Постановление от 3 мая 2023 г. по делу № А21-8941/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


03 мая 2023 года

Дело №

А21-8941/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Кравченко Т.В., ФИО1,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 28.09.2022), ФИО4, финансового управляющего ФИО7, (паспорт), от общества с ограниченной ответственностью «Манор» представителя ФИО5 (доверенность от 08.06.2022), от общества с ограниченной ответственностью «АДМ» представителя ФИО6 (доверенность от 25.08.2022),

рассмотрев 25.04.2023 в открытом судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества «Банк ВТБ» и ФИО2 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 18.10.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2023 по делу № А21-8941/2019,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 08.08.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Манор», адрес: 119017, Москва, Пятницкая ул., д. 37, эт. 2, пом. 1, комн. 1, оф. 54, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), о признании ФИО7, ИНН <***>, СНИЛС <***>, несостоятельной (банкротом).

Определением от 04.03.2020 в отношении ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Решением от 13.08.2020 ФИО7 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Определением от 23.11.2020 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, новым финансовым управляющим утвержден ФИО4.

В рамках названного дела о банкротстве финансовый управляющий ФИО4 10.03.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просил признать недействительной цепочку взаимосвязанных сделок, а именно инвестиционный договор от 18.12.2013 № ИД, заключенный ФИО7 с Обществом, и договор купли-продажи акций от 23.12.2013, заключенный Обществом с иностранной компанией «Биргеро Энтерпрайсиз Лимитед» (далее – Компания) в отношении акций компании «Старфингтон Менеджмент Лимитед», и применить последствия недействительности сделок в виде обязания Общества возвратить в конкурсную массу ФИО7 земельного участка и зданий, расположенных по адресу: Москва, Шлюзовая наб., д. 10.

Определением от 18.10.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2023, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано, производство в части требований к Компании прекращено в связи с ее ликвидацией.

В кассационных жалобах конкурсные кредиторы публичное акционерное общество «Банк ВТБ», адрес: 191144, Санкт-Петербург, Дегтярный пер., д. 11, лит. А, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Банк), и ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просят отменить определение от 18.10.2022 и постановление от 18.02.2023 и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По мнению Банка, судами первой и апелляционной инстанций не учтено, что сделки правомерно оспорены финансовым управляющим по общегражданским основаниям, при этом инвестиционный договор является ничтожным, что установлено вступившими в законную силу судебными актами, и в результате его совершения из конкурсной массы должника выбыло 658 000 000 руб. без какого либо встречного предоставления.

Податель жалобы считает ошибочным вывод судов о невозможности применения реституции.

Как указывают Банк и ФИО2, выводы судов об отсутствии цели причинения вреда кредиторам неправомерны, поскольку вступившими в законную силу судебными актами по обособленному спору № А21-8941-45/2019 установлены противоправные действия ФИО7 и Общества, направленные на причинение вреда кредиторам.

ФИО2 полагает, что исследование судами отдельных сделок, а не всей цепочки в совокупности привело к ошибочным выводам и неверной квалификации сделок.

По мнению указанного подателя жалобы, выводы судов о реальности инвестиционного договора противоречат выводам судов, сделанным при рассмотрении дела № А40-35543/2021, согласно которым инвестиционный договор являлся притворной сделкой, которая прикрывала иные правоотношения сторон, а вывод судов о реальности договора купли-продажи в отсутствие доказательств оплаты является необоснованным.

В отзывах, поступивших в суд 07.04.2023 и 11.04.2023 в электронном виде, Общество и ООО «АДМ» возражают против удовлетворения кассационных жалоб.

В отзыве, поступившем в суд 17.04.2023 в электронном виде, финансовый управляющий поддерживает доводы кассационных жалоб и просит отменить определение от 18.10.2022 и постановление от 08.02.2023 и направить обособленный спор в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В возражениях на отзывы Общества и ООО «АДМ», поступивших в суд 21.04.2023 в электронном виде, ФИО2 поддерживает доводы кассационных жалоб.

В судебном заседании представитель ФИО2 и финансовый управляющий ФИО4 поддержали доводы кассационных жалоб, а представители Общества и ООО «АДМ» возражали против их удовлетворения, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о месте и времени рассмотрения кассационных жалоб, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО7 (инвестором) и Обществом (заказчиком) 18.12.2013 заключен инвестиционный договор № ИД1, согласно которому для строительства инвестиционного объекта и реализации инвестиционного проекта заказчик обязался приобрести права застройки земельных участков с расположенными на нем строениями по адресу: Москва, Кожевническая ул., вл. 15, стр. 2, 4, 7, 8, площадью 4815 кв. м, с кадастровым номером 77:01:0006018:1002, а также по адресу: Москва, Шлюзовая наб., вл. 10, стр. 1, 2, 3, 5, 6, 7, 9, 10, 12, площадью 5058 кв.м, с кадастровым номером 77:01:0006018:85.

Согласно пункту 2.4 инвестиционного договора инвестиции, предоставляемые инвестором, составляют 658 800 000 руб., из которых 657 800 000 руб. – инвестиционный взнос, 1 000 000 руб. – вознаграждение заказчика, которые должны быть перечислены на расчетный счет заказчика в срок до 23.12.2013.

Во исполнение названного пункта ФИО7 20.12.2013 перечислила на расчетный счет Общества 658 000 000 руб.

ФИО7 являлась участником Общества с долей в размере 49 % уставного капитала, ООО «АДМ» также являлось участником Общества с долей в размере 51 % уставного капитала.

Между Обществом (покупателем) и Компанией (продавцом) 23.12.2013 заключен договор купли-продажи акций компании «Старфингтон Менеджмент Лимитед», которая являлась собственником компании ООО «Даймонд Коммершиэл Рус», которая в свою очередь являлась собственником земельного участка с кадастровым номером 77:01:0006018:85.

Между ООО «Даймонд Коммершиэл Рус» (продавцом) в лице генерального директора ФИО9 и Обществом (покупателем) в лице генерального директора ФИО9 28.02.2014 заключен договор купли-продажи недвижимости № 1/14, в соответствии с которым Общество приобрело земельный участок с кадастровым номером 77:01:0006018:85.

Финансовый управляющий полагая, что вышеуказанные инвестиционный договор, договор купли-продажи акций иностранной компании и договор купли-продажи недвижимости составляют единую сделку, которая является недействительной, поскольку совершена должником без какого либо встречного удовлетворения с целью вывода активов должника, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ее недействительной на основании статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и применении последствий ее недействительности.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, исходил из недоказанности совокупности обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной по заявленным основаниям.

Кроме того суд первой инстанции, установив, что Компания ликвидирована, прекратил производство по обособленному спору в части требований к Компании.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 08.02.2023 оставил без изменения определение от 18.10.2022.

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационных жалоб и отзывов на них, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалоб и отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главои? X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недеи?ствительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Основываясь на положениях указанных норм права, суды обеих инстанций правомерно установили, что совершенные в 2013 году сделки по могут быть оспорены только на основании статьи 10 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Возможность оспаривания сделки, состоящей из нескольких взаимосвязанных сделок, предусмотрена, в частности, пунктом 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Судами установлено, а подателем жалобы не опровергнуто, что в материалах дела отсутствуют доказательства фактического контроля ФИО7 над Обществом и ООО «АДМ», то есть того, что она является лицом, контролирующим названные юридические лица.

В этой связи судами обоснованно учтена правовая позиция Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в пункте 22 Обзора судебной практики № 1 (2021) от 07.04.2021, согласно которой отсутствие аффилированности между сторонами сделок исключает возможность согласования ими общей цели вывода имущества должника, что является квалифицирующим признаком притворности цепочки сделок, направленных на вывод имущества должника, позволяющим применить к спорным правоотношениям положения пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Указанное также согласуется с разъяснениями пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25).

Согласно пункту 87 Постановления № 25 усматривается, что определяющим признаком недействительности сделки по пункту 2 статьи 170 Закона о банкротстве является согласованность намерений всех ее участников на совершение сделки на иных условиях, отличных от условий, предусмотренных договором.

Такой согласованности между ФИО7, Обществом, Компанией и ООО «АДМ» судами не установлено и подателями жалоб не доказано.

В связи с изложенным суды первой и апелляционной инстанций в отсутствие доказательств того, что ФИО7 является бенефициаром по сделке, правомерно не усмотрели оснований для квалификации совершенных сделок как цепочки взаимосвязанных сделок, совершенной в пользу лица, являющегося выгодоприобретателем по ней, и обоснованно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Приняв во внимание обстоятельства, установленные в рамках дел № А40-36983/2017 и А40-78702/2018, согласно которым сделка по приобретению акций компании «Старфингтон Менеджмент Лимитед» была совершена ФИО9 без ведома и одобрения второго участника Общества - ООО «АДМ», суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу, что доли в уставном капитале самого ООО «Даймонд Коммершиэл Рус» и его имущество не являлись имуществом ФИО7, следовательно правоотношения Общества, Компании и указанной организации не могут затрагивать права и имущественные интересы кредиторов ФИО7

Судами установлено, что спорные сделки (инвестиционный договор и договор купли-продажи акций) совершались ФИО7 и подконтрольным ей бывшим генеральным директором Обществом ФИО9 в целях причинения вреда не кредиторам ФИО7, а Обществу и другому его участнику - ООО «АДМ» путём доведения Общества до банкротства с последующим обращением взыскания на его имущество, в то время как договор купли-продажи недвижимого имущества являлся самостоятельной и реальной сделкой, бенефициаром по которой ФИО7 не являлась.

При этом, как правильно указали суды, реально исполненный договор не может быть признан мнимой или притворной сделкой.

В обоснование своей позиции финансовый управляющий ссылался на наличие у ФИО7 признаков неплатежеспособности на момент совершения сделок ввиду того, что у должника имелись неисполненные обязательства перед Банком в общем размере 28 000 000 долларов США по кредитным договорам от 14.11.2011 № 22-286/15/37-11 и от 14.06.2012 № 69-191/15/06-12

Вместе с тем, отклоняя указанные доводы, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из того, что на момент совершения сделок срок полного возврата кредита по договорам с Банком не наступил, а после их совершения ФИО7 вплоть до декабря 2018 года (еще 5 лет) надлежащим образом исполняла свои обязательства перед Банком, что лицами, участвующими в деле не оспорено.

Кроме того, судами учтено, что источником финансирования совершения оспариваемых сделок послужили не кредитные денежные средства Банка, а денежные средства второго участника Общества - ООО «АДМ», уплаченные последним в счет оплаты приобретенной у ФИО7 доли в размере 51 % уставного капитала Общества по договору купли-продажи от 19.12.2013.

Судами также принято во внимание, что в результате совершения указанных сделок Общество получило в собственность земельный участок с кадастровым номером 77:01:0006018:85, что существенно увеличило стоимость доли ФИО7 в уставном капитале Общества и позволило реализовать ее долю в размере 49 % на торгах по цене 307 008 000 руб.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, исходя из отсутствия доказательств совершения оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии у сделок признаков недействительности, установленных статьями 10, 168, 170 ГК РФ и правомерно отказали в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Кроме того, суд первой инстанции, установив, что Компания ликвидирована, правомерно прекратил производство в части требований к Компании на основании пункта 5 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, доводы, приведенные в кассационных жалобах, были предметом рассмотрения в двух судебных инстанциях, где получили надлежащую правовую оценку. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права.

В данном случае доводы подателей кассационных жалоб не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, а, по сути, сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 18.10.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2023 по делу № А21-8941/2019 оставить без изменения, а кассационные жалобы публичного акционерного общества «Банк ВТБ» и ФИО2 - без удовлетворения.


Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи


Т.В. Кравченко

ФИО1