Решение от 13 мая 2023 г. по делу № А56-34423/2022

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-34423/2022
13 мая 2023 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 27 апреля 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 13 мая 2023 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Душечкина А.И.,


при ведении протокола судебного заседания: помощником судьи Большаковой А.Р.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоСтройСервис» (адрес: 192029, Санкт-Петербург, ул.Бабушкина, д. 3, литер А, пом/эт 28Н(№40-43)/3 комната 310, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 18.02.2010, ИНН: <***>, КПП: 781101001);

к ФИО1, ФИО4, ФИО5 Орижона

о привлечении к субсидиарной ответственности,


при участии:

от истца: ФИО2 (доверенность от 01.07.2022);

от ФИО1: ФИО3 (доверенность от 23.07.2022);

от ФИО4: ФИО3 (доверенность от 14.01.2023);

от ФИО5 – не явился, извещен;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ЭнергоСтройСервис» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО5 Орижона к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Энерджи Групп».

Определением от 05.09.2022 заявление принято к производству, назначены предварительное и основное судебные заседания на 01.09.2022.

Определением от 01.09.2022 предварительное судебное заседание отложено на 13.10.2022 в связи с неявкой в судебное заседание ФИО5 Орижона.

Определением от 13.10.2022 судебное заседание отложено по ходатайству истца об отложения для уточнения искового заявления на 27.10.2022.

Определением от 27.10.2022 судебное заседание отложено в связи с привлечением к участию в деле качестве соответчика ФИО4 (ИНН <***>) на 15.12.2022.

Определением от 15.12.2022 судебное заседание отложено на 12.01.2023 для направления запроса с целью надлежащего извещения ФИО5 Орижона.

Определением от 11.01.2023 суд изменил дату судебного заседания, назначив его рассмотрение в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции на 23.01.2023.

В ходе рассмотрения дела в судебном заседании 23.01.2023 судом установлено отсутствие доказательств надлежащего извещения о принятии искового заявления ФИО5 Орижона, на основании чего рассмотрения дела отложено на 20.02.2023.

Определением от 20.02.2023 судебное заседание отложено в связи с ходатайством истца об истребовании документов из МИФНС № 15 по Санкт-Петербургу на 06.04.2023.

Определением (протокольное) от 06.04.2023 судебное заседание отложено на 20.04.2023.

В судебном заседании 20.04.2023 судом объявлен перерыв до 27.04.2023.

После перерыва 27.04.2023 представители сторон поддержали свои правовые позиции по делу.

В соответствии с пунктом 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству», частью 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд признал дело подготовленным к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное разбирательство.

Исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, ООО «Энергостройсервис» (истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО «Энсрджи Групп» (ответчик) о взыскании 1748,43 руб. задолженности по договору поставки с возмещением расходов на уплату государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.03.2019 по делу № А56-164096/2018 с ООО «Энерджи Групп» (ОГРН <***>) в пользу ООО «Энергостройсервис» (ОГРН <***>) взыскано 1 748 877,43 руб. задолженности по договору поставки №ЭС-С/01/02-17 от 01.02.2017, а также 30 489 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Истец ссылается на то, что на момент заключения договора поставки №ЭС-С/01/02-17 от 01.02.2017 генеральным директором ООО «Энерджи Групп» являлся ФИО1.

По мнению истца, недобросовестные действия генерального директора должника ФИО1 привели к возникновению у истца убытков, так как указанное лицо являлось непосредственно единоличным исполнительным органом и учредителем Должника как в период заключения договора поставки, так и на момент возникновения задолженности, а также направления претензии с требованием об оплате задолженности за поставленный товар.

16.05.2018 в ЕГРЮЛ были внесены сведения о смене генерального директора на ФИО5 Орижона (ИНН <***>).

Указанное лицо являлось генеральным директором должника на дату подачи иска и вынесения решения по делу № А56-164096/2018.

30.07.2020 МИФНС №15 но Санкт-Петербургу внесена запись ГРЗ № 2207803685153 об исключении из ЕГРЮЛ юридического липа в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности «Энерджи Групп».

По мнению истца, ФИО1 и ФИО5 Орижон подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ должника, в связи с чем истец обратился в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).

Юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, могут создаваться в организационно-правовых формах хозяйственных товариществ и обществ, крестьянских (фермерских) хозяйств, хозяйственных партнерств, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий (пункт 2 статьи 50 ГК РФ).

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом.

В силу положений пункта 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Аналогичные положения содержатся и в пункте 1 статьи 87 ГК РФ, пункте 1 статьи 2 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (пункт 3.1 введен Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ) установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред обществу и его кредиторам, и т.д.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации (ее участников, контролирующих лиц), гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны указанных лиц в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные исключительные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности его руководителя (членов коллегиальных органов управления, лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица).

Из буквального толкования пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на вышеуказанных лиц является наличие причинно-следственной связи между их неразумными и недобросовестными действиями и невозможностью исполнения обязательств общества перед его кредиторами.

Ответственность руководителя (иного контролирующего лица) перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя (контролирующего общество лица) возлагается на лицо, требующее привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности, в данном случае на истца.

В качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица истец указывает на то, что должник исключен из ЕГРЮЛ на основании пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ).

Из материалов дела следует, что 30.07.2020 ООО «Энерджи Групп» прекратило деятельность (способ прекращения - исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Наличие в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений о юридическом лице влечет для него определенные действующим законодательством юридические последствия.

В частности, подпунктом "б" пункта 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ предусмотрено применение предусмотренного настоящей статьей порядка исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в случае наличия в государственном реестре сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Вместе с тем, исключение из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица регистрирующим органом и непогашение задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате долга при отсутствии доказательств, подтверждающих недобросовестное и неразумное поведение, повлекшее такую неуплату.

Из представленных материалов дела следует, что ФИО1 не являлся участником ООО «ЭНЕРДЖИ ГРУПП» (наименование на момент заключения спорного договора поставки - ООО «Энергетический Холдинг РОСС»).

ФИО1 был принят в ООО «Энергетический Холдинг РОСС» на должность заместителя главного инженера 08.04.2015.

Решением единственного участника общества №02/2015 от 17.08.2015 года ФИО1 был назначен на должность генерального директора.

16.05.2018 полномочия ФИО1 были прекращены решением единственного участника общества №4 от 04.05.2018, трудовой договор, расторгнут на основании ст. 278 ТК РФ.

16.05.2018 года в ЕГРЮЛ внесены сведения о назначении на должность генерального директора общества ФИО5 Орифжона.

16.05.2018 года ФИО1 передал ФИО5 по акту приема-передачи документы общества (учредительные документы, свидетельства, протоколы общих собраний, кадровую документацию, бухгалтерскую документацию в полном объеме, договоры с контрагентами, печати), а также материальные ценности, находящиеся на балансе общества в соответствии с данными бухгалтерского учета.

В период исполнения ФИО1 полномочий единоличного исполнительного органа по 10.03.2016 единственным участником общества являлся ФИО6, а впоследствии с 11.03.2016 - ФИО4 (ИНН <***>) (с 11.03.2016 до 16.05.2018 - доля в размере 100% уставного капитала номинальной стоимостью 20000 руб.).

16.06.2018 года в ЕГРЮЛ были внесены изменения: уставный капитал общества был увеличен с 20 000 руб. до 21 000 рублей, в состав участников общества принята Международная компания «Стаселло Лимитед» с долей в уставном капитале 1/21.

28.05.2018 года ФИО4 вышел из общества.

Вышеперечисленные юридические действия: смена руководителя, включение в состав участников Международной коммерческой компании «Стаселло Лимитед», выход из состава участников ФИО4 - были совершены после прекращения полномочий ФИО1 в должности генерального директора 18.05.2018.

На момент прекращения полномочий ФИО1 ООО «Энергетический Холдинг РОСС» не отвечало формальным признакам банкротства по смыслу пункта 2 статьи 3, пункта 2 статьи 6 Закона о банкротстве.

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве).

На момент прекращения полномочий ФИО1 обязательства по оплате поставленного товара не были исполнены должником в течение двух месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Материалами дела №А56-164096/2018 установлено, что между Истцом и ООО «ЭНЕРДЖИ ГРУПП» заключен договор поставки № ЭС-С/01/02-17 от 01.02.2017, в соответствии с которым Истец поставил товар 13.02.2018 и 16.02.2018 на общую сумму 1 748 877, 43 рублей, что подтверждается товарными накладными.

Согласно пункту 6.5. договора, стороны установили, что оплата стоимости товара производится не позднее 30 календарных дней с даты графика поставки товара.

Обязательства по оплате товара возникли у общества 15.03.2018 и 18.03.2018, за два месяца до прекращения ФИО1 полномочий.

Все юридические факты, связанные со взысканием истцом задолженности по договору поставки: направление претензии должнику, обращение с иском в суд, принятие решения суда и вступление его в законную силу, возбуждение исполнительного производства - наступили после прекращения полномочий ФИО1 в должности генерального директора.

Претензия с требованиями погасить образовавшуюся задолженность была направлена Истцом в адрес ООО «ЭНЕРДЖИ ГРУПП» 06 ноября 2018, через полгода после прекращения полномочий ФИО1

Решение по делу №А56-164096/2018 вынесено 06 марта 2019 года и вступило в законную силу 06 апреля 2019 года.

Неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве (п. 19 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021; Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 09.06.2020 N 5-КГ20-49, М-10004763/19).

По смыслу разъяснений, данных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

На момент прекращения полномочий ФИО1 отсутствовали обстоятельства, названные в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку по данным бухгалтерской отчетности должника за 2017 года на балансе имелись основные средства в размере 10 630 000 рублей; у общества отсутствовала не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Доказательства недобросовестности и неразумности действий ФИО1 в материалы дела не представлены.

Истец полагает, что решение о прекращении полномочий ФИО1 и назначении ФИО5 принято в отсутствие кворума, поскольку после выхода ФИО4 из состава участников его доля в размере 20/21 уставного капитала с момента выхода перешла к обществу и не могла учитываться при голосовании, соответственно, Международная компания «Стаселло Лимитед», не могло назначить нового генерального директора.

Доводы истца не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и хронологии юридических действий по смене генерального директора и переходу доли ФИО4 к обществу.

ФИО4 с 11.03.2016 до 16.05.2018 являлся единственным участником общества (доля в размере 100% уставного капитала номинальной стоимостью 20000 руб.).

15.05.2018 года решением единственного участника общества №4 былипрекращены полномочия ФИО1, на должность генерального директораназначен ФИО5

16.05.2018 года в ЕГРЮЛ внесены изменения:

-уставный капитал общества увеличен с 20 000 руб. до 21 000 рублей, в состав участников общества принята Международная компания «Стаселло Лимитед» с долей в уставном капитале 1/21,

-о прекращении полномочий ФИО1 и назначении на должность генерального директора общества ФИО5 Орифжона.

Таким образом, решение о прекращении полномочий ФИО1 и назначении ФИО5 принято единственным участником общества, до вступления в состав участников Международной компанией «Стаселло Лимитед» и перехода доли ФИО4 к обществу.

В соответствии со ст. 26, п. 6.1, п.п. 2 п. 7 ст. 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (в ред. от 31.12.2017, действующей на момент смены генерального директора и выхода ФИО4 из состава участников) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. В случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу с момента получения обществом заявления участника общества о выходе из общества. Доли, принадлежащие обществу, не учитываются при определении результатов голосования на общем собрании участников общества (ст. 24 Федерального закона № 14-ФЗ).

28.05.2018 ФИО4 вышел из общества, его доля перешла к обществу и перестала учитываться при определении результатов голосования.

Доля ФИО4 в размере 20/21 уставного капитала перешла к обществу со дня получения его заявления о выходе из общества, поданному в общество после смены генерального директора.

Международной компанией «Стаселло Лимитед» не были совершены юридические действия по распределению доли 20/21, перешедшей к обществу, однако, ФИО4 не мог контролировать действия компании после своего выхода из состава участников.

Таким образом, истцом не доказан факт осуществления ФИО4 контроля за деятельностью общества после его выхода из состава участников.

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава Ш.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 ГК РФ (как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 05.03.2019 N 305-ЭС18-15540), противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 ГК РФ.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Между тем, соответствующих обстоятельств арбитражным судом не установлено и истцом не доказано.

Доказательства того, что ответчики действовали недобросовестно и неразумно, предпринимали меры к уклонению от исполнения принятого в пользу истца судебного решения, в материалах дела отсутствуют.

При таких обстоятельствах при недоказанности совокупности условий, позволяющих привлечь лицо к ответственности, а именно отсутствие причинно-следственной связи между вменяемым бездействием лица и последствиями -неисполнение должником обязательств перед кредитором-истцом, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам перед истцом не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

В силу пункта 2 статьи 399 ГК РФ кредитор не вправе требовать удовлетворения своего требования к основному должнику от лица, несущего субсидиарную ответственность, если это требование может быть удовлетворено путем зачета встречного требования к основному должнику либо бесспорного взыскания средств с основного должника.

Субсидиарная ответственность является дополнительной к ответственности лица, являющегося основным должником; при предъявлении требований к субсидиарному поручителю, кредитор должен доказать факт обращения к должнику и его отказ от исполнения обязательства, а также невозможность бесспорного взыскания средств с основного должника.

Порядок исключения регистрирующим органом юридического лица из ЕГРЮЛ установлен статьей 21.1 Закона N 129-ФЗ.

Пунктом 3 названной статьи предусмотрено, что решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения.

Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Согласно пункту 4 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении.

Эти заявления могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 названного Федерального закона. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

Согласно пункту 7 статьи 22 Закона N 129-ФЗ, если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 названного Федерального закона, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

Доказательств того, что истцом были предприняты меры к уведомлению налогового органа, вынесшего решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, о наличии долга у данного юридического лица, наличии судебного акта о его взыскании и отсутствии его исполнения в период после опубликования решения о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ до истечения срока возможного предъявления данных требований, в материалы дела не представлено.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области



решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.



Судья Душечкина А.И.