Решение от 1 июля 2019 г. по делу № А52-279/2019

1.39/2019-18870(2)

Арбитражный суд Псковской области ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000 http://pskov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А52-279/2019
город Псков
01 июля 2019 года
Резолютивная часть решения оглашена 26 июня 2019 года Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Колесникова С.Г.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Соколовой М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 304780222500044, ИНН <***> , г.Санкт-Петербург)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 304602710500140, ИНН <***>, 1801016, г.Псков)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, при участии в заседании: от истца: не явился, извещен, от ответчика: ФИО3;

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском, измененным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – Предприниматель) о взыскании 100 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 253540, а также судебных издержек, состоящих из 80 руб. расходов по приобретению товара, 10 000 руб. расходов на проведение экспертизы и 97 руб. почтовых расходов (уточнения исковых требований приняты определением от 06.03.2019, протокольными определениями от 17.04.2019 и 22.05.2019).

Определением суда от 31.01.2019 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 АПК РФ. Судом вынесено определение о приобщении к материалам дела вещественных

доказательств (товара). Определением от 06.03.2019 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Истец в судебное заседание своего представителя не направил, о времени и месте слушания дела надлежащим образом уведомлен. К судебному заседанию от истца в суд поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, при этом заявленные исковые требования с учетом произведенных уточнений истец поддержал в полном объеме; возражая против доводов ответчика, против снижения компенсации возражал.

В судебном заседании ответчик исковые требования не признал. При этом, не оспаривая права истца на товарный знак по № 253540 и факт реализации спорного товара, заявил о несоразмерности и снижении судом предъявленной к взысканию компенсации с учетом однократности допущенного нарушения, незначительной стоимостью товара, недоказанностью факта причинения убытков истцу в заявленном размере и затруднительного материального положения ответчика; полагал, что истцом не доказана необходимость понесения судебных расходов в заявленном размере, а также сам факт их понесения непосредственно истцом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя истца.

Исследовав письменные доказательства, имеющиеся в деле, выслушав пояснения ответчика, суд установил следующее.

Истец является обладателем исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 253540, правовая охрана которому предоставлена, в том числе, в отношении товара 28-го класса МКТУ (принадлежности рыболовные).

В торговой точке, расположенной по адресу: <...>, Предпринимателем 01.09.2018 реализован товар - рыболовная леска, на упаковке которой имеется графическое изображение (рисунок) птицы в окружности, сходное до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком № 253540.

Факт реализации указанного товара с содержащимися на нем товарным знаком, правообладателем которого является истец, подтверждается кассовым чеком от 01.09.2018 на сумму 80 руб., в котором содержатся сведения о стоимости проданного товара, дате продажи, а также ФИО, ОГРНИП ответчика, видеозаписью приобретения спорного товара и спорным товаром, приобщенным к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Информация в представленной видеозаписи соответствует отраженным в иске обстоятельствам и подтверждена иными доказательствами: по внешнему виду товара, наличию на нём спорного изображения, размеру оплаченной за его покупку суммы, месту совершения сделки и пр.

Истец разрешение на использование товарного знака № 253540 ответчику не давал. В связи с этим, ссылаясь на то, что реализацией контрафактного товара нарушены исключительные права истца на товарный знак № 253540, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании компенсации в сумме 100 000 руб. (с учетом уточнений).

Сумма компенсации рассчитана истцом на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в двукратном размере стоимости права использования товарных знаков, затем по собственному усмотрению была снижена до заявленного размера. Сравнимая цена определена истцом на основании условий договора о предоставлении обществу с ограниченной ответственностью «Аква Норд Фишинг» неисключительной лицензии за 1000 000 руб. на право годового использования 7 товарных знаков по свидетельствам: № 253540, № 290263, № 368829, № 405416, № 405493, № 429420, № 447640 от 05.08.2014. По расчету истца такая сумма составляет 285 714, 28 руб. за каждый товарный знак.

Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Согласно статье 1225 ГК РФ к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), отнесены, в том числе, фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, а также коммерческие обозначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе

способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 3 указанной статьи никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

Таким образом, требование об уплате компенсации может быть удовлетворено при наличии доказательств несанкционированного использования товарного знака, то есть при наличии факта правонарушения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского Кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

По смыслу статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Как отмечено в пункте 13 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

Факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 253540 подтвержден материалами дела, и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Применив приведенные выше критерии оценки сходства до степени смешения, на основании проведенного анализа представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу о том, что графическое изображение (рисунка) птицы в окружности имеющиеся

на упаковке купленного у ответчика товара (рыболовная леска), имеет сходство до степени смешения с товарным знаком № 253540, правообладателем которого является истец.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Факт реализации рыболовной лески в упаковке, на которой имеются словесные и графические (изобразительные) обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком истца № 253540, подтверждается вещественным доказательством (спорным товаром в упаковке), кассовым чеком и видеозаписью покупки.

Видеозапись покупки отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, выдачи товарного чека. На видеозаписи покупки отображается содержание выданного чека, соответствующего приобщенному к материалам дела товарному чеку, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющемуся в материалах дела.

Исходя из специфики рассматриваемого спора, суд считает, что указанные выше доказательства с учетом положений статей 64, 89 АПК РФ, статей 12 и 14 ГК РФ являются допустимыми и достаточными доказательствами факта реализации спорного товара, который ответчиком не оспаривается.

Ответчик доказательств наличия у него прав на использование товарного знака истца № 253540 не представил. Доказательства того, что реализованный товар был приобретен ответчиком у законного правообладателя (его представителя), в деле отсутствуют. При этом из представленных в дело материалов также не следует, что спорный товар изготавливался и вводился в гражданский оборот истцом или лицензиатом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Исходя из указанных норм правообладателю предоставлено право выбора способа определения компенсации либо в произвольном размере от 10 000 руб. до 5 000 000 руб.,

либо в размере двукратной стоимости использования товарного знака или двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

Согласно пункту 61 Постановления № 10 заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

В соответствии с пунктом 62 Постановления № 10 рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов

разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как усматривается из материалов дела, стоимость спорного товара, упаковка которого маркирована обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком, составляет 80 руб., в материалы дела предоставлены доказательства реализации товара в количестве 1 штуки, следовательно, двукратная стоимость товара составит 160 руб.

В связи с незначительностью данной суммы истец воспользовался методом определения размера компенсации исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака в размере 100 000 руб.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015).

Таким образом, применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации должен был быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся в период, соотносимый с моментом правонарушения.

Как указывалось выше, при определении суммы компенсации по товарному знаку № 253540 истец исходил из условий договора о предоставлении неисключительной лицензии на право использования товарных знаков по свидетельствам № 253540, № 290263, № 368829, № 405416, № 405493, № 429420, № 447640 от 05.08.2014.

Суд отмечает, что из договора от 05.08.2014, на который ссылается истец, невозможно достоверно установить стоимость права пользования конкретным товарным знаком. Как следует из пункта 1 данного договора, неисключительная лицензия предоставлена на семь товарных знаков истца. При этом в пункте 4.2 договора от 05.08.2014 указана общая сумма ежегодного лицензионного вознаграждения в сумме 1000000 руб. за все семь товарных знаков.

Исходя из этого, истец рассчитал двукратную стоимость права пользования за один товарный знак в 285 714, 28 руб. (1 000 000 руб. /7 знаков х 2).

То есть истец производит расчет годовой платы. Однако применение годовой платы при расчете суммы компенсации суд считает необоснованным, поскольку в рамках настоящего дела отсутствуют доказательства того, что ответчик на протяжении одного года совершал сделки по реализации контрафактной продукции. Сам ответчик заявляет о

том, что спорный товар был получен ответчиком в оптовом магазине по адресу г.Санкт- Петербург, Апраксин пер., д.29.

Таким образом, правонарушение, в связи с которым заявлено требование, совершено ответчиком впервые. Из материалов дела не следует, что ответчик специализируется на продаже товаров с незаконным воспроизведением товарных знаков или иных объектов исключительных прав, либо что торговля такими товарами составляет существенную часть предпринимательской деятельности ответчика. Фактов привлечения ответчика в прошлом к ответственности за нарушение исключительных прав судом при рассмотрении настоящего спора не установлено.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что ответчик не относится к крупным торговым организациям, а спорный товар был куплен однократно и только в сентябре 2018 года, суд считает правильным исходить из оборота спорной продукции за один месяц. С учетом этого однократная плата за один товарный знак составит 11 904, 76 руб., а соответственно двойной размер платы составит 23 809, 52 руб. (1 000 000 руб. / 7 товарных знаков / 12 месяцев х 2).

Сумму 11 904, 76 руб. суд признает той минимальной платой, на которую истец вправе претендовать при использовании одного товарного знака в период, равный месяцу. Доказательств, объективно свидетельствующих о большем периоде, за который должна быть установлена плата, в материалах дела нет. Определять плату за использование товарных знаков в период, равный одному дню, суд считает неправильным, поскольку столь небольшой срок пользования применительно к сфере деятельности ответчика неоправдан.

На основании изложенного, за один товарный знак ( № 253540) двойной размер платы на основании пункта 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ составит 23 809, 52 руб. (11 904, 76 х 2).

Таким образом, руководствуясь положениями статей 1252, 1484, 1515 ГК РФ, суд приходит к выводу о доказанности истцом факта реализации ответчиком спорного товара и наличия оснований для взыскания компенсации за нарушение исключительных прав истца на спорный товарный знак.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение компенсации ниже установленных законом пределов (в том числе рассчитанной двойной стоимости права использования товарного

знака) возможно в исключительных случаях (с учетом абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее -Постановление 28-П) и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом.

Ответчик полагает, что истребуемый размер компенсации не соответствует характеру и последствиям допущенного нарушения обязательства, в связи с чем он подлежит уменьшению до разумных пределов.

Пункт 3 статьи 1252 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В обоснование снижения размера компенсации ответчик ссылался на факт реализации контрафактного товара в количестве 1 единицы по цене 80 руб. То есть обоснованная сумма заявленной истцом компенсации (100 000 руб.) в 1 250 раз превышает стоимость спорного товара.

Ответчик является субъектом малого предпринимателям, до настоящего дела не совершал правонарушений в области интеллектуальной собственности, и иных противоправных деяний, запрещенных законом или нарушающих права и законные интересы граждан и субъектов предпринимательской деятельности. Указанное нарушение совершено впервые. Оснований утверждать, что деятельность ответчика сопряжена с реализацией контрафактной продукцией, не имеется. После получения претензии от истца, спорный товар был снят с продажи до выяснения обстоятельств и возможное нарушение прав истца прекращено. Иных случаев продажи аналогичного товара истцом зафиксировано не было и доказательств обратного не представлено.

О недобросовестности контрагентов, у которых приобретался товар, ответчик не должен был предполагать, поскольку добросовестность участников гражданского оборота предполагается. Кроме того, продажа недорогих рыболовных принадлежностей является обычным способом их распространения и, по общему правилу, не предполагает специальной проверки того факта, нарушены ли при их создании интеллектуальные права третьих лиц. Доказательств обратного в материалах дела нет.

Суд полагает, что избранный истцом вид компенсации не ограничивает право суда снижать размер компенсации, исчисленной в порядке, предусмотренном подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, поскольку согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 № 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривается одна мера гражданско-правовой ответственности - компенсация, взыскиваемая вместо убытков, которая лишь рассчитывается разными способами (пункты 1 и 2 названной статьи), ввиду чего выработанные в упомянутом постановлении подходы применимы и к практике взыскания компенсации, рассчитанной согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Суд при соответствующем обосновании не лишен возможности взыскать сумму такой компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.04.2013 № 16449/12). Причем, если применение подобной санкции к нарушителю - юридическому лицу обычно не приводит к непропорциональному вторжению в имущественную сферу его участников - физических лиц, то в отношении индивидуального предпринимателя оно не исключает возложение на нарушителя столь серьезных имущественных обязательств, что их исполнение, в свою очередь, может не только поставить под сомнение продолжение им предпринимательской деятельности (что само по себе можно рассматривать как конституционно допустимое следствие совершенного правонарушения), но и крайне негативно отразиться на его жизненной ситуации.

Между тем, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих

индивидуализацию при применении взыскания.

Из приведенной правовой позиции следует, что если использование индивидуальным предпринимателем при осуществлении предпринимательской деятельности результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, в нарушение этих прав носит очевидно грубый характер либо размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным правилам, сопоставим с размером причиненных правообладателю убытков, то тяжесть последствий применения данной меры ответственности, как обусловленная целями охраны интеллектуальной собственности, должна презюмироваться соразмерной содеянному и не может влечь негативную конституционную оценку.

Вместе с тем нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство.

Правовая природа компенсации в гражданском правоотношении следует принципам возмездности и эквивалентности и направлена не на наказание правонарушителя, а на восстановление нарушенного права правообладателя в целях сохранения их баланса. Взыскание значительных сумм, явно не соответствующих последствиям допущенного нарушения права, ведет к нарушению цели правового регулирования нормы статьи 1515 ГК РФ.

Суд также учитывает затруднительное материальное положение ответчика: он является единственным работающим в своей семье, его супруга осуществляет уход за нетрудоспособным лицом, получая лишь компенсационные выплаты за уход; используемое ответчиком торговое место занимает площадь в 8 м.2, что не может обеспечивать получение им высоких прибылей (л.д.114-116).

Учитывая, что исходный расчет истца в части стоимости ежегодного лицензионного вознаграждения в размере 285 714, 28 руб. неверный, и должен соответствовать в настоящем конкретном случае 23 809,52 руб., суд полагает возможным снизить размер компенсации до 11 904, 76 руб. (50%). Суд считает, что размер установленной компенсации соразмерен правонарушению, допущенному ответчиком

впервые, а также в полной мере компенсирует истцу те негативные последствия, которые наступили в результате реализации спорного товара.

Истцом также заявлено о взыскании с ответчика 80 руб. расходов на приобретение товара по товарному чеку от 01.09.2018, 10 000 руб. расходов по оплате услуг эксперта ФИО5 за составление заключения эксперта № 7321-2018 от 26.11.2018, 97 руб. почтовых расходов.

Согласно статьей 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно положению статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся, в частности расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Заявленные истцом расходы на приобретение вещественных доказательств в размере 80 руб. подтверждены представленным в материалы дела товарным чеком от 01.09.2018.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума № 1) расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 АПК РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которых истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

В связи с изложенным, расходы в виде стоимости представленного в материалы дела доказательства отвечают установленным статьей 106 Кодекса критериям судебных издержек и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 9,52 руб. (пропорционально удовлетворенным требованиям), так как понесены в целях самозащиты права на приобретение контрафактного товара для подготовки иска в суд и доказывания значимых для рассмотрения дела обстоятельств.

Требование о взыскании почтовых расходов в размере 97 руб. (отправка искового заявления 48,5 руб., отправка претензии 48,5 руб.), а также 10 000 руб. расходов на экспертизу, удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В силу пункта 10 постановления Пленума № 1 лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Из материалов дела не усматривается, что почтовые расходы были понесены именно истцом, поскольку согласно отчету об отслеживании почтового отравления на официальном сайте «Почта России» (трек-номера 15750129064859, 15750130052890) отравителем значится ООО «Медиа-НН».

Тот факт, что ООО «Медиа-НН» уполномочено от имени истца отправлять корреспонденцию (претензии, иски), не свидетельствует о том, что данные расходы указанной организацией были понесены за счет средств самого истца.

В пункте 15 постановления Пленума № 1 разъяснено, что расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети "Интернет", на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 ГК РФ такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Кроме того, требование истца о взыскании с предпринимателя 10000 руб. расходов по оплате услуг эксперта ФИО5 за составление заключения № 7321-2018 от

26.11.2018 также является необоснованным, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства оплаты указанных денежных средств эксперту, что не подтверждается факт несения таких расходов как истцом, так и его представителем.

При этом суд, также, считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с процессуальным законодательством судебная экспертиза проводится по рассматриваемым арбитражным делам, когда возникают вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания (часть 1 статьи 82 АПК РФ). Следовательно, судебной экспертизой является лишь такое исследование, которое эксперт выполнил на основании постановления (определения) суда в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством.

Согласно пункту 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

В экспертном заключении эксперт сравнивает представленную на исследование продукцию с графическим изображением товарного знака. Необходимость такого исследования истцом не доказана. Приобретенный товар представлен в материалы дела и вопрос сходства по степени смещения разрешен судом с позиции рядового потребителя, специальных знаний для этого не требуется.

Таким образом, проведя по собственной инициативе внесудебную экспертизу и представив суду ее результат, общество реализовало свое процессуальное право на представление доказательств в подтверждение своей позиции по иску.

В силу части 2 статьи 64 АПК РФ полученное истцом и приобщенное судом к материалам дела указанное заключение эксперта в данном случае является доказательством по делу, поэтому стоимость услуг эксперта не может быть отнесена к тем выплатам, которые предусмотрены статьей 110 АПК РФ.

Учитывая данные обстоятельства, а также статьи 68 и 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что данное заключение эксперта нельзя признать допустимым доказательством, расходы по которому могут быть отнесены на ответчика.

Таким образом, поскольку заявленные к взысканию расходы в сумме 10000 руб. не подтверждены документально и по смыслу статьи 106 АПК РФ не отвечают критериям

судебных издержек, у суда отсутствуют правовые основания для взыскания этих расходов с ответчика, как с проигравшей стороны по делу.

С учетом изложенного, принимая во внимание результат рассмотрения спора, а также то, что истцом при подаче искового заявления государственная пошлина была уплачена только в сумме 2000 руб. и последующее увеличение исковых требований до 100000 руб., госпошлина по которым до необходимых 4 000 руб. истцом не доплачена, в соответствии со статьей 110 АПК РФ, судебные расходы подлежат распределению пропорционально удовлетворенным требованиям: в доход федерального бюджета следует взыскать государственную пошлину: с индивидуального предпринимателя ФИО1 в 1 524 руб., с индивидуального предпринимателя ФИО2 476 руб.; расходы по оплате государственной пошлины и судебных издержек по приобретению вещественного доказательства в остальной части подлежат отнесению на истца.

В удовлетворении требования о взыскании судебных издержек в остальной части (почтовые расходы, расходы на экспертизу) следует отказать ввиду недоказанности их понесения, а также в части расходов на экспертизу, вследствие недоказанности их отнесения к судебным издержкам.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.110, 167 – 171 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

взыскать в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 с индивидуального предпринимателя ФИО2 11 904,76 руб., в возмещение расходов по приобретению товара 9,52 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований и возмещении иных судебных расходов отказать.

Взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину: с индивидуального предпринимателя ФИО1 в 1 524 руб., с индивидуального предпринимателя ФИО2 476 руб.

Решение в течение месяца со дня принятия может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.

Судья С.Г. Колесников

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 08.05.2019 14:39:20

Кому выдана Колесников Сергей Григорьевич