Решение от 18 февраля 2022 г. по делу № А43-18070/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ



Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А43-18070/2021

г. Нижний Новгород 18 февраля 2022 года


Дата объявления резолютивной части решения 14 февраля 2022 года

Дата изготовления решения в полном объеме 18 февраля 2022 года


Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Курашкиной Светланы Анатольевны (шифр судьи 50-425),

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «САЛМО» (SIA «SALMO»), г. Рига Латвийской Республики,

к ответчику: индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Бор Нижегородской области,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 304525906200122, ИНН <***>), г. Нижний Новгород,

о взыскании 50 000 руб. 00 коп


в отсутствие представителей,

установил:

заявлено требование о взыскании 50 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав.

Дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, исходя из положений пункта 2 части 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, усмотрел процессуальные основания для рассмотрения дела по общим правилам искового производства, в связи с чем 09.08.2021 вынес определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени проведения судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Истец представил пояснения по делу и ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Ответчик представил дополнение к отзыву и ходатайство о снижении размера компенсации.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

В порядке пункта 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации резолютивная часть решения объявлена 14.02.2022, изготовление полного текста решения отложено до 18.02.2022.

Исследовав материалы дела, суд усматривает основания для частичного удовлетворения исковых требований, исходя из следующих обстоятельств дела, норм материального и процессуального права.

Как следует из материалов дела, согласно справке из регистра предприятий Латвийской Республики от 21.04.2021 № 7-3-44131, общество с ограниченной ответственностью «САЛМО» (SIA «SALMO») зарегистрировано в регистре предприятий Латвийской Республики с 18.10.1991, занесено в коммерческий регистр 02.07.2003, присвоен единый регистрационный номер 40003036461.

ООО «САЛМО» (SIA «SALMO») является обладателем исключительных прав на товарный знак № 771365 («Cobra»), внесенный в Реестр Международного бюро Всемирной организации интеллектуальной собственности, зарегистрированный, в том числе, в отношении товаров 28 класса МКТУ: «гимнастические и спортивные товары, рыболовные снасти, в частности: крючки рыболовные». Дата регистрации - 20.09.2001, дата продления регистрации 20.09.2011, срок правовой охраны данного товарного знака установлен до 20.09.2021, что подтверждено выпиской из международного реестра знаков WIPO ТЗ № 771365 Cobra.

Международные товарные знаки, зарегистрированные в порядке, установленном Мадридским соглашением, в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 03.09.1975 № 775-243 «О присоединении к Мадридскому соглашению» и постановлением Правительства Российской Федерации от 19.12.1996 №1503 «О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков» охраняются на территории Российской Федерации.

Как указывает истец, 04.09.2020 в торговом павильоне ответчика, расположенном по адресу: <...>, магазин «Чтобы клевало», осуществлена реализация товара – крючки рыболовные в упаковке – с изображениями товарного знака № 771365 («Cobra»), обладающего техническими признаками контрафактности. Изображения на упаковке товара сходны до степени смешения с товарным знаком, правообладателем которого является истец.

В подтверждение факта приобретения товара (фигурка) у ответчика истцом представлены: кассовый чек от 04.09.2020 на сумму 90 рублей, содержащий, в том числе, следующие сведения: ИП ФИО2; адрес магазина: <...>, магазин «Чтобы клевало»; дата продажи (04.09.2020); ИНН <***>; CD-диск с видеозаписью процесса приобретения товара, в качестве вещественного оказательства представлен приобретенный товар – крючки рыболовные в упаковке, на которой воспроизведено изображение со словесным обозначением, визуально схожие с товарным знаком, правообладателем которых является истец.

CD-диск содержит запись процесса приобретения товара, которая воспроизведена судом. Видеозапись покупки, совершённая в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии статьями 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, выдачи чека. На видеозаписи покупки отображается содержание выданного чека (наименование ответчика, ИНН, дата выдачи и др.), соответствующего приобщенному к материалам дела чеку, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий представленному в материалах дела вещественному доказательству.

В целях соблюдения претензионного порядка урегулирования спора истец направил ответчику претензию, в которой предложил ответчику выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на указанные выше объекты интеллектуальной собственности. Претензия направлена ответчику 03.04.2021, что подтверждается кассовым чеком АО «Почта России» от 03.04.2021 и описью вложения в ценное письмо с оттиском календарного штемпеля почтового отделения от 03.04.2021.

Полагая, что ответчик в ходе реализации товара нарушил исключительные права на товарный знак, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно статье 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Содержание исключительного права на товарный знак составляет возможность правообладателя использовать его любыми не противоречащими закону способами, примерный перечень которых предусмотрен в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации. Так, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых, товарный знак зарегистрирован, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Право истца на товарный знак, представляющий собой комбинированное обозначение, подтверждено копией свидетельства на товарный знак № 771365.

Таким образом, вышеуказанный товарный знак имеет правовую охрану.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом.

В соответствии с абзацем 1 части 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Из буквального толкования нормы подпункта 2 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что такой способ использования произведения как распространение подразумевает отчуждение оригинала либо тождественных образцов произведения (его экземпляров).

С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

В подтверждение продажи товара в материалах дела имеется кассовый чек от 04.09.2020, в котором указано наименование продавца (ИП ФИО2), место продажи, дата продажи, ИНН, цена товара. Из представленной истцом видеозаписи следует, что спорный товар приобретен в торговой точке ответчика. Видеозапись произведена без нарушений законодательства и соответствует принципам относимости и допустимости доказательств.

По результатам просмотра видеозаписи покупки установлено, что представленный кассовый чек выдан продавцом покупателю при приобретении спорного товара.

Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, а дата покупки следует из чека, который подтверждает и факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу положений статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По смыслу статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Видеосъемка, произведенная истцом в целях самозащиты на основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является допустимым доказательством.

Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следует из чека, который подтверждает факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком. На видеозаписи запечатлен процесс приобретения спорного товара. Внешний вид спорного товара, а также изображение чека, зафиксированные на видеозаписи, визуально совпадают с соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы дела. Представленная истцом видеосъемка товара не прерывалась.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 Гражданского кодекса Российской Федерации, выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

Оснований полагать, что данное доказательство получено с нарушением федерального закона, у суда не имеется.

При просмотре видеозаписи покупки установлено, что фигурка в коробке на видеосъемке идентична товару, представленному в материалы дела, видеозапись воспроизводит момент совершения покупки спорного товара (фигурки в коробке), изготовления и выдачи чека, осмотр товара.

Видеосъемка произведена путем непрерывной фиксации происходящих событий без перерывов, видеозапись при непрерывающейся съемке отчетливо отображает процесс продажи товара и выдачу продавцом чека. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

По результатам просмотра видеозаписи покупки установлено, что представленный в материалы чек выдан продавцом покупателю при приобретении спорного товара.

Ответчик документально не опроверг обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы данного дела видеосъемкой.

В подтверждение произведенной покупки истцу выдан кассовый чек от 04.09.2020, на котором указаны следующие сведения: ИП ФИО2, ИНН <***>, дата продажи (04.09.2020), место продажи (<...>, магазин «Чтобы клевало»).

Согласно сведениям, размещенным в Едином государственном реестре юридических лиц, ИНН <***> принадлежит ответчику - ИП ФИО2.

Доказательства ведения торговли в месте приобретения рассматриваемого товара иным лицом ответчик в материалы дела не предоставил.

Представленный в материал дела кассовый чек от 04.09.2020 подтверждает факт покупки.

Видеозапись от 04.09.2020 фиксирует непосредственно факт выдачи товарного чека продавцом покупателю, наличие спорного товара позволяет сопоставить обозначения, с использованием которых маркирован спорный товар, и охраняемые объекты интеллектуальной собственности истца

У покупателя (истца) отсутствовали основания сомневаться в полномочиях лица, передавшего товар, действующего от имени ответчика и передавшего товар в торговой точке.

Доказательств, подтверждающих, что ответчик по данному чеку продал иной товар, права на реализацию которого у него имеются, ответчик в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представил.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что кассовый чек от 04.09.2020 отвечает требованиям статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком - продавцом и покупателем товара.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела, суд пришел к выводу, что совокупность представленных в материалы дела доказательств подтверждает факт приобретения у ответчика спорного товара.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»).

В соответствии с пунктом 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Согласно пункту 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 №482 (далее - Правила), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42-44 настоящих Правил.

В пункте 42 Правил указано на то, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

В пункте 43 Правил указано на то, что изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В пункте 44 Правил указано на то, что при определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 настоящих Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

Согласно пункту 45 Правил при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

В соответствии с пунктом 7.1.2.1. Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного Приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 12, сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим).

При сравнении двух словесных обозначений следует установить наличие/отсутствие их сходства как по каждому из указанных признаков в отдельности, так и в совокупности

Общее правило, применяемое при экспертизе словесных обозначений, состоящих из двух и более слов, связанных друг с другом по смыслу и грамматически, состоит в том, что при оценке их сходства с охраняемым (заявленным) словесным товарным знаком другого лица принимается во внимание все обозначение в целом, а не его отдельные части.

В соответствии с пунктом 7.1.2.2. Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного Приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 12, сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях, т.е. при сравнении изобразительных и объемных обозначений сходство может быть установлено, например, если в этих обозначениях совпадает какой-либо элемент, существенным образом влияющий на общее впечатление, или в случае, если обозначения имеют одинаковые или сходные очертания, композиционное построение, либо если они сходным образом изображают одно и то же, в связи с чем ассоциируются друг с другом.

Как правило, первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

В соответствии с пунктом 7.1.2.4. Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного Приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 12 комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями, для определения сходства сопоставляемые обозначения должны рассматриваться в целом.

В первую очередь необходимо оценить общее зрительное впечатление от сравниваемых обозначений. Затем следует установить роль сходных элементов сравниваемых обозначений, учитывая их расположение в обозначении, то есть являются ли сходные элементы доминирующими, занимают ли центральное место в общем композиции обозначения.

При исследовании значимости того или иного элемента комбинированного обозначения необходимо учитывать его визуальное доминирование, которое может быть вызвано как более крупными размерами элемента, так и его более удобным для восприятия расположением в композиции (например, элемент может занимать центральное место, с которого начинается осмотр обозначения).

При визуальном сравнении товарного знака истца «Cobra» с обозначением, используемым в реализованном ответчиком товаре, суд считает возможным установить визуальное сходство - графическое изображение и словесное обозначение идентичны, расположение отдельных частей изображений совпадает.

Таким образом, объекты исследования имеют общее зрительное сходство и сходны до степени смешения.

Оценив сходность изображений на реализованном ответчиком товаре с товарным знаком № 771365, руководствуясь общим восприятием не отдельных элементов, а объектов в целом (общим впечатлением), учитывая не только визуальное сходство, но и различительную способность, суд усматривает возможность реального их смешения в глазах потребителей.

Поскольку для признания сходства достаточно уже самой опасности, а не реального его смешения в глазах потребителей, суд полагает, что образец товара сходен до степени смешения с товарным знаком № 771365.

При этом наличие прав истца на спорный товарный знак документально подтверждено.

Оценив представленные документы в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает установленным факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на соответствующие произведения изобразительного искусства в форме распространения без соответствующего разрешения правообладателя.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с указанными выше положениями, компенсация рассчитана истцом в отношении одного товарного знака в сумме 50 000 руб. 00 коп. за использование товарного знака № 771365 («Cobra»).

Пунктом 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В обоснование размера заявленной компенсации истец ссылается на то, что распространение контрафактной продукции имеет ряд негативных последствий как для правообладателя, так и для потребителя. В частности, низкое качество таких товаров вызывает отрицательные ассоциации с брендом. Также необходимо заметить, что товары ООО «САЛМО» (SIA «SALMO») на территории РФ реализуются ООО «РЫБОЛОВ-СЕРВИС» на основании Лицензионного договора от 01.04.2019. Соответственно, распространение контрафактных товаров негативно сказывается и на деятельности ООО «РЫБОЛОВ-СЕРВИС», поскольку Лицензиар по данному договору не заинтересован в формировании негативной ассоциативной связи между собой и Лицензиатом, с которым потребитель связывает распространение некачественного товара. Последнее подтверждается перечнем жалоб, поступивших от покупателей. Противоправные действия в установленной сфере потенциально несут угрозу для непосредственных потребителей, поскольку контрафактная продукция не соответствует стандартам качества, которыми руководствуется производитель оригинальной продукции. Это может стать причиной как несвоевременной утраты присущих товару свойств, так и более опасных последствий. Рыболовные приспособления сами по себе требуют осторожности в использовании, а контрафактная продукция, не соответствующая стандартам качества, может стать причиной проколов, порезов и других травм вследствие, например, надлома крючка или же отскока его надломившейся части.

Возражения ответчика относительно того, что товар был приобретен у индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 304525906200122, ИНН <***>) арбитражным судом не принимаются, поскольку из позиции по делу ИП ФИО3 следует, что спорные товары, реализованные ответчиком, ею не отгружались в спорный период времени (с 07.05.2014 по 11.07.2021), ранее приобретались у ИП ФИО4, который является уполномоченным представителем лицензиата – ООО «Рыболов-Сервис», на территории Нижегородской области.

Между тем, ответчиком не представлено в материалы дела доказательств того, что тот спорный товар, который был приобретен представителем истца у ответчика по кассовому чеку от 04.09.2020, является именно тем товаром, который был приобретен ответчиком у ИП ФИО3

Довод о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом со ссылкой на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассмотрен судом и подлежат отклонению, как не нашедший своего подтверждения материалами дела.

Согласно пункту 1 статьи 10 не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Истцом его права в соответствии с действующим законодательством реализованы надлежащим образом.

В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что истец, обращаясь с настоящим иском, преследовал не цель защиты нарушенного права, а иную недобросовестную цель.

Ответчик просит суд снизить размер компенсации, учесть при этом признание предпринимательской деятельности ответчика в период пандемии коронавируса пострадавшей в виде предоставления моратория на банкротство, в обоснование представила документальные доказательства.

В обоснование заявления ответчик также указала, что нарушение прав истца осуществлено однократно, не носило грубого систематического характера, просил обратить внимание на незначительное количество контрафактного товара и его стоимость (40 руб. 00 коп. за 2 шт.), несоразмерную заявленной сумме компенсации, продажа спорного товара не является существенной частью деятельности ответчика.

Суд отмечает, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Следовательно, истец, заявив требование из расчета 50 000 руб. за одно нарушение, должен документально обосновать и подтвердить данный размер компенсации.

Применительно к настоящему делу суд учитывает, что в силу положений абзаца первого пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ компенсация может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Компенсация может быть больше, чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2017 года № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

Однако по настоящему делу, заявляя требование о взыскании компенсации в размере 50 000 руб. 00 коп. за одно нарушение, истец не представил суду обоснование суммы компенсации, доказательства того, что указанный размер компенсации направлен на восстановление имущественного положения истца в связи с допущенным нарушением ответчика.

Таким образом, истец не обосновал вероятный размер своих убытков и не сослался на иные обстоятельства, способные повлиять на размер взыскиваемой судом компенсации и подтвержденные доказательствами, в связи с чем, суд лишен возможности убедиться в соразмерности требуемого истцом размера компенсации последствиям реализации (предложения к продаже) ответчиком спорного товара.

Взыскание компенсации при таких условиях в заявленной сумме в полном объеме превращается в меру ответственности карательного характера.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, размер ответственности, несправедливый и несоразмерный допущенному нарушению, подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

Установление разумного и обоснованного размера компенсации – прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд учитывает характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя и иные обстоятельства дела. Назначаемая компенсация не должна вести к обогащению одной из сторон и по европейской правоприменительной практике не относится к карательным убыткам. Предоставленная суду возможность снижать размер компенсации является одним из правовых способов, предусмотренных законом, направленных против злоупотребления правом ее свободного определения, то есть, по существу, на реализацию требований статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод не должно нарушать прав и свобод других лиц. В этом смысле у суда возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и затронутыми интересами истца.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд, рассматривая дела о взыскании компенсации, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. При этом размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Применительно к данному спору, суд принимает во внимание, что в действиях ответчика отсутствуют отягчающие обстоятельств по делу, а также то, что выявленное правонарушение совершено ответчиком впервые, контрафактная продукция изъята в незначительном количестве, ранее ответчик не привлекался к административной ответственности за совершение однородных правонарушений, выявленное правонарушение устранено (продукция с незаконным воспроизведением чужого товарного знака изъята).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, исходя из требований разумности и справедливости, суд установил факт незаконного предложения к продаже ответчиком товара с нанесенным на него товарным знаком истца, и пришел к выводу, что заявленный размер компенсации является несоразмерным допущенному ответчиком нарушению и вероятных убытков правообладателя. Учитывая данное обстоятельство, а также то, что суду не представлено доказательств наличия ранее совершенных ответчиком нарушений исключительного права истца, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме, в связи с чем, считает возможным снизить размер компенсации за незаконное использование товарного знака и взыскать компенсацию исходя из минимально установленного размера, предусмотренного нормами Гражданского кодекса Российской Федерации - 10 000 руб. 00 коп. за незаконное использование товарного знака № 771365 («Cobra»), что, по мнению суда, соответствует принципам разумности и справедливости, установлено исходя из характера допущенного нарушения, степени вины нарушителя.

Процессуальных оснований для уменьшения компенсации до 3 000 руб. 00 коп. суд не установил в силу следующего.

Абзац третий пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает возможность снижения минимального размера компенсации.

Согласно абзацу 5 пункта 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения указанной нормы права применяются при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

В соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено одновременным наличием ряда критериев и возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, лишь по своей инициативе.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Как следует из материалов дела, ответчик заявил об уменьшении размера взыскиваемой компенсации, однако вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал наличие оснований для снижения размера компенсации ниже установленного законом минимального размера.

Судом также учтены положения пункта 3.2 Постановления Конституционного суда от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверки конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского Края» о том, что абзац второй пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Тем самым суд, следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей. Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным (постановления от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П, от 27.10.2015 № 28-П и др.).

При этом указанные ответчиком обстоятельства не могут быть признаны судом достаточными для снижения размера компенсации, ниже пределов, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Требования истца о взыскании с ответчика судебных издержек в сумме 40 руб. 00 коп., составляющих стоимость контрафактного товара, подлежат удовлетворению, поскольку в качестве доказательств произведенных расходов представлены кассовый чек от 04.09.2020 и видеозапись покупки, и отнесению на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Приобретенный товар приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика почтовые расходы в размере 183 руб. 00 коп.

Факт несения расходов в заявленной сумме подтверждается представленными в материалы дела кассовым чеком АО «Почта России» от 03.04.2021 № 38.

К судебным издержкам относятся те расходы, которые непосредственно связаны с рассмотрением дела в суде и фактически понесены лицом, участвующим в деле, в том числе почтовые расходы.

Поскольку данные судебные издержки в сумме 183 руб. 00 коп. являлись необходимыми для участия в процессе истца и документально подтверждены, то данные расходы являются обоснованными и подлежащими отнесению на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с тем, что товар, приобщенный к делу в качестве вещественного доказательства, признан судом контрафактным, он подлежит уничтожению после вступления решения в законную силу и истечения установленного срока на его кассационное обжалование.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и в соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации будет направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 176, 180, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Бор Нижегородской области, в пользу общества с ограниченной ответственностью «САЛМО» (SIA «SALMO») (единый регистрационный номер 40003036461), г. Рига, Латвийская республика 10 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак – свидетельство № 771365, а также 400 руб. 00 коп. расходов по государственной пошлине, 8 руб. 00 коп. стоимости спорного товара, 36 руб. 60 коп. почтовых расходов.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Во взыскании остальной суммы компенсации истцу отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня принятия, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы, решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если оно не будет отменено или изменено таким постановлением.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с даты принятия решения. В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы; если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.


Судья С.А. Курашкина