Постановление от 21 ноября 2018 г. по делу № А40-111665/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

22.11.2018

Дело № А40-111665/ 17


Резолютивная часть постановления объявлена 15.11.2018

Полный текст постановления изготовлен  22.11.2018


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей  Кручининой Н.А., Федуловой Л.В.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 07 февраля 2018 года;

рассмотрев 15.11.2018 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «Дальневосточная трастовая компания»

на определение от 17.07.2018

Арбитражного суда города Москвы,

вынесенное судьей Игнатовой Е.С.,

на постановление от 13.09.2018

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Сафроновой М.С., Порывкиным П.А., Шведко О.И.,

по заявлению ООО «Дальневосточная Трастовая компания» о признании недействительным (ничтожным) договоров № 1, № 2, № 3 от 12.11.2010 купли-продажи недвижимого имущества, заключенных между ФИО3 и ФИО1, и применении последствий недействительности сделок; о признании недействительным (ничтожным) договора от 22.12.2010 купли-продажи недвижимого имущества, заключенного между ФИО3 и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 17 октября 2017 года в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4

ООО «Дальневосточная Трастовая компания» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением, в котором с учетом уточнения заявленных требований в порядке ст. 49 АПК РФ просило признать недействительным (ничтожным) договор № 1 от 12.11.2010 купли-продажи недвижимого имущества, заключенный между ФИО3 и ФИО1, и применить последствия недействительности сделки в виде истребования у ФИО1 и передачи ФИО3 недвижимого имущества: нежилого помещения (машино-место, площадью 17,6 кв. м, кадастровый номер 77:01:0006024:4941, место нахождения - подвал 2, помещение 2, комната 1, машиноместо № 78 в доме № 7 по улице Марксистская в г. Москве); признать  недействительным (ничтожным) договор № 3 от 12.11.2010 купли-продажи недвижимого имущества, заключенный между ФИО3, и ФИО1, и применить последствия недействительности сделки в виде истребования у ФИО1 и передачи ФИО3 недвижимого имущества: нежилого помещения (машино-место, площадью 18,1 кв. м, кадастровый номер 77:01:0006024:4962, место нахождения - подвал 2, помещение 2, комната 6, машиноместо № 47 в доме № 7 по ул. Марксистской в г. Москве); признать  недействительным (ничтожным) договор № 2 от 12.11.2010 купли-продажи недвижимого имущества, заключенный между ФИО3 и ФИО1, и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 28 603 323,76 руб.; признать  недействительным (ничтожным) договор от 22.12.2010 купли-продажи недвижимого имущества, заключенный между ФИО3 и ФИО1, и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 119 476 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17 июля 2018 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13 сентября 2018 года, в удовлетворении заявления ООО «Дальневосточная Трастовая Компания» отказано.

Не согласившись с вынесенными по делу судебными актами, ООО «Дальневосточная Трастовая компания» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просило отменить определение суда первой инстанции от 17 июля 2018 года и постановление суда апелляционной инстанции от 13 сентября 2018 года и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы в ином составе суда.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

14 ноября 2018 года в адрес суда поступил отзыв ФИО1 на кассационную жалобу, в приобщении которого отказано в связи с отсутствием доказательств заблаговременного направления отзыва в адрес участвующих в деле лиц.

 Поскольку отзыв на кассационную жалобу подан в электронном виде, на бумажном носителе отзыв в суд не поступал, отзыв остается в материалах дела.

Заявление  ООО «Дальневосточная Трастовая Компания» о приобщении дополнительных доказательств также не подлежит удовлетворению, поскольку приобщение новых доказательств в силу ст. 286 АПК РФ не может быть осуществлено в суде кассационной инстанции.

Поскольку заявление также подано в электронном виде, оно остается  в материалах дела.

Как установлено судами, 12.11.2010 ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) подписали договор № 2 купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил квартиру, находящуюся по адресу: <...>, состоящую из трех комнат, общей площадью 88,0 кв.м., и принадлежащую ФИО3 на праве собственности на основании договора купли-продажи от 11.02.2008, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации права.

Из пункта 2 договора следует, что по соглашению сторон имущество продается за сумму, эквивалентную 25 000 000 руб., которую покупатель уплачивает продавцу в момент подписания договора.

В материалы дела представлен передаточный акт от 12.11.2010, подписанный ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель), согласно которому продавец в соответствии с договором купли-продажи квартиры № 2 от 12.11.2010 передает, а покупатель принимает квартиру, расположенную по адресу: <...>.

В пункте 4 передаточного акта указано, что стороны подтверждают, что обязательства сторон выполнены, расчет произведен полностью; претензий друг к другу не имеется.

12.11.2010 ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) подписали договор № 1 купли-продажи машино-места, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил недвижимое имущество: машино-место 78, площадью 17,6 кв.м., расположенное по адресу: <...>, подвал 2, помещение II, комната 1, право собственности на которое принадлежит ФИО3 на основании договора купли-продажи № МРС-41/03к-78-5 от 03.11.2003 с Государственным унитарным предприятием города Москвы «Московский городской центр реализации нежилых помещений «Мосреалстрой», что подтверждено Свидетельством о государственной регистрации права.

Согласно пункту 2 договора имущество продается за сумму 650 000 руб., которую покупатель уплачивает продавцу в момент подписания договора.

В соответствии с пунктом 6 договора, продавец обязуется передать покупателю имущество по передаточному акту.

В материалы дела представлен передаточный акт от 12.11.2010, подписанный ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель), согласно которому продавец в соответствии с договором купли-продажи машино-места № 1 от 12.11.2010 передает, а покупатель принимает машино-место 78, площадью 17,6 кв.м., расположенное по адресу: <...>, подвал 2, помещение II, комната 1.

В пункте 4 передаточного акта указано, что стороны подтверждают, что обязательства сторон выполнены, расчет произведен полностью.

Согласно представленной в материалы дела выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости за ФИО1 зарегистрировано право собственности на машино-место 78, площадью 17,6 кв.м., расположенное по адресу: <...>, подвал 2, помещение II, комната 1, кадастровый номер 77:01:0006024:4941.

12.11.2010 ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) подписали договор № 3 купли-продажи машино-места, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил недвижимое имущество: машино-место 47, площадью 18,1 кв.м., расположенное по адресу: <...>, подвал 2, помещение II, комната 6, право собственности на которое принадлежит ФИО3 на основании договора купли-продажи № МРС-41/03к-47-8 от 08.08.2003 с Государственным унитарным предприятием города Москвы «Московский городской центр реализации нежилых помещений «Мосреалстрой», что подтверждено Свидетельством о государственной регистрации права.

Согласно пункту 2 договора имущество продается за сумму 700 000 руб.,которую покупатель уплачивает продавцу в момент подписания договора.

В соответствии с пунктом 6 договора, продавец обязуется передать покупателю имущество по передаточному акту.

В материалы дела представлен передаточный акт от 12.11.2010, подписанный ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель), согласно которому продавец в соответствии с договором купли-продажи машино-место 47, площадью 18,1 кв.м., расположенное по адресу: <...>, подвал 2, помещение II, комната 6.

В пункте 4 передаточного акта указано, что стороны подтверждают, что обязательства сторон выполнены, расчет произведен полностью.

Согласно представленной в материалы дела выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости за ФИО1 зарегистрировано право собственности на машино-место 47, площадью 18,1 кв.м., расположенное по адресу: <...>, подвал 2, помещение II, комната 6, кадастровый номер 77:01:0006024:4962.

22.12.2010 ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключили договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил и оплатил в соответствии с условиями договора следующее недвижимое имущество: земельный участок под дачное хозяйство, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, общая площадь 2426 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., Истринский район. Обушковский с.о., южнее д. Писково, участок 217, кадастровый номер 50:08:050425:0256; дом, назначение: жилое, общая площадь 1219 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., Истринский район, Обушковское с/пос, южнее <...>.

Согласно пунктам 3, 4 договора стороны пришли к соглашению, что имущество продается за 107 000 000 руб.; расчеты произведены сторонами полностью в момент подписания договора.

Из пункта 7 договора следует, что имущество, указанное в пункте 1 договора, обременено ипотекой согласно договору залога недвижимого имущества №ДЗ-871/1110 от 03.12.2010, заключенного с Банком «Развитие-Столица» (ОАО).

В пункте 8 договора указано, что продавец обязуется передать покупателю отчуждаемое имущество по передаточному акту.

В материалы дела представлен передаточный акт от 22.12.2010, подписанный ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель), в соответствии с которым продавец на основании договора купли-продажи от 22.12.2010 передал, а покупатель принял следующее недвижимое имущество: земельный участок под дачное хозяйство, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, общая площадь 2426 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., Истринский район, Обушковский с.о., южнее д. Писково, участок 217, кадастровый номер 50:08:050425:0256; дом, назначение: жилое, общая площадь 1219 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., Истринский район, Обушковское с/пос, южнее <...>.

В пункте 3 передаточного акта указано, что денежные средства по договору купли-продажи получены полностью. Право собственности зарегистрировано за ФИО1

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости, земельный участок в настоящее время выбыл из владения ФИО1

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, кредитор указал, что вышеуказанные договоры купли-продажи, заключенные между ФИО3 и ФИО1, совершены с заинтересованным лицом в период, когда у должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «Банк Империя» по кредитному договору от 01.10.2010 № КФ/10-77, с целью недопущения обращения взыскания на имущество должника, при этом оспариваемые сделки являлись для должника безвозмездными.

Кредитор указал, что при совершении оспариваемых сделок ФИО3 и ФИО1 действовали недобросовестно, во вред имущественным  интересам кредитора - ООО «Банк Империя» (правопредшественник ООО «Дальневосточная трастовая компания»), поскольку реальных расчетов между сторонами фактически не производилось, что свидетельствует о недействительности сделок также на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Суды, отказывая в удовлетворении требований кредитора, исходили из того, что доказательств, что на момент заключения спорного договора у ФИО3 имелись какие-либо неисполненные обязательства либо судебные акты о взыскании, не представлено, при этом не представлено доказательств, свидетельствующих о злоупотребление правом сторонами сделок.

Оспаривая вынесенные по делу судебные акты, ООО «Дальневосточная трастовая компания» ссылалось на то, что выводы судов об отсутствии у ФИО3 на момент заключения спорных договоров имущественных обязательств перед кредиторами не соответствуют материалам дела, фактическим обстоятельствам и противоречат нормам материального права.

Заявитель указал, что на момент совершения сделок у ФИО3 имелись обязательства по возмещению причиненного им в период с октября по ноябрь 2010 года Банку Империя вреда на сумму 1 108 000 000 руб., что подтверждено вступившими в законную силу судебными актами, в том числе приговором Дорогомиловского районного суда г. Москвы, при этом в данном приговоре установлено, что вред Банку причинен путем выдачи должником невозвратных кредитов фирмам-однодневкам, а также самому ФИО3

Как указал кредитор, суд не принял во внимание, что на дату заключения оспариваемых договоров ФИО3 получил в октябре 2010 года наличными кредит в размере 48 800 000 руб. и соответственно обязан был его вернуть, при этом такая обязанность у него возникла 01 октября 2010 года, то есть с даты получения кредита.

Однако ФИО3 с целью избежания ответственности по возврату кредита заключил соглашению о переводе долга по кредитному обязательству   на фирму-однодневку - ООО «Самарканд», при этом данное соглашение  впоследствии признано решением Дорогомиловского районного суда г. Москвы ничтожной сделкой, совершенной со злоупотреблением правом, целью которого было избежание ФИО3 обязанности по возврату кредита в размере 48 800 000 руб.

Таким образом, как указал кредитор, на момент отчуждения имущества у ФИО3 имелись не исполненные в срок обязательства.

По мнению заявителя, судами необоснованно не дана оценка условиям спорных договоров, не проверена финансовая возможность ФИО1, которая являлась матерью бывшей супруги должника, реально рассчитаться за приобретенное имущество путем представления суду допустимых с процессуальной точки зрения доказательств (справки банков, свидетельство о праве на наследство, декларации о доходах), а также не проанализировано имущественное состояние ФИО3 после заключения и исполнения договоров на предмет возможности погашения обязательств перед кредиторами.

Заявитель также указывает, что им приводились доводы о необходимости исследовать в совокупности обстоятельства принятия на себя кредитных обязательств в октябре 2010 году, расторжения брака 10 мая 2011 года, целесообразность отчуждения всего недвижимого имущества в пользу заинтересованных лиц в 2010 году сразу после получения кредита, при этом, как указал кредитор, ФИО1 и ФИО3 не представлено доказательств своей добросовестности при заключении и исполнении договоров купли-продажи недвижимого имущества.

Представитель ФИО1 в судебном заседании возражал против доводов кассационной жалобы.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителя ответчика, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" сделки граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенные до 01.10.2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) по требованию финансового управляющего в порядке, предусмотренном п. п. 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 - 2 ст. 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 года N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав, на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки.

Как указали суды, доказательств, подтверждающих использование  ФИО3 и ФИО1 своих прав злонамеренно, с целью нанести вред кредиторам, заявителем в материалы дела не представлено, как и доказательств того, что на момент заключения спорного договора у ФИО3 имелись какие-либо неисполненные обязательства.

Между тем, приходя к выводу об отсутствии у ФИО3 на момент совершения оспариваемых сделок неисполненных обязательств, суды не учли доводы кредитора о том, что у ФИО3 имелись обязательства по возмещению причиненного им в период с октября по ноябрь 2010 года Банку Империя вреда в размере 1 108 000 000 руб., что подтверждено вступившими в законную силу судебными актами, в том числе приговором Дорогомиловского районного суда г. Москвы.

Согласно данным судебным актам ФИО5 участвовал в выводе активов Банка путем выдачи технических кредитов, чем причинил ущерб Банку.

Также заявитель кассационной жалобы в судах первой и апелляционной инстанций ссылался на то, что 01.10.2010 между ООО "Банк Империя" (кредитор) и ФИО3 (заемщик) подписан кредитный договор № КФ/10-77 с физическим лицом, по условиям которого кредитор предоставляет заемщику кредит в размере 48 800 000 руб. сроком по 30.09.2011, а, следовательно, у должника возникли обязательства по возврату кредита с момента получения денежных средств.

Договор о переводе долга № 10/8 от 25.11.2010, подписанный между ФИО3 и ООО "Самарканд", в соответствии с которым ООО "Самарканд" приняло на себя обязательства ФИО3, вытекающие из кредитного договора от 01.10.2010 № КФ/10-77, определением Арбитражного суда города Москвы от 03.12.2014 по делу № А40-150096/2010 о банкротстве ООО "Банк Империя" признан недействительным, ООО "Банк Империя" восстановлен в правах кредитора по кредитному договору от 01.10.2010 № КФ/10-77, при этом в судебном акте дана оценка недобросовестному поведению ФИО3 при заключении кредита.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной и совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Злоупотребление правом со стороны контрагента по сделке может быть установлено при покупке имущества по заниженной сумме, а также при отсутствии фактической оплаты приобретенного имущества.

Кредитор в обоснование заявленных требовал  указывал на то, что сделка совершена в пользу заинтересованного лица – матери супруги должника, развод с которой состоялся после заключения оспариваемых сделок, а также ссылался на безвозмездность сделки, поскольку нет доказательств наличия у ФИО1 финансовой возможности оплатить имущество стоимостью свыше 150 000 000 руб., как и доказательств фактического получения должником денежных средств.

Злоупотребление правом со стороны ФИО1 может состоять в цели безвозмездного получения имущества, однако суды оценки доводам о финансовой неплатежеспособности покупателя не дали.

Суды не выяснили, чем была вызвана практически единовременная продажа всего дорогостоящего имущества ФИО3, в том числе в адрес заинтересованных лиц, в непродолжительный период времени пред банкротством Банка.

Условия передачи, получения и расходования должником полученных денежных средств от ФИО1 при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является юридически значимым обстоятельством, которое должно устанавливаться исходя из совокупности доказательств, однако вышеуказанные обстоятельства предметом надлежащего судебного исследования не являлись.

Между тем, в силу специфики дел о банкротстве в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов и предотвращения злоупотребления правом со стороны должника, судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

В частности, при наличии сомнений в реальности правоотношений сторон  суд не лишен возможности потребовать представления дополнительных подтверждающих документов.

Указанный правовой подход является универсальным и подлежит применению при судебной оценке не только при рассмотрении вопроса о включении требования в реестр, но и при необходимости установления соответствия действительности любых правоотношений сторон, связанных с движением наличных денежных средств.

На основании изложенного, коллегия судей кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций в обжалуемых определении, постановлении не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также сделаны при неполном установлении всех фактических обстоятельств дела и исследовании всех доказательств, что в соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебных актов.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, предложить ФИО1 представить доказательства, подтверждающие ее финансовую возможность приобрести спорное недвижимое имущество; предложить должнику представить доказательства расходования полученных от покупателя денежных средств; выяснить, с какой целью при наличии обязательств по кредитному договору ФИО3 продал имущество матери супруги,  после чего установить наличие либо отсутствие признаков ст. 10 ГК РФ при заключении оспариваемых сделок и  принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 17 июля 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13 сентября 2018 года по делу № А40-111665/17 отменить, обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.


Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская


Судьи:                                                                                             Н.А. Кручинина


                                                                                                                      Л.В. Федулова