Решение от 2 июля 2017 г. по делу № А56-12088/2017

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-12088/2017
03 июля 2017 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 15 июня 2017 года.

Полный текст решения изготовлен 03 июля 2017 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе: судьи Судас Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мерьемовой Н.М.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: акционерное общество "Петербургская сбытовая компания"

(адрес: Россия 195009, <...> ОГРН: <***>);

ответчик: общество с ограниченной ответственностью "Митекс"

(адрес: Россия 194214, <...> лит.А, ОГРН: <***>);

о взыскании 391 977 руб. 41 коп. долга и 468 906 руб. 69 коп. пеней

при участии

- от истца: ФИО1 (доверенность от 24.08.2016 № 233-053)

- от ответчика: генеральный директор ФИО2 (решение от 22.12.2012), ФИО3 (доверенность от 17.05.2017)

установил:

Акционерное общество "Петербургская сбытовая компания" обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о взыскании с общества с ограниченной ответственностью "Митекс" 391 977 руб. 41 коп. долга за период с 01.12.2013 по 31.12.2015 и 468 906 руб. 69 коп. пеней, начисленных с 06.07.2016 по 16.03.2017, по договору энергоснабжения от 13.06.2007 № 29250.

В судебном заседании 15.06.2017 истец поддержал раннее заявленный отказ от иска в части взыскания задолженности и настаивал на взыскании с ответчика 468 906 руб. 69 коп. пеней.

Согласно части 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

В материалы дела представлены доказательства, подтверждающие наличие у представителя истца полномочий заявлять отказ от исковых требований.

Суд первой инстанции считает возможным в данном случае принять отказ истца от исковых требований в указной части.

На основании изложенного, производство по делу в части взыскания с ответчика 391 977 руб. 41 коп. долга подлежит прекращению.

Ответчик возражал против удовлетворения иска.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд находит требования истца подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, по договору энергоснабжения от 13.06.2007 № 29250 (далее - Договор), истец (гарантирующий поставщик) обязался осуществлять продажу ответчику (потребитель) электрической энергии и мощности, самостоятельно или через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и иные услуги, неразрывно связанные с процессом снабжения электрической энергией ответчика, а ответчик обязался оплачивать потребляемую электрическую энергию и мощность и оказанные услуги.

Пунктом 4.5 Договора в редакции Дополнительного соглашения от 13.06.2007 (л.д. 26) установлено, что платежные документы ответчик должен самостоятельно получать у истца и оплачивать в течение 5 календарных дней с момента получения, но не позднее 25 числа месяца, следующего за оплачиваемым.

Пунктом 6.3 Договора установлено, что при нарушении сроков оплаты ответчик уплачивает истцу штрафную неустойку в виде пени в размере 0,5% от неоплаченной или несвоевременно оплаченной суммы за каждый день просрочки платежа до момента погашения задолженности.

Истец выставил ответчику счет от 28.06.2016 № 399110001 на оплату электрической энергии, отпущенной в период с 01.12.2013 по 31.12.2015 на нужды электроснабжения автозаправочной станции, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Шуваловский пр., д.19, лит.А (далее - АГЗС Коломяги), на общую сумму 426 837 руб. 35 коп. (л.д. 42-43).

Ответчик оплатил указанный счет платежными поручениями от 21.09.2016 № 1862, от 08.02.2017 № 228, от 03.03.2017 № 368 и от 16.03.2017 (л.д. 133, 142, 144, 145).

Поскольку ответчик произвел оплату счета от 28.06.2016 № 399110001 с нарушением срока, установленного пунктом 4.5. Договора, истец, руководствуясь пунктом 6.3. Договора, начислил ответчику неустойку с 06.07.2016 по 16.03.2017, сумма которой составила 468 906 руб. 69 коп., и обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 539 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, в частности, неустойкой.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик сослался на то, что сторонами не достигнуто соглашение о включение АГЗС Коломяги в перечень энергоснабжаемых объектов по Договору, а также заявил о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям, заявленным до 04.03.2014 (за период, превышающий три года, предшествовавшие вынесению судом по настоящему делу определения от 04.03.2017 о принятии искового заявления истца к производству).

В обоснование довода о том, что рассматриваемый объект сторонами не включен в Договор ответчик указал на то, что стороны не урегулировали разногласия, возникшие при заключении дополнительного соглашения от 24.04.2015, которым предусматривалось включение данного объекта в перечень объектов, снабжаемых электроэнергией по Договору.

По мнению ответчика, наличие у сторон разногласий относительно величины мощности, потребляемой АГЗС Коломяги, свидетельствует об отсутствии согласования существенных условий договора энергоснабжения.

Однако, как следует из протокола согласования разногласий № 1 от 22.10.2015 (л.д. 113-114), подписанного со стороны ответчика, а также протокола согласования разногласий № 2, подписанного со стороны истца (л.д. 117-119), у сторон отсутствуют разногласия относительно того, что на балансе ответчика находится ТП-9411 на два трансформатора мощностью по 250 кВА.

Настаивая на необоснованности исковых требований, ответчик сослался на то, что из общей мощности, выделенной на объект ответчика, надлежит исключить мощность, фактически потребляемую присоединенными к объекту ответчика потребителями.

Согласно пункту 41 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442; далее – Основные положения), существенными условиями договора энергоснабжения, в том числе, являются существенные условия договора оказания услуг по передаче электрической энергии в соответствии с Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг.

В силу пункта 13 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, в договоре энергоснабжения должна быть указана величина максимальной мощности энергопринимающих устройств, определяемая в процессе технологического присоединения.

Поскольку объем взаимных обязательств сторон по договору энергоснабжения предопределяется условиями технологического присоединения объектов электроэнергетики к объектам электросетевого хозяйства, величина максимальной мощности не может устанавливаться по усмотрению сторон.

Как следует из заявки овтетчика от 12.11.2013 (л.д. 89-90), а также письма истца от 03.04.2017 № 9325/021/1 (л.д. 143), в отношении АГЗС Коломяги ответчик не представил истцу акт о технологическом присоединении, а также акты о разграничении балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон по сетям.

В то же время, из письма истца от 03.08.2016 № 24019/021/1 (л.д. 116) следует, что сведения о наличии на балансе ответчика ТП-9411 на два трансформатора мощностью по 250 кВА получены на основании документов, включая акт разграничения балансовой принадлежности от 01.01.2011, оформленных прежним собственником АГЗС Коломяги.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права № 78-А З 084774 (л.д. 85) право собственности ответчика на здание автозаправочной станции по адресу: Санкт-Петербург, Шуваловский пр., д.19, лит.А, зарегистрировано 09.08.2013.

Фактическое потребление электроэнергии, отпущенной истцом на АГЗС Коломяги в период с 01.12.2013 по 31.12.2015, ответчиком не оспорено.

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 05.05.1997 № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» в тех случаях, когда потребитель пользуется услугами (энергоснабжение, услуги связи и т.п.), оказываемыми обязанной стороной, однако от заключения договора отказывается, арбитражные суды должны иметь в виду следующее.

Фактическое пользование потребителем услугами обязанной стороны следует считать в соответствии с пунктом 3 статьи 438 ГК РФ как акцепт абонентом оферты, предложенной стороной, оказывающей услуги (выполняющей работы). Поэтому данные отношения должны рассматриваться как договорные.

Кроме того, счет от 28.06.2016 № 399110001 содержит ссылку на Договор.

Оплачивая данный счет, ответчик тем самым признал, что потребление электроэнергии АГЗС Коломяги осуществлялось в рамках Договора.

Согласно пункту 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Суд также учитывает правовую позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, последовательно выраженную в постановлениях от 18.05.2010 № 1404/10 и от 08.02.2011 № 13970/10 и от 05.02.2013 № 12444/12, содержащих оговорку об обязательности применения изложенного в них толкования норм права при рассмотрении дел со схожими фактическими обстоятельствами.

В названных постановлениях Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что требования к существенным условиям договоров устанавливаются законодателем с целью недопущения неопределенности в правоотношениях сторон и для предупреждения разногласий относительно исполнения договора. Однако если одна сторона договора совершает действия по исполнению договора, а другая сторона принимает их без каких-либо возражений, то неопределенность в отношении содержания договоренностей сторон отсутствует. Следовательно, в этом случае соответствующие условия спорного договора должны считаться согласованными сторонами, а договор - заключенным.

Как следует из материалов дела и не опровергнуто самим ответчиком, количество электроэнергии, отпущенной на АГЗС Коломяги в период с 01.12.2013 по 31.12.2015, определено истцом исходя из показаний приборов учета электроэнергии (л.д. 135, 143).

Согласно письму ответчика от 20.04.2017 № 183 (л.д. 146), а также пояснениям ответчика в ходе судебного разбирательства, оплата счета от 28.06.2016 № 399110001 ответчиком произведена после разъяснения истцом порядка определения количества предъявленной к оплате электроэнергии.

Поскольку у сторон фактически отсутствуют разногласия относительно исполнения обязанности по оплате электроэнергии, отпущенной в период с 01.12.2013 по 31.12.2015 на АГЗС Коломяги, довод ответчика о несогласованности существенных условий договора в отношении названного объекта следует признать несостоятельным.

Кроме того, настаивая на том, что АГЗС Коломяги не включено в Договор, ответчик не опроверг довод истца о том, что в этом случае количество отпущенной на АГЗС Коломяги электроэнергии подлежит определению в соответствии с Основными положениями расчетным способом, установленным для бездоговорного потребления, что значительно превысит объем потребления, предъявленный ответчику к оплате.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ) предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 Раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» названный закон вступает в силу с 1 сентября 2013 года, за исключением пункта 22 статьи 1 данного Закона.

При этом пунктом 9 статьи Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ предусмотрено, что установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Как следует из заявки истца от 12.11.2013, на которой имеется отметка о получении заявки истцом (л.д. 89-90), истец должен был узнать о приобретении ответчиком права собственности на АГЗС Коломяги в ноябре 2013 года.

Исковое заявление истцом подано в арбитражный суд 28.02.2017.

В то же время, пунктом 2 статьи 206 ГК РФ установлено, что если по истечении срока исковой давности должник или иное обязанное лицо признает в письменной форме свой долг, течение исковой давности начинается заново.

В данном случае в письме от 20.04.2017 № 183 (л.д. 146) ответчик указал, что платежными поручениями от 21.09.2016 № 1862, от 08.02.2017 № 228, от 03.03.2017 № 368 и от 16.03.2017 полностью оплачен счет от 28.06.2016 № 399110001.

Поскольку ответчик признал в 2017 году наличие задолженности по названному счету, следует признать, что срок исковой давности по требованию о взыскании задолженности, начисленной по этому счету, начал течь заново.

В силу пункта 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

За нарушение срока оплаты счета от 28.06.2016 № 399110001 истцом начислена неустойка в размере 0,5% от неоплаченной или несвоевременно оплаченной суммы за каждый день просрочки платежа с учетом срока оплаты платежных документов истца, установленного пунктом 4.5. Договора в редакции дополнительного соглашения от 13.06.20017.

Ответчик заявил ходатайство о снижении неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

В силу статьи 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Настаивая на применении статьи 333 ГК РФ, ответчик сослался на то, что размер неустойки, примененный истцом для расчета, является чрезмерно высоким.

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Поскольку неустойкой является денежная сумма, следовательно, оценке на предмет соразмерности подлежит сумма, а не применяемый для расчета размер неустойки.

Данный вывод также следует из статьи 333 ГК РФ, согласно которой соразмерность неустойки определяется применительно к последствиям нарушения обязательства.

Поскольку размер неустойки представляет собой условную расчетную величину, его нельзя соотнести с последствиями нарушения обязательства, которые в каждом случае различны, так как зависят от фактических обстоятельств конкретного дела.

В определениях от 15.01.2015 № 6-0 и № 7-0 Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации о неустойке не содержат каких-либо ограничений для определения сторонами обязательства размера обеспечивающей его неустойки.

В силу части 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Частью 4 названной статьи установлено, что условия договора определяются по усмотрению сторон.

В силу названной нормы установление сторонами в договоре определенного размера неустойки свидетельствует о том, что неустойка, подлежащая уплате в соответствии с условиями договора, признается сторонами соразмерной возможным последствиям нарушения стороной своих обязательств, пока не доказано обратное.

В пункте 77 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 1 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Однако, в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчик не представил доказательства, подтверждающие, что начисленная истцом неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и влечет получение истцом необоснованной выгоды.

В определении от 15.01.2015 № 6-0 Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положение пункта 1 статьи 333 ГК РФ в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому сложившейся правоприменительной практикой, не допускает возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства без представления ответчиками доказательств, подтверждающих такую несоразмерность.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 17.07.2014 № 1723-0 неустойка (штраф, пени) как способ обеспечения исполнения обязательств и мера имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение по смыслу статьей 12, 330 ГК РФ стимулирует своевременное исполнение обязательств, позволяя значительно снизить вероятность нарушения прав кредитора, предупредить нарушение.

В данном случае увеличение суммы неустойки обусловлено исключительно длительным неисполнением своих обязательств самим ответчиком.

Применение судом положений статьи 333 ГК РФ при указанных обстоятельствах будет противоречить смыслу института неустойки и в целом задачам судопроизводства в арбитражном суде (защита прав и законных интересов лиц, права и законные интересы которых нарушены), поскольку фактически будет свидетельствовать о поощрении действий ответчика по уклонению от соблюдения требований статьи 309 ГК РФ, императивно устанавливающих, что обязательства должны исполняться надлежащим образом и в соответствии с условиями обязательства, включая уплату неустойки в согласованном сторонами размере.

Данный подход соответствует принципам, закрепленным в статьях 1 и 421 ГК РФ, и основывается на необходимости сохранения договоров и исполнения их условий, а также применения установленных законом и договором мер ответственности за их нарушение.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что ответчик является коммерческой организацией и не представил доказательства, подтверждающие, что начисленная истцом неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и влечет получение истцом необоснованной выгоды, основания для применения положений статьи 333 ГК РФ отсутствуют.

На основании изложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка в сумме 468 906 руб. 69 коп.

В связи с удовлетворением исковых требований понесенные истцом судебные расходы на уплату государственной пошлины по иску в силу части 1 статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 150, 151, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Принять отказ акционерного общества «Петербургская сбытовая компания» от иска в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Митекс» 391 977 руб. 41 коп. долга.

Производство по делу в указанной части прекратить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Митекс» в пользу акционерного общества «Петербургская сбытовая компания» 468 906 руб. 69 коп. пеней, а также 12 378 руб. в счет возмещения судебных расходов на уплату государственной пошлины по иску.

Возвратить акционерному обществу «Петербургская сбытовая компания» из федерального бюджета 7 357 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной платежным поручением от 14.02.2017 №17123.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Судас Н.Е.