Решение от 22 ноября 2021 г. по делу № А40-98519/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-98519/20-51-732
город Москва
22 ноября 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 19 ноября 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 22 ноября 2021 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Козленковой О. В., единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кундузовой В. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя Урсу Вадима Ионовича (ОГРНИП 314774633800479)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ВСЕИНСТРУМЕНТЫ.РУ» (ОГРН 1117746646269)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам РФ №№ 598175, 637376 в общем размере 250 000 руб.,

третье лицо - ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СПЕЦОБЪЕДИНЕНИЕ ЮГО-ЗАПАД» (ОГРН 1037728029558)


при участии:

от истца – Тукан Л. Н., по дов. № б/н от 03 декабря 2019 года;

от ответчика – Алтунин М. С., по дов. № 111-ЮД/2021 от 11 января 2021 года;

от третьего лица – Туркиашвили А. М., по дов. № 02/09-21 от 13 сентября 2021 года;

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель Урсу Вадим Ионович (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ВСЕИНСТРУМЕНТЫ.РУ» (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам РФ №№ 598175, 637376 в общем размере 250 000 руб., нотариальных расходов в размере 1 920 руб., почтовых расходов в размере 241 руб. 57 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22 июня 2020 года исковое заявление было назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам Главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Истец в порядке статьи 49 АПК РФ заявил отказ от требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 598175 в размере 50 000 руб.

В соответствии с частью 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2020, в порядке статьи 49 АПК РФ принят отказ истца от требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 598175 в размере 50 000 рублей, производство по делу в указанной части прекращено. В удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 22.04.2021 решение Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2020 по делу № А40-98519/20 отменены, дело направлены на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06 мая 2021 года исковое заявление было назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам Главы 29 АПК РФ.

Определением от 21 июня 2021 года суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СПЕЦОБЪЕДИНЕНИЕ ЮГО-ЗАПАД».

Истец поддержал ранее заявленный им в порядке статьи 49 АПК РФ отказ от требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 598175 в размере 50 000 руб.

Ответчик и третье лицо против удовлетворения заявленных требований возражают по доводам, изложенным в письменных отзывах.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 637376, приоритет: 23.12.2015, дата государственной регистрации: 30.11.2017, в отношении товаров 09 и 16 классов МКТУ.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ответчик на протяжении длительного времени предлагает к продаже в сети «Интернет» специальную одежду (костюмы), маркированную обозначением «КОМФОРТ», что подтверждается информацией, размещенной на сайте https://www.vseinstrumenti.ru, о чем свидетельствует протокол осмотра страниц данного сайта (протокол обеспечения доказательств), удостоверенный нотариусом города Москвы Майоровым Петром Юрьевичем, от 31 января 2020 года. Во вкладке «Контакты» сайта https://www.vseinstrumenti.ru в разделе «Наши реквизиты» указана юридическая информация ответчика: наименование организации; юридический адрес; ОГРН; ИНН; КПП. Ответчик незаконно использует товарный знак истца «КОМФОРТ» в течение длительного времени, что подтверждается архивными копиями страниц сайта ответчика, находящимися на сайте http://web.archive.org. На сайте http://web.archive.org содержится следующая архивная копия страницы сайта ответчика https://www.vseinstrumenti.ru по товарному знаку «КОМФОРТ»: костюм КОМФОРТ, код товара: 15704607 (дата архивной страницы – 11.05.2018). Истец и юридические лица, входящие с ним в одну группу, длительное время вводят в оборот специальную одежду, маркированную товарным знаком «КОМФОРТ». Специальная одежда, маркированная товарным знаком «КОМФОРТ» была введена в оборот задолго до даты приоритета, приобрела известность у потребителей и хорошо реализуется, поэтому ответчик, воспользовавшись этой узнаваемостью, на протяжении длительного времени предлагал к продаже одежду, маркированную товарными знаками, принадлежащими истцу. По мнению истца, прибыль от незаконного использования товарного знака многократно превышала размер, заявленной истцом компенсации. Разрешение ответчику на использование товарного знака истец не давал.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. Предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей.

Отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Согласно п. 3 ст. 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23 апреля 2019 года «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10) разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В соответствии с Руководством по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденным приказом директора ФИПС от 20 января 2020 года № 12 (далее – Руководство), вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. Оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления. При этом формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветового решения. В зависимости от конкретных обстоятельств каждый из факторов или их совокупность могут оказать влияние на вывод о наличии угрозы смешения сравниваемых товарных знаков (обозначений). Например, степень визуального сходства может иметь больший вес в связи с товарами, которые изучаются визуально, в то время как степень фонетического сходства может быть более значимой применительно к товарам и услугам, обычно заказываемым устно. В случае если обозначения выполнены в оригинальной графической манере, сходство будет ослаблено. При этом необходимо учитывать, что выполнение словесного обозначения в оригинальной графической манере может привести к утрате этим обозначением словесного характера, в связи с чем его экспертиза должна проводиться с учетом требований, предъявляемых к изобразительным обозначениям.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями ст. ст. 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 года № 482 (далее - Правила № 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в постановлении № 10.

В соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил.

В соответствии с пунктом 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Как установлено судом, спорное обозначение «Комфорт» является безусловно сходным с товарным знаком истца по фонетическому, графическому, семантическому критериям, и используется при предложении к продаже товаров (специальная одежда (костюмы)), в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца.

Согласно пункту 1 статьи 1252 ГК РФ, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования: 1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; 2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; 3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб; 4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; 5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Отменяя решение Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2020, в постановлении от 22.04.2021 Суд по интеллектуальным правам указал, что «…выводы судов о наличии конкурентных отношений между истцом и ответчиком на дату приоритета товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 637376, а также о наличии у истца намерения причинить вред ответчику и вытеснить его с рынка однородной продукции не могут быть признаны в достаточной мере обоснованными.

Суд по интеллектуальным правам также обращает внимание на то, что, как указано в статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. При этом аффилированными лицами юридического лица являются в том числе лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Согласно сложившейся в правоприменительной практике позиции, отраженной в том числе в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 24.12.2018 по делу № СИП-673/2017, на основании оценки имеющихся в деле документов суд может прийти к выводу о доказанности использования товарного знака третьим лицом под контролем правообладателя в силу аффилированности указанных лиц.

Исходя из общности и единой направленности коммерческого интереса аффилированных лиц аналогичный подход может быть применен в том числе к установлению факта использования лицом обозначения, еще не зарегистрированного в качестве товарного знака.

Тем не менее при оценке довода о наличии обстоятельств, подтверждающих факт использования предпринимателем обозначения «КОМФОРТ» посредством деятельности аффилированных с ним лиц до даты приоритета спорного товарного знака суд апелляционной инстанции не учел вышеприведенное разъяснение и пришел к ошибочному выводу о том, что отношения связанности между хозяйствующими субъектами в рассматриваемом случае не могут иметь правового значения.

Кроме того, Суд по интеллектуальным правам обращает внимание на то, что предъявление правообладателем требований о пресечении нарушения исключительного права на правомерно зарегистрированный товарный знак само по себе не может свидетельствовать о недобросовестной конкуренции/о проявлении умысла, направленного на заведомо недобросовестное осуществление прав. Предъявление указанных требований является реализацией права на защиту исключительного права до тех пор, пока не доказано, что товарный знак зарегистрирован недобросовестно. Иное привело бы к невозможности защиты товарного знака.

Таким образом, вопреки приведенным выводам суда апелляционной инстанции, с учетом недоказанности юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению для признания действий правообладателя по государственной регистрации товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 637376 актом недобросовестной конкуренции, предприниматель не может быть лишен права на защиту принадлежащего ему исключительного права. При этом непредъявление предпринимателем аналогичных исковых заявлений к иным лицам, которые, как было установлено судами, приступили к использованию обозначения «КОМФОРТ» для индивидуализации спецодежды и средств индивидуальной защиты до даты приоритета спорного товарного знака, само по себе не может служить доказательством признания им законности действия общества «ВсеИнструменты.ру»».

Суд по интеллектуальным правам указал, что для признания действий правообладателя по приобретению исключительного права на товарный знак актом недобросовестной конкуренции в рамках рассмотрения дела арбитражным судом установлению подлежат следующие обстоятельства:

- факт использования спорного обозначения (или сходного до степени смешения) иными лицами до даты подачи заявки на регистрацию этого обозначения в качестве товарного знака;

- известность такому лицу факта использования такого обозначения иными лицами до даты подачи им заявки на регистрацию его в качестве товарного знака;

- наличие на момент подачи правообладателем заявки на регистрацию этого обозначения в качестве товарного знака конкурентных отношений между истцом и ответчиком;

- наличие у правообладателя намерения (цели) посредством приобретения исключительного права на такое обозначение (приобретения монополии на него) причинить вред другому лицу или вытеснить его с товарного рынка путем предъявления требований, направленных на пресечение использования спорного обозначения;

- причинение либо вероятность причинения другому лицу вреда путем предъявления требований о прекращении использования спорного обозначения.

При этом при недоказанности хотя бы одного из элементов состава действия лица не могут быть признаны актом недобросовестной конкуренции.

Таким образом, для признания действий по приобретению исключительного права на средство индивидуализации актом недобросовестной конкуренции прежде всего должна быть установлена цель совершения соответствующих действий. Должно быть также установлено, что лицо, приобретая исключительное право на товарный знак, имело намерение воспользоваться чужой репутацией и узнаваемостью такого обозначения. Недобросовестная цель при регистрации товарного знака для применения статьи 10 ГК РФ должна быть выявлена на дату приоритета спорного товарного знака.

Также Суд по интеллектуальным правам указал, что согласно приведенным положениям закона и разъяснениям высшей судебной инстанции к числу обстоятельств, имеющих существенное значение для признания действий правообладателя по приобретению исключительного права на товарный знак актом недобросовестной конкуренции, относятся:

а) наличие на момент подачи правообладателем заявки на регистрацию этого обозначения в качестве товарного знака конкурентных отношений между истцом и ответчиком,

б) а также наличие у правообладателя намерения (цели) посредством приобретения исключительного права на такое обозначение (приобретения монополии на него) причинить вред другому лицу или вытеснить его с товарного рынка путем предъявления требований, направленных на пресечение использования спорного обозначения.

Как следует из совокупного анализа данных обстоятельств, юридически значимым для установления намерения правообладателя причинить вред другому лицу посредством приобретения исключительного права на спорное обозначение является факт использования тождественного или сходного с ним до степени смешения обозначения таким лицом (в рассматриваемом случае - ответчиком) на дату подачи соответствующей заявки.

Также Суд по интеллектуальным правам указал, что из содержания принятых по делу судебных актов усматривается, что судом первой инстанции был установлен лишь факт осуществления ответчиком деятельности по торговле товарами, включая спецодежду и средства индивидуальной защиты, начиная с 2006 года. При этом суд первой инстанции не установил, что, осуществляя такую деятельность до даты приоритета товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 637376, общество «ВсеИнструменты.ру» действительно использовало обозначение «КОМФОРТ» для индивидуализации своей продукции

При новом рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик не представил доказательств того, что ответчик на дату приоритета (23.12.2015) реализовывал товары под обозначением «КОМФОРТ».

Таким образом, на дату приоритета истец и ответчик не являлись конкурентами на рынке товара с наименованием «КОМФОРТ». Следовательно, истец при регистрации товарного знака «КОМФОРТ» не получил и не мог получить никаких конкурентных преимуществ перед ответчиком. Т.е. действия истца по регистрации товарного знака «КОМФОРТ» и последующее обращение в суд с настоящим иском к ответчику не являются недобросовестной конкуренцией и злоупотреблением правом.

Доказательств обратного, т.е. доказательств наличия у истца на дату приоритета (23.12.2015) намерения (цели) воспользоваться чужой репутацией и узнаваемостью обозначения, ответчиком и третьим лицом не представлено.

Суд также рассмотрел и отверг и иные доводы ответчика и третьего лица, в частности, следующие:

Ответчик утверждает, что использование обозначения «КОМФОРТ» до даты приоритета лицами, аффилированными с истцом, не должно учитываться в данном деле.

Данное утверждение ответчика ошибочно. Судебная практика исходит из того, что при определении факта использования определенным лицом обозначений и товарных знаков в прошлом учитывается использование этих обозначений/товарных знаков лицами, аффилированными с данным лицом (например, такой вывод содержится в решении Суда по интеллектуальным правам от 25 декабря 2014 года по делу № СИП- 771/2014 (стр. 10 решения)).

Такой же вывод содержится в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 22 апреля 2021 по настоящему делу. В данном постановлении указано следующее: «Согласно сложившейся в правоприменительной практике позиции, отраженной в том числе в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 24.12.2018 по делу № СИП-673/2017, на основании оценки имеющихся в деле документов суд может прийти к выводу о доказанности использования товарного знака третьим лицом под контролем правообладателя в силу аффилированности указанных лиц. Исходя из общности и единой направленности коммерческого интереса аффилированных лиц аналогичный подход может быть применен в том числе к установлению факта использования лицом обозначения, еще не зарегистрированного в качестве товарного знака».

Ответчик ссылается на то, что он приобрел товары, маркированные обозначением «КОМФОРТ», у третьего лица (ООО «СПЕЦОБЪЕДИНЕНИЕ ЮГО-ЗАПАД») в период 2019-2020 годов, т.е. ответчик является добросовестным приобретателем.

Однако приобретение ответчиком контрафактных товаров у любых третьих лиц, использующих товарный знак без разрешения правообладателя, не освобождает ответчика от ответственности за незаконное использование товарного знака.

Ответчик и третье лицо ссылаются на то, что компании-конкуренты, которые использовали обозначение до даты приоритета (до 23.12.2015), были широко известны.

В частности, по утверждению ответчика, ООО «СПЕЦОБЪЕДИНЕНИЕ ЮГО-ЗАПАД» уже долгое время является одним из лидеров рынка СИЗ и спецодежды.

Суд считает данные утверждения ответчика бездоказательными исходя из следующего:

Правовое значение в настоящем споре имеет факт широкой известности конкурента на дату приоритета товарного знака (на 23.12.2015), а также данные о широкой известности обозначения «КОМФОРТ» на дату приоритета, приобретенной благодаря действиям этого конкурента (о таких действиях могут свидетельствовать данные об объеме продаж конкурентом товаров с обозначением «КОМФОРТ», затраты на рекламу обозначения «КОМФОРТ» и т.д.).

Таких доказательств ответчик и третье лицо не представили.

Ссылка третьего лица на рейтинги ведущих российских компаний-производителей спецодежды и СИЗ (размещенные на сайте https://getsiz.ru) судом отклоняется, поскольку указанные рейтинги составлены в 2017 году (на основании данных Росстата за 2016 год), в 2018, 2019 и 2020 годах. Т.е. эти рейтинги составлены уже после даты приоритета товарного знака и поэтому не имеют правового значения в данном деле.

Кроме того, суд учитывает, что согласно архивным копиям страниц сайта https://www.spets.ru ГК «Спецобъединение» 17.02.2015 только анонсировало будущую продажу костюмов КОМФОРТ (на сайте имеется указание «скоро в продаже»), а продажу этих костюмов начало 16.08.2015 (а не 20.07.2015, как указывает ответчик). Т.е. ГК «Спецобъединение» начало использовать обозначение «КОМФОРТ» только за несколько месяцев до даты приоритета товарного знака «КОМФОРТ».

В материалах дела не имеется доказательств (данных о продажах, о затратах на рекламу товаров КОМФОРТ) того, что ГК «Спецобъединение» за несколько месяцев сделало обозначение «КОМФОРТ» настолько узнаваемым среди потребителей, что этой узнаваемостью решил воспользоваться в своих целях истец. Помимо этого, не имеется в материалах дела доказательств того, что истец знал или должен был знать о том, что ГК «Спецобъединение» с августа 2015 года по декабрь 2015 года начала продажу товаров «Комфорт».

Также суд учитывает, что третье лицо, ссылаясь на архивные выписки с сайта https://www.spets.ru, не представило доказательств того, что третье лицо (ООО «СПЕЦОБЪЕДИНЕНИЕ ЮГО-ЗАПАД») входит в группу «Спецобъединение» и имеет какое-либо отношение к сайту https://www.spets.ru (является его администратором или использует этот сайт по иным основаниям).

Третье лицо ООО «СПЕЦОБЪЕДИНЕНИЕ ЮГО-ЗАПАД» ссылается на то, что истец отказался от иска к ООО «Арсенал» по делу № А56-68118/2020 о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака «КОМФОРТ», что свидетельствует, по мнению третьего лица, о том, что истец признает факт злоупотребления правом при регистрации товарного знака «КОМФОРТ».

Суд считает данный довод ошибочным, поскольку отказ от иска по другому делу не имеет преюдициального значения и не может расцениваться как признание кем-либо какого-либо факта.

Таким образом, в действиях истца не имеется признаков злоупотребления правом или недобросовестной конкуренции.

Размер компенсации истцом определен согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере 200 000 руб.

В обоснование заявленной суммы компенсации истец указал, что предоставляет права использования товарного знака «КОМФОРТ» на основании договоров неисключительной лицензии. Согласно пункту 4.1.1. лицензионного договора № 1, размер вознаграждения за право использования товарного знака «КОМФОРТ» (637376) составляет 200 000 руб. в месяц, но не менее 5 % от стоимости всего отгруженного товара за данный месяц. Учитывая длительный срок незаконного использования товарных знаков, виновность нарушителя, истец считает разумной, справедливой и соразмерной компенсацию в размере 200 000 руб. Заявленная истцом компенсация в соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 1515 ГК РФ, значительно меньше, чем сумма, которую заплатил бы ответчик за правомерное использование товарного знака.

Как установлено судом, данный лицензионный договор в судебном порядке недействительным не признан, заявлений о его фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ от ответчика не поступало.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 62 постановления № 10, по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд устанавливает сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, из приведенных норм права с учетом правовых позиций следует, что суд вправе снизить размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, исключительно при наличии ряда критериев и соответствующего мотивированного заявления ответчика.

Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, приняв во внимание характер допущенного ответчиками нарушений, степень вины нарушителя, а также исходя из принципов разумности и справедливости и соразмерности, судом определен размер взыскиваемой компенсации в заявленном истцом размере. Суд учитывает, что ответчик при рассмотрении дела каких-либо доказательств чрезмерности взыскиваемой с него компенсации не представил.

Помимо этого, суд обращает внимание, что ранее ответчик привлекался к гражданско-правовой ответственности за аналогичное правонарушение (дело № А40-310913/19-51-2397).

С учетом изложенного, суд считает, что оснований для снижения заявленного размера компенсации в данном случае не имеется, и она должна быть определена в сумме 200 000 руб. за нарушение исключительных прав в отношении спорного товарного знака.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на ответчика. Государственная пошлина в размере 1 000 руб. подлежит возврату истцу в связи с частичным отказом от иска.

Руководствуясь ст. ст. 65, 106, 110, 123, 156, 167 - 170 АПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Принять отказ от требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 598175 в размере 50 000 руб. Производство по делу в указанной части прекратить.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ВСЕИНСТРУМЕНТЫ.РУ» в пользу индивидуального предпринимателя Урсу Вадима Ионовича компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельствам РФ № 598175 в размере 200 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 000 руб.

Возвратить индивидуальному предпринимателю Урсу Вадиму Ионовичу из дохода федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 1 000 руб., уплаченную платежным поручением № 142 от 04 июня 2020 года.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья: О. В. Козленкова