.д. 86-87).

Перечисленными выше документами подтверждается соответствие узла учета газа требованиям всех действовавших в разное время нормативно-технических документов, в том числе требованиям ГОСТ Р 8.740-2011.

С момента ввода в эксплуатацию в 2003 году до января 2021г. спорный узел учета газа эксплуатировался без замечаний.

Доказательств того, что спорный узел учета газа в период с 2003 года до 19.01.2021 подвергался реконструкции, в том числе, в части параметров отверстия для отбора давления истцом в материалы дела не представлено.

Об указанном в акте проверки № 19.23/1 от 19.01.2021 предположении представителя поставщика газа ФИО5 о том, что отверстие для отбора давления спорного УУГ может не соответствовать требованиям ГОСТ, ответчику стало известно только в результате проведенной 19.01.2021 истцом проверки.

С учетом наличия положительных актов проверки со стороны истца и положительного акта проверки состояния и применения средств измерений и соблюдения требований ГОСТ Р 8.740-2011, выданного уполномоченным органом в области стандартизации и метрологии, у ответчика не имелось оснований полагать используемый узел учета газа не соответствующим обязательным требованиям.

Следует отметить, что требования к цилиндричности отверстия отбора давления газа являлись идентичными и в ПР 50.2.019-2006 (п. 7.3.2.4), и в ГОСТ Р 8.740-2011 (п. 9.2.3.4).

С момента введения в действие с 1 июля 2007 года ПР 50.2.019-2006 у поставщика газа не возникало сомнений в цилиндричности отверстия отбора давления газа, каких-либо претензий по данному поводу поставщиком газа потребителю не предъявлялось.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 названного Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 данного Кодекса).

В силу пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса, в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 данной статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены данным Кодексом.

Таким образом, в рассматриваемом случае действует принцип эстоппель, являющийся одним из проявлений принципа добросовестности (статья 1 ГК РФ). Содержанием указанного принципа является недопустимость противоречивого и непоследовательного поведения участника правоотношений, ущемляющего интересы других участников правоотношений. При наличии обстоятельств, свидетельствующих о нарушении данного принципа, суд должен отказать в защите соответствующему лицу, поскольку последнее утрачивает право ссылаться на какие-либо факты или обстоятельства в связи со своим предыдущим поведением. Фактически эстоппель запрещает противоречивое поведение участников оборота.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации по делу № 305-ЭС20-9918 от 22.09.2020, профессиональные участники отношений по энергоснабжению не вправе возлагать на добросовестных абонентов неблагоприятные последствия собственного бездействия, в т.ч. связанного с соблюдением установленного действующим законодательством порядка ввода прибора учета в эксплуатацию, их опломбирования и последующей регулярной проверки. Такое поведение профессиональных участников соответствующих отношений и их последствия должны оцениваться с точки зрения соответствия пределам осуществления гражданских прав, установленных статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик (потребитель) вправе полагаться на то, что действия по проведению регулярных проверок с выдачей актов по результатам проверок о соответствии УУГ требованиям нормативно-технической документации, производимые профессиональными работниками компании, соответствуют требованиям законодательства.

Суд признает поведение истца не соответствующим принципу добросовестности (статьи 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку истец, подтвердив соответствие УУГ ответчика требованиям нормативно-технической документации в результате проведенных проверок, и обладая при этом информацией о якобы несоответствии узла учета газа необходимым параметрам, не уведомил об этом ответчика, а продолжал поставлять газ и принимать оплату, а затем провел проверку узла учета газа (19.01.2021), рассчитывая на фиксацию известного ему нарушения и применения расчетного способа определения объема потребленного газа.

Таким образом, истец своим поведением давал ответчику основание полагаться на отсутствие каких-либо нарушений со стороны ответчика, а впоследствии (19.01.2021), несмотря на то, что состав УУГ и условия потребления газа на объекте ответчика не изменились, потребовал от ответчика произвести оплату газа расчетным способом, исходя из расчета круглосуточного потребления газа и проектной мощности установленного ГИО, ссылаясь на выявленное лишь в ходе проведения проверки 19.01.2021 несоответствие УУГ ответчика обязательным требованиям, что свидетельствует о недобросовестном, противоречивом и непоследовательном поведении истца и является основанием для применения в рассматриваемой ситуации принципа эстоппель.

Правомерность такого подхода подтверждается постановлениями Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2022 по делу № А32-53222/2018, от 12.07.2022 по делу № А32-53095/2019, от 18.08.2022 по делу № А32-29605/2019.

На основании изложенного указание в акте проверки № 19.23/1 от 19.01.2021 на отсутствие документа измерений, подтверждающего соответствие отверстия отбора давления требованиям пункта 9.2.3.4 ГОСТ Р 8.740-2011, не является основанием для определения объема потребленного ответчиком газа по максимальной мощности газоиспользующего оборудования.

В отношении другого замечания, указанного в акте проверки № 19.23/1 от 19.01.2021, - о необходимости наличия на момент проведения проверки 19.01.2021 акта проверки соответствия требований ГОСТ Р 8.740-2011 ввиду того, что 20.03.2020 на УУГ потребителя был установлен вычислитель СПГ-761 № 23629 с методом расчета коэффициента сжимаемости по ГОСТ 30319.2-2015, суд отмечает следующее.

Факт установки в узле учета газа потребителя нового вычислителя СПГ 761 № 23629 оформлен подписанным поставщиком газа актом проверки узла учета измерений (узла учета газа (УУГ) и газоиспользующего оборудования (ГИО) № 2 от 20.03.2020, в котором указано, что настроечные параметры вычислителя соответствуют установленным при монтаже УУГ (т. 1, л.д. 155-156).

Фактически потребитель установил новый вычислитель той же модели, которая предусмотрена в паспорте УУГ, утвержденном поставщиком газа 23.07.2009 (т. 1, л.д. 135).

Пункт 12.1.1 ГОСТа Р 8.740-2011 предусматривает необходимость проверки реализации методик измерений, относящихся к сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений, только перед пуском узла измерений в эксплуатацию или после его реконструкции.

Как следует из материалов дела, пуск узла учета газа в эксплуатацию состоялся в 2003 году, а реконструкций узла учета газа по состоянию на дату проведения проверки 19.01.2021 не производилось.

Понятие реконструкции измерительного комплекса раскрыто в п. 3.4 ГОСТ Р 8.899-2015, согласно которому под реконструкцией ИК понимается изменение количественных и/или качественных параметров ИК, оказывающих влияние на результаты и/или метрологические характеристики измерения расхода и количества среды. Примечание - Изменение значений условно-постоянных величин в установленных при аттестации пределах не является реконструкцией.

В письме от 01.02.2017 № 065ТД, направленном в связи с началом действия комплекса стандартов ГОСТ 30319.1-2015, ГОСТ 30319.2-2015, ГОСТ 30319.3-2015 взамен утратившего силу комплекса ГОСТ 30319.0…3-96 завод-изготовитель вычислителя СПГ 761 АО «НПФ «Логика» разъяснил следующее. Алгоритмы ГОСТ 30319.0…3-96 заложены в серийно выпускаемые предприятием корректоры СПГ742, СПГ761.2, СПГ762.2, а также снятые с производства, но широко применяемые корректоры СПГ741, СПГ761, СПГ762. Все перечисленные корректоры позволяют выполнять расчет физических свойств газа по методу GERG-91 мод. стандарта ГОСТ 30319.2-96, который согласно заключению разработчика нового комплекса стандартов ООО «Газпром ВНИИГАЗ», идентичен методу ГОСТ 30319.2-2015. АО «НПФ «Логика» были произведены самостоятельные проверки, также подтвердившие полную идентичность расчетов свойств природного газа по вышеуказанному методу в изданиях 1996 и 2015 годов. Таким образом, в этой части программное обеспечение корректоров удовлетворяет требованиям нового комплекса стандартов и для реализации вычислений по ГОСТ 30319.2-2015 они могут быть использованы без «перепрограммирования». Ввиду вышесказанного, вносить какие-либо изменения в ПО корректоров СПГ741, СПГ742, СПГ761, СПГ762, СПГ762.2 не планируется. Для корректора СПГ761.2 подготовлена новая версия программного обеспечения (версия v03), в которую добавлен впервые введенный метод расчета физических свойств на основе данных о компонентном составе газа ГОСТ 30319.3-2015. Для реализации вычислений по указанному методу программное обеспечение ранее приобретенных корректоров СПГ761.2 можно будет обновить (т. 1, л.д. 163-166).

Согласно Заключению ООО «Газпром ВНИИГАЗ» о соответствии (идентичности) методов расчета физических свойств комплекса стандартов ГОСТ 30319.1-2015 – ГОСТ 30319.3-2015 методам, представленным в действующем комплексе стандартов ГОСТ 30319.0-96 – ГОСТ 30319.3-96, являющемуся приложением к письму АО «НПФ «Логика» от 01.02.2017 № 065ТД, методы расчета физических свойств, приведенные в ГОСТ 30319.2-2015, предназначены для расчета при давлениях до 7,5 Мпа, при этом:

- метод расчета коэффициента сжимаемости идентичен методу УС GERG-91 мод. стандарта ГОСТ 30319.2-96;

- методы расчета остальных физических свойств (плотность, показатель адиабаты, скорость звука, вязкость) идентичны методам расчета, приведенным в ГОСТ 30319.1-96 (т. 1, л.д. 165).

Таким образом, в результате установки потребителем 20.03.2020 нового вычислителя СПГ 761 № 23629 не произошло изменения количественных и/или качественных параметров ИК, оказывающих влияние на результаты и/или метрологические характеристики измерения расхода и количества среды.

В акте проверки узла учета измерений (узла учета газа (УУГ) и газоиспользующего оборудования (ГИО) № 2 от 20.03.2020, составленном по факту установки нового вычислителя СПГ 761 № 23629, поставщик газа также указал, что настроечные параметры вычислителя соответствуют установленным при монтаже УУГ.

Таким образом, установка 20.03.2020 нового вычислителя СПГ 761 № 23629 не является реконструкцией, в связи с чем потребитель не обязан был получать акт проверки соответствия требований ГОСТ Р 8.740-2011 ввиду состоявшейся 20.03.2020 установки нового корректора той же модели и предъявлять его при проведении проверки 19.01.2021 представителю поставщика газа ФИО5

Суд также отмечает, что в акте № 2 от 20.03.2020 поставщик газа не указал на то, что установка нового вычислителя СПГ 761 № 23629 является реконструкцией узла учета газа и на необходимость получения в связи с этим акта проверки соответствия требований ГОСТ Р 8.740-2011 ни в качестве обязательного требования, ни в качестве рекомендации.

Отсутствие акта проверки соответствия требований ГОСТ Р 8.740-2011 по состоянию на 20.03.2020 не послужило препятствием для выдачи потребителю положительного акта проверки № 2.

Таким образом, подписав акт проверки узла учета измерений (узла учета газа (УУГ) и газоиспользующего оборудования (ГИО) № 2 от 20.03.2020, поставщик газа подтвердил соответствие УУГ всем обязательным требованиям после установки нового вычислителя, в связи с чем в силу приведенного выше принципа эстоппель не вправе в настоящее время ссылаться на отсутствие у потребителя акта проверки соответствия требований ГОСТ Р 8.740-2011 на момент проведения проверки 19.01.2021.

В отношении оставшихся замечаний, указанных в акте проверки № 19.23/1 от 19.01.2021, - о том, что в предоставленных отчетах газопотребления при отсутствии расхода не архивируются средние значения давления и температуры газа (нарушение пункта 9.2.8.5 ГОСТ Р 8.740-2011); в настроечных параметрах вычислителя не введен нижний предел измерения расходомера; документально не подтвержден диапазон измерения расходомера; протокол настройки вычислителя не согласован поставщиком, допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО5 пояснил, что указанные замечания сами по себе не являются основанием для определения объема потребленного газа по мощности газоиспользующего оборудования, а являются пожеланием поставщика газа, рекомендацией. Таким образом, изложенные в настоящем абзаце и в соответствующем разделе акта проверки № 19.23/1 от 19.01.2021 рекомендации не рассматриваются судом в качестве оснований для расчета по мощности газоиспользующего оборудования.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что объем поставленного ответчику в спорном периоде газа должен определяться по показаниям узла учета газа, а применение истцом расчета, исходя из проектной мощности газопотребляющего оборудования, является незаконным.

Согласно альтернативному расчету истца, произведенному по показаниям узла учета газа (т. 1, л.д. 177), объем потребленного газа за период с 01.01.2021 по 31.01.2021 составил 426,840 тыс. куб. метров на сумму 3 547 642,06 руб., который оплачен ответчиком в полном объеме и в установленный договором срок (до 25.02.2021) (ответчик перечислил истцу в счет оплаты спорного периода 3 885 819,39 руб. (т. 1, л.д. 72-74)).

Таким образом, в удовлетворении требования о взыскании 32 403 645,08 руб. задолженности по договору поставки газа от 10.07.2019 № 25-4-01707/19 за период с 01.01.2021 по 31.01.2021 следует отказать.

Истцом также заявлено требование о взыскании 248,32 руб. пеней за период с 27.08.2019 по 28.08.2019, начисленных в связи с просрочкой оплаты газа за июль 2019г., и 381 365,98 руб. пеней за период с 26.02.2021 по 01.04.2021, начисленных на спорную задолженность за январь 2021г.

В силу статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

На основании статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с абз. 2 ст. 25 Федерального закона от 31.03.1999г. № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» в случае несвоевременной и (или) неполной оплаты газа и услуг по его транспортировке потребитель газа обязан уплатить поставщику пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты.

Поскольку задолженность за январь 2021г., предъявленная к взысканию с ответчика по иску, образовалась в результате применения истцом расчетного способа определения объема газа, исходя из мощности газопотребляющего оборудования, оснований для применения которого судом не установлено, при этом ответчиком в полном объеме и до наступления установленного договором срока (до 25-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата) произведена оплата потребленного в спорном периоде газа по показаниям узла учета, то оснований для удовлетворения иска в части взыскания основного долга за январь 2021г. и в части взыскания пеней, начисленных на задолженность за январь 2021, не имеется.

Вместе с тем, требование о взыскании пеней, начисленных в связи с просрочкой оплаты газа за июль 2019г., за период с 27.08.2019 по 28.08.2019 в размере 248,32 руб. заявлено истцом правомерно.

Судом проверен представленный истцом расчет пеней и признан верным.

Ответчиком арифметическая и методологическая правильность произведенного истцом расчета не оспорена, контррасчет пеней не представлен.

Таким образом, требование о взыскании 248,32 руб. пеней за период с 27.08.2019 по 28.08.2019 подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства истца о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Феррата» отказать.

В удовлетворении ходатайства ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о вызове в судебное заседание для допроса в качестве свидетеля сотрудника ООО «Феррата» ФИО4 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Маслоэкстракционный завод Юг Руси" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Газпром межрегионгаз Краснодар" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) 248,32 руб. пеней за период с 27.08.2019 по 28.08.2019 и 1,42 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, вынесший решение, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение, при условии, что решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья А.В. Тамахин