Решение от 25 ноября 2022 г. по делу № А78-11618/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru



ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А78-11618/2021
г.Чита
25 ноября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 18 ноября 2022 года

Решение изготовлено в полном объёме 25 ноября 2022 года


Арбитражный суд Забайкальского края

в составе судьи Л.В. Бочкарниковой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Государственному казенному учреждению "Служба единого заказчика" Забайкальского края (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании денежных средств в размере 1737027,08 руб.

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Публичное акционерное общество "Сбербанк России" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО3, представителя по доверенности от 08.04.2022, ИП ФИО2, личность установлена по паспорту;

от ответчика: ФИО4, представителя по доверенности от 16.12.2021;

от третьего лица: представитель не явился.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом объявлялся перерыв в судебном заседании с 14.11.2022 до 09 час. 00 мин 08.11.2022. После перерыва дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в прежнем составе в отсутствии представителя ответчика. Информация о времени и месте судебного заседания размещалась на официальном сайте суда в сети «Интернет».


индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, ИП ФИО2) обратился в суд с исковым заявлением к Государственному казенному учреждению "Служба единого заказчика" Забайкальского края (далее – ответчик, учреждение, ГКУ "Служба единого заказчика" Забайкальского края) о взыскании денежных средств в размере 1737027,08 руб., в том числе:

- за выполненные работы - 165 841,90 руб.,

- неосновательного обогащения - 1400917,28 руб.,

- убытков - 3 791,27 руб.,

- пени за период с 20.11.2019 по 22.11.2021 - 30 431,99 руб.,

- процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 05.03.2020 по 22.11.2021 в сумме 105 974,64 руб.,

о взыскании пени на сумму задолженности по оплате за выполненные работы в размере 1/300 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, действующей на дату уплаты пеней, с 23.11.2021 по день фактического исполнения решения суда,

о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму задолженности по неосновательному обогащению и убыткам с 23.11.2021 по день фактического исполнения решения суда.

Определением суда от 25.11.2021 исковое заявление принято к производству.

Дело рассматривается при участи третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований Публичного акционерного общества "Сбербанк России" (ОГРН <***>, ИНН <***>).

В соответствии с частью 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лица участвующие в деле, отсутствуют в предварительном судебном заседании, но они извещены о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия и ими не были заявлены возражения относительно рассмотрения дела в их отсутствие, суд вправе завершить предварительное судебное заседание и открыть судебное заседание в первой инстанции.

Учитывая отсутствие заявленных возражений со стороны истца, ответчика и третьего лица против перехода из предварительного в судебное заседание, суд, разрешив все вынесенные в предварительное судебное заседание вопросы, руководствуясь статьей 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, завершил предварительное заседание и протокольным определением от 25.04.2022 перешел к рассмотрению дела в судебном заседании.

Истец исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнении к исковому заявлению (л.д.3-5, 124-126 т.1).

Ответчик с требованиями не согласился по мотивам, изложенным в отзыве на исковое заявление (л.д.117-119 т.1).

Третье лицо о времени и месте судебного разбирательства извещено надлежащим образом, явку своего представителя не обеспечило, представило письменные пояснения (л.д.3 т.2)

Дело рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие третьего лица.

Рассмотрев материалы дела, исследовав письменные доказательства, заслушав пояснения, суд установил следующее.

Как следует из искового заявления и материалов дела, по результатам электронного аукциона между Государственным казенным учреждением «Служба единого заказника» Забайкальского края (заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (генподрядчик) заключен государственный контракт № Ф.2019.311919 от 10.06.2019 на строительство объекта «Фельдшерско-акушерский пункт в с. Сохондо Читинского района Забайкальского края», по условиям которого генподрядчик обязался выполнить все работы по строительству объекта в соответствии с условиями контракта и проектно-сметной документацией, получившей положительное заключение государственной экспертизы.

Цена контракта составляет 12 650 351 руб. (пункт 3.1 контракта).

Согласно пунктам 4.1, 4.2 контракта срок начала выполнения работ – с даты подписания контракта до 01.12.2019.

В приложении №2 к контракту сторонами согласован график выполнения работ поэтапно, в том числе: земляные работы, монтаж фундаментов, монтаж несущих конструкций здания, устройство кровли, внутренние отделочные работы, монтаж внутренних систем, монтаж наружных инженерных сетей, благоустройство (л.д.36 т.1).

В приложении №3 к контракту согласован график оплаты выполненных работ (л.д.37 т.1).

Государственный контракт расторгнут в одностороннем порядке по инициативе генподрядчика, о чем в адрес заказчика направлено уведомление № 158 от 30.10.2019.

Мотивом отказа от исполнения договора послужило наличие существенных недостатков в проектно-сметной документации по объекту, не позволяющих своевременно выполнить монтажные работы. Законность и обоснованность решения подрядчика о расторжении государственного контракта подтверждена решением Арбитражного суда Забайкальского края от 19.04.2021 по делу №А78-1030/2020 (л.д.45-48 т.1).

Решение вступило в законную силу, в судебном порядке ответчиком не обжаловалось.

В рамках исполнения государственного контракта № Ф.2019.311919 от 10.06.2019 подрядчиком выполнены общестроительные работы по устройству котлована, в адрес заказчика дважды были направлены документы, подтверждающие осуществление работ: справка по форме КС-3 (от 02.09.2019 № 1, от 28.10.2019 № 1), акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 (от 02.09.2019 № 1, от 28.10.2019 № 1), акт о приемке выполненных paбот по форме КС-3 (от 02.09.2019 № 2, от 28.10.2019 № 2), а также счет-фактура от 28.10.2019 № 28, счет от 28.10.2019 № 28. Общая стоимость выполненных работ составила 1 430 877 руб. (л.д.49-62 т.1)

Вместе с тем, заказчик работы не оплатил, от подписания документов отказался.

В соответствии с пунктом 3.3. контракта заказчик до 31.06.2019 оплачивает генподрядчику аванс в размере 10% от лимита финансирования, указанного в Графике оплаты выполненных работ (Приложение № 3 к контракту).

Аванс в размере 1265035,10 руб. перечислен генподрядчику по платежному поручению № 696241 от 04.07.2019 (л.д.63).

Таким образом, истец считает, что заказчик обязан возместить подрядчику разницу между перечисленным по договор авансом и фактической стоимостью проведенных работ.

Согласно справке КС-2 от 28.10.2019 № 1 стоимость выполненных работ отражена в размере 1430877 руб., перечисленный заказчиком аванс составил 1265035,10 руб., соответственно сумма компенсации произведенных заказчиком затрат равна 165841,90 руб. (1430877 руб. – 1265035,10 руб.).

На основании пункта 11.2.3 государственного контракта установлено, что пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения заказчиком обязательства, предусмотренного Контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного Контрактом срока исполнения обязательства, в размере одной трехсотой действующей па дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы.

Исходя из указанного, заказчик обязан выплатить генподрядчику пени зa просрочку исполнения обязательств но оплате стоимости произведенных заказчиком работ в размере 30431,99 руб. (расчет представлен, л.д.6 т.1).

После расторжения государственного контракта ГКУ «Служба единого заказчика» направила ИП ФИО2 требование о возврате аванса от 09.12.2019 № 09/7080. Поскольку стоимость работ, выполненных подрядчиком превысила размер аванса денежные средства заказчику возвращены не были.

Полагая свои действия законными и обоснованными, ГКУ «Служба единого заказчика» обратилось в Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее -ПАО «Сбербанк», Банк-Гарант) с требованием от 17.01.2020 № 09/172 о перечислении по банковской гарантии денежных средств в размере 1400917,28 руб., в том числе 1265035,10 руб. - сумма аванса, 135882,18 руб. - пени за несвоевременное исполнение обязательств по возврату аванса (л.д.65-66 т.1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 379 ГК РФ принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

Общий размер денежных средств, выплаченных ИП ФИО2 в пользу банка-гаранта, составил 1404708,55 руб., что подтверждается платежным ордером № 710074 от 05.03.2020 на сумму 457933,95 руб., платежным требованием № 390500 от 30.06.2020 на сумму 475618,57 руб., платежным требованием № 277462 от 30.07.2020 на сумму 471156,03 руб. (л.д.67-69 т.1).

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными Правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого липа (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Из укачанного следует, что ГКУ «Служба единого заказчика» в отсутствие законных оснований приобрело денежные средства в размере 1400917,28 руб. (1265035,10 руб. + 135882,18 руб.) за счет ИП ФИО2 (л.д.65 на обороте).

В результате неправомерных действий ГКУ «Служба единого заказчика» ИП ФИО2 вынужден был выплатить в пользу банка-гаранта не только сумму, выплаченную банком бенефициару, но и проценты за отвлечение денежных средств. Таким образом, генподрядчику причинены убытки в размере уплаченных процентов - 3791,27 руб. (1404708,55 руб. - 1400917,28 руб.).

Кроме того, истец согласно статье 395 ГК РФ начислил проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 105974,64 руб.

Исходя из указанного, размер процентов, подлежащих взысканию в пользу истца, составляет 105974,64 руб. (рассчитан из суммы неосновательного обогащения и убытков) (расчет представлен, л.д.6 т.1).

Таким образом, задолженность ГКУ «Служба единого заказника» перед ИП ФИО2 составляет 1706957,08 руб., в том числе:

- 165841,90 руб. - компенсация (оплата) за выполненные работы;

- 1400917,28 руб. - неосновательное обогащение за счет средств банковской гарантии;

- 3791,27 руб. - убытки в виде необоснованных процентов за отвлечение денежных средств по банковской гарантии;

- 30431,99 руб. - пени по договору за просрочку оплаты выполненных работ;

- 105974,64 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами.

Претензией от 03.09.2021 (л.д.70-71 т.1) истец просил выплатить денежные средства.

Неисполнение требований, изложенных в претензии, явилось основанием для обращения ИП ФИО2 в арбитражный суд с требованием о взыскании стоимости выполненных работ, неосновательного обогащения в виде необоснованно вскрытой банковской гарантии, убытков, процентов за пользование чужими денежными средствами и неустойки по контракту.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

Проанализировав условия контракта № Ф.2019.311919 от 10.06.2019, суд считает, что по своей правовой природе указанный договор является договором строительного подряда.

Между сторонами возникли правоотношения по выполнению подрядных работ, предназначенных для удовлетворения государственных нужд, которые регулируются положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральным законом от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Правила о договоре строительного подряда применяются также к работам по капитальному ремонту зданий и сооружений, если иное не предусмотрено договором.

Отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в том числе, в части, касающейся заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества), от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением либо иным юридическим лицом регулируются Федеральным закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Пунктом 8 статьи 3 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» установлено, что под государственным контрактом понимается договор, заключенный от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации государственным заказчиком для обеспечения государственных нужд.

В силу части 4 статьи 24 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» под аукционом понимается способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя), при котором победителем признается участник закупки, предложивший наименьшую цену контракта.

Следовательно, целью аукциона является приобретения товаров, работ, услуг, для нужд заказчиков по максимально возможно наименьшей цене контракта.

В силу части 1 статьи 70 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» по результатам электронного аукциона контракт заключается с победителем аукциона.

Оценив условия контракта № Ф.2019.311919 от 10.06.2019, суд пришел к выводу о согласовании сторонами всех его существенных условий:

- предмет договора определен в пункте 1.1, 1.2, 1.3 контракта, Приложениях №№1-7;

- сроки выполнения работ согласованы в пункте 4.1., 4.2. контракта.

В приложении №2 к контракту сторонами согласован график выполнения работ поэтапно, в том числе: земляные работы, монтаж фундаментов, монтаж несущих конструкций здания, устройство кровли, внутренние отделочные работы, монтаж внутренних систем, монтаж наружных инженерных сетей, благоустройство (л.д.36 т.1).

В приложении №3 к контракту согласован график оплаты выполненных работ (л.д.37 т.1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 746 Гражданского кодекса Российской Федерации, оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда.

При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно вышеприведенным условиям контракта его цена является твердой и включает в себя стоимость не только выполнения работ, но и всех иных затрат и издержек, что не противоречит пункту 1 статьи 745 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу требований части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Рассмотрев требование индивидуального предпринимателя ФИО2 к Государственному казенному учреждению "Служба единого заказчика" Забайкальского края о взыскании стоимости выполненных работ по муниципальному контракту № Ф.2019.311919 от 10.06.2019 в размере 165841,90 руб., суд приходит к следующему.

Истец в подтверждение факта выполнения работ по контракту № Ф.2019.311919 от 10.06.2019, представил справки по форме КС-3 (от 02.09.2019 № 1, от 28.10.2019 № 1), акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 (от 02.09.2019 № 1, от 28.10.2019 № 1), акт о приемке выполненных paбот по форме КС-3 (от 02.09.2019 № 2, от 28.10.2019 № 2), счет-фактуру от 28.10.2019 № 28, счет от 28.10.2019 № 28.

Общая стоимость выполненных работ составила 1 430 877 руб. (л.д.49-62 т.1)

В соответствии с пунктом 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

Поскольку регулирующее подрядные взаимоотношения законодательство прямо предусматривает возможность подтверждения факта выполнения работ и его объема исключительно составлением акта, указанный документ свидетельствует как о факте приема работ, так и подтверждает объем таковых.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Следовательно, оформленный в одностороннем порядке акт является доказательством исполнения обязательства по договору, а при отказе заказчика от его подписания, суд обязан рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ.

Ответчик отказ от приемки работ мотивировал в письме от 02.09.2019 № 102, указав, что в связи с отступлением от проекта и неисполнением предписания № 14 от 19.08.2019 ГКУ «Служба единого заказчика» не принимает к подписанию акты выполненных работ КС-2 и КС-3 по спорному объекту и возвращает в адрес генподрядчика (л.д.93 т.1).

Письмом от 05.09.2019 № 106 ответчик указывает истцу о необоснованности затягивания сроков строительства объекта, что приводит к срыву сроков ввода объекта в эксплуатацию (л.д.105 т.1).

Письмом от от 28.10.2019 № 155 ответчик указывает истцу о невозможности принятия незавершенного этапа работ, предъявленные акты КС-2, КС-3, счет на оплату, счет-фактура возвращаются без подписания (л.д.120-121 т.1).

Истец факт выполнения работ с отклонениями от проекта не оспаривает, однако указывает, что данные изменения вызваны объективными причинами, не зависящими от подрядчика, сослался на хронологию того, как происходил процесс производства работ.

11.06.2019 заказчиком передана генподрядчику проектная документация, подписан акт освидетельствования состояния земельного участка.

14.06.2019 МП ППАП бюро «Геоплан» произведен отвод границ земельного участка, разбивка осей объекта строительства.

С 15.06.2019 по 17.06.2019 проводится разработка грунта котлована.

18.06.2019 разработка котлована окончена, подписан акт освидетельствования котлована №03, составлена исполнительная схема, во время земляных работ появляются грунтовые воды.

С 18.06.2019 по 25.06.2019 замена грунта основания согласно проекту гравийно-песчаным грунтом согласно л.5 25.18/П-КР от 28.05.19 является невозможной, основание влажное.

25.06.2019 генподрядчик просит заказчика принять решение о дальнейших действиях исх. №43 от 25.06.2019, генподрядчик приостанавливает работы.

05.07.2019 заказчик выдает измененные листы с новым проектным решением по замене грунта, вместо песчано-гравийной смеси принят скальный грунт с песком л.5 25.18/П-АС от 04.07.2019.

09.07.2019 генподрядчик, изучив выданную вновь проектную документацию, возобновляет работы на объекте исх. №53 от 11.07.2019.

Далее генподрядчик завозит скальный грунт на объект, производится отсыпка котлована, грунтовые воды понимаются выше. Котлован отсыпается слоями по 10 см, но грунт находится в воде, проверить плотность слоя не предоставляется возможным, так как уплотнение производится только грунта оптимальной влажности.

31.07.2019 генподрядчик просит заказчика выдать новое проектное решение, уведомляет о невозможности дальнейшего производства работ.

Заказчик не принимает во внимание приведенные доводы, утверждая, что генподрядчик медлит намеренно.

19.09.2019 генподрядчик повторно просит заказчика оказать содействие и принять решение о дальнейшем производстве работ.

20.09.2019 заказчиком составлен акт комиссионного осмотра, комиссией принято решение о внесении изменений по уплотнению грунта; подписан акт, согласно которому проектировщик должен выдать новое проектное решение до 24.09.2019.

24.09.2019 выдан л.5 25.18/П-АС, где 1й слой грунта принимается не менее 50 см, вместо 10 см, ранее принятых в проекте.

25.09.2019 выдан новый разбивочный план, ситуационная схема, согласно которой, здание необходимо перенести в другое место; новые данные геологических изысканий предоставлены не были, также не произведены изменения сметной документации, увеличился объем земляных работ, а также объем заменяемого грунта.

25.09.2019 заказчик передал подрядчику проектную и рабочую документацию с внесенными изменениями по толщине первого и последующих слоев грунта.

01.10.2019 произведена проверка уплотнения грунта, отсыпанного согласно л.5 от 24.09.2019. Выдан протокол №58 от 01.10.2019 ООО «РУС».

01.10.2019 подрядчик уведомил о приостановлении работ на объекте.

02.10.2019 бюро Геоплан разбит новый котлован согласно проекту, выданному 25.09.2019 лист №2, составлен акт №03, также выдана схема с наложением 2х котлованов (первоначального и измененного).

02.10.2019 генподрядчик направляет уведомление №128 о приостановке работ, в связи с невозможностью достижения проектной плотности грунта 16кН/м3.

15.10.2019 выдано новое проектное решение л.5, где проектировщик согласовывает уплотнение грунта вместо 16 кН/м3, на 14 кН/м3.

22.10.2019 выданы новые проектные решения по организации рельефа, ситуационный план.

30.10.2020 генподрядчик доставил заказчику уведомление (исх.№158) о расторжении государственного контракта, рассмотрении вопроса о заключении соглашения о расторжении контракта и организации приемки строительной площадки.

12.11.2019 генподрядчик направляет заказчику уведомление (исх.№170) с просьбой организовать приемочную комиссию и принять площадку строительства.

26.11.2019 генподрядчик направляет акты выполненных работ заказчику.

Указанный контракт расторгнут в одностороннем порядке по инициативе генподрядчика, о чем в адрес заказчика направлено уведомление № 158 от 30.10.2019.

Мотивом отказа от исполнения договора послужило наличие существенных недостатков в проектно-сметной документации по объекту, не позволяющих своевременно выполнить монтажные работы. Законность и обоснованность решения подрядчика о расторжении государственного контракта подтверждена решением Арбитражного суда Забайкальского края от 19.04.2021 по делу №А78-1030/2020 (л.д.45-48 т.1).

Решение вступило в законную силу, в судебном порядке ответчиком не обжаловалось.

В рамках исполнения государственного контракта № Ф.2019.311919 от 10.06.2019 подрядчиком выполнены общестроительные работы по устройству котлована, в адрес заказчика дважды были направлены документы, подтверждающие осуществление работ: справка по форме КС-3 (от 02.09.2019 № 1, от 28.10.2019 № 1), акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 (от 02.09.2019 № 1, от 28.10.2019 № 1), акт о приемке выполненных paбот по форме КС-3 (от 02.09.2019 № 2, от 28.10.2019 № 2), а также счет-фактура от 28.10.2019 № 28, счет от 28.10.2019 № 28. Общая стоимость выполненных работ составила 1430877 руб. (л.д.49-62 т.1).

Вместе с тем, заказчик работы не оплатил, от подписания документов отказался.

Суд ставил на обсуждение истца и ответчика вопрос о назначении по делу судебной экспертизы, от производства которой стороны отказались, сослались на нецелесообразность ее проведения.

В соответствии с пунктом 3.3. контракта заказчик до 31.06.2019 оплачивает генподрядчику аванс в размере 10% от лимита финансирования, указанного в Графике оплаты выполненных работ (Приложение № 3 к контракту).

Аванс в размере 1265035,10 руб. перечислен подрядчику по платежному поручению № 696241 от 04.07.2019 (л.д.63).

Согласно справке КС-2 от 28.10.2019 № 1 стоимость выполненных работ отражена в размере 1430877 руб., перечисленный заказчиком аванс составил 1265035,10 руб., соответственно сумма компенсации произведенных заказчиком затрат равна 165841,90 руб. (1430877 руб. – 1265035,10 руб.).

С учетом изложенного, на основании статей 309, 310, 702, 711, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации, условий контракта, требование истца о взыскании задолженности за фактически выполненные работы подлежит удовлетворению в размере 165841,90 руб.


Рассмотрев требование истца о взыскании 1400917,28 руб. – неосновательного обогащения, 3791,27 руб. – убытков, 30431,99 руб. – пени, начисленные на сумму основного долга 165841,90 руб. за период с 20.11.2019 по 22.11.2021 с дальнейшим перерасчётом по день фактической оплаты долга, 105974,64 руб. – процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму 1404708,55 руб. (оплата истцом Банку-Гаранту по платежным поручениям на сумму 457933,95 руб., 475618,57 руб., 471156,03 руб., л.д.67-69 т.1) за период с 05.03.2020 по 22.11.2021 с дальнейшим перерасчётом по день фактической оплаты долга, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что в обеспечение принятых на себя обязательств по государственному контракту № Ф.2019.311919 от 10.06.2019, ИП ФИО2 (принципал) заключил с ПАО «Сбербанк России» (гарант) договор о предоставлении банковских гарантий № 2216/86000069/Z1Z3192411241415/19/QD от 28.05.2019 (л.д.4-12 т.2), по условиям которого гарант принял на себя обязательство предоставить по форме, прилагаемой к договору, гарантию исполнения принципалом обязательств по государственному контракту № Ф.2019.311919 от 10.06.2019 в сумме 4152444 руб.

Бенефициаром по указанной гарантии выступает ГКУ «Служба единого заказчика» (пункт 1.1).

ПАО «Сбербанк России» было уведомлено, что ИП ФИО2 признан победителем аукциона (2-3878-ЭА0891200000619003540) на право заключения государственного контракта на строительство объекта «Фельдшерско-акушерский пункт в с. Сохондо Читинского района Забайкальского края», который будет заключен с Государственным казенным учреждением «Служба единого заказчика» Забайкальского края.

По просьбе ИП ФИО2 (принципал) ПАО "Сбербанк России" (гарант) 06 июня 2019 г. выдало для Государственного казенного учреждения «Служба единого Заказчика» Забайкальского края(бенефициар) безотзывную банковскую гарантию № 2216/86000069/Z1Z3192411241415/19/QD-3 по условиям которой до 31.01.2020 обязалось выплатить бенефициару по его письменному требованию сумму, не превышающую 2 617 314 рублей 00 копеек, не позднее 5 (пять) рабочих дней с момента получения письменного требования бенефициара, содержащего указание на то, какие обязательства Принципала по Контракту, обеспеченные гарантией не исполнены им, а также расчет задолженности Принципала перед Бенефициаром на дату предъявления требования и платежные реквизиты бенефициара, необходимые для осуществления Гарантом безналичного платежа по гарантии.

Бенефициар - ГКУ «Служба единого заказчика» Забайкальского края направляло в адрес Принципала - ИП ФИО2 претензии (исх. № 09/3602 от 08 августа 2019 г., исх. № 09/4020 от 04 сентября 2019 г. и исх. № 09/4795 от 11 октября 2019 г.), в которых указало на нарушение сроков производства работ и на недостатки произведенных подрядчиком работ по государственному контракту № Ф.2019.311919 от 10 июня 2019 года.

Кроме, этого 09.12.2019 ГКУ «Служба единого заказчика» Забайкальского края в адрес ИП ФИО2 направило требование о предоставлении отчета об использовании полученного аванса с приложением копий документов, подтверждающих использование денежных средств, в течение 3 рабочих дней с момента получения требования.

20.01.2020 ПАО «Сбербанк России» поступило требование Бенефициара - ГКУ «Служба единого заказчика» Забайкальского края (исх. № 09/172) об осуществлении уплаты денежной суммы по банковского гарантии в размере 1 400 917 руб. 28 коп., в котором ГКУ «Служба единого заказчика» Забайкальского края указало, что подрядчик ИП ФИО2 выплаченный ему аванс в размере 1 265 035,10 руб. не отработал, работы по контракту не приняты, ответ на требование о возврате аванса не поступил, уплаченный аванс генподрядчиком по контракту в добровольном порядке не возвращен, в связи с чем, заказчику причинены убытки, которые согласно банковской гарантии N 2216/86000069/Z1Z3192411241415/19/QD-3 от 06.06.2019, Гарант обязан возместить Бенефициару.

30.01.2020 ПАО «Сбербанк России» исполнил требование Бенефициара и перечислил по реквизитам, указанным в Требовании сумму в размере 1 400 917,28 руб., что подтверждается платежным поручением № 915814 от 30.01.2020.

В соответствии в пунктом 5.8. договора о предоставлении банковских гарантий № 2216/86000069/Z1Z3192411241415/19/QD от 28.05.2019, в случае осуществления Гарантом платежа Бенефициару, Принципал в срок, указанный в пункте 2.7, 2.8 договора, обязан возместить Гаранту сумму произведенного платежа в полном объеме.

Согласно пункту 2.7 в случае осуществления Гарантом платежа Бенефициару по любой из гарантий, указанной в пункте 1.1. договора, Принципал не позднее 3 (трех) месяцев с даты получения (включительно) от Гаранта требования о возмещении платежа, возмещает Гаранту сумму произведенного платежа.

30.01.2020 Гарантом, Принципалу направлено уведомление о поступившем в Банк требовании платежа по гарантии (трек-номер отправления 80089344563583).

Принципалом ИП ФИО2 возмещена Гаранту - ПАО «Сбербанк России» сумма, выплаченная по требованию Бенефициара - ГКУ «Служба единого заказчика» Забайкальского края в следующем порядке:

05.03.2020 - 457 933,95 руб. (платежное поручение № 710074 от 05.03.2020 г.)

30.06.2020 - 475 618,57 руб. (платежное поручение № 390500 от 30.06.2020 г.)

30.07.2020 - 471 156,03 руб. (платежное поручение № 277462 от 30.07.2020 г.).

Всего истец оплатил 1404708,55 руб.

Таким образом, ИП ФИО2 требования банка исполнены, в том числе оплачены проценты.

Истец, полагая, что банковская гарантия вскрыта безосновательно, денежные средства в сумме 1400917,28 руб. (1265035,10 руб. + 135882,18 руб.) получены ГКУ «Служба единого заказчика» необоснованно (л.д. 65 на обороте, л.д. 63 т.1), истец начислил на удерживаемую сумму 1404708,55 руб. (л.д.67-69 т.1) проценты в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Требования бенефициара в силу пункта 1 статьи 374 Гражданского кодекса Российской Федерации об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии.

Ответчик считает, что поскольку истец свои обязательства по контракту не исполнил, то он правомерно обратился в банк с требованием об оплате денежной суммы по банковской гарантии.

Указанный довод судом проверен и отклоняется судом, на основании следующего.

В силу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

На основании части 3 статьи 96 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44- ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» исполнение контракта может обеспечиваться предоставлением банковской гарантии, выданной банком и соответствующей требованиям статьи 45 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», или внесением денежных средств на указанный заказчиком счет, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику. Способ обеспечения исполнения контракта определяется участником закупки, с которым заключается контракт, самостоятельно.

Согласно пункту 4 статьи 96 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» контракт заключается после предоставления участником закупки, с которым заключается контракт, обеспечения исполнения контракта в соответствии с настоящим Федеральным законом.

По смыслу положений Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» обеспечение исполнения контракта к мерам гражданско-правовой ответственности не относится, а размер удержания такого обеспечения в пользу заказчика напрямую зависит от размера имеющихся у него конкретных требований к исполнителю (поставщику, подрядчику).

При этом ни нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, ни нормами Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», а также заключенным сторонами государственным контрактом № Ф.2019.311919 от 10 июня 2019 года не предусмотрено, что неисполнение или ненадлежащее исполнение исполнителем обязательств по контракту является безусловным основанием для удержания заказчиком денежных средств, внесенных в качестве обеспечения исполнения контракта.

Следовательно, обеспечение в виде банковской гарантии на всю названную в ней сумму не является разновидностью неустойки (штрафа) либо иного вида гражданской ответственности, а является зарезервированной суммой для покрытия конкретных убытков, которые могут возникнуть вследствие неисполнения либо ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств по контракту. Целью установления обеспечения по контракту является предоставление возможности заказчику, не прибегая к судебным процедурам, удовлетворить свои требования к исполнителю. Требования в виде договорной неустойки или убытков, возмещаемых за счет банковской гарантии, должны быть доказанными, а их размер не может автоматически признаваться равным сумме гарантии.

Из материалов дела действительно следует, что работы по контракту истцом не сданы в установленный срок, в то время как установленный срок по контракту 01.12.2019 по независящим от генподрядчика причинам.

Разделом 11 контракта предусмотрена ответственность сторон.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что вины генподрядчика в допущенной просрочке нет.

Ответчиком не оспаривается факт того, что удержание спорных средств («раскрытие банковской гарантии») не связано с необходимостью покрыть суммы неустоек, штрафов или убытков.

Вместе с тем, по основаниям, изложенным выше, суд полагает, что указанное толкование правовой природы банковской гарантии, как, фактически, нового, не предусмотренного вида гражданской ответственности за неисполнение обязательств, не соответствует требованиям законодательства.

При таких обстоятельствах, ответчик не имел правовых оснований для обращения к ПАО «Сбербанк России» с требованием об осуществлении платежа в сумме 1265035,10 руб.

Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В силу пункта 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются обстоятельства, когда:

1) имело место приобретение или сбережение имущества на стороне приобретателя;

2) приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, что, как правило, означает уменьшение стоимости имущества потерпевшего вследствие выбытия из его состава некоторой его части или неполучения доходов, на которые потерпевшее лицо правомерно могло рассчитывать.

Факт получения ответчиком денежных средств по банковской гарантии в сумме 1265035,10 руб., подтверждается платежным поручением №696241 от 04.07.2018 (л.д.63 т.1).

Доказательств возврата денежных средств в размере 1265035,10 руб. ответчиком в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено и в материалах дела таковых не имеется.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что у ответчика отсутствовали правовые основания на удержание денежных средств в размере 1265035,10 руб. полученных по банковской гарантии, следовательно, полученные ответчиком денежные средства в заявленном размере, являются неосновательным обогащением, в связи с чем, в отсутствие доказательств возврата перечисленной истцом суммы денежных средств, требования истца о взыскании 1400917,28 руб. (1265035,10 руб. + 135882,18 руб. (л.д.65 на обороте т.1) являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.


Истцом заявлено требование о взыскании убытков в размере 3791,21 руб.

Рассмотрев заявленное требование, суд пришел к следующим выводам.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 названной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено при доказанности факта нарушения стороной обязательств по договору, наличия причинной связи между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением ответчиком обязательства по договору, документально подтвержденного размера убытков. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В соответствии с положениями статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В силу пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 12 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. 45

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно вышеизложенным обстоятельством судом установлено, что ответчик неправомерно воспользовался правом раскрытия банковской гарантии.

В результате неправомерных действий ГКУ «Служба единого заказчика» истец был вынужден выплатить в пользу банка-гаранта не только сумму, выплаченную банком бенефициару, но и проценты за отвлечение денежных средств. Таким образом, генподрядчику причинены убытки в размере уплаченных процентов – 3791,27 руб. (1404708,55 руб. – 1400917,28 руб.).

Указанные расходы ответчика, с учетом выводов, изложенных судом выше, находятся в причинно-следственной связи с неправомерным раскрытием ответчиком банковской гарантии.

При таких обстоятельствах требования истца о взыскании убытков в размере 3791,27 руб. являются законными и обоснованными, а, следовательно, подлежащими удовлетворению.


Кроме того, истец просит взыскать с ответчика в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 05.03.2020 по 22.11.2021 в сумме 105974,64 руб.

Согласно положениям статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) с того времени когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса РФ (в редакции, действующей до 01.08.2016) предусмотрено, что за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 315-ФЗ, действующей с 01.08.2016, размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Поскольку ответчик в нарушение закона неосновательно сберегло за счет истца денежные средства, истец правомерно требует взыскания процентов.

Суд полагает, что истец правомерно начисляет проценты с 05.03.2020, а именно с даты списания денежных средств со счета истца в пользу ПАО «Сбербанк России» (л.д.67-69 т.1).

Расчет процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 105974,64 руб. за период с 05.03.2020 по 22.11.2021 не противоречит условиям договора и положениям статьи 395 Гражданского кодекса РФ, ответчиком не оспорен, контррасчет не представлен.

Судом расчет процентов проверен, признан верным.

Поскольку факт неосновательного обогащения подтверждается материалами дела, суд приходит к выводу о правомерном исчислении истцом процентов в размере 105974,64 руб., согласно представленному расчету к заявлению исковых требований (л.д.6 т.1).


Истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму 105974,64 руб., исчисленные в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса РФ с 23.11.2021 по день фактической оплаты основного долга.

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

При присуждении неустойки по день фактического исполнения обязательства расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, по смыслу пункта 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и части 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве) по ставке, действующей на дату исполнения судебного решения.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденном Президиумом 19.10.2016 (ответ на вопрос 3), разъяснено, что при присуждении неустойки по день фактического исполнения обязательства расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, по смыслу п. 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (ч. 1 ст. 7, ст. 8, п. 16 ч. 1 ст. 64 и ч. 2 ст. 70 Закона об исполнительном производстве) по ставке, действующей на дату исполнения судебного решения.

При этом судебным приставом-исполнителем на основании пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» при начислении неустойки исключается период действия моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами.

Пунктом 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве сроком на 6 месяцев в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, за исключением должников, являющихся застройщиками многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, включенных в единый реестр проблемных объектов по состоянию на дату вступления в силу постановления.

Постановление вступило в силу с момента опубликования 01.04.2022 на официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 3 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойка, пени за просрочку уплаты налога или сбора, а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие. В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Таким образом, поскольку требования истца возникли до введения моратория, то подлежат применению указанные положения.

Указанные нормы и разъяснения подлежат применению также и к органам исполнительной власти, органам местного самоуправления, бюджетным организациям (в данном случае - к ответчику по делу), исходя из основополагающего принципа признания равенства участников регулируемых гражданским законодательством отношений (статьи 1, 124, 125 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом приведенного регулирования и разъяснений, требование истца о последующем взыскании неустойки с 23.11.2021 по день фактической оплаты долга подлежит удовлетворению со следующего дня по окончании действия моратория, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» до момента фактического исполнения основного обязательства.

На основании изложенного, требование о взыскании процентов на сумму 105974,64 руб., исчисленные в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса РФ с 23.11.2021 по день фактической оплаты основного долга, суд полагает законным и обоснованным.


Истец заявил о взыскании неустойки с перерасчетом по день фактической оплаты долга.

В соответствии с частью 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно статье 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

На основании пункта 11.2.3 государственного контракта установлено, что пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения заказчиком обязательства, предусмотренного Контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного Контрактом срока исполнения обязательства, в размере одной трехсотой действующей па дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы.

Истец начислил ответчику неустойку за период с 20.11.2019 по 22.11.2021 в размере 30431,99 руб. (расчет представлен, л.д.6 т.1).

Проверив расчет истца, суд признает его арифметически и методологически верным. Расчет произведен исходя из суммы выполненных работ 165841,90 руб.

Требование истца о взыскании неустойки признается судом обоснованным и подлежащим удовлетворению в заявленном размере.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истца о взыскании суммы основного долга, неосновательного обогащения, убытков, процентов и неустойки исходя из того, что истцом доказан факт выполнения работ по контракту, при этом доказательств оплаты данных работ ответчиком не представлено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Государственного казенного учреждения "Служба единого заказчика" Забайкальского края (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) стоимость фактически выполненных работ по государственному контракту №Ф.2019.311919 от 10 июня 2019 года в сумме 165841,90 руб., неосновательное обогащение в сумме 1400917,28 руб., убытки в сумме 3791,27 руб., пени за период с 20.11.2019 по 22.11.2021 в сумме 30431,99 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 05.03.2020 по 22.11.2021 в сумме 105974,64 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 30070 руб., всего – 1737027,08 руб.

Начиная с 23.11.2021, производить начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму задолженности по неосновательному обогащению и убыткам (1404708,55 руб.) по день фактического исполнения обязательств по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением периода действия моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвёртый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня принятия.



Судья Л.В. Бочкарникова