Решение от 17 апреля 2023 г. по делу № А32-10816/2023

Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32, тел.: (861) 293-81-03,

сайт: http://www.krasnodar.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Краснодар Дело № А32-10816/202317 апреля 2023 г.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Гордюк А.В., при ведении протокола секретарем ФИО1, при участии от ООО «Юго-Западное» – ФИО2 (доверенность), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, рассмотрев материалы дела по исковому заявлению ООО «Юго-Западное» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) к ФИО3 (ИНН: <***>) о привлечении к субсидиарной ответственности, установил, что заявление надлежит рассмотреть в судебном заседании.

ООО «Юго-Западное» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском о взыскании с ФИО3 (далее – ответчик) 346 742,70 рублей в порядке субсидиарной ответственности по долгам ООО «Фирма «Меркурий» (ИНН <***>, ОГРН <***>) .

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 09.02.2023 дело №А53-34769/2022 передано по подсудности в Арбитражный суд Краснодарского края.

В заседании представитель истца на требованиях настаивал. Ответчик просил отказать в иске, указав, что имущество у ООО «Фирма «Меркурий» (далее – общество) отсутствует, истец не предпринимал мер по взысканию долга.

С учетом мнения сторон суд перешел в стадию судебного разбирательства.

Арбитражный суд Краснодарского края, изучив материалы дела и выслушав участвующих в заседании лиц, полагает, что требования являются обоснованными.

Из материалов дела следует, что в рамках дела А32-19306/2016 решением от 08.08.2016 (резолютивная часть решения по делу, рассмотренному в упрощенном порядке) с общества в пользу ООО «Центральное» (правопредшественник истца) взыскано 460 582 руб. 35 коп. задолженности по оплате за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию и текущему ремонту общего имущества за период с 01 декабря 2012 года по февраль 2016 года, 3 678 руб. 48 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 11 июля 2015 года по 31 марта 2016 года, а также 12 285 руб. 00 коп. расходов по оплате госпошлины.

Решением от 29.11.2019 Арбитражный суд Краснодарского края отменил резолютивную часть решения Арбитражного суда Краснодарского края от 08.08.2016 по делу № А32-19306/2016 в части взыскания с Общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Меркурий» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 113 839 руб. 65 коп. задолженности по оплате за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию и текущему ремонту общего имущества за период с 01 июня 2015 года по февраль 2016 года, 3 678 руб. 48 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 11 июля 2015 года по 31 марта 2016 года, по новым обстоятельствам.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.07.2020 производство по делу № А32-19306/2016 в части взыскания задолженности за период с июня 2015г. по февраль 2016 г. в размере 113 839 руб. 65 коп., а также процентов в размере 3 678 руб. 48 коп. прекращено.

Таким образом, как указывает истец, судебными актами по делу А32-19306/2016 с общества в пользу истца взыскано 346742,70 рублей долга.

Истец указывает, что на основании судебных актов в деле А32-19306/2016 был получен исполнительный лист ФС № 011209515, который 24.10.2018 направлен в службу судебных приставов.

Постановлением судебного пристава 08.11.2021 вынесено постановление о наложении ареста на принадлежащее обществу нежилые помещения по адресу: <...>, пом 54-56, площадью 294,4 кв.м., а также помещения 57-75, площадью 706,3 кв.м. по тому же адресу.

МИФНС № 16 по Краснодарскому краю исключила 10.01.2020 ООО «Фирма «Меркурий» из ЕГРЮЛ в связи с непредставлением отчетности. В связи с этим, постановлением судебного пристава от 23.11.2021 с имущества общества снят арест и исполнительное производство прекращено.

ФИО3 являлся учредителем и директором общества.

При этом, ФИО3 обратился в Армавирский городской суд с иском о признании права собственности нежилые помещения по адресу: <...>, пом 54-56, площадью 294,4 кв.м., а также помещения 57-75, площадью 706,3 кв.м. по тому же адресу (далее – нежилые помещения). Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 21.12.2021 за ФИО3 как за единственным учредителем исключенного из ЕГРЮЛ ООО «Фирма «Меркурий» признано право собственности на вышеуказанныенежилые помещения.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящими требованиями.

Оценивая доводы сторон, Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При этом, также надлежит учитывать следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 Гражданского кодекса учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом или другим законом.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона № 14-ФЗ общество не отвечает по обязательствам своих участников.

Указанные положения являются базовыми принципами существования хозяйственных обществ, которые также соотносятся с принципом осуществления предпринимательской деятельности на свой риск (статья 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Одной из составляющих принципа предпринимательского риска является вероятность неисполнения своих обязательств контрагентами с последующим отнесением непогашенных обязательств к категории убытков.

Сущность конструкции юридического лица предполагает имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, а также наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, что по общему правилу исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица.

Сам по себе факт осуществления контроля участником (учредителем) за деятельностью юридического лица и его финансовым положением в рамках корпоративных отношений не нарушает прав и законных интересов кредиторов такого лица. В то же время из сущности конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3, 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление № 53).

В исключительных случаях участник (учредитель) и иные контролирующие лица (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса) могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, если их действия (бездействие) носили недобросовестный или неразумный характер по отношению к кредиторам юридического лица и повлекли невозможность исполнения обязательств перед ними.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В указанной норме законодатель предусмотрел компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса; пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020)).

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401, 1064 Гражданского кодекса, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении юридического лица, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

Само по себе исключение общества из ЕГРЮЛ, учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться (в том числе, не предоставление отчетности, отсутствие движения денежных средств по счетам), возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски, не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, достаточным для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ.

Привлечение к субсидиарной ответственности возможно только в том случае, когда судом установлено, что исключение должника из ЕГРЮЛ в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине в результате недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено избрание участником (учредителем) таких моделей ведения хозяйственной деятельности и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства.

Вывод о неразумности поведения участников (учредителей) юридического лица может следовать, в частности, из возникновения ситуации, при которой лицо продолжает принимать на себя обязательства, несмотря на утрату возможности осуществлять их исполнение (недостаточность имущества), о чем контролирующему лицу было или должно быть стать известным при проявлении должной осмотрительности.

Привлекаемое к ответственности лицо, опровергая доводы и доказательства истца о недобросовестности и неразумности, вправе доказывать, что его действия, повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска.

Суд оценивает существенность влияния действия (бездействия) контролирующего лица на поведение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и невозможностью погашения требований кредиторов (пункт 16 Постановления № 53).

В соответствии с Законом № 129-ФЗ лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при получении которого регистрирующий орган не принимает решение об исключении недействующего юридического лица из реестра (пункты 3, 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Не может быть признано правомерным возложение субсидиарной ответственности на контролирующее общество лицо вопреки принципу имущественной обособленности юридического лица в связи с самим фактом прекращения деятельности и не проведения процедуры ликвидации в добровольном порядке (правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632 по делу А40-73945/2021).

В силу пункта 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о регистрации юридических лиц) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном данным законом. При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (пункт 2 статьи 21.1 названного Закона).

Предусмотренный указанной нормой порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (пункт 5 статьи 21.1 Закона о регистрации юридических лиц).

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 44-ФЗ установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Исходя из системного толкования указанных норм возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания (обоснования) наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса).

Поскольку субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, то возложение на руководителя должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В пунктах 2 и 3 названного постановления Пленума указано, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки Г.В. Карпук" указано, что привлечение к такого рода ответственности возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что бездействие ФИО3 по непринятию мер для погашения установленной судебными актами в деле А32-19306/2016 задолженности в пользу истца при условии, что ООО «Фирма «Меркурий» обладало недвижимым имуществом, не может быть признано добросовестным и разумным поведением. Ответчик не привел никаких доказательств объективной невозможности погашения задолженности, либо мирного урегулирования спора.

Арбитражный суд Краснодарского края обращает внимание на то, что после исключения ООО «Фирма «Меркурий» из ЕГРЮЛ ФИО3 как единственный его учредитель не обратился в Арбитражный суд для инициирования процедуры распределения имущества ликвидированного лица, которая гарантировала бы удовлетворение требований всех кредиторов общества, а обратился в суд общей юрисдикции с заявлением о признании права собственности на это имущество. Доказательства того, что ФИО3 в суде общей юрисдикции сообщал в ходе рассмотрения спора о наличии у ООО «Фирма «Меркурий» кредиторов (в частности – ООО «Юго-Западное»), в деле отсутствуют.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, привели к невозможности получения истцом удовлетворения своих требований.

Доводы ответчика о непринятии истцом мер по взысканию долга, суд отклоняет, поскольку из материалов дела и пояснений сторон следует, что на основании исполнительного листа по делу № А32-19306/2016 истец обратился с заявлением о возбуждении исполнительного производства, которое прекращено в связи с исключением ООО «Фирма «Меркурий» из ЕГРЮЛ.

С учетом изложенного Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что требования истца надлежит удовлетворить.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы надлежит отнести на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167, 170-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Краснодарского края

Р Е Ш И Л:

взыскать с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в пользу ООО «Юго-Западное» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 346 742 рубля 70 копеек задолженности и 9935 рублей расходов по уплате госпошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в суд апелляционной инстанции.


Судья А.В. Гордюк