Решение от 11 сентября 2020 г. по делу № А08-636/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38

сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-636/2020
г. Белгород
11 сентября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 08 сентября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 11 сентября 2020 года

Арбитражный суд Белгородской области

в составе судьи Ю.И. Назиной

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ООО "ЦЭБ" (ИНН 3114011097, ОГРН 1163123092604)

к ООО "ТК "Экотранс" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 100 000 руб.

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, доверенность от 14.01.2020;

от ответчика: ФИО3, доверенность от 31.12.2019;

УСТАНОВИЛ:

ООО "ЦЭБ" обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском к ООО "ТК "Экотранс" о взыскании суммы штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств по договору № 2018.188252 от 12.2018 г. в размере 100 000 руб.

Определением суда от 30.01.2020 дело принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ).

Определением от 12.02.2020 по ходатайству ответчика суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме по доводам, изложенным в иске, заявил ходатайство о приостановлении производства по делу до разрешения дела № А08-6001/2020.

Представитель ответчика заявленные требования не признал, полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению, возражал против приостановления производства по делу.

Протокольным определением судом отказано в удовлетворении ходатайства истца о приостановлении производства по делу, поскольку при рассмотрении спора об исполнении обязательств по договору суд обязан оценить договор на предмет его ничтожности.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителей истца и ответчика, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что с 01.01.2019 по результатам конкурсного отбора ООО "Центр Экологической Безопасности" Белгородской области является региональным оператором по обращению с твердыми коммунальными отходами (ТКО) на территории Белгородской области. Истец осуществляет сбор, транспортирование, обработку, утилизацию, обезвреживание, захоронение ТКО самостоятельно или с привлечением операторов по обращению с ТКО.

12.12.2018 года между истцом и ответчиком заключен договор № 2018.188252 на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов на территории городского округа "Город Белгород" Белгородской области из мест их накопления в места приема и размещения в границах территории оказания услуг.

Договор вступает в силу с момента его заключения и действует до 31.12.2022 (п. 2.1. договора).

В соответствии с п. 1.1 договора региональный оператор поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказывать услуги по погрузке твердых коммунальных отходов, в том числе крупногабаритных отходов (ТКО) в местах их накопления в границах территории оказания услуг (в соответствии с приложением № 2 к договору и результатами инвентаризации, предоставленных в соответствии с п.5.1.2. договора) и их последующему транспортированию в целях обработки, утилизации, обезвреживания и захоронения.

Согласно п. 5.1.4 договора по требованию регионального оператора исполнитель обязан обеспечить наличие на контейнерных площадках, находящихся в зоне обслуживания (территории оказания услуг), необходимого количества исправных контейнеров для сбора (накопления) ТКО.

Пунктом 5.1.6 договора предусмотрено, что исполнитель обязан обеспечить герметичность транспортировки ТКО, не допускающей разлив жидкостей после погрузки.

В соответствии с пунктом 8.8 договора за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательства, предусмотренного контрактом, которое не имеет стоимостного выражения, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы в размере 100 000 руб.

Истец 03.09.2019 года в адрес ООО «ТК «Экотранс» направил требование об установке контейнеров для накопления ТКО объемом 8 куб. м. по адресу: <...>, МБОУ СОШ №45 г. Белгорода, в ответ на которую ответчик сообщил о невозможности их установки.

На претензию истца от 19.10.2019 № 2757-исх об уплате штрафа в сумме 100 000 руб. ответчик в письме № 1862 от 24.10.2019 сообщил об отсутствии контейнерных площадок по указанным истцом адресам, необходимости их оборудования органами местного самоуправления и приобретения контейнеров потребителями.

Неисполнение ответчиком требования истца в добровольном порядке послужило основанием к обращению истца в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с положениями статей 307 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В данном случае обязательства сторон регулируется как общими положениями гражданского законодательства, так и нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в главе 39 ГК РФ, а также положениями Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее – ФЗ «Об отходах производства и потребления»), Правилами обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации № 1156 от 12.11.2016 (далее – Правила № 1156).

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик оплатить эти услуги.

В силу пункта 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором (статья 329 ГК РФ).

Согласно статье 330 ГК РФ неустойкой (пеней, штрафом) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

В данном случае, истец, руководствуясь пунктами 5.1.4 и 8.8 договора № 2018.188252 от 12.12.2018, начислил ответчику штраф в размере 100 000 руб.

Между тем, возражая против исковых требований, ответчик представил заключенное между сторонами дополнительное соглашение № 1 от 14.12.2018 к договору № 2018.188252 от 12.12.2018 на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов на территории городского округа «Город Белгород» Белгородской области из мест их накопления в места приема и размещения в границах территории оказания услуг, по условиям которого из договора исключены пункты 5.1.4 и 8.8, на основании которых истцом заявлены исковые требования.

В пункте 43 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Истолковав в соответствии со ст. 431 ГК РФ спорные условия договора № 2018.188252 от 12.12.2018 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 14.12.2018, суд приходит к выводу, что ООО «ЦЭБ» и ООО «ТК «Экотранс» пришли к соглашению об исключении из договора условия об обязанности ответчика по требованию регионального оператора обеспечить наличие на контейнерных площадках, находящихся в зоне обслуживания (территории оказания услуг), необходимого количества исправных контейнеров для сбора (накопления) ТКО, и условие о наложении штрафа в виде фиксированной суммы в размере 100 000 руб. за подобное нарушение.

При таких обстоятельствах, ООО «ЦЭБ» не подтвердило факт нарушения ответчиком условий договора, что, в свою очередь, исключает возможность взыскания с ответчика договорного штрафа за ненадлежащее исполнение обязательства.

Довод истца о ничтожности дополнительного соглашения по основанию п. 2 ст. 168 ГК РФ со ссылкой на то обстоятельство, что заключение дополнительного соглашения нарушает требования Закона о контрактной системе и затрагивает интересы Белгородской области, подлежит отклонению.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Спорные пункты договора регулируют взаимоотношения сторон, при этом, истец не заявляет о том, что дополнительное соглашение к договору, исключающее спорные пункты договора, ООО «ЦЭБ» не подписывало или не заключало.

О фальсификации дополнительного соглашения ООО «ЦЭБ» не заявлено.

В п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что применительно к ст.ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (п. 1 ст. 336, ст. 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (ст. 928 ГК РФ).

Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

В силу п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В данном случае истец злоупотребляет своими правами, ссылаясь на то, что заключение дополнительного соглашения от 14.12.2018 нарушает требования закона, учитывая, что более полутора лет факт заключения дополнительного соглашения истцом не оспаривался, и такое поведение истца давало основание ответчику полагаться на действительность дополнительного соглашения. Иного истцом не доказано (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Нарушение самим истцом п. 11 Правил ведения реестра контрактов не может влечь для ответчика неблагоприятные последствия.

Довод истца о том, что пункты 5.1.4 и 8.8 являются существенными условиями договора, судом отклоняется.

Договор на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов на территории городского округа «Город Белгород» Белгородской области из мест их накопления в места приема и размещения в границах территории оказания услуг № 2018.188252 от 12.12.2018, с учетом исключения пунктов 5.1.4 и 8.8, содержит права и обязанности сторон, а также меры ответственности за нарушение обязательств. Исключенные пункты не касаются изменения цены на услуги.

Истец, как сторона сделки, не вправе ссылаться на ничтожность дополнительного соглашения, так как способствовал его заключению и своим поведением давал основания полагаться на его условия (принцип эстоппеля).

При этом, суд учитывает, что на участие в аукционе по заключению договора была подана единственная заявка ответчика.

Условие о безвозмездном предоставлении ответчиком собственных контейнеров в распоряжение потребителям противоречит действующему законодательству.

Доказательств нарушения прав и интересов Белгородской области в результате заключения дополнительного соглашения № 1 от 14.12.2018 к договору на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов между ООО «ЦЭБ» и ООО «ТК «Экотранс» в материалы дела не представлено.

Ссылка на мнение прокуратуры не может повлиять на выводы суда, так как данный орган стороной спора не является, сведения об обращении в суд в материалах дела отсутствуют.

На основании изложенного, исковые требования ООО "ЦЭБ" удовлетворению не подлежат.

В соответствии с ч.1 ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ООО "ЦЭБ" отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области.

Судья

Ю.И. Назина