Решение от 22 октября 2019 г. по делу № А33-18687/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

22 октября 2019 года

Дело № А33-18687/2019

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 15 октября 2019 года.

В полном объёме решение изготовлено 22 октября 2019 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Смольниковой Е.Р., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Бурмаш» (ИНН 2461035369, ОГРН 1172468001727, дата регистрации - 13.01.2017, адрес: 660059, г. Красноярск, ул. Академика Вавилова, д. 96А, кв. 16)

к обществу с ограниченной ответственностью «ФСК-Групп» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации - 10.10.2012, адрес: 660028, <...>, офис 2-01)

о взыскании задолженности,

и по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «ФСК-Групп»

к обществу с ограниченной ответственностью «Бурмаш»

о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ,

в присутствии в судебном заседании до перерыва:

от общества «Бурмаш»: ФИО1 на основании доверенности от 30.07.2018,

от общества «ФСУ-Групп»: ФИО2 на основании доверенности от 31.12.2018,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Славской О.В.,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Бурмаш» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «ФСК-Групп» о взыскании 447 200 руб. задолженности по договору на устройство буронабивных свай №31/08/БНС/14 от 22.10.2018, 97 936,80 руб. неустойки.

Определением от 21.06.2019 исковое заявление принято для рассмотрения в порядке упрощенного производства.

26 июля 2019 года в арбитражный суд поступило встречное исковое заявление общества «ФСК-Групп» о взыскании с общества «Бурмаш» неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 78 508 руб.

Определением от 30.07.2019 суд принял встречное исковое заявление для рассмотрения совместно с первоначальным иском.

Представитель общества «Бурмаш» исковые требования подержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске с учетом уточнения требований. Против удовлетворения встречных исковых требований возражал по доводам, изложенным в отзыве.

Представитель общества «ФСК-Групп» против удовлетворения первоначальных требований не возражал с учетом произведенного зачета. Встречные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным во встречном иске.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлен перерыв до 15.10.2018. После окончания перерыва стороны, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в их отсутствие.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Между обществом «ФСК-Групп» (заказчиком) и обществом «Бурмаш» (подрядчиком) заключен договор на устройство буронабивных свай № 31/08/БНС/14 от 22.10.2018, по условиям которого подрядчик обязуется выполнить услуги по устройству буронабивных свай общим объемом 348 погонных метров (29 шт.) на объекте: общество «Русал» Тайшетский алюминевый завод», - а заказчик обязуется принять и оплатить результат выполненных работ в соответствии с условиями договора (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора подрядчик выполняет работу своими силами и с использованием своего бурового инструмента.

Пунктом 1.3 договора установлен начальный срок выполнения работ: не позднее 5 рабочих дней с момента подписания договора и поступления аванса на расчетный счет подрядчика. В пункте 1.4 договора установлен конечный срок выполнения работ: не позднее 5 рабочих дней с момента, когда работы должны быть начаты.

В соответствии с пунктом 2.1 договора общая стоимость работ, выполняемых подрядчиком по договору, составляет 556 800 руб., из расчета: 1 600 руб. за один погонный метр.

В силу пункта 3.1 договора заказчик производит приемку результата работ, выполненных за весь период действия договора не позднее 5 рабочих дней с даты получения уведомления подрядчика об окончании выполнения и о необходимости принятия работ.

Согласно пункту 3.2 договора подрядчик одновременно с уведомлением, указанным в пункте 3.1 договора, составляет и представляет заказчику акт о приемке выполненных работ (форма № КС-2) и справку о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3).

В соответствии с пунктом 3.3 договора заказчик в течение 3 рабочих дней с момента получения от подрядчика актов приемки выполненных работ (форма № КС-2) и справок о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3) обязан подписать указанные документы либо возвращает их с письменным мотивированным отказом. В отказе указываются недостатки выполненных или вовсе невыполненных подрядчиком работ, а также срок для их исправления, который устанавливается заказчиком, исходя из технических возможностей подрядчика, и является обязательным для подрядчика.

В пункте 4.1 договора предусмотрено, что расчет производится в следующем порядке:

- аванс на сумму 100 000 руб. - до начала производства работ путем перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика;

- окончательный расчет - в течение 30 дней с даты подписания форм КС-2, КС-3.

В силу пункта 5.1.4 и 5.1.12 договора заказчик обязан:

- передать подрядчику в течение 5 дней с даты подписания договора утвержденную проектную документацию и по подписанному сторонами акту строительную площадку, пригодную для выполнения работ, на период производства работ и до их завершения;

- предоставить подрядчику товарный бетон, армокаркас и все необходимые материалы согласно проекту на место производства работ.

Согласно пункту 6.1 договора за невыполнение либо ненадлежащее выполнение своих обязательств стороны несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. В силу пункта 6.2 договора за нарушение сроков оплаты заказчик обязуется уплатить подрядчику неустойку в виде пени в размере 0,1% от стоимости выполненных работ, за каждый день просрочки. В соответствии с пунктом 6.3 договора при нарушении сроков производства работ подрядчик обязуется уплатить заказчику неустойку в размере 0,1 % от общей стоимости работ по договору за каждый день нарушения до выполнения работ в полном объеме.

В пункте 10.1 договора предусмотрено, что договор вступает в силу с момента его подписания и действует до полного исполнения сторонами своих обязательств.

На основании платежного поручения № 262 от 24.10.2018 заказчик перечислил подрядчику аванс по договору в размере 100 000 руб.

Во исполнение условий договора подряда обществом «Бурмаш» выполнены и приняты обществом «ФСК-групп» работы на сумму 547 200 руб., что подтверждается подписанными сторонами актом о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справкой о стоимости выполненных работ по форме КС-3. Указанные формы КС-2 и КС-3 № 1 от 19.11.2018, подписанные подрядчиком в одностороннем порядке, направлены заказчику письмом № 162 от 19.11.2018. Согласно отметке, формы приняты на проверку 20.11.2018 ФИО3 Позднее формы КС-2 и КС-3 № 1 от 18.03.2019 направлены заказчику письмом № 29 от 18.03.2019, приняты на проверку 19.03.2019 ФИО3 и подписаны сторонами. На оплату выполненных по договору работ истцом ответчику выставлен счет-фактура № 180319000002 от 18.03.2019 на сумму 547 200 руб.

Согласно представленной переписке сторон посредством электронной почты, 17.04.2019 подрядчик просил заказчика представитель акт сверки взаимных расчетов. В ответ на указанное обращение заказчик на электронный адрес подрядчика 24.04.2019 направил акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2018 по 22.04.2019, а также уведомление о зачете взаимных требований от 31.03.2019.

Из содержания уведомления о зачете следует, что задолженность заказчика за выполнение работ составляет 348 117,20 руб., исходя из стоимости выполненных работ на сумму 547 200 руб. за вычетом произведенного аванса на сумму 100 000 руб., стоимости представленного подрядчику дизельного топлива на сумму 28 369 руб., услуг по питанию работников подрядчика за октябрь и ноябрь 2018 года на сумму 11 250 руб., а также услуг крановой установки «КАТО» на сумму 59 463,80 руб. согласно универсальным передаточным документам № 48 от 20.11.2018, № 49 от 20.11.2018, № 3 от 04.02.2019.

Письмом от 25.04.2019 № 54 подрядчик сообщил заказчику о невозможности проведения зачета, в связи с тем, что в уведомлении о зачете указано 59 463,80 руб. за оказание услуг крановой установки, в то время как запрос о предоставлении данной услуги в адрес заказчика не направлялся, услуги обществом «Бурмаш» получены не были.

В связи с неоплатой стоимости выполненных работ в установленном договором размере истец обратился к ответчику с претензией об оплате 447 200 руб. задолженности с учетом предварительной оплаты. Претензия направлена заказчику 14.05.2019.

Письмом от 27.06.2019 № 278/06-19 заказчик повторно направил подрядчику акт сверки взаимных расчетом и уведомление о зачете взаимных требований.

В связи с нарушением подрядчиком срока выполнения работ заказчик обратился к подрядчику с претензией от 02.07.2019 № 285/07-19 об оплате 78 508 руб. неустойки. Согласно почтовому уведомлению о вручении претензия получена подрядчиком 08.07.2019.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по оплате выполненных работ, истец обратился в арбитражный суд с уточненным иском о взыскании 447 200 руб. задолженности по договору на устройство буронабивных свай №31/08/БНС/14 от 22.10.2018, 97 936,80 руб. неустойки за нарушение срока оплаты.

В обоснование исковых требований истец указал, что выполнил работы на сумму 547 200 руб. и предъявил их к приемке заказчику в ноябре 2018 года, поскольку заказчик от подписания актов по форме КС-2 отказался, последние были подписаны подрядчиком в одностороннем порядке, позднее акты по форме КС-2 были подписаны сторонами 18.03.2019. Таким образом, подрядчик полагал, что фактически сдал заказчику работы в ноябре 2018 года, которые были позднее приняты заказчиком без замечаний, начислил заказчику неустойку за нарушение срока оплаты выполненных работ.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что с заявленной ко взысканию суммой основного долга и неустойки не согласен, поскольку полагал, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению с учетом произведенного обществом «ФСК-Групп» зачета на сумму 99 082,80 руб. При этом, по мнению заказчика, подрядчик необоснованно произвел начисление неустойки, исходя из даты направления подписанных в одностороннем порядке актов по форме КС-2 от 19.11.2018, поскольку указанные акты были возвращены подрядчику после проверки с замечаниями. По мнению заказчика, подписанные сторонами акты по форме КС-2 от 18.03.2019 свидетельствуют о том, что в ноябре 2018 года работы не были выполнены в полном объеме.

В свою очередь, полагая, что подрядчик сдал работы с нарушением срока - 18.03.2019, общество «ФСК-Групп» обратилось в арбитражный суд со встречным иском о взыскании 78 508 руб. неустойки за нарушение сроков выполнения работ.

Не оспаривая факт нарушения срока выполнения работ по договору, подрядчик указал, что по условиям договора с учетом даты его подписания и произведенной заказчиком предварительной оплаты, мог приступить к выполнению работ только 31.10.2018 и обязан был закончить выполнение работ 07.11.2018. В связи с отказом заказчика от подписания актов по форме КС-2 от 19.11.2018, последние были подписаны подрядчиком в одностороннем порядке 24.11.2018. Учитывая указанные обстоятельства, подрядчик полагал, что просрочка составила 16 дней. Кроме того, подрядчик указал, что нарушение срока выполнения работ обусловлено ненадлежащим выполнением заказчиком своих обязательств: передачей строительной площадки, не пригодной для выполнения работ; представлением подрядчику материалов для выполнения работ не в полном объеме. Указанные обстоятельства, по мнению подрядчика, привели к простою выполнения работ, в связи с чем подрядчик был вынужден неоднократно перебазировать буровую установку к месту производства работ и обратно, что повлекло дополнительные расходы на питание экипажа и дизельное топливо. Наравне с иным, подрядчик возражал против произведенного заказчиком зачета оказанных услуг по питанию работников подрядчика и представлению дизельного топлива, полагая, что в данном случае речь идет о частичной компенсации за время простоя, вызванного невыполнением со стороны заказчика принятых на себя обязательств. Относительно произведенного заказчиком зачета стоимости услуг крана подрядчик указал, что буровая установка оснащена лебедкой, при помощи которой происходило погружение армокаркасов в скважину, в связи с чем при выполнении данного вида работ необходимости в привлечении дополнительной техники (крана) отсутствовала.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Заключенный между сторонами договор, по условиям которого общество «Бурмаш» приняло на себя обязательства выполнить устройство буронабивных свай общим объемом 348 погонных метров, а заказчик - принять и оплатить результат выполненных работ, по своей правовой природе является договором строительного подряда, отношения по которому регулируются главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. В соответствии с пунктом 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену. В силу пункта 2 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Согласно пункту 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными. Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», односторонний акт приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в том случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными. Указанная норма означает, что оформленный в одностороннем порядке акт является доказательством надлежащего исполнения подрядчиком обязательства по договору и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ.

Из представленных в материалы дела документов следует, что подрядчик после окончания работ направил заказчику письмом № 162 от 19.11.2018 акт по форме КС-2 и справку по форме КС-3 от 19.11.2018 на сумму 547 200 руб. Указанные документы приняты на проверку 20.11.2018 представителем заказчика ФИО3 Мотивированный отказ от подписания акта по форме КС-2 и справки по форме КС-3 от 19.11.2018 не поступил, в связи с чем последние подписаны подрядчиком в одностороннем порядке. При этом, суд учитывает, что указанные объемы работ повторно предъявлены заказчику к приемке: письмом № 29 от 18.03.2019 акт по форме КС-2 и справка по форме КС-3 № 1 от 18.03.2019 направлены заказчику, приняты на проверку 19.03.2019 ФИО3 и подписаны заказчиком без замечаний на сумму 547 200 руб. Таким образом, между сторонами не имеется спора относительно объема и стоимости выполненных работ, в связи с чем суд приходит к выводу, что подрядчик доказал факт выполнения и сдачи работ по устройству буронабивных свай заказчику. Вместе с тем, заказчик - общество «ФСК-Групп» - полагает, что обязанность по оплате выполненных по договору работ возникла с момента подписания форм КС-2 и КС-3 18.03.2019. В свою очередь, общество «Бурмаш» настаивало на том, что подрядчик сдал выполненные работы заказчику в ноябре 2018 года.

Оценив доводы сторон относительно исполнения момента исполнения обязательств по договору и имеющиеся в материалах дела документы, суд пришел к следующему выводу. Согласно статье 746 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса. В силу части 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно. Таким образом, в силу указанных норм, а также положений ст. 740 Гражданского кодекса Российской Федерации, основанием для возникновения обязательства по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

Пунктом 3.3 договора установлено, что заказчик в течение 3 рабочих дней с момента получения от подрядчика актов приемки выполненных работ (форма № КС-2) и справок о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3) обязан подписать указанные документы либо возвратить их с письменным мотивированным отказом. В отказе указываются недостатки выполненных или вовсе невыполненных подрядчиком работ, а также срок для их исправления, который устанавливается заказчиком, исходя из технических возможностей подрядчика, и является обязательным для подрядчика.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, учитывая, что формы КС-2 и КС-3 от 19.11.2018 были получены заказчиком 20.11.2018, о чем свидетельствует отметка на письме № 162 от 19.11.2018, однако мотивированного отказа от их подписания в установленный пунктом 3.3 договора трехдневный срок заказчиком не заявлено, суд, руководствуясь пунктом 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, считает, что подписанный в одностороннем порядке акт по форме КС-2 от 19.11.2018 является надлежащим доказательством выполнения и сдачи работ заказчику.

При этом, представленные обществом «ФСК-Групп» копии акта и справки от 19.11.2018 с отметкой заместителя директора о несоответствии объема фактически выполненным работам и необходимости вернуть на доработку, судом не может быть приняты во внимание, поскольку доказательств направления подрядчику мотивированного отказа от подписания первичных документов в материалы дела не представлено и, как было отмечено ранее, указанные объемы приняты заказчиком без замечаний. С учетом указанных обстоятельств суд считает мотивы отказа от подписания акта не обоснованными.

В пункте 4.1 договора сторонами установлено, что расчет по договору производится в следующем порядке: аванс на сумму 100 000 руб. производится до начала производства; окончательный расчет - в течение 30 дней с даты подписания форм КС-2, КС-3.

Из пояснений сторон и представленных в материалы дела документов следует, что выполненные обществом «Бурмаш» работы на сумму 547 200 руб. оплачены обществом «ФСК-Групп» частично на сумму 100 000 руб. поручением № 262 от 24.10.2018, в связи с чем сумма задолженности за выполненные работы по договору составила 447 200 руб.

Не оспаривая наличие обязанности по оплате выполненных работ, общество «ФСК-Групп» полагает, что размер заявленной ко взысканию задолженности должен быть уменьшен на сумму произведенного зачета встречных однородных требований.

Так, из пояснений общества «ФСК-Групп» и представленных в материалы дела документов следует, что заказчик на электронный адрес подрядчика 24.04.2019 направил уведомление о зачете взаимных требований от 31.03.2019, из содержания которого следует, что заказчик в счет стоимости выполненных по договору работ произвел зачет встречных требований на общую сумму 99 082,80 руб.:

- 28 369 руб. за предоставленное подрядчику дизельного топлива на основании подписанного сторонами УПД № 48 от 20.11.2018;

- 11 250 руб. за услуги по питанию работников подрядчика за октябрь и ноябрь 2018 года на основании подписанного сторонами УПД № 49 от 20.11.2018

- 59 463,80 руб. за услуги крановой установки на основании подписанного заказчиком в одностороннем порядке УПД № 3 от 04.02.2019.

Согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны. Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в обзоре судебной практики № 4 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018, подача заявления о зачете является выражением воли стороны односторонней сделки на прекращение встречных обязательств и одновременно исполнением требования закона, установленного к процедуре зачета (ст. 154, 156, 410 ГК РФ).

Принимая во внимание, что условиями договора предусмотрено направление документов по адресам, указанным в реквизитах сторон, в т.ч. электронным адресам, признание подрядчиком получения уведомления о зачете, суд приходит к выводу о доказанности обществом «ФСК-Групп» указанного факта. Вместе с тем, из представленных в материалы дела документов следует, что письмом от 25.04.2019 № 54 подрядчик сообщил заказчику о невозможности проведения зачёта на сумму 59 463,80 руб. за оказание не заказанных услуг крановой установки. Наравне с иным, возражая в ходе рассмотрения настоящего спора против произведенного заказчиком зачета, подрядчик указал, что оказанные услуг по питанию работников подрядчика и представлению дизельного топлива, являются частичной компенсацией за время простоя, вызванного невыполнением со стороны заказчика принятых на себя обязательств, в связи с чем общество «Бурмаш» полагало, что обязанность по оплате приобретенного у заказчика дизельного топлива и оказанных услуг у подрядчика отсутствует. Относительно зачета стоимости услуг крана подрядчик указал, что буровая установка оснащена лебедкой грузоподъемностью 3 250 кг, при помощи которой происходило погружение армокаркасов в скважину, вес которых составлял 203,9 кг и 312,7 кг, в связи с чем при выполнении данного вида работ необходимости в привлечении дополнительной техники (крана грузоподъемностью 20 тонн) отсутствовала.

Оценив доводы сторон относительно факта оказания услуг крана, суд пришел к следующим выводам. Согласно части 1 статьи 745 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению строительства материалами, в том числе деталями и конструкциями, или оборудованием несет подрядчик, если договором строительного подряда не предусмотрено, что обеспечение строительства в целом или в определенной части осуществляет заказчик. Пунктом 5.1.12 договора предусмотрена обязанность заказчика по предоставлению необходимых для производства работ материалов: товарного бетона, армокаркаса. Обязанность по предоставлению подрядчику оборудования, в том числе, техники для производства работ, у заказчика отсутствует. В свою очередь, подрядчик факт заключения договора на оказание услуг крана отрицает. Заказчик полагает договор заключенным, а услуги – заказанными и принятыми, ссылаясь на отсутствие у подрядчика собственной крановой установки и необходимость использования подрядчиком крана при производстве работ и невозможность погружения буронабивных свай без использования крана. В обоснование данных доводов заказчик представил в материалы дела подписанный в одностороннем порядке УПД № 3 от 04.02.2019 на сумму 59 463,80 руб., а также подписанные между обществами «ФСК-Групп» (заказчиком) и обществом «ЕС» (исполнителем) акты № 94 от 14.11.2018, № 95 от 15.11.2018, № 103 от 20.12.2018 на погрузо-разгрузочные работы крановой установки «КАТО» (20т) погружение армокаркасов. Объект бункер Фторированного глинозема ГОУ № 1. Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В пункте 1 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (пункт 2 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 440 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда в оферте определен срок для акцепта, договор считается заключенным, если акцепт получен лицом, направившим оферту, в пределах указанного в ней срока. Поскольку оферта на заключение договора на оказание услуг крана заказчиком не направлялась, направленный заказчиком универсальный передаточный документ подрядчиком не подписан, суд приходит к выводу, что договор на оказание услуг крана между сторонами не заключен, услуги не приняты обществом «Бурмаш», в связи с чем обязательства по оплате данных услуг у подрядчика не возникло. При указанных обстоятельствах зачет в указанной части суд признает не состоявшимся ввиду необоснованности требований об оплате услуг крана.

В отношении произведенного заказчиком зачета в части стоимости предоставленного подрядчику дизельного топлива и услуг питания следует отметить следующее. Из подписанных сторонами без замечаний УПД № 48 и № 49 от 20.11.2018 следует, что общество «Бурмаш» получило от общества «ФСК-Групп» дизельное топливо на сумму 28 369 руб., а также услуги по питанию работников за октябрь и ноябрь 2018 года на сумму 11 250 руб. Доводы подрядчика о том, что оказанные услуг по питанию работников подрядчика и представлению дизельного топлива являются частичной компенсацией за время простоя, вызванного невыполнением со стороны заказчика принятых на себя обязательств, судом отклоняются в силу следующего. Пунктом 5.1.8 договора предусмотрена обязанность заказчика компенсировать подрядчику убытки, понесенные подрядчиком за время простоя по вине заказчика по расчету, предоставленному подрядчиком и согласованному заказчиком. В свою очередь, в материалы дела не представлено доказательств направления заказчику требований о компенсации понесенных подрядчиком убытков, а также доказательств, свидетельствующих о том, что простой выполнения работ (в ноябре 2018 года) обусловлен ненадлежащим исполнением заказчиком обязательств по договору. Учитывая данные обстоятельства, суд приходит к выводу, что у общества «Бурмаш» возникла обязанность по оплате заказчику оказанных услуг по питанию работников подрядчика и предоставленного дизельного топлива на общую сумму 39 619 руб., в связи с чем общество «ФСК-Групп» правомерно произвело зачет взаимных требований на указанную сумму в счет стоимости выполненных работ.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, учитывая, что ответчиком не представлено доказательств оплаты выполненных работ в полном объеме, суд пришел к выводу, что исковые требования о взыскании задолженности за выполненные работы по договору на устройство буронабивных свай №31/08/БНС/14 от 22.10.2018 подлежат частичному удовлетворению на сумму 407 581 руб. (547 200 руб. стоимость выполненных работ – 100 000 руб. предварительной оплаты - 39 619 руб. произведенного зачета).

Оснований для удовлетворения исковых требований в остальной части у суда не имеется с учетом произведенного зачета.

Наравне с заявленной ко взысканию суммой основного долга, истцом заявлено требование о взыскании 97 936,80 руб. неустойки за просрочку оплаты выполненных работ.

Согласно части 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором. В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (статья 331 Гражданского кодекса Российской Федерации). Из вышеприведенных положений статей 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что под неустойкой законодатель понимает денежную сумму, являющуюся мерой гражданско-правовой ответственности и одним из способов обеспечения обязательств, основанием для исчисления и последующего взыскания которой является неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, в частности, просрочка исполнения обязательства. При этом условие о применение неустойки как меры гражданско-правовой ответственности может быть предусмотрено как договором, так и законом. В пункте 6.2 договора сторонами установлено, что за нарушение сроков оплаты заказчик обязуется уплатить подрядчику неустойку в виде пени в размере 0,1% от стоимости выполненных работ, за каждый день просрочки.

Полагая, что заказчиком не исполнены обязательства по оплате выполненных работ по акту КС-2 и справке КС-3 от 19.11.2018 на сумму 447 200 руб., подрядчик на основании пункта 6.2 договора начислил ответчику 97 936,80 руб. неустойки за период с 25.12.2018 по 31.07.2019 (219 дней), исходя из следующего расчета: 447 200 (сумма долга) х 0,1% х 219 (количество дней просрочки за указанный период) = 97 936,80 руб.

В свою очередь, общество «ФСК-Групп» полагало, что обязанность по оплате выполненных работ возникла с момента подписания форм КС-2 и КС-3 18.03.2019, и с учетом произведенного зачета на сумму 99 082,80 руб., задолженность за выполненные работы составила 348 117,20 руб. Таким образом, согласно представленного заказчиком контррасчета, размер неустойки составил 21 931,38 руб., исходя из следующего расчета 348 117,20 руб. х 0,1 % х 63 (количество дней просрочки за период с 18.04.2019 по 19.06.2019) = 21 931,38 руб.

Принимая во внимание, что из представленных в материалы дела документов следует, что формы КС-2 и КС-3 от 19.11.2018 были получены заказчиком 20.11.2018, о чем свидетельствует отметка на письме № 162 от 19.11.2018, однако мотивированного отказа от их подписания не заявлено, суд полагает, что подрядчик обоснованно начислил заказчику неустойку за нарушение срока оплаты, начиная с 25.12.2018, по истечении трехдневного срока на приемку работ, предусмотренного пунктом 3.3 договора, и тридцатидневного срока на оплату выполненных работ, предусмотренного пунктом 4.1 договора.

Вместе с тем, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, подтверждающих выполнение работ на сумму 547 200 руб., предварительную оплату на сумму 100 000 руб. и произведенный заказчиком зачет взаимных требований на общую сумму 39 619 руб., суд пришел к выводу о том, что требования о начислении неустойки являются обоснованными на сумму 94 054,14 руб., исходя из следующего расчета:

1) 447 200 руб. (сумма долга с учетом предварительной оплаты) х 0,1%х121 (количество дней просрочки за период с 25.12.2018 по 24.04.2019 (день произведенного зачета, поскольку согласно пункту 3 уведомления о зачете обязательства по оплате считаются исполненными путем зачета с момента получения уедомления) = 54 111,20 руб.

2) 407 581 руб. (сумма долга с учетом предварительной оплаты и произведенного зачета на сумму 39 619 руб.) х 0,1% х 98 (количество дней просрочки за период с 25.04.2019 по 31.07.2019) = 39 942,94 руб.

Таким образом, первоначальные исковые требования общества «Бурмаш» являются обоснованными и подлежат удовлетворению в части взыскания 407 581 руб. задолженности за выполненные работы и 94 054,14 руб. неустойки за нарушение срока оплаты. Основания для удовлетворения первоначального иска в остальной части у суда не имеется.

Ссылаясь на нарушение подрядчиком срока выполнения работ, общество «ФСК-Групп» обратилось в арбитражный суд со встречным иском к обществу «Бурмаш» о взыскании 78 508 руб. неустойки за нарушение срока выполнения работ, исходя из следующего расчета: 556 800 руб. (цена договора) х 0,1 % х 144 (количество дней просрочки за период с 3.11.2018 по 18.03.2019) = 78 508 руб.

Суд учитывает, что в пункте 6.3 договора предусмотрена ответственность подрядчика за нарушение сроков производства работ подрядчик в виде неустойки в размере 0,1 % от общей стоимости работ по договору за каждый день нарушения до выполнения работ в полном объеме. При начислении подрядчику неустойки заказчик исходил из того, что по условиям договора подрядчик обязан был приступить к выполнению работ с момента подписания договора и завершить ее выполнение 02.11.2018.

Согласно пункту 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. Пунктом 1.3 договора установлен начальный срок выполнения работ: не позднее 5 рабочих дней с момента подписания договора и поступления аванса на расчетный счет подрядчика. В пункте 1.4 договора установлен конечный срок выполнения работ: не позднее 5 рабочих дней с момента, когда работы должны быть начаты.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд приходит к выводу о согласовании сторонами обязанности подрядчика приступить к выполнению работ после подписания договора и поступления аванса. Таким образом, учитывая, что договор на устройство буронабивных свай был заключен 22.10.2018, аванс на расчетный счет подрядчика перечислен платежным поручением № 262 от 24.10.2018, суд пришел к выводу, что подрядчик обязан был приступить к выполнению работ не позднее 31.10.2018, то есть не позднее 5 рабочих дней с даты поступления аванса, и соответственно, обязан был завершить выполнение работ в срок до 07.11.2018.

Вместе с тем, поскольку из представленных в материалы дела документов следует, что подрядчик сдал результата работ заказчику 20.11.2018, суд приходит к выводу, что заказчик обосновано начислил подрядчику неустойку за нарушение срока выполнения работ за период с 08.11.2018 по 20.11.2018 (13 дней просрочки).

Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства сдачи фактически выполненных работ по договору на сумму 547 200 руб., заказчиком претензий о невыполнении части работ по договору на сумму 9 600 руб. (556 800 руб. стоимость работ по договору - 547 200 руб. стоимость фактически выполненных работ ) не предъявлялось, суд полагает, что заказчик необоснованно начислил подрядчику неустойку на цену договора без учета указанных обстоятельств.

Как следует из правовой позиции, отраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 5467/14, неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором. Начисление неустойки на общую сумму контракта без учета надлежащего исполнении части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые выполнены надлежащим образом. Между тем, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции. Начисление неустойки на сумму исполненных обязательств ведет к неосновательному обогащению, и не может рассматриваться как справедливое условие. С учетом указанного, суд полагает, что возложение на подрядчика обязанности по выплате неустойки за нарушение срока выполнения работ на сумму контракта при фактическом выполнении работ на меньшую сумму противоречит общим началам гражданского законодательства и принципам гражданско-правовой ответственности.

При этом, доводы общества «Бурмаш» о том, что нарушение срока выполнения работ обусловлено ненадлежащим выполнением заказчиком своих обязательств отклоняется, поскольку в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что переданная стройплощадка была не пригодна для выполнения работ, а представленный для производства работ объем материалов не позволял своевременно завершить выполнение работ с учетом того, что к подрядчиком выполнен не весь объем работ по договора и к оплате предъявлена стоимость фактически выполненных работ.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд пришел к выводу о том, что обоснованным является начисление неустойки за нарушение срока выполнения работ в размере 7 113,60 руб. за период с 08.11.2018 по 20.11.2018 (дата получения заказчиком акта КС-2), исходя из следующего расчета: 547 200 руб. (стоимость фактически выполненных работ) х 0,1% х 13 (количество дней просрочки) = 7 113,60 руб.

Таким образом, встречные исковые требования о взыскании неустойки подлежат удовлетворению частично на сумму 7 113,60 руб. Основания для удовлетворения остальной части встречных исковых требований у суда отсутствуют.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Государственная пошлина за рассмотрение первоначального иска на сумму 545 136,80 руб. составляет 13 903 руб., которая уплачена обществом «Бурмаш» при обращении в суд с исковым заявлением на основании платежных поручений № 245 от 13.06.2019, № 294 от 08.07.2019. Принимая во внимание, что первоначальный иск удовлетворен частично на общую сумму 501 635,14 руб., что составляет 92,02% от заявленной ко взысканию суммы, судебные расходы подлежат распределению пропорционально размеру удовлетворенных требований: 12 793,54 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины подлежит взысканию с обществк «ФСК-Групп» в пользу общества «Бурмаш», 1 109,46 руб. государственной пошлины относится на общество «Бурмаш».

Государственная пошлина за рассмотрение встречного иска на сумму 78 508 руб. составляет 3 140 руб., которая уплачена обществом «ФСК-Групп» при обращении в суд со встречным исковым заявлением на основании платежных ордеров № 92 от 24.07.2019, от 25.07.2019. Принимая во внимание, что встречный иск удовлетворен частично на сумму 7 113,60 руб., что составляет 9,06% от заявленной ко взысканию суммы, судебные расходы подлежат распределению пропорционально размеру удовлетворенных требований: 284,48 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины подлежит взысканию с общества «Бурмаш» в пользу общества «ФСК», 2 855,52 руб. государственной пошлины относится на общество «ФСК-Групп».

В соответствии с абзацем вторым части 5 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1, суд вправе осуществить зачет судебных издержек, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, и иных присуждаемых им денежных сумм как встречных (часть 3 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Встречные требования в рамках настоящего дела являются, по существу, денежными, то есть однородными, и при наступлении срока исполнения могут быть прекращены зачетом по правилам статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации. Учитывая, что требования сторон по настоящему делу носят однородный характер, суд считает возможным произвести их зачет.

Проведя зачет требований по первоначальному и встречному искам, суд пришел к выводу о взыскании с общества «ФСК-Групп» в пользу общества «Бурмаш» 507 030,60 руб.: (407 581 руб. задолженности + 94 054,14 руб. неустойки + 12 703,54 руб. судебных расходов) – 7 113,60 руб. неустойки + 284,48 руб. судебных расходов).

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ). По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Бурмаш» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ФСК-Групп» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Бурмаш» 514 428,68 руб., в том числе: 407 581 руб. задолженности по договору на устройство буронабивных свай №31/08/БНС/14 от 22.10.2018, 94054,14 руб. пени, 12 793,54 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины платежными поручениями № 245 от 13.06.2019, № 294 от 08.07.2019.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Встречные исковые требования общества с ограниченной ответственностью «ФСК-Групп» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бурмаш» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ФСК-Групп» 7 398,08 руб., в том числе: 7 113,60 руб. неустойки за нарушение срока выполнения работ, 284,48 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины платежными ордерами № 92 от 24.07.2019, от 25.07.2019.

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказать.

Произвести зачет первоначальных и встречных исковых требований.

В результате зачета взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ФСК-Групп» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Бурмаш» 507 030,60 руб.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

Е.Р. Смольникова