Постановление от 7 апреля 2026 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, <...>

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

08 апреля 2026 года Дело № А56-30784/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Казарян К.Г., Мирошниченко В.В., при ведении протокола помощником судьи Гура Е.И.,

при участии от финансового управляющего ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 05.08.2024 (посредством системы веб-конференции), от ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 05.04.2026, от ФИО5 представителя ФИО6 по доверенности от 12.12.2024,

рассмотрев 06.04.2026 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 – финансового управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.07.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2025 по делу № А56-30784/2021/сделка1,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.06.2021 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Агрохимическая компания «Еврохимсервис» о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 05.08.2021 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Определением суда от 11.08.2022 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО5, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

Финансовый управляющий ФИО1 22.01.2025 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительным соглашение о разделе общего имущества между супругами серии 78 АБ № 8037449, заключенное 14.08.2020 ФИО5 с ФИО3.

В порядке применения последствий недействительности сделки заявитель просил:

- признать квартиру с кадастровым номером 78:14:0767804:9003, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, ул. Орджоникидзе, д. 52, лит. А, кв. 690 (далее – квартира № 690); квартиру с кадастровым номером 78:14:0007691:21849, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, Дизельный пр., д. 11, корп. 1, стр. 1, кв. 44 (далее – квартира № 44); автомобиль «Ауди Q3» 2015 года выпуска с идентификационным номером (VIN) <***> (далее – автомобиль «Ауди Q3»), автомобиль «Хонда CR-V» 2008 года выпуска с идентификационным номером (VIN) <***> (далее – автомобиль «Хонда CR-V»), общим имуществом ФИО5 и ФИО3;

- выделить ФИО5 1/2 долю в квартире № 690 и 1/2 долю в квартире № 44;

- обязать ФИО3 возвратить автомобиль «Ауди Q3» в конкурсную массу должника;

- взыскать с ФИО3 265 000 руб. в конкурсную массу ФИО5 в счет 50% стоимости автомобиля «Хонда CR-V».

Определением суда первой инстанции от 03.07.2025 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2025 определение от 03.07.2025 оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО1 просит отменить определение от 03.07.2025, постановление от 02.12.2025 и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что суды первой и апелляционной инстанций неправомерно сделали вывод о пропуске срока исковой давности для оспаривания о разделе общего имущества между супругами; указывает, что о наличии оснований для оспаривания названной сделки финансовому управляющему ФИО1 стало известно лишь после получения копии соглашения из филиала публично-правовой компании «Роскадастр» по запросу, направленному 17.12.2024; полагает, что срок исковой давности для оспаривания соглашения о разделе общего имущества между супругами истек лишь в декабре 2025 года, таким образом, заявление об оспаривании названного соглашения подано в пределах установленного срока.

Финансовый управляющий ФИО1 также не согласен с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что оспариваемое соглашение не может быть признано недействительным на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); считает, что названное соглашение имеет признаки мнимой сделки, совершенной с целью вывода активов ФИО5

Податель жалобы считает необоснованными выводы судов первой и апелляционной инстанций о том, что квартира № 44 не является совместно нажитым имуществом должника и ответчика и приобретена за счет денежных средств, полученных ФИО3 в дар от ФИО8, с целью обеспечения жильем старшего сына (ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ года рождения).

В представленном в электронном виде отзыве ФИО5 считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Представитель финансового управляющего, принимавшая участие в судебном заседании посредством системы веб-конференции, поддержала доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Представители ФИО5 и ФИО3 возражали против удовлетворения жалобы.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, ФИО5 04.08.2020 заключил с ФИО3 соглашение о разделе общего имущества между супругами.

Из пункта 2.1 соглашения следует, что в период брака супругами приобретены в собственность квартира № 690; квартира № 44; автомобиль «Ауди Q3» и автомобиль «Хонда CR-V».

По условиям соглашения в собственность ФИО5 переходит 1/4 доля в праве общей долевой собственности на квартиру № 690; в собственность ФИО3 – 3/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру № 690, квартира № 44, автомобиль «Ауди Q3» и автомобиль «Хонда CR-V».

Брак ФИО5 и ФИО3 расторгнут 25.11.2020 решением мирового судьи судебного участка № 120 Санкт-Петербурга от 23.10.2020.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением, рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора, финансовый управляющий ФИО1 сослался на то, что в результате заключения соглашения причинен вред имущественным правам кредиторов ФИО5, указал, что соглашение о разделе общего имущества между супругами заключено должником с заинтересованным лицом, на дату его заключения у ФИО5 имелись признаки неплатежеспособности, в связи с чем полагал, что имеются предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьями 10, 168 и 170 ГК РФ основания для признания его недействительной (ничтожной) сделкой.

ФИО3 и ФИО5, возражавшие против удовлетворения заявленных требований, в обоснование своих возражений ссылались, в том числе, на пропуск финансовым управляющим срока исковой давности.

Основанием для отказа в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований послужил вывод суда первой инстанции о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности. При этом суд первой инстанции исходил из того, что пороки оспариваемого соглашения, на которые ссылается финансовый управляющий ФИО1, не выходят за пределы дефектов, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд первой инстанции установил, квартира № 44 приобретена на личные денежные средства, полученные ФИО3 в дар от ФИО8; автомобиль «Ауди Q3» приобретен ФИО3 в после фактического прекращения брачных отношений с ФИО5

Апелляционный суд согласился с указанными выводами и постановлением от 02.12.2025 оставил определение суда первой инстанции от 03.07.2025 без изменения.

В силу части 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (пункт 3 указанной статьи).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Заявление о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 10.06.2021, оспариваемое соглашение заключено должником 04.08.2020, то есть в пределах срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Как видно из материалов дела, при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции ФИО3 и ФИО5 заявили о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Судом первой инстанции установлено, что, как следует из отчета финансового управляющего ФИО7 о финансовом состоянии должника от 15.10.2021, в распоряжении управляющего имелась выписка из Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на 09.09.2021, которая, в свою очередь, содержит сведения о выбытии из собственности ФИО5 недвижимого имущества на основании заключенного с ФИО3 соглашения о разделе общего имущества между супругами.

Так как с заявлением о признании названного соглашения недействительным финансовый управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд только 22.01.2025, суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательствам.

Содержащийся в кассационной жалобе финансового управляющего ФИО1 довод о том, что суды первой и апелляционной инстанций неправомерно сделали вывод о пропуске срока исковой давности для оспаривания соглашения о разделе общего имущества между супругами, не может быть принят.

В обоснование указанного довода податель жалобы ссылается на то, что о наличии оснований для оспаривания сделки финансовому управляющему ФИО1 стало известно лишь после получения копии соглашения из филиала публично-правовой компании «Роскадастр» по запросу, направленному 17.12.2024; полагает, что срок исковой давности для оспаривания соглашения о разделе общего имущества между супругами истек лишь в декабре 2025 года.

Вместе с тем согласно разъяснениям, приведенным в абзаце втором пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника, запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Доказательства того, что финансовый управляющий ФИО1, равно как и финансовый управляющий ФИО7 были лишены возможности направить соответствующий запрос в публично-правовую компанию «Роскадастр» в разумный срок после получения сведений о заключении должником соглашения о разделе общего имущества между супругами (15.10.2021), при рассмотрении настоящего обособленного спора не были представлены.

Приведенные в кассационной жалобе финансового управляющего ФИО1 доводы о том, что оспариваемое соглашение может быть признано недействительным на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ, а также о наличии у названного соглашения признаков мнимой сделки, совершенной с целью вывода активов ФИО5, также не принимаются.

Как следует из разъяснений, приведенных абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40 17431/2016, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Руководствуясь указанной правовой позицией, суды первой и апелляционной инстанций, как полагает суд кассационной инстанции, правомерно заключили, что финансовый управляющий ФИО1, ссылаясь на несоответствие оспариваемого соглашения требованиям статьи 10 ГК РФ, в обоснование своих доводов фактически приводит совокупность обстоятельств, которые являются основанием для признания сделки недействительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иные доводы, содержащиеся в кассационной жалобе финансового управляющего ФИО1, по мнению суда кассационной инстанции, не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, послуживших основанием для принятия обжалуемых судебных актов, а лишь выражают несогласие подателя жалобы с оценкой судами доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Поскольку основания для иной оценки названных доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Расходы по государственной пошлине по кассационной жалобе с учетом результатов ее рассмотрения относятся на подателя жалобы. Так как определением суда кассационной инстанции от 03.02.2026 удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО1 об отсрочке уплаты государственной пошлины, с ФИО5, в интересах конкурсной массы которого действует управляющий, в доход федерального бюджета подлежит взысканию 20 000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.07.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2025 по делу № А56-30784/2021/сделка1 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – финансового управляющего ФИО5 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Председательствующий А.В. Яковец

Судьи

К.Г. Казарян

В.В. Мирошниченко