Решение от 18 июня 2021 г. по делу № А70-12901/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-12901/2020
г. Тюмень
18 июня 2021 года
Резолютивная часть решения оглашена 10 июня 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 18 июня 2021 года

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Соловьева К.Л. рассмотрел дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к Муниципальному унитарному предприятию «Уренгойское городское хозяйство» муниципального образования город Новый Уренгой о взыскании 685443,25 рублей, при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «КонтинентСеверСтрой» и по встречному иску Муниципального унитарного предприятия «Уренгойское городское хозяйство» муниципального образования город Новый Уренгой к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 264896,21 рублей,

при ведении протокола судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

от истца: не явились, извещены,

от ответчика: ФИО3 – на основании доверенности,

от третьих лиц: не явились, извещены,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО4, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Тюменской области с иском к Муниципальному унитарному предприятию «Уренгойское городское хозяйство» муниципального образования город Новый Уренгой (далее – ответчик, МУП «УГХ», предприятие) о взыскании суммы основного долга по договору от 01.07.2019 №1504 в размере 666250 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 19193,25 рублей, а также процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического исполнения обязательства.

Исковые требования со ссылками на статьи 395, 779, 781, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по оплате оказанных услуг.

Определением от 10.08.2020 исковое заявление принято судом в порядке упрощенного производства.

Ответчиком представлен отзыв на иск, в котором предприятие признало оказание предпринимателем услуг на общую сумму 1084250 рублей, а также, с учетом частичной оплаты, подтвердило наличие задолженности предприятия перед предпринимателем в размере 552500 рублей.

С требованием о взыскании стоимости услуг на сумму 113750 рублей (акты от 31.08.2019 и от 12.09.2019) предприятие не согласно, в связи отсутствием доказательств, подтверждающих фактическое оказание услуг.

В ходе производства по делу, МУП «УГХ» обратилось в суд со встречным исковым требованием к ИП ФИО4 о взыскании денежных средств в размере 264896,21 рублей, в том числе 133396,21 рублей упущенной выгоды, а также 131500 рублей реального ущерба.

ИП ФИО4 с требованиями встречного иска не согласился, указал отсутствие причинно-следственной связи между поломкой бульдозера и причиненными МУП «УГХ» убытками.

В связи с принятием встречного искового заявления к производству, суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «КонтинентСеверСтрой» (далее – ООО «КСС»), временный управляющий, далее конкурсный управляющий МУП «УГХ» ФИО5, посредством извещения.

В ходе производства по делу, ИП ФИО4 уточнил заявленные требования первоначального иска в части взыскания процентов, просит взыскать проценты по состоянию на 11.02.2021 в размере 44520,05 рублей.

Руководствуясь ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд принял изменение иска, поскольку оно не противоречит закону и не нарушает права других лиц.

В судебном заседании 03.06.2021 объявлен перерыв до 10.06.2021, информация о котором размещена в карточке дела № А70-12901/2020 в сервисе «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте: http://kad.arbitr.ru/.

После перерыва судебное заседание продолжено 10.06.2021 в назначенное время, в том же составе суда, с участием представителя ответчика.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы отзыва на первоначальный иск и требования встречного иска.

Истец и третьи лица, надлежащим образом в соответствии со ст.ст. 121, 123 АПК РФ, извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем, суд на основании ст. 156 АПК РФ счел возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения участвующих в деле лиц, оценив представленные доказательства, суд считает первоначальные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 63 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения наступают следующие последствия: требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику.

В силу п. 1 ст. 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства срок исполнения возникших до открытия конкурсного производства денежных обязательств и уплаты обязательных платежей должника считается наступившим; прекращается начисление процентов, неустоек (штрафов, пеней) и иных санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей, а также процентов, предусмотренных настоящей статьей; все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в пункте 1 статьи 134 данного Федерального закона, и требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства.

Согласно п. 1 ст. 134 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» вне очереди за счет конкурсной массы погашаются требования кредиторов по текущим платежам преимущественно перед кредиторами, требования которых возникли до принятия заявления о признании должника банкротом.

Под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом (п. 1 ст. 5 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пунктах 1 и 2 постановления от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» разъяснил, что в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Закона о банкротстве денежные обязательства относятся к текущим платежам, если они возникли после даты принятия заявления о признании должника банкротом, то есть даты вынесения определения об этом.

Судам при применении данной нормы необходимо учитывать, что в силу ст. 2 Закона о банкротстве под денежным обязательством для целей этого закона понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному основанию, предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации (в связи с предоставлением бюджетного кредита юридическому лицу, выдачей государственной или муниципальной гарантии и т.п.).

В силу абз. 2 п. 1 ст. 5 Закона о банкротстве возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

Согласно абз. 2 п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из положений абзаца пятого пункта 1 статьи 4, пункта 1 статьи 5 и пункта 3 статьи 63 Закона о банкротстве в редакции Закона № 296-ФЗ текущими являются только денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после возбуждения дела о банкротстве. В связи с этим, денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, независимо от срока их исполнения, не являются текущими.

Как установлено судом, определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 03.09.2019 (резолютивная часть от 27.08.2019) по делу №А81-5995/2017 в отношении МУП «УГХ» введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев, внешним управляющим утверждена ФИО6

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09.03.2021 МУП «УГХ» признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Таким образом, с учетом указанного ИП ФИО4 периода возникновения задолженности, данное денежное обязательство истца относится к текущим платежам.

Следовательно, требование подлежит рассмотрению в рамках искового производства.

Как следует из материалов дела, 01 июля 2019 года между ИП ФИО4 (исполнитель) и МУП «УГХ» (заказчик) заключен договор на оказание услуг специализированным автотранспортом №1504.

В соответствии с п. 1.1 договора, исполнитель по заявке заказчика обязуется оказать услуги бульдозером Б-10МБ.0121-2В4, стоимостью 2500 рублей машино-час (приложение №1).

Согласно п. 1.4 договора, место оказания услуг по договору:

- полигон по захоронению ТБО, расположенный в 14 км к юго-востоку от г. Новый Уренгой;

- полигон р-н Коротчаево;

- время 1 рейса – по факту.

Согласно п. 2.1 договора, оплата за услуги производится заказчиком ежемесячно, в течение 20 календарных дней с момента предоставления оригиналов счета-фактуры и акта выполненных работ-услуг либо универсального передаточного документа (УПД).

Окончательный расчет за услуги по договору производится за фактически отработанные техникой машино-часы по заявке заказчика. Фактически отработанные машино-часы подтверждаются путевыми листами. Путевые листы скрепляются печатью и подписываются ответственным лицом со стороны заказчика (п. 2.2 договора).

Во исполнение условий договора, ИП ФИО4 были оказаны услуги МУП «УГХ» на общую сумму 1198000 рублей, что подтверждается актами сдачи-приемки работ (услуг) от 02.07.2019 №12, от 12.07.2019 №13, от 31.07.2019 №15, от 31.07.2019 №14, от 05.08.2019 №16, от 13.08.2019 №17, от 31.08.2019 №18, от 12.09.2019 №19.

Акты сдачи-приемки работ (услуг) от 02.07.2019 №12, от 12.07.2019 №13, от 31.07.2019 №15, от 31.07.2019 №14, от 05.08.2019 №16, от 13.08.2019 №17 подписаны без замечаний уполномоченными представителями сторон.

Вместе с тем, акты сдачи-приемки работ (услуг) от 31.08.2019 №18 и от 12.09.2019 №19 на общую сумму 113750 рублей подписаны ИП ФИО4 в одностороннем порядке.

Письмом от 03.06.2020 ИП ФИО4 направил в адрес МУП «УГХ» указанные акты для их подписания и оплаты.

Получив письмо, МУП «УГХ», указанные акты не подписало.

Между тем, МУП «УГХ» была произведена частичная оплата оказанных услуг на сумму 531750 рублей, в связи с чем, задолженность МУП «УГХ» перед ИП ФИО4, как считает истец, составила 666250 рублей.

В связи с неполной оплатой, ИП ФИО4, в порядке досудебного урегулирования спора, в адрес МУП «УГХ» была направлена претензия с требованием оплаты оказанных услуг.

В ответе на претензию МУП «УГХ» указало ИП ФИО4 на отказ в принятии и подписании актов от 31.08.2019 №18, от 12.09.2019 №19, а также на ненадлежащее исполнением последним обязательств по договору, в связи с чем, предприятие понесло убытки, связанные с невозможностью принятия ТБО на полигон, и необходимостью заключения замещающей сделки.

Поскольку досудебный порядок урегулирования спора, инициированный и реализованный истцом, не принес положительного результата, ИП ФИО4 обратился в Арбитражный суд Тюменской области с первоначальным иском.

В соответствии со ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Согласно ст.ст. 779, 781 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги, а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Как указано судом, МУП «УГХ» признало оказанные ИП ФИО4 услуги по актам от 02.07.2019 №12, от 12.07.2019 №13, от 31.07.2019 №15, от 31.07.2019 №14, от 05.08.2019 №16, от 13.08.2019 №17 на общую сумму 1084250 рублей.

Таким образом, с учетом частичной оплаты, ответчик подтвердил под протокол судебного заседания и с учетом представленного отзыва, наличие задолженности МУП «УГХ» перед ИП ФИО4 в сумме 552500 рублей, в связи с чем, данное обстоятельство в силу ч. 3 ст. 70 АПК РФ дальнейшему доказыванию не подлежит.

Вместе с тем, акты от 31.08.2019 №18 и от 12.09.2019 №19 ответчиком не подписаны.

Относительно одностороннего характера данных актов, суд считает необходимым указать следующее.

В соответствии со ст. 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде, если это не противоречит ст.ст. 779 - 782 кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

По смыслу ст. 711 ГК РФ обязанность оплаты работ возникает у заказчика непосредственно после их приемки у подрядчика.

Согласно ст. 702 ГК РФ, по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

По смыслу ст. 711 ГК РФ обязанность оплаты работ возникает у заказчика непосредственно после их приемки у подрядчика.

Кроме того, п. 1 ст. 720 ГК РФ, с учетом применения данной статьи к договору возмездного оказания услуг на основании статьи 783 ГК РФ, предусмотрена обязательная приемка оказанных исполнителем заказчику услуг, которая удостоверяется составленными обеими сторонами договора актом приемки-передачи оказанных услуг или иным аналогичным документом, подтверждающим совершение соответствующей хозяйственной операции.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 №51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», применяемого в рассматриваемом случае по аналогии, основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

Частью 4 ст. 753 ГК РФ предусмотрено, что сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (абз. 2 ч. 4 ст. 753 ГК РФ).

Положения ГК РФ предусматривают возможность составления одностороннего акта сдачи-приемки оказания услуг, защищая интересы исполнителя, если заказчик необоснованно отказался от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку.

В связи с чем, при необоснованном отказе заказчика от подписания, направленного ему исполнителем акта оказанных услуг, односторонний акт также может быть надлежащим подтверждением фактического оказания услуг на указанную в этом акте сумму.

Обязанность доказывания обоснованности мотивов отказа от приемки оказанных услуг возложена законом на МУП «УГХ». При непредставлении таких доказательств заказчиком односторонний акт оказанных услуг является основанием для оплаты в порядке, предусмотренном статьей 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как работы считаются принятыми.

В связи с этим, в рамках настоящего дела подлежат исследованию и оценке мотивы отказа ответчика от приемки оказанных услуг.

Согласно п. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, с учетом требований ст. 68 АПК РФ, устанавливающей, что обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу ч. 1 ст. 64 и ст.ст. 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Ответчик, возражая против подписания спорных актов, указывает на то, что услуги на указанную в них сумму ИП ФИО4 не оказывались.

По смыслу ст.ст. 711 и 779 ГК РФ, предъявляя требования о взыскании с заказчика стоимости оказанных услуг (выполненных работ), исполнитель должен доказать факт оказания услуг и их стоимость. Отказ заказчика от оплаты фактически оказанных ему услуг не допускается (ст.ст. 309, 310 ГК РФ).

Как следует из п. 1.5.4 договора, исполнитель обязан осуществлять ведение учета оказанных услуг.

Согласно п. 2.2 договора, окончательный расчет за услуги по договору производится за фактически отработанные техникой машино-часы по заявке заказчика. Фактически отработанные машино-часы подтверждаются путевыми листами. Путевые листы скрепляются печатью и подписываются ответственным лицом со стороны заказчика.

В данном случае, исходя из буквального толкования условий договора, фактическое оказание услуг подтверждается путевыми листами, подписанными ответственным лицом со стороны заказчика.

Вместе с тем, представитель ИП ФИО4 в судебном заседании указал на невозможность представления путевых листов, в связи с их утерей.

Иных доказательств, подтверждающих фактическое оказание услуг по спорным актам, ИП ФИО4 в материалы дела не представлено (ст.ст. 9, 65, 68 АПК РФ).

Таким образом, в отсутствие иных надлежащих доказательств, подтверждающих фактическое оказание услуг, а также оспаривание МУП «УГХ» самого факта оказания услуг, суд не может признать акты от 31.08.2019 №18 и от 12.09.2019 №19, подписанные ИП ФИО4 в одностороннем порядке в качестве доказательств, подтверждающих им оказание услуг на сумму 113750 рублей, в связи с чем, отказывает в удовлетворении заявленных требований в данной части.

С учетом изложенного, оценив представленные в материалы дела сторонами доказательства в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ИП ФИО4 подлежат частичному удовлетворению в размере 552500 рублей.

В связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по оплате оказанных услуг, истцом заявлено уточненное требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 44520,05 рублей.

Рассмотрев данное требование, суд считает его подлежащим частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно п. 1 ст. 401 ГК РФ обязательным условием ответственности лица, не исполнившего обязательства либо исполнившего его ненадлежащим образом, является наличие у него вины; лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ).

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что отсутствие вины ответчика в допущенном нарушении сроков не доказано.

Поскольку факт просрочки исполнения ответчиком своих обязательств по оплате оказанных услуг установлен судом, требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами являются обоснованными.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований в части суммы основного долга, судом, с учетом условий договора и положений ст. 190-193 ГК РФ, определяющих порядок окончания срока в нерабочий день, произведен перерасчет процентов, размер которых составил 44026,79 рублей.

Согласно абзацу четвертому пункта 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» к размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 ГК РФ, по общему правилу, положения статьи 333 ГК РФ не применяются (пункт 6 статьи 395 ГК РФ).

Таким образом, заявленное требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами является обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению в сумме 44026,79 рублей.

Судебные расходы по уплате госпошлины суд распределяет в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Рассмотрев встречный иск, содержащиеся в материалах дела доказательства, заслушав пояснения участвующих в деле лиц, суд признает его подлежащим частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 01 июля 2019 года между ИП ФИО4 (исполнитель) и МУП «УГХ» (заказчик) заключен договор на оказание услуг специализированным автотранспортом №1504.

В соответствии с п. 1.1 договора, исполнитель по заявке заказчика обязуется оказать услуги бульдозером Б-10МБ.0121-2В4, стоимостью 2500 рублей машино-час (приложение №1).

Согласно п. 1.4 договора, место оказания услуг по договору:

- полигон по захоронению ТБО, расположенный в 14 км к юго-востоку от г. Новый Уренгой;

- полигон р-н Коротчаево;

- время 1 рейса – по факту.

Согласно п.п. 1.5.1., 1.5.3 договора, исполнитель обязан предоставить для оказания услуг технику в состоянии, пригодном для ее эксплуатации согласно назначению. Самостоятельно и за свой счет производить заправку техники горюче-смазочными материалами, производить обслуживание и ремонт техники.

Как утверждает МУП «УГХ», в период с 05.09.2019 по 02.11.2019 оказание услуг по договору ИП ФИО4 не производилось, в связи с поломкой бульдозера, что подтверждается актами осмотра от 05.09.2019, от 20.09.2019, от 25.09.2019, от 02.11.2019.

Простой техники составил 53 дня. После этого, 02.11.2019 бульдозер был вывезен с территории МУП «УГХ».

В связи с неисправностью бульдозера, МУП «УГХ» было вынуждено прекратить прием ТБО в период с 18.09.2020 по 24.09.2020, что подтверждается приказами МУП «УГХ» №78 от 18.09.2019, №83 от 24.09.2019.

Таким образом, как утверждает истец по встречному иску, в связи с закрытием полигона в период с 18.09.2019 по 24.09.2019, МУП «УГХ» лишилось дохода, который могло бы получить, в случае надлежащего исполнения ИП ФИО4 своих обязательств по договору.

В соответствующий период прошедшего года, МУП «УГХ» реализовало талоны на сдачу ТБО на сумму 3524,40 рублей, что подтверждается УПД от 18.09.2019 №1756, тогда как за аналогичный период в 2018 году доход МУП «УГХ» составил 136920,61 рублей.

Таким образом, как считает истец по встречному иску, размер упущенной выгоды за период с 18.09.2019 по 24.09.2019 составил 133396,21 рублей.

Кроме того, в связи с неустранением ИП ФИО4 неисправностей бульдозера и отсутствием замены на аналогичную технику, у МУП «УГХ» возникла необходимость поиска иного исполнителя.

В результате чего, 20.09.2019 между МУП «УГХ» и ООО «КСС» был заключен договор аренды строительной техники без экипажа № 20/09/2019, в соответствии с которым ООО «КСС» передало МУП «УГХ» в аренду бульдозер KOMATSU DI55A-5.

Размер арендной платы составил 3000 рублей в час.

Разница между стоимостью оказания услуг, согласованной в договоре с ИП ФИО4 и стоимостью оказания услуг по замещающему договору с ООО «КСС», с которым МУП «УГХ» было вынуждено заключить договор ввиду ненадлежащего исполнения ИП ФИО4 обязательств по договору № 1504, составляет 500 рублей в час (реальный ущерб).

Согласно актам от 30.09.2019 №25 и от 31.10.2019 №30 ООО «КСС» было отработано 263 часа. Сумма реального ущерба (уменьшения имущественной массы МУП УГХ) за период с 20.09.2019 по 02.11.2019 составила 131500 рублей (263 часа * 500 рублей).

Таким образом, как указывает предприятие, в связи с невозможностью использования специализированной техники и, соответственно, транспортировки, уплотнения ТБО, МУП УГХ причинены убытки в виде реального ущерба и упущенной выгоды.

В связи с чем, МУП «УГХ» в адрес ИП ФИО4 была направлена претензия, в которой было указано на ненадлежащее исполнением последним обязательств по договору, в связи с чем, предприятие понесло убытки в виде реального ущерба и упущенной выгоды.

Поскольку требования претензии ИП ФИО4 не были удовлетворены, МУП «УГХ» обратилось в суд со встречным исковым заявлением.

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление №7), в состав убытков согласно статьям 15, 393 ГК РФ входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Положениями ст. 393 ГК РФ предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с п. 3 Постановления № 7 при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

Предметом доказывания по требованию о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательств по договору, являются: нарушение ответчиком принятых по договору обязательств, причинно-следственная связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, размер убытков, возникших у истца в связи с нарушением ответчиком своих обязательств.

Согласно п. 5 Постановления № 7 по смыслу ст.ст. 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статьи 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Согласно пункту 12 постановления № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как указано судом, МУП «УГХ» в обоснование заявленных требований ссылается на ненадлежащее исполнение ИП ФИО4 условий договора, а именно несоблюдение последним обязательств по поддержанию эксплуатационного состояния специализированной спецтехники, что привело к ее поломке и невозможности дальнейшего использования, в связи с чем, МУП «УГХ» причинены убытки в виде реального ущерба и упущенной выгоды.

Возражая на заявленные требования, ИП ФИО4 указал на отсутствие причинно-следственной связи между поломкой бульдозера и причиненными МУП «УГХ» убытками.

В силу ч. 1 ст. 64 и ст.ст. 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Рассмотрев требование МУП «УГХ» о взыскании убытков в виде упущенной выгоды в размере 133396,21 рублей, суд считает его необоснованным и не подлежащим удовлетворению, по следующим основаниям.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указывается, что по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (пункт 3 Постановления № 7).

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным ответчиком нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 № 18-КГ15-237).

Таким образом, для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить, были ли приняты истцом все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления, и только допущенное ответчиком нарушение обязательств стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Как указывает МУП «УГХ», не устранение ИП ФИО4 неисправности бульдозера повлекло за собой невозможность оказания услуг по договору, что в свою очередь привело к критическому накоплению ТБО на полигоне, в связи с чем, МУП «УГХ» было вынуждено прекратить прием ТБО в период с 18.09.2020 по 24.09.2020, что подтверждается приказами от 18.09.2019 №78, от 24.09.2019 №83.

Рассмотрев указанные документы, суд отмечает следующее.

Согласно приказу МУП «УГХ» от 18.09.2019 №78 «Об ограничении приема твердых бытовых отходов для захоронения на полигоне» фактическое состояние полигона по захоронению ТБО по состоянию на 18.09.2019 не отвечает требованиям природоохранного законодательства, отсутствует необходимая техника для надлежащей работы на полигоне, отсутствует на ближайший период план муниципального образования г. Новый Уренгой по мероприятиям рекультивации и закрытию полигона.

Далее, согласно указанному приказу, в связи с недопущением аварийных ситуаций при приеме отходов на полигоне, недопущения привлечения к административной ответственности и гражданской ответственности, прием ТБО был ограничен для захоронения на полигоне – до особого распоряжения, с учетом принятого решения заседания чрезвычайной комиссии при администрации муниципального образования г. Новый Уренгой.

Вместе с тем, согласно данному указу, с 18.09.2019 прием ТБО осуществлялся от ООО «Инновационные технологии», имеющей статус регионального оператора и от организаций осуществляющих обеспечение в части сбора и транспортировки ТКО на полигон от социально-культурных организаций – АО «УЖС», прием от иных организаций приостановлен.

Исходя из изложенного, следует, что основанием для приостановки принятия ТБО на полигон послужило не только отсутствие необходимой техники для надлежащей работы на полигоне (при этом отсутствует указание на нерабочее состояние именно бульдозера ИП ФИО4), но и иные обстоятельства, в том числе и отсутствие на ближайший период плана муниципального образования г. Новый Уренгой по мероприятиям рекультивации и закрытию полигона.

Далее, как следует из указанного приказа, прием ТБО частично осуществлялся, что в свою очередь свидетельствует о возможности использования необходимой техники, в том числе и предпринимателя, при отсутствии доказательств обратного.

Таким образом, утверждения МУП «УГХ» о том, что приостановление приемки ТБО вызвано только неисправностью бульдозера, принадлежащего ИП ФИО4, являются несостоятельными.

Определениями от 11.03.2021 и от 18.03.2021 суд предложил сторонам представить решение чрезвычайной комиссии при администрации МО г. Новый Уренгой на наличие, которого, указано в приказе об ограничении приема твердых бытовых отходов для захоронения на полигоне от 18.09.2019.

Во исполнение определения суда в материалы дела представлено письмо Администрации города Новый Уренгой, из которого следует, что комиссией по предупреждению и ликвидаций чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности в муниципального образовании город Новый Уренгой в указанный период 2019 года решения об ограничении приема отходов на полигон ТБО не принималось.

Следовательно, суд приходит к выводу, что возложение на ИП ФИО4 ответственности за приостановку МУП «УГХ» приемки ТБО на полигоне в период с 18.09.2020 по 24.09.2020 по причине неисправности бульдозера, принадлежащего ИП ФИО4, является необоснованным.

Таким образом, при указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о недоказанности МУП «УГХ» совокупности обстоятельств, необходимых для удовлетворения требования о взыскании убытков в виде упущенной выгоды, в связи с чем, отказывает в удовлетворении данного требования.

Рассмотрев требования МУП «УГХ» о взыскании убытков в виде реального ущерба в размере 131500 рублей, суд считает их правомерными и подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации приведенных в пункте 12 постановления от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» если кредитор заключил замещающую сделку взамен прекращенного договора, он вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям замещающей сделки (пункт 1 статьи 393.1 ГК РФ). Кредитором могут быть заключены несколько сделок, которые замещают расторгнутый договор, либо приобретены аналогичные товары или их заменители в той же или в иной местности и т.п.

Добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307, статья 393.1 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 11 Постановления № 7, по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и

Должник вправе представить доказательства того, что кредитор действовал недобросовестно и/или неразумно и, заключая замещающую сделку, умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (пункт 1 статьи 404 ГК РФ). Например, должник вправе представлять доказательства чрезмерного несоответствия цены замещающей сделки текущей цене, определяемой на момент ее заключения по правилам пункта 2 статьи 393.1 ГК РФ.

Заключение замещающей сделки до прекращения первоначального обязательства не влияет на обязанность должника по осуществлению исполнения в натуре и на обязанность кредитора по принятию такого исполнения (пункт 3 статьи 308 ГК РФ). Кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценами в первоначальном договоре и такой замещающей сделке при условии, что впоследствии первоначальный договор был прекращен в связи с нарушением обязательства, которое вызвало заключение этой замещающей сделки (пункт 13 Постановления № 7).

Как указано выше, следствием ненадлежащего исполнения договорных обязательств со стороны ИП ФИО4, выразившихся в необеспечении надлежащего технического состояния бульдозера, стала необходимость срочного поиска специализированной техники у иного контрагента и заключение с ним замещающего договора.

В результате чего, 20.09.2019 между МУП «УГХ» и ООО «КСС» был заключен договор аренды строительной техники без экипажа № 20/09/2019, в соответствии с которым ООО «КСС» передало МУП «УГХ» в аренду бульдозер KOMATSU DI55A-5.

Размер арендной платы составил 3000 рублей в час.

Разница между стоимостью оказания услуг, согласованной в договоре с ИП ФИО4 и стоимостью оказания услуг по замещающему договору с ООО «КСС», с которым МУП «УГХ» было вынуждено заключить договор ввиду ненадлежащего исполнения ИП ФИО4 обязательств по договору № 1504, составляет 500 рублей в час.

В период с 20.09.2019 по 02.11.2019 ООО «КСС» было отработано 263 часа, что подтверждается актами от 30.09.2019 №25 и от 31.10.2019 №30.

Платежными поручениями от 17.10.2019 №862 и от 02.12.2019 №930 МУП «УГХ» произведена оплата оказанных ООО «КСС» услуг.

Таким образом, материалами дела подтверждается тот факт, что в связи с поломкой бульдозера, принадлежащего ИП ФИО4, и дальнейшей невозможностью его использования, истец понес расходы по аренде аналогичной строительной техники для осуществления своей деятельности.

Доказательств обратного, ответчиком в материалы дела в порядке ст.ст. 65, 68 АПК РФ не представлено, что свидетельствует об отсутствии иной причинно-следственной связи между неисправностью бульдозера, принадлежащего ИП ФИО4, и возникшими у МУП «УГХ» убытками, связанными с необходимостью заключения замещающего договора.

Кроме того, с учетом представленных доказательств, при отсутствии иных со стороны ответчика, суд отмечает, что истцом были осуществлены все приготовления, направленные на уменьшение данных убытков, путем заключения договора аренды строительной техники без экипажа от 20.09.2019 №20/09/2019.

В данном случае, удовлетворяя данное требование, суд учитывает, помимо изложенного, позицию Верховного суда, содержащуюся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, согласно которому, устанавливая причинную связь между нарушением обязательства и убытками, необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям могло привести подобное нарушение в обычных условиях гражданского оборота. Если убытки, возмещения которых требует кредитор, являются обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и убытками, доказанными кредитором, предполагается.

Применительно к данной ситуации, указанного обзора Верховного суда РФ, в результате ненадлежащего исполнения своих обязательств ответчиком по встречному иску, МУП «УГХ», в связи неисправностью бульдозера, принадлежащего ИП ФИО4, было вынуждено платить арендную плату за аналогичную технику, тогда как в случае, если бы последним была предоставлена техника в состоянии пригодном для ее эксплуатации или произведена своевременная замена бульдозера, на что вправе был рассчитывать заказчик, у него не возникло бы необходимости в заключении замещающего договора и уплате арендной платы за аналогичную технику в завышенном размере.

Доводы предпринимателя о том, что в его адрес от МУП «УГХ» не направлялись претензии относительно ненадлежащей работы техники, а также уведомления о необходимости ее замены, являются несостоятельными и судом отклоняются, поскольку условиями договора установлена обязанность исполнителя предоставить заказчику технику в состоянии пригодном для ее эксплуатации, а также производить ее обслуживание и ремонт.

Относительно довода ИП ФИО4 о том, что на полигоне ТБО помимо арендованной спецтехники работала техника, принадлежащая МУП УГХ, суд отмечает следующее.

Согласно представленным в материалы дела путевым листам за период август-сентябрь 2019 года, на полигоне ТБО действительно использовалась техника, принадлежащий МУП «УГХ», а именно использовался погрузчик CLG 835.

Как следует из пояснений истца по встречному иску, в связи с неисправностью бульдозера, на полигоне временно, до заключения замещающего договора, работал погрузчик CLG 835, который использовался для уплотнения и разравнивания по поверхности карты поступающих отходов.

Поскольку погрузчик CLG 835 не был предназначен для постоянной работы по уплотнению и разравниванию, то после заключения замещающего договора на полигоне работал арендованный бульдозер KOMATSU.

Указанные обстоятельства также подтверждаются служебными записками главного инженера МУП «УГХ» ФИО8 и старшего мастера ФИО9, которые пояснили, что бульдозер Б.10МБ, принадлежащий ИП ФИО4 с середины августа 2019 года до конца октября - начало ноября 2019 года не работал, а его функции временно выполнял погрузчик CLG 835 в период с середины августа 2019 года по конец сентября 2019 года. Также данные лица указали на то, что после погрузчика начал работать бульдозер KOMATSU. Точные даты работ назвать не могут из-за давности событий.

Как установлено судом, Бульдозер KOMATSU, о котором указал ФИО9, принадлежит ООО «КСС», с которым и был заключен договор № 20/09/2019.

Ссылка ИП ФИО4 на представленные им выписки из копии журнала учета отходов для сторонних организаций, которыми, по его мнению, подтверждается работа бульдозера до 02.02.2019, судом не принимается.

Как следует из материалов дела и пояснений истца по встречному иску, подлинный экземпляр журнала, как и какие-либо его копии в МУП «УГХ» отсутствует, что подтверждается служебными записками сотрудников предприятия.

Между тем, представитель ответчика по встречному иску в судебном заседании не смог пояснить обстоятельства получения ИП ФИО4 выписок из копии журнала учета отходов.

Таким образом, в соответствии со ст.ст. 67, 68, ч.ч. 8, 9 ст. 75 АПК РФ суд не может принять представленные предпринимателем выписки из копии журнала учета отходов, в отсутствие подлинного экземпляра, в качестве относимого и допустимого доказательства по делу, с учетом, в том числе, возражений стороны.

С учетом изложенного, оценив представленные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о доказанности истцом размера убытков в виде реального ущерба (замещающая сделка) и факта их причинения действиями ответчика по встречному иску, в связи с чем, требования МУП «УГХ» в данной части, подлежат удовлетворению в размере 131500 рублей.

На основании изложенного, встречные исковые требования МУП «УГХ» о взыскании с ИП ФИО4 убытков в виде упущенной выгоды и реального ущерба подлежат частичному удовлетворению в размере 131500 рублей.

Довод МУП «УГХ» о невозможности учета встречных требований, подлежит отклонению с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 19 Обзора Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04.07.2018, согласно которой действия, направленные на установление сальдо взаимных предоставлений в рамках одного договора, не являются сделкой, которая может быть оспорена по правилам статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ввиду отсутствия такого квалифицирующего признака как получение стороной предпочтения.

Аналогичный вывод вытекает из смысла разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», подтверждается правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744, от 28.10.2019 N 305-ЭС19-10064, от 11.06.2020 N 305-ЭС19-18890, от 15.10.2020 N 302-ЭС20-1275, от 27.10.2020 N 305-ЭС20-10019, от 10.12.2020 N 306-ЭС20-15629, от 10.03.2021 №305-ЭС20-21422.

Принимая во внимание изложенное, с учетом проведенного сальдирования, требования ИП ФИО4 подлежат частичному удовлетворению.

Судебные расходы по уплате госпошлины суд распределяет в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Первоначальный иск удовлетворить частично.

Встречный иск удовлетворить частично.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Уренгойское городское хозяйство» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 денежные средства в размере 464526,79 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 10317 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тюменской области.

Судья

Соловьев К.Л.