Постановление от 12 апреля 2024 г. по делу № А60-22773/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1144/24

Екатеринбург

12 апреля 2024 г.


Дело № А60-22773/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 05 апреля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 апреля 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Кочетовой О.Г., Шершон Н.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» (далее – Банк) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 по делу № А60-22773/2023 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании 03-05.04.2024 приняла участие лично финансовый управляющий ФИО1 (далее – управляющий).


Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.05.2023 принято к производству заявление ФИО2, ФИО3 (далее – должники) о признании их несостоятельными (банкротами), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 21.06.2023 заявления ФИО2, ФИО3 о признании их банкротами признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов граждан-должников; финансовым управляющим имуществом должников утверждена ФИО1

В арбитражный суд 30.06.2023 поступило заявление Банка о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 2 531 136 руб. 37 коп., как обеспеченное залогом имущества должников – квартирой, расположенной по адресу: <...>, кв. *.

В рамках данного спора в арбитражный суд от должников поступило ходатайство об утверждении мирового соглашения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.11.2023 утверждено мировое соглашение между ФИО2, ФИО3 и Банком, в редакции, представленной в суд 29.09.2023; в удовлетворении заявления Банка о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 2 531 136 руб. 37 коп., как обеспеченного залогом имущества должников – квартиры отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 определение суда первой инстанции изменено, резолютивная часть определения изложена в следующей редакции:

«Включить требование Банка в размере 2 531 136 руб. 37 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов должников ФИО2 и ФИО3, как обеспеченное залогом имущества - квартиры, расположенной по адресу: <...>, кв. *.

Утвердить локальный план реструктуризации требования Банка в размере 2 531 136 руб. 37 коп., обеспеченного залогом имущества должника, в редакции, представленной в Арбитражный суд Свердловской области 29.09.2023».

В кассационной жалобе Банк просит указанные судебные акты отменить в части утверждения локального плана реструктуризации, ссылаясь на отсутствие в проекте мирового соглашения источника погашения долга, а также на нарушение его прав предложенной редакцией плана реструктуризации, поскольку фактически план фактически предоставляет рассрочку оплаты долга без начисления процентов на 21 год, при том что срок плана реструктуризации не может быть более чем пять лет.

В судебном заседании 03.04.2024 был объявлен перерыв до 05.04.2024; после окончания перерыва судебное заседание было продолжено в прежнем составе суда, с участием управляющего; от управляющего поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам кассационного производства.

Поскольку доводы кассационной жалобы в части включения требования Банка в реестр требований кредиторов должника не приводятся, в указанной части обжалуемые судебные акты не проверяются.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав управляющего, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установили суды, а также усматривается из материалов дела, между Банком и Е-выми 25.09.2019 заключен кредитный договор от 25.09.2019 № 2400-NF3/00160, по которому Банк выдал заемщикам кредит в сумме 2 623 268 руб. 32 коп. сроком до 26.09.2044 с условием уплаты 12,2% годовых.

В качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору заемщиками было передано в залог имущество – квартира, расположенная по адресу: <...>, кв. *.

Право собственности Е-вых на спорный объект недвижимости и ипотека в силу закона (залогодержатель – Банк) зарегистрированы Управлением Росреестра по Свердловской области, о чем внесена соответствующая запись в Едином государственном реестре недвижимости.

В отношении предмета ипотеки – квартиры установлен режим совместной собственности супругов.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о включении требования в реестр как обеспеченных залогом, Банк указывал на наличие у Е-вых задолженности по кредитному договору от 25.09.2019 № 2400-NF3/00160 по состоянию на 14.06.2023 в размере 2 531 136 руб. 37 коп.

Со своей стороны, Е-вы, ссылаясь на то, что данная квартира является для них и их несовершеннолетних детей единственным жильем, кредитный договор ими исполняется своевременно, заявили ходатайство об утверждении мирового соглашения с Банком, представлен проект мирового соглашения.

Утверждая локальный план реструктуризации долгов, предусматривающий погашение суммы задолженности должников перед Банком, возникшей по кредитному договору от 25.09.2019 № 2400-NF3/00160 в размере 2 531 136 руб. 37 коп. в порядке и сроки, установленные кредитным договором и графиком погашения кредитного обязательства, суды исходили из следующего.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 15.07.2010 № 978-О-О, от 19.01.2010 № 1341-О-О, от 19.10.2010 № 13-О-О, при решении вопроса об обращении взыскания на принадлежащее гражданину-должнику имущество, являющееся для него и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания помещением, которое передано в залог, судам, органам принудительного исполнения надлежит руководствоваться Законом об ипотеке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке) ипотека может быть установлена в обеспечение обязательства по кредитному договору, по договору займа или иного обязательства, в том числе обязательства, основанного на купле-продаже, аренде, подряде, другом договоре, причинении вреда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества обеспеченных ипотекой требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное (п. 1 ст. 50 Закона об ипотеке).

Наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом договорной или законной ипотеки.

В то же время в ситуации, когда по долгу перед банком отсутствует просрочка, так как заемщик исправно платит по кредитному договору в предусмотренные договором сроки и права кредитора обеспечены залогом единственного жилья лица, в отношении которого введена процедура банкротства, существует большая вероятность того, что при возникновении в будущем просрочки по кредиту непредъявление банком требования в деле о банкротстве залогодателя лишит его эффективного обеспечения в виде ипотеки на квартиру. Необходимость защиты своих имущественных интересов (в условиях непредоставления группой солидарных должников дополнительного равнозначного обеспечения) вынуждает банк, в частности, к принятию соответствующих мер, направленных на обращение взыскания на предмет залога.

Однако при отсутствии просрочки по обеспеченному обязательству принятие подобного решения может существенным образом нарушить баланс взаимных прав и обязанностей участников спорных отношений, в том числе принимая во внимание нахождение в залоге единственного пригодного для проживания жилья.

В подобных обстоятельствах суд, осознавая конституционно значимую ценность права на жилище и исполняя возложенные на него задачи, направленные на содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, мирному урегулированию споров, формированию обычаев и этики делового оборота, обязан предложить сторонам найти выход из сложившейся ситуации, приняв экономически обоснованное и взаимовыгодное решение, не нарушающее прав иных лиц. Такое решение должно одновременно предотвращать преждевременное обращение взыскания на единственное жилое помещение при надлежащем исполнении кредитных обязательств иным лицом и сохранять за банком право обращения взыскания на предмет залога в случае нарушения условий кредитного договора.

Установив, что проектом мирового соглашения предусмотрено погашение суммы задолженности должников перед Банком, возникшей по кредитному договору от 25.09.2019 № 2400-NF3/00160 в размере 2 531 136 руб. 37 коп. в порядке и сроки, установленные кредитным договором и графиком погашения кредитного обязательства; заключив, что представленное в материалы дела мировое соглашение, по сути, представляет собой локальный план реструктуризации; указав, что представленный Е-выми план соответствует действующему законодательству, права и законные интересы участвующих в деле лиц, в том числе Банка и должников, не нарушает, при погашении долга в соответствии с условиями плана положение залогового кредитора не ухудшается по сравнению с тем, как если бы процедуры банкротства не было, суды утвердили данный план реструктуризации.

Между тем судами не учтено следующее.

Действительно, складывающаяся правоприменительная практика исходит из необходимости защиты конституционно значимой ценности права должника на жилище путем побуждения должника и кредитора-залогодержателя к заключению мирового соглашения; суд в целях обеспечения баланса интересов как должника, так и залогового кредитора принимает экономически обоснованное и взаимовыгодное решение, которое, с одной стороны, предотвращает преждевременное обращение взыскания на единственное жилое помещение при надлежащем исполнении кредитных обязательств иным лицом, а с другой стороны, сохраняет за банком право обращения взыскания на предмет залога в случае нарушения условий кредитного договора.

Вместе с тем особо подчеркивается, что подобное мировое соглашение (локальный план реструктуризации) не должно нарушать права и законные интересы иных участников дела и должно обеспечивать баланс их интересов (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.04.2023 № 305-ЭС22-9597).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

При этом в тех случаях, когда одним из кредиторов является залоговый кредитор, в деле о банкротстве фактически формируются, как минимум, две имущественные массы: общая (незалоговая) и залоговая. Именно поэтому Верховный Суд Российской Федерации в определении от 27.04.2023 № 305-ЭС22-6567 указывает на то, что в локальном плане реструктуризации в отношении единственного жилья должно содержаться условие о том, что погашение обеспеченного обязательства не может осуществляться за счет иного имущества должника, на которое претендуют другие кредиторы.

Соответственно, одним из условий, подлежащих обсуждению при разработке подобного локального плана, является условие об источнике погашения задолженности, во избежание нарушения прав как залогового кредитора, который должен иметь уверенность в наличии у должника финансовых ресурсов по продолжению надлежащего исполнения обязательства перед ним, так и прав иных, незалоговых кредиторов, которые имеют разумные и справедливые ожидания расчетов с ними за счет незалоговой имущественной массы, на которую залоговый кредитор – претендовать не может.

Учитывая, что должник находится в объективно тяжелом финансовом положении, а в процедуре банкротства удовлетворение требований кредиторов осуществляется с учетом принципов очередности и пропорциональности, Верховный Суд Российской Федерации в определении от 27.04.2023 № 305-ЭС22-6567 отмечает, что обеспеченное залогом обязательство должно исполняться третьим лицом или должно быть лицо, готовое взять на себя обязанность по его исполнению.

Схожим образом разрешается ситуация при банкротстве гражданина-военнослужащего, который приобрел единственное жилое помещение с использованием средств целевого жилищного займа, полученного на основании Федерального закона от 20.08.2004 № 117-ФЗ «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих», когда обязательство по кредитному договору погашается не гражданином-военнослужащим, а государством (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.08.2021 № 304-ЭС21-13091).

Вместе с тем суды первой и апелляционной инстанций вопросы определения источника погашения обязательства перед Банком, во избежание нарушения прав незалоговых кредиторов, в принципе не исследовали, в локальном плане реструктуризации соответствующее условие – отсутствует, третье лицо (родственник, поручитель и т.п.), готовое исполнять за должников соответствующие кредитные обязательства – не названо и не раскрыто.

В судебном заседании суда округа финансовый управляющий, отвечая на вопросы судебной коллегии, указывала на возможность оказания финансовой помощи дочерью должников ДД.ММ.ГГГГ года рождения (без уточнения рода ее занятий и наличия какого-либо самостоятельного дохода), а также на возможность выплаты кредита за счет прожиточного минимума.

Однако указанные вопросы, касающиеся установления фактических обстоятельств, в том числе обеспеченности должников работой, уровня их заработной платы, размера исключаемого из конкурсной массы прожиточного минимума и его достаточности в том числе для исполнения локального плана реструктуризации – судами первой и апелляционной инстанций не исследовались, соответствующие обстоятельства – не устанавливались.

Как следствие, экономическая целесообразность заключения локального плана реструктуризации, предполагающая, что положение кредитора не ухудшается по сравнению с тем, как если бы процедуры банкротства не было, без определения источников исполнения обязательств, фактически также проверена не была, в связи с чем соответствующие доводы кассационной жалобы Банка следует признать справедливыми.

В свою очередь, в соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 АПК РФ) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Соответственно, излагаемые управляющим устно доводы, а также расчеты, приведенные в письменном отзыве на кассационную жалобу, не могут быть приняты судом округа, поскольку касаются установления фактических обстоятельств, что не входит в полномочия суда округа.

С учетом изложенного, суд округа считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение для возможности под судебным контролем разработки должником, Банком при содействии финансового управляющего локального плана реструктуризации задолженности по кредитным обязательствам с учетом их разумного экономического обоснования сторонами спора, при соблюдении баланса прав и законных интересов сторон (пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ)..

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.11.2023 по делу № А60-22773/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 по тому же делу в части утверждения локального плана реструктуризации требования публичного акционерного общества Банк «Уралсиб», обеспеченного залогом имущества должников – отменить.

Вопрос об утверждении локального плана реструктуризации направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

В остальной части постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 по делу № А60-22773/2023 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ю.В. Кудинова



Судьи О.Г. Кочетова



Н.В. Шершон