Постановление от 28 июля 2025 г. по делу № А32-18794/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-18794/2018
г. Краснодар
29 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 29 июля 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей Алексеева Р.А. и Ташу А.Х., при участии в судебном заседании от истца – индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) – ФИО2 (доверенность от 13.01.2016), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Рзимпорт» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО3 (конкурсный управляющий), от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 03.02.2025), рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025 по делу № А32-18794/2018, установил следующее.

Индивидуальный предприниматель ФИО6 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края к ООО «Рзимпорт» (далее – общество) с иском о взыскании 23 838 735 рублей 14 копеек неосновательного обогащения.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.10.2019 в иске отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.07.2020, решение суда первой инстанции отменено, иск удовлетворен.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 14.10.2020 № 308-ЭС20-14709 обществу отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд 07.02.2025 поступило заявление ФИО4 о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам

постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020, принятое к производству определением от 10.02.2025.

В обоснование заявления ФИО4 указал на следующее. На дату вынесения Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом постановления от 28.02.2020 учредителем и директором общества являлся ФИО4 Из постановления о возбуждении уголовного дела от 04.10.2022 № 2201030001002050 и приговора Октябрьского районного суда г. Краснодара от 21.05.2024 следует, что 17.05.2018 ФИО6, действуя в группе лиц по предварительному сговору с неустановленными лицами, обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края к обществу с иском о взыскании неосновательного обогащения, мотивируя его заведомо ложными сведениями относительно осуществления самостоятельной предпринимательской деятельности по продаже зоотоваров и перечислении на расчетный счет общества 23 838 735 рублей 14 копеек с 10.08.2015 по 16.08.2016, а обществом товар не поставлен. ФИО6 в указанный период времени под руководством директора общества ФИО7 фактически выполняла функции заведующего складом в обществе, денежные средства с открытого на ее имя счета перечислялись на счет общества только после реализации товара со склада общества при ее непосредственном участии. 18 августа 2020 года ФИО6 совместно с неустановленными лицами организовала подачу заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), а 24.05.2022 в арбитражный суд поступило заявление о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности, то есть ФИО6 совершены действия, направленные на реализацию умысла на хищение имущества в особо крупном размере. Приговором Октябрьского районного суда города Краснодара от 21.05.2024 ФИО6 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначение ей наказания в виде лишения свободы. Таким образом, обстоятельства (юридически значимые факты), установленные в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО6, непосредственно связанны с самой природой возникновения кредиторской задолженности общества.

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2025 осуществлено процессуальное правопреемство истца – предпринимателя ФИО6 на ее правопреемника – предпринимателя ФИО1.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025 заявление ФИО4 о пересмотре вступившего в законную силу постановления апелляционного суда от 28.02.2020 по вновь открывшимся обстоятельствам

удовлетворено; постановление апелляционного суда от 28.02.2020 отменено. Суд апелляционной инстанции пришли к выводу о наличии оснований для пересмотра судебного акта по правилам главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс).

В кассационной жалобе предприниматель ФИО1 просит отменить постановление апелляционного суда от 29.04.2025 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ФИО4 о пересмотре вступившего в законную силу постановления апелляционного суда от 28.02.2020 по вновь открывшимся обстоятельствам. По мнению заявителя, у ФИО4 отсутствует право на подачу заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, так как судебный акт не принят в отношении его прав и обязанностей, он принят в отношении прав и обязанностей общества; дело о банкротстве общества возбуждено ранее, чем вступили в законную силу изменения в Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), предоставляющие право контролирующему должника лицу обращаться с заявлением об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам; ФИО4 участвовал при рассмотрении настоящего дела как руководитель и учредитель общества, при этом он был лишь номинальным руководителем. Установленные в рамках уголовного дела обстоятельства не связаны с доказательствами, представленными в рамках арбитражного дела и не являются новыми или вновь открывшимися. В действиях ФИО4 имеются признаки злоупотребления правом, поэтому его заявление удовлетворению не подлежало.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 309 Кодекса арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, предусмотренных главой 37 Кодекса.

Основания пересмотра судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам предусмотрены статьей 311 Кодекса.

В силу пунктов 1 и 3 части 2 статьи 311 Кодекса вновь открывшимися обстоятельствами являются существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю; установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя либо преступные деяния судьи, совершенные при рассмотрении данного дела.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее – Постановление № 52), обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 Кодекса являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта.

В абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 52 разъяснено, что при рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам.

Предприниматель ФИО6, обращаясь в арбитражный суд к обществу с иском о взыскании 23 838 735 рублей 14 копеек неосновательного обогащения, ссылалась на перечисление на расчетный счет общества 23 838 735 рублей 14 копеек в отсутствие договорных отношений с обществом и встречного предоставления с его стороны на полученную сумму денежных средств. Обществом в подтверждение поставки истцу товара в материалы дела представлен договор поставки от 01.12.2014, копии товарных накладных, копии книги продаж и копии актов сверки взаимных расчетов.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований предпринимателя, констатировал факт осуществления платежей и принял представленные ответчиком в качестве наличия договорных отношений договор поставки, копии товарных накладных и актов сверок. Поскольку для проведения экспертизы истец не внес на депозитный счет суда денежные средства и не обеспечил явку представителя, суд отклонил заявление предпринимателя ФИО6 о фальсификации доказательств ввиду невозможности его проверки и рассмотрел дело по имеющимся в деле доказательствам.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.07.2020, решение суда первой инстанции отменено, иск удовлетворен. В суде апелляционной инстанции ответчик не отрицал отсутствие у него оригиналов товарных накладных и утверждал, что получил их от истца по электронной почте. Апелляционный суд предложил обществу доказать заявленный довод путем нотариального обеспечения осмотра электронного почтового ящика, однако последний указал, что возможность подтверждения факта направления товарных накладных истцом ответчику по электронной почте отсутствует, поскольку за давностью лет электронные письма не сохранились.

С учетом изложенного апелляционный суд указал, что в отсутствие оригинала документа и при недоказанности факта поступления такового в электронном виде от истца представленные в материалы дела копии товарных накладных и актов сверки не являются надлежаще заверенными, ответчик не вправе свидетельствовать достоверность копий документов, оригиналами которых не располагает. Руководствуясь статьями 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции оценил представленные в материалы дела доказательства и, в отсутствие доказательств, бесспорно свидетельствующих о передаче ответчиком товара истцу, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Приговором Октябрьского районного суда г. Краснодара от 21.05.2024 по делу № 22-7718/2024, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 18.12.2024, ФИО6 признана виновной в совершении покушения на мошенничество, то есть на хищение чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере, которое не было доведено до конца по не зависящим от нее обстоятельствам.

Обращаясь с заявлением ФИО4, по сути, ссылался на новые факты, ранее не исследованные судами, которые были установлены приговором суда в отношении ФИО6, свидетельствующие о сокрытии последней информации относительно истинных взаимоотношений ФИО6 и общества. ФИО7 с ФИО6 познакомила его жена. В 2013 году ФИО6 предложила ФИО7 заниматься организацией сбыта и переработкой товаров для животных из Китая. На момент знакомства с ФИО6 ФИО7 являлся директором ООО «РостторгДизайн». Поскольку у ФИО6 на момент начала деятельности не было собственных средств, ФИО7 согласился с тем, что она будет сначала реализовывать его товар, а затем перечислять ему за него деньги. В июле 2014 году ФИО7 создано общество. Для упорядочения совместной деятельности общества и ФИО6 заключены следующие договоры: договор ответственного хранения, согласно которому ФИО6 принимала обязательства по хранению и по складской обработке грузов общества на товарном складе в г. Краснодаре, а также договор поставки, на основании которого ФИО6 должна была производить реализацию контрагентам принадлежащего обществу товара. ФИО6 фактически работала заведующей складом в обществе, осуществляла деятельность по приему, хранению и отпуску зоотоваров, по их размещению, по обеспечению сохранности, по организации и проведению погрузочно-разгрузочных работ на складе, ведению учета складских

операций. ФИО6 от своего имени как предприниматель реализовывала товар, принадлежащий обществу, а после поступления на свой расчетный счет денежных средств от контрагентов за реализованный товар перечисляла их на расчетный счет общества. В ходе осмотра писем контрагентов (поставщиков и покупателей) судом общей юрисдикции установлено, что все переговоры о поставках товара в адрес ФИО6, равно как и от имени ФИО6 с контрагентами велись с ФИО7 (директор общества) и ФИО8 (жена ФИО7). Из письма Московской областной таможни ФТС России следует, что с 2014 года по 2016 год общество оформило 6 товарных деклараций, а предприниматель ФИО6 таможенные операции не совершала. Согласно письму Южного таможенного управления ФТС предприниматель ФИО6 таможенные операции не совершала. Судом общей юрисдикции исследованы документы, подтверждающие поставку предпринимателем ФИО6 от своего имени контрагентам товаров, завезенных обществом из Китая на основании таможенных деклараций, а также товаров, приобретенных обществом у российских контрагентов. Из исследованных судом заявок общества на оказание транспортных услуг следует, что в 2016 году груз, перевезенный из г. Новороссийска на склад в г. Краснодаре принимала ФИО6 Покупатели расплачивались за поставленный товар путем перечисления денежных средств на расчетный счет ФИО6, а она перечисляла денежные средства на расчетный счет общества. Судом исследовано заключение эксперта от 10.04.2023 № 1410/3-1/1.1, согласно которому подписи в договоре поставки от 01.12.2014 № 1 от имени ФИО6 выполнены самой ФИО6 На основании исследованных доказательств установлено, что действия ФИО6, связанные с обращением в арбитражный суд с иском и умолчанием об обстоятельствах перечисления денежных средств с расчетного счета предпринимателя ФИО6 на счет общества за уже реализованный товар, принадлежащий обществу, образуют обман, как способ совершения преступления за совершение которого она осуждена. При согласовании действий привлеченных юристов, направленных на обращение в арбитражный суд с иском к обществу о взыскании неосновательного обогащения и при одобрении их последующих действий, ФИО6 действовала с прямым умыслом на хищение имущества, принадлежащего обществу и его участникам.

Поскольку преступные деяния ФИО6, совершенные в отношении имущества общества и его участников, установлены вступившим в законную силу приговором суда; установленные приговором суда факты сокрытия информации об обстоятельствах перечисления денежных средств с расчетного счета предпринимателя

ФИО6 на счет общества и факты, свидетельствующие о создании искусственного документооборота с участием спорных контрагентов, имеют существенное значение для рассмотрения иска о взыскании неосновательного обогащения, в том числе с учетом ранее сделанных выводов судов о недоказанности ответчиком обстоятельств, свидетельствующих о совершении встречного предоставления со стороны общества на полученную от предпринимателя ФИО6 денежную сумму, апелляционный суд удовлетворил заявление ФИО4 и отменил постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020.

Отклоняя довод об отсутствии у ФИО4 права на подачу заявления о пересмотре постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020 по вновь открывшимся, апелляционный суд обоснованно исходил из того, что ФИО4 является лицом, которое в рамках обособленного спора привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам общества и имеет право на подачу заявления о пересмотре вступившего в законную силу постановления апелляционного суда от 28.02.2020 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Так, ФИО6 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) и включении требования в сумме 25 997 633 рублей 84 копеек в реестр требований кредиторов общества в составе третьей очереди как подтвержденного вступившим в законную силу постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020 по делу № А32-18794/2018.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.12.2020 по делу № А32-34529/2020 заявление признано обоснованным, в отношении общества введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО3 Решением суда от 16.11.2021 общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества ( № А32-34529/2020) его конкурсный управляющий ФИО3 обратился с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на 25 997 633 рубля 84 копейки.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.03.2023 по делу № А32-34529/2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 07.08.2023 и постановлением суда округа от 02.11.2023, ФИО4

и ФИО7 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, с них взыскано 25 997 633 рубля 84 копейки.

В размер субсидиарной ответственности вошли все реестровые требования кредиторов и текущие обязательства, в том числе требования предпринимателя ФИО6 в сумме 23 838 735 рублей 14 копеек, включенные в реестр требований кредиторов общества определением от 07.10.2020 в составе третьей очереди как подтвержденные вступившим в законную силу постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020 по делу № А32-18794/2018.

Как установили суды, ФИО7 являлся руководителем и учредителем должника со 100% долей участия с 11.07.2014 по 04.09.2018; ФИО4 являлся руководителем должника с 07.11.2018 по 18.11.2021 и с 04.09.2018 – учредителем должника с 100% долей участия в уставном капитале. ФИО4 являлся номинальным руководителем должника, однако данное обстоятельство не свидетельствует о наличии оснований для освобождения его от субсидиарной ответственности. Суды исходили из того, непередача ответчиками документов первичного бухгалтерского учета конкурсному управляющему общества привела к невозможности проведения анализа совершенных должником сделок, которые могли быть оспорены и за счет признания недействительными которых происходило бы пополнение конкурсной массы.

Государственная защита прав и свобод человека и гражданина, включая судебную защиту (статьи 45 и 46 Конституции Российской Федерации), предполагает не только право лица обратиться в суд, иной юрисдикционный орган, но и возможность эффективно пользоваться теми полномочиями участника (стороны) разбирательства, которые дает ему процессуальное законодательство.

Для процедуры банкротства характерна ситуация, когда негативные последствия при недостатке у должника средств для покрытия долгов несут контролировавшие должника лица, привлеченные к субсидиарной ответственности.

Наличие нормативного регулирования, позволяющего привлечь контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, свидетельствует о необходимости обеспечения этих лиц и надлежащими средствами судебной защиты, включая возможность обжаловать судебное решение, принятое в рамках того же дела о банкротстве по результатам рассмотрения заявления кредитора о включении его требований в реестр требований кредиторов, в части определения размера данных требований за период, когда субсидиарный ответчик являлся

контролирующим лицом по отношению к должнику (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2021 № 49-П).

Следовательно, контролирующему лицу, в отношении которого в рамках дела о банкротстве рассматривается вопрос о его привлечении к субсидиарной ответственности, должно быть обеспечено право на судебную защиту посредством рассмотрения судом его возражений относительно обоснованности требования кредитора.

Если вопрос об обоснованности требования кредитора разрешается вне рамок дела о банкротстве, то контролирующему лицу, в отношении которого в установленном порядке предъявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности, право на судебную защиту должно быть предоставлено в аналогичном объеме.

Следовательно, постановление суда апелляционной инстанции, вынесенные по спору о взыскании с общества в пользу предпринимателя ФИО6, напрямую влияет на размер субсидиарной ответственности ФИО4 в деле о банкротстве общества, которое он возглавлял.

Согласно пункту 12 статьи 16 Закона о банкротстве, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы полагают свои права нарушенными судебным актом (постановлением), принятым вне дела о банкротстве, они вправе обратиться в установленном процессуальным законодательством порядке с заявлением об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам.

Согласно пункту 2 статьи 3 Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" положения пунктов 10 и 12 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"» о порядке рассмотрения обособленных споров применяются к заявлениям, поданным после дня вступления в силу указанного Федерального закона, независимо от даты введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Согласно пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 40) такое заявление направляется в тот суд, который принял окончательное решение по делу, и рассматривается в соответствии с положениями процессуального законодательства (глава 37 Кодекса, глава 42 Гражданского процессуального кодекса

Российской Федерации, глава 37 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 47 Постановления № 40, с учетом положений абзаца второго пункта 4 статьи 34 Закона о банкротстве заявление, предусмотренное пунктом 12 статьи 16 Закона о банкротстве, может быть предъявлено в том числе контролирующим должника лицом, однако только в случаях, когда такое лицо подтвердит, что оно не имело возможности представлять интересы должника или иным образом формировать позицию должника по делу при вынесении обжалуемого судебного акта.

Предъявленное по правилам пункта 12 статьи 16 Закона о банкротстве заявление может быть удовлетворено, а судебный акт – пересмотрен в случае, если приведенные участниками процесса доводы и (или) представленные доказательства указывают на наличие существенных для дела обстоятельств, которые не были известны суду на момент принятия судебного акта (постановления) и которые способны повлечь принятие иного решения по существу спора (пункт 46 Постановления № 40).

В период перечисления предпринимателем ФИО6 на расчетный счет общества 23 838 735 рублей 14 копеек (с 10.08.2015 по 16.08.2016) ФИО4 не работал в обществе, не являлся его руководителем и учредителем.

Приговором Октябрьского районного суда г. Краснодара от 21.05.2024 по делу № 22-7718/2024, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 18.12.2024, установлено, что ФИО4 с сентября 2016 года неофициально начал работать в обществе на складе. Позднее узнал, что до него там работала ФИО6, которая похитила товар, принадлежащий обществу.

Указанные в приговоре суда обстоятельства ФИО4 не мог привести ранее в силу принципа презумпции невиновности, закрепленного в статье 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2023 № 310-ЭС23-17852 по делу № А68-2368/2020).

Суд кассационной инстанции отмечает, что в пункте 3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что задачей гражданского судопроизводства – в его конституционном значении (статья 15, часть 1; статья 118, часть 2; статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации) – является разрешение споров о праве и других дел, отнесенных к подведомственности

судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Согласно части 4 статьи 69 Кодекса вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. В уголовном же судопроизводстве решается вопрос о виновности лица в совершении преступления и о его уголовном наказании. Имеющими значение для этого суда будут являться такие обстоятельства, подтверждающие установленные уголовным законом признаки состава преступления, без закрепления которых в законе деяние не может быть признано преступным. Это касается и формы вины как элемента субъективной стороны состава преступления, что при разрешении гражданского дела установлению не подлежит. Именно поэтому уголовно-правовая квалификация действий (бездействия) лица определяется исключительно в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, и не может устанавливаться в иных видах судопроизводства.

Установив, что обстоятельства, приведенные заявителем, по смыслу пунктов 1 и 3 части 2 статьи 311 Кодекса отвечают признакам вновь открывшихся обстоятельств, суд апелляционной инстанции удовлетворил заявление ФИО4

Выводы апелляционного суда сделаны при правильном применении норм процессуального права.

Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены.

Основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта по доводам кассационной жалобы отсутствуют.

Федеральным законом от 30.11.2016 № 401-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» в статью 45 Налогового кодекса Российской Федерации, внесены изменения, в соответствии с которыми с 30.11.2016 уплата налогов, сборов, страховых взносов, соответствующих пеней и штрафов за налогоплательщиков, плательщиков сборов, плательщиков страховых взносов, налоговых агентов может осуществляться иными лицами (абзац 4 пункта 1 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации).

Платежными поручениями от 23.06.2025 № 300285, 288296 и 242518 ФИО2 уплатил в федеральный бюджет 50 тыс. рублей государственной пошлины за индивидуального предпринимателя ФИО1.

В соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (с учетом статьи 28 Федерального закона от 08.08.2024 № 259-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах») при подаче кассационной жалобы заявителю следовало уплатить в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 тыс. рублей.

При подаче кассационной жалобы заявитель излишне уплатил государственную пошлину в сумме 30 тыс. рублей, которая подлежит возврату из федерального бюджета.

Исходя из буквального толкования положений абзацев 1, 3, 4 пункта 1 и пункта 16 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату лицу, за которого она была уплачена.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025 по делу № А32-18794/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу − без удовлетворения.

Выдать индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) справку на возврат из федерального бюджета 30 тыс. рублей государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 23.06.2025 № 300285.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.В. Бабаева

Судьи Р.А. Алексеев

А.Х. Ташу