Постановление от 4 февраля 2025 г. по делу № А56-116439/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

05 февраля 2025 года

Дело №

А56-116439/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Колесниковой С.Г., Яковлева А.Э.,

при участии ФИО1 (паспорт), его представителя ФИО2 (доверенность от 05.07.2023), от ООО «Строй Инвест Дом» ФИО3 (доверенность от 30.03.2024), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 12.01.2024),

рассмотрев 16.01.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.04.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2024 по делу № А56-116439/2021/субс.1,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.12.2021 принято к производству заявление публичного акционерного общества «Банк ВВБ» (далее – Банк) о признании общества с ограниченной ответственностью «Строй Инвест Дом», адрес: 190031, Санкт-Петербург, Гороховая ул., д. 55, лит. А, пом. 15Н, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 01.02.2022 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением от 29.07.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Конкурсный управляющий ФИО6 обратился с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением суда от 23.04.2024 суд первой инстанции привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в остальной части заявленных требований отказал.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2024 определение от 23.04.2024 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 23.04.2024 и постановление от 16.10.2024 в части привлечения его к субсидиарной ответственности и принять новый судебный акт об отказе в привлечении его к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов кассационной жалобы, ее податель указывает, что Общество не вело хозяйственной деятельности начиная с 2019 года, в связи с чем документация за указанный период не формировалась.

ФИО1 обращает внимание на то, что стал участником должника в 2018 году, когда Общество уже находилось в ситуации финансового кризиса.

Податель кассационной жалобы считает, что непередача документации не привела к банкротству должника и не усложнила деятельность конкурсного управляющего.

В судебном заседании 16.01.2025 объявлен перерыв до 30.01.2025.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержала доводы кассационной жалобы в полном объеме.

Представители Общества и ФИО4 просили оставить определение от 23.04.2024 и постановление от 16.10.2024 без изменения.

Остальные участвующие в деле лица, извещенные о месте и времени судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в силу пункта 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не препятствует рассмотрению кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, ФИО4 в период с 26.11.2013 по 03.08.2022 являлся генеральным директором Общества, а ФИО1 с 19.04.2018 является единственным участником должника.

Дело о банкротстве Общества возбуждено на основании заявления, поданного Банком 17.12.2021, со ссылкой на наличие задолженности по кредитным договорам в размере 19 830 393,72 руб.

Обращаясь в суд, конкурсный управляющий заявил о применении субсидиарной ответственности к контролирующим должника лицам по основаниям статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Кроме того, конкурсный управляющий заявил о применении ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве, полагая, что признаки неплатежеспособности Общества наступили с 01.11.2017 и у ответчиков возникла обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника, которую ФИО4 и ФИО1 не исполнили.

Удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования в отношении ФИО1 и отказывая в удовлетворении требований к ФИО4, суд первой инстанции исходил из того, что совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию в целях привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, отсутствует. Определением арбитражного суда от 11.01.2023 по обособленному спору № А56-116439/21/истр.2 конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления об истребовании документации, печатей, штампов и материальных ценностей должника у ФИО4 При этом установлено, что документы, сведения и материальные ценности должника переданы ФИО1, в связи с чем арбитражный суд признал доказанным наличие оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, указав, что конкурсный управляющий обосновал причинение ущерба конкурсной массе по причине отсутствия документации должника.

Проверив законность принятых по делу судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе по существу спора, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, субсидиарная ответственность к контролирующему должника лицу применяется, если погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

Исходя из положений подпунктов 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, вина контролирующего должника лица в случае невозможности полного погашения обязательств перед кредиторами презюмируется, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе, согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего документации должника на момент введения соответствующей процедуры представляет собой презумпцию вины контролирующего должника лица в невозможности осуществления расчетов с кредиторами. Ограничение применения указанной презумпции возможностью ее применения лишь к тому руководителю, который нарушил положения пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, то есть, исполнял обязанности единоличного органа должника на момент признания его несостоятельным (банкротом), приведенными выше положениями и разъяснениями не предусмотрено.

В рамках обособленного спора № А56-116439/2021/истр.3., вступившим в законную силу определением от 28.03.2023 установлено, что документация Общества по акту от 04.05.2018 передана от ФИО4 ФИО1

Кроме того, в соглашении от 12.04.2018 ФИО1 указал, что приобретая у ФИО4 долю в Обществе, полностью осведомлен о текущей задолженности перед Банком, а также о состоянии бухгалтерского баланса, наличии дебиторской задолженности. Таким образом, подтверждена ответственность подателя жалобы за отсутствие документации у конкурсного управляющего.

В рамках данного обособленного спора ФИО1 факт удержания им документации Общества не опровергнут, на доказательства надлежащей передачи этой документации конкурсному управляющему податель жалобы не ссылается.

Иные доводы подателя жалобы установленной законом презумпции его вины в невозможности осуществления расчетов Общества с его кредиторами не опровергает.

В силу разъяснений 19 Постановления № 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

ФИО1 таких доказательств не представил.

Как установлено судами и не опровергается подателем жалобы, у ФИО1 истребованы документация Общества, печати, штампы, материальные активы, однако он продолжает уклоняться от исполнения указанной обязанности, в связи с чем препятствует осуществлению деятельности конкурсного управляющего, который лишен возможности сформировать конкурсную массу за счет дебиторской задолженности и финансовых вложений. При этом вынужден осуществлять реализацию залогового имущества - автомобиля Меседес-Бенц СL5004Matic в отсутствие ключа зажигания, что значительно снизило стоимость автомобиля и уменьшило объем конкурсной массы.

В результате неисполнения ФИО1 обязанности по передаче документации, отражающей финансово-хозяйственную деятельность Общества, конкурсный управляющий не имел возможность сформировать в полной мере конкурсную массу должника за счет его активов, располагать полной информацией о деятельности должника и совершенных им сделок, что не позволило конкурсному управляющему проводить мероприятия, в частности, по истребованию имущества должника у третьих лиц, оспариванию сделок должника, и как следствие наиболее полно удовлетворить за счет пополнения конкурсной массы требования кредиторов.

Таким образом, подтверждается наличие причинно-следственной связи между бездействием подателя жалобы и невозможностью осуществления расчетов с кредиторами вне зависимости от того, что появление признаков объективного банкротства зафиксировано до становления ФИО1 участником Общества.

Учитывая изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для применения к ФИО1 субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

В рассматриваемом случае оснований для вывода о незначительности причиненного ответчиком ущерба Обществу у суда не имелось.

Оснований для отмены принятых по делу судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Поскольку при обращении с кассационной жалобой ФИО1 была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, на основании положений статьи 110 АПК РФ, с ФИО1 в доход федерального бюджета подлежит взысканию 20 000 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.04.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2024 по делу № А56-116439/2021/субс.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины.

Председательствующий

И.М. Тарасюк

Судьи

С.Г. Колесникова

А.Э. Яковлев