Решение от 24 ноября 2022 г. по делу № А73-13767/2022

Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-13767/2022
г. Хабаровск
24 ноября 2022 года
Резолютивная часть судебного акта объявлена 23 ноября 2022 г.

Арбитражный суд Хабаровского края в составе

судьи А.Ф.Савон,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в заседании суда дело по иску ФНС России (вх. 13767 от 17.08.2022)

к ФИО2

о привлечении к ответственности в виде убытков по обязательствам ООО «Ель» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес регистрации: 682732, Хабаровский край, Солнечный район, рабочий <...>) в размере 12 099 542,91 руб.

При участии в судебном заседании:

представитель ФНС России - ФИО3 - по доверенности от 26.10.2022;

представитель ответчика - ФИО4 по доверенности от 12.09.2022.

УСТАНОВИЛ:

17.08.2022 ФНС России обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к ответственности по обязательствам ООО «Ель» и взыскании с ФИО2 убытков в сумме 12 099 542,91 руб.

Определением суда от 19.08.2022 заявление принято к производству, назначено проведение подготовки в предварительном судебном заседании.

Определением от 05.10.2022 суд, признав дело подготовленным, завершил предварительное судебное заседание и назначил иск к рассмотрению по существу в судебном разбирательстве на 09.11.2022.

Определением от 09.11.2022 судебное разбирательство откладывалось на 23.11.2022.

В судебном заседании представитель заявителя поддержала заявленные требования по ранее приведенным основаниям, просил взыскать с ФИО2 в пользу уполномоченного органа 12 099 542 руб. 91 коп.

Возразил против довода о пропуске срока исковой давности, пояснив, что право на обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности возникло у уполномоченного органа с 11.08.2021, заявление подано в Арбитражный суд Хабаровского края 17.08.2022, то есть в пределах трехгодичного срока исковой давности.

Представитель ответчика заявление не признал, привел доводы, изложенные в отзыве о пропуске заявителем срока исковой давности, пояснив, что налоговая проверка была проведена в 2018, следовательно, уполномоченный орган обладал информацией о наличии оснований для взыскания убытков с 08.10.2018.

Выслушав представителей сторон, исследовав и оценив в соответствии со статьями 71, 162 Арбитражного кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела письменные доказательства, арбитражный суд приходит к следующему.

01.06.2021 ФНС России обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании ООО «Ель» банкротом, в обоснование заявления сославшись на наличие перед кредиторами задолженности в размере 12 099 542,91 руб. и невозможности ее погасить, утвердить арбитражного управляющего из числа членов Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих» (адрес: 443072, <...> км).

Определением суда от 11.08.2021 (резолютивная часть от 09.08.2021) производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Ель» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющем.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). Данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия). При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления по правилам главы III.2, то есть не ранее введения первой процедуры банкротства, либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, либо прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (абзац 2 пункта 59 Постановления № 53).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Если исходить из даты прекращения производства по делу (11.08.2021), заявление уполномоченного органа подано 17.08.2022 в пределах срока исковой давности.

Доводы об ином начале течения срока исковой давности противоречат нормам закона и приведенным разъяснениям.

В силу пункта 4 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 266-ФЗ) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 1 сентября 2017 года.

Определение о прекращении производства по делу о банкротстве должника вынесено после 01.09.2017, следовательно, указанные нормы подлежат применению к рассматриваемому заявлению.

В данном случае срок давности составляет три года, поскольку на дату прекращения действия предыдущих редакций Закона о банкротстве, предусматривающих иной срок исковой давности, этот срок не истек, а потому к вопросу о продолжительности срока исковой давности подлежит применению новая норма закона (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Таким образом, доводы ответчика о пропуске заявителем срока исковой давности являются необоснованными, срок исковой давности заявителем не пропущен.

Как установлено судом и подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Центр Строй» (ИНН <***>, ОГРН <***>), размещенными на официальном сайте Федеральной налоговой службы в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», общество учреждено 28.11.2011. Руководителем ООО «Центр Строй» и его единственным участником (учредителем) являлся и является в настоящее время ФИО5

ИФНС России по г. Комсомольску-на-Амуре Хабаровского края проведена выездная налоговая проверка ООО «Ель» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов, в том числе, налога на прибыль организаций, налога на добавленную стоимость (далее - НДС) за период с 01.07.2016 по 31.12.2017, транспортного налога, налога, взимаемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения (далее - УСНО) за период с 01.01.2015 по 01.07.2016, налога на доходы физических лиц (далее - НДФЛ) за период с 01.01.2015 по 31.12.2017, а также страховых взносов за период с 01.01.2017 по 31.12.2017.

В ходе проверки выявлены нарушения налогового законодательства, отраженные в акте проверки от 08.10.2018 № 15-18/06958, дополнениях к акту налоговой проверки от 14.01.2019 № 15-18/00158.

По результатам рассмотрения материалов проверки, дополнительных мероприятий налогового контроля, возражений налогоплательщика, ИФНС России по г. Комсомольску-на-Амуре Хабаровского края принято решение от 11.10.2019 № 15-18/06954 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В соответствии с указанным решением Обществу доначислены НДС в общем размере 2 447 238 руб., налог на прибыль организаций в общем размере 3 918 105 руб., налог, взимаемый в связи с применением УСНО в размере 111 600 руб., налог на доходы физических лиц в размере 134 560 руб., транспортный налог в размере 10 939 руб., начислены соответствующие пени в соответствии со статьей 75 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) по состоянию на 11.10.2019 в общем размере 1 683 786 руб., также Обществу предложено уменьшить убытки, исчисленные по налогу на прибыль за 2017 в сумме 34 600 339 руб., удержать и перечислить в бюджет сумму неудержанного налога на доходы физических лиц в размере 62 400 руб.

Этим же решением Общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктами 1, 3 статьи 122 НК РФ, статьей 123 НК РФ.

Не согласившись с доводами, изложенными ИФНС России по г. Комсомольску-на-Амуре Хабаровского края в вышеуказанном решении, ООО «Ель» обратилось с жалобой на решение налогового органа в вышестоящий по ведомственной принадлежности орган - УФНС России по Хабаровскому краю.

По результатам рассмотрения жалобы, решением УФНС России по Хабаровскому краю от 15.01.2020 №13-10/402/005510 апелляционная жалоба ООО «Ель» на решение ИФНС России по г. Комсомольску-на-Амуре Хабаровского края от 11.10.2019 № 15-18/06954 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, оставлена без удовлетворения.

Основанием для привлечения Общества к ответственности за неуплату НДС, налога на прибыль организаций, доначисления сумм указанных налогов, а также соответствующих сумм пени, послужило установление налоговым органом нарушения условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, в результате искажения налогоплательщиком сведений о фактах хозяйственной жизни; отсутствие реальных взаимоотношений между ООО «Ель» и ООО «Оазис», ООО «Лекс» (далее – спорные контрагенты), в результате чего был создан фиктивный документооборот, направленный на получение необоснованной налоговой выгоды; представленные налогоплательщиком документы не соответствуют требованиям законодательства, предъявляемым к первичным документам.

Полагая решение инспекции незаконным, общество обратилось в арбитражным суд с заявлением о признании недействительным решения от 11.10.2019 № 15-18/06954 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 20.01.2021 по делу №А73-5333/2020 заявление ООО «Ель» оставлено без удовлетворения.

Решение от 20.01.2021 по делу №А73-5333/2020 сторонами не обжаловалось и вступило в законную силу.

По неудовлетворительным результатам осуществления уполномоченным органом мероприятий в порядке статей 46-47 Налогового кодекса Российской Федерации направленных на взыскание с общества доначисленных платежей и штрафных санкций, ФНС России обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Ель» банкротом, в обоснование заявления сославшись на наличие перед уполномоченным органом задолженности в размере 12 099 542,91 руб.

Исходя из заявления размер задолженности на стороне общества перед бюджетом по основному долгу составил:

- НДС (по расчетам за 4кв.2016,1,2,4 кв.2017) - 2 446 072.24 руб.;

- Налог на прибыль (по декларации за 2017 г) - 3 270 238 руб.;

- УСН (по расчетам за 2019)-730 018 руб.;

- НДФЛ (по расчетам за 2015, 2019,1кв.2020)- 138 450,7руб.;

- Страховые взносы на обязательное медицинское страхование в бюджет Федерального фонда ОМС за периоды с 01.01.2017 г. ( по расчетам за 2019 ) - 3 451,53 руб.,

- Страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в ПФ РФ на выплату страховой пенсии за расчетные периоды с 01.01.2017 г. (порасчетам за2019)- 14 888,94руб.,

- Страховые взносы на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством за периоды с 01.01.2017 г. ( по расчетам за 2019) - 1 962,63 руб.;

- Транспортный налог с организаций (по декларации за 2015, 2016, 2017, за 2020)-78 208 рублей.

Также к включению в реестр требований кредиторов заявлены штраф в размере 2 648 443,60 руб., пени в размере 2 767 809,27 руб.

Определением от 07.06.2021 заявление ФНС России принято к производству, возбуждено дело №А73-8424/2021 о несостоятельности (банкротстве).

Определением от 11.08.2021 производство по делу №А73-8482/2021 прекращено по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 57 Закона о банкротстве за отсутствием источника финансирования процедуры банкротства.

Вышеуказанное послужило основанием для обращения в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве, о взыскании с ответчика убытков в размере, равном размеру требований, предъявленных в рамках дела о банкротстве №А73-8424/2021.

Рассматривая заявленные требования по существу, суд руководствуется следующим.

Пунктом 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусмотрено, что в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом по правилам, предусмотренным главой III.2 названного Закона.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1, абзаце втором пункта 4, абзаце третьем пункта 17, пункте 20, абзаце десятом пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», выбор между привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам и взысканием с них убытков осуществляется судом в зависимости от тяжести последствий неправомерных действий (бездействия) этих лиц для должника, связанных с размером их субъективно осознаваемого выхода за допустимые пределы делового решения разумного и добросовестного менеджера.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Аналогичные положения содержатся в пунктах 1 и 3 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ).

На основании пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума № 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 1 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, возложение на таких лиц ответственности в виде убытков осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом положений стаей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, главы III.2 Закона о банкротстве, правовых позиций пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в круг доказывания входит: действие /бездействие, противоправность поведения привлекаемого лица, его вина, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением банкротства (состав гражданско-правового нарушения); бремя доказывания по общему правилу возлагается на лицо, требующее привлечения (статья 65 Арбитражного кодекса Российской Федерации).

Недоказанность хотя бы одного из названных условий является основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Таким образом, обязанность доказывания наличия оснований для привлечения ответчика к ответственности лежит на заявителе (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины в силу положений п. 2 статьи 401 и п. 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к ответственности.

Как следует из искового заявления, заявленный размер убытков по мнению истца составляет 31 961 856 руб. и складывается из:

– доначисленной по результатам ВНП пеней в размере 1 683 786 руб. и штрафа в размере 2 573 070 руб.;

– убытков в результате вывода ответчиком денежных средств должника в размере 27 705 000 руб.

С учетом положений статьи 61.20 Закона о банкротстве заявленный размер убытков ограничен истцом размером требования, заявленного в рамках дела о банкротстве – 12 099 542,91 руб.

В период с 08.08.2014 по 18.11.2018 директором общества «Ель» являлся ФИО2, следовательно, исходя из положений пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, ФИО2 является контролирующим должника лицом.

В части причинения убытков обществу в результате формирования фиктивного документооборота, суд приходит к следующему.

Заявляя требование о взыскании с ФИО2 убытков, уполномоченный орган ссылается на то, что в результате формирования фиктивного документооборота, выразившегося в умышленном неправомерном завышении обществом налоговых вычетов по НДС.

В проверяемом периоде ООО «Ель» в соответствии с договором аренды лесного участка от 03.12.2013 № 1819/2013, заключенным с Правительством Хабаровского края, а также на основании проекта освоения лесов и лесных деклараций, осуществляло деятельность по заготовке древесины.

В целях выполнения вспомогательных работ, Общество (заказчик) заключило с ООО «Оазис» (исполнитель) договор от 11.01.2017 (без номера и без названия) (далее – Договор).

Дополнением к Договору от 11.01.2017, составленным 25.01.2017, добавлен пункт 3.3, согласно условиям которого, при оплате наличными денежными средствами в кассу организации исполнителя, заказчику предоставляется рассрочка платежа на 12 месяцев со дня выставления счета-фактуры.

Иных договоров между налогоплательщиком и ООО «Оазис» в проверяемом периоде не заключалось.

Вместе с тем, по результатам выездной налоговой проверки на основании анализа документов, представленных налогоплательщиком в обоснование взаимоотношений с ООО «Оазис», информации об ООО «Оазис» налоговым органом установлено, что хозяйственные операции в 1 и 2 кварталах 2017 с привлечением ООО «Оазис», отраженные в учете налогоплательщика, фактически не осуществлялись, а должностными лицами Общества создан искусственный документооборот с целью неправомерного завышения расходов по налогу на прибыль организаций и налоговых вычетов по НДС.

Так, налоговым органом установлено, что договор со стороны ООО «Оазис» подписан директором ФИО6, указанной в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в качестве руководителя спорного контрагента, однако, из сведений федерального информационного ресурса следует, что ФИО6 с января по июнь 2017 являлась работником ФКУ «Дальневосточный АПСЦ», при этом, ООО «Оазис» справок по форме 2-НДФЛ в отношении ФИО6 не представлено.

Во исполнение заключенного договора спорным контрагентом в адрес ООО «Ель» выставлен счет-фактура от 01.03.2017 № 11; одновременно между налогоплательщиком и ООО «Оазис» подписан акт № 11, согласно которому, исполнителем в марте произведены работы (услуги) по обсыпке, расчистке дорог, усов от наледи.

Вместе с тем, в ходе проверки установлено, что подписанный между налогоплательщиком и ООО «Оазис» акт № 11 имеет существенные пороки в оформлении, а именно:

- в нарушение пункта 1 статьи 11 НК РФ, а также части 2 статьи 9 Закона № 402-ФЗ, в акте отсутствуют расшифровки подписей и занимаемых должностей лиц, принявших выполненные работы (оказанные услуги), необходимые для идентификации этих лиц;

- отсутствуют сведения о месте проведения поименованных работ и их объемах, отмечено лишь, что работы выполнены за март 2017; отсутствует также (как и в договоре, и счете-фактуре) информация о физических параметрах выполненных работ (оказанных услуг).

Также представленный акт содержит противоречивую информацию о периоде оказания услуг (выполнении работ).

Так, исходя из условий заключенного договора с ООО «Оазис», сроком окончания выполнения работ считается дата подписания акта выполненных работ (услуг) (пункт 1.2 Договора), однако, акт № 11 о выполненных работах (услугах) содержит в себе указание на осуществление расчистки усов, дорог от наледи, обсыпки дорог за март 2017, при этом дата его составления указана - 01.03.2017, в этот же день оформлен и счет-фактура №11.

Кроме того, с учетом того, что единицей измерения в акте является месяц, а количество - 3, работы по указанному акту должны выполняться в течение трех месяцев, а не в течение одного месяца - марта.

Согласно лесным декларациям от 27.02.2017 № 11/2017, от 10.03.2017 № 12, от 15.02.2017 № 10/2017, в перечисленных кварталах велись работы по реконструкции дорог, а не по расчистке их от наледи. Кроме того, согласно лесным декларациям на данных кварталах какие-либо работы производились именно на дорогах, а не на усах. Таким образом, расчистка усов в рамках взаимоотношений с ООО «Оазис» не производилась.

В квартале № 350 (выдел 61), согласно лесной декларации от 27.02.2017 № 11/2017 и технологической карте к ней, реконструкция подразумевала рубку лесных насаждений под дорогу. Период проведения работ, согласно лесной декларации, начинался только с 09.03.2017, то есть, согласно представленным налогоплательщиком документам, в месте проведения работ на квартале № 350 сначала была произведена обсыпка, расчистка от наледи (акт от 01.03.2017), а затем с 09.03.2017 начались работы по вырубке леса под дорогу, тогда как, осуществить данную последовательность работ не представляется возможным.

Аналогичная ситуация выявлена налоговым органом при анализе лесных деклараций в отношении кварталов № 102 (выдел 63) - период использования с 23.03.2017, № 326 (выдел 56) - период использования с 28.02.2017.

Во исполнение заключенного Договора, ООО «Оазис» в адрес ООО «Ель» также выставлен УПД от 28.06.2017 № 55, подписан акт от 28.06.2017 № б/н, согласно которому, спорным контрагентом оказана услуга по реконструкции лесовозных дорог на 105 квартале (выдел 47), на 115 квартале (выдел 35), на 114 квартале (выдел 28), тогда как, проведение работ по реконструкции лесовозных дорог Договором от 11.01.2017 вообще не предусмотрено.

Далее, как следует из материалов дела, в проверяемом периоде между ООО «Ель» (покупатель) и ООО «Лекс» (продавец) заключен договор купли-продажи от 09.01.2017 б/н (далее – Договор), согласно которому ООО «Лекс» продал, а ООО «Ель» приобрело различные товарно-материальные ценности (далее - ТМЦ), объем и ассортимент которых определяется согласно УПД, при этом порядок и условия поставок, договором не определены.

Вместе с тем, по результатам выездной налоговой проверки на основании анализа документов, представленных налогоплательщиком в обоснование взаимоотношений с ООО «Лекс», информации об ООО «Лекс» налоговым органом установлено, что хозяйственные операции в 1 квартале 2017 с привлечением ООО «Лекс», отраженные в учете налогоплательщика, фактически не осуществлялись, а должностными лицами Общества создан искусственный документооборот с целью неправомерного завышения расходов по налогу на прибыль организаций и налоговых вычетов по НДС.

Выводы налогового органа об отсутствии факта совершения хозяйственной операции с ООО «Лекс» в 1 квартале 2017 подтверждены в ходе судебных разбирательств по делу об оспаривании результатов камеральной налоговой проверки декларации ООО «Ель» по НДС за 1 квартал 2017.

При этом решением Арбитражного суда Хабаровского края от 04.09.2018 по делу № А73-10840/2018, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2018 № 06АП-5933/2018, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 06.02.2019 № Ф03-6182/2018, позиция налогового органа в отношении контрагента ООО «Лекс» признана правомерной. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 30.04.2019 по делу № 303-ЭС19/5045 в передаче кассационной жалобы (представления) для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации отказано.

Таким образом, доказательства в их совокупности и взаимосвязи, свидетельствуют о создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды; представленные налогоплательщиком документы содержат недостоверные и противоречивые сведения, не подтверждают реальность хозяйственных операций с ООО «Оазис» по осуществлению работ (услуг), с ООО «Лекс» по поставке ТМЦ, в связи с чем не могут служить основанием для отнесения спорных затрат на расходы по налогу на прибыль организаций и применения налоговых вычетов по НДС.

Данные выводы нашли свое подтверждение во вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Хабаровского края от 20.01.2021 по делу №А73-5333/2020.

С учетом изложенного, установленные в рамках мероприятий налогового контроля действия ФИО2 привели к возникновению у ООО «Ель» дополнительной обязанности по уплате недоимки, рассчитанной исходя из верно исчисленной налоговой базы, а также по уплате пеней и штрафов, которые не возникли бы при надлежащем исполнении им как руководителем общества публично-правовой обязанности последнего.

Таким образом, суд приходит к выводу, что наличие и размер убытков в заявляемой части уполномоченным органом подтвержден надлежащими доказательствами и требование в размере, складывающемся из недоимки по налогам и сборам в размере 6 622 442 руб., пеней в размере 1 683 786 руб. и штрафа в размере 2 573 070 руб. подлежит удовлетворению.

В части доказанности причинения действиями ФИО2 убытков в размере 27 705 000 руб. путем вывода денежных средств должника, суд приходит к следующему.

Предметом рассмотрения указанной части является индивидуальная гражданско-правовая ответственность в виде возмещения убытков, наступление которой зависит от совершения привлекаемым к такой ответственности лицом виновных действий, в результате которых произошло уменьшение (незаконное) выбытие имущества возглавляемого общества.

Из содержания заявления следует, что заявляемые убытки причинены в результате следующих совершения сделок:

1. по перечислению в пользу ФИО2 денежных средств в 2016 году в качестве возврата займа 26 658 000 руб. В обоснование истец ссылается на отсутствие документов в подтверждение наличия и реальности сделок по договорам займа, а также указывает на не истребование указанных денежных средств обществом;

2. по перечислению в пользу ООО «Оазис» 1 047 000 рублей. В обоснование истец ссылается на фиктивность документооборота без реального осуществления хозяйственных взаимоотношений.

Таким образом, фактически истцом заявлены требования, основанные на недействительности совершенных обществом сделок, которые расцениваются уполномоченным органом в качестве вывода денежных средств должника.

По общему правилу, предметом доказывания при заявлении требований о взыскании убытков, причиненных обществу совершением недействительных сделок, помимо установленной законом конструкции (действие/бездействие, факт причинения убытков, размер убытков и прямая причинная связь), является совокупность обстоятельств, указывающая на недействительность сделок в соответствии с установленными законом презумпциями.

При подаче заявления истцом по всем заявленным эпизодам указано на отсутствие доказательств встречного представления по сделкам и их реальности, то есть на основания, предусмотренные положениями Закона о банкротстве и Гражданского кодекса Российской Федерации.

В то же время суд приходит к выводу о том, что в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом доказательства в обоснование требований не представлены.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств факта причинения должнику убытков вышеприведенными перечислениями и перечислениями в пользу ФИО2 денежных средств в размере 26 658 000 руб. и в пользу ООО «Оазис» 1 047 000 руб., поскольку из представленных документов не представляется сделать вывод об отсутствии у общества иных расчетных счетов в спорные периоды, определить отрицательное сальдо в подтверждение уменьшения имущества должника.

При этом, решение по результатам ВНП содержит выводы относительно получения обществом необоснованной налоговой выгоды и не может само по себе являться доказательством тому, что спорные денежные средства были выведены ООО «Ель» в пользу ООО «Оазис» без соответствующих доказательств (банковских документов).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о недоказанности заявленных истцом фактах причинения ФИО2 убытков в результате осуществления спорных перечислений.

Оценив в совокупности представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу о доказанности причинения ФИО2 убытков, размер которых в соответствии с пунктом 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве составляет 10 879 298 руб. В удовлетворении иска в остальной части суд отказывает.

руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

Заявление Федеральной налоговой службы удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Федеральной налоговой службы убытки в размере 10 879 298 руб.

В остальной части в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Шестой арбитражный апелляционный суд путем направления апелляционной жалобы через Арбитражный суд Хабаровского края.


Судья А.Ф.Савон