Решение от 7 ноября 2022 г. по делу № А60-7559/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А60-7559/2022
07 ноября 2022 года
г. Екатеринбург



Резолютивная часть решения объявлена 28 октября 2022 года. Полный текст решения изготовлен 07 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи С.Ю. Григорьевой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи О.А.Мкртичян рассмотрел в судебном заседании дело №А60-7559/2022 по иску ООО "ЭНЕРДЖИ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ООО "ИНПАРТ" (ИНН <***>, ОГРН <***>), третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1, о взыскании 10 838 911 руб. 49 коп.,

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО2, паспорт; ФИО3, доверенность от 14.12.2021г., ФИО4, доверенность от 14.12.2021г.;

от ответчика: ФИО5, доверенность от 20.04.2022г., ФИО6, доверенность от 08.09.2022г.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду не заявлено.

Истец обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с ответчика задолженности по договору займа №28/11/2019 от 28.11.2019г. в размере 10 838 911 руб. 49 коп., в том числе 7 189 000 руб. долга, 427 182 руб. 21 коп. неустойки за просрочку возврата долга за период с 01.12.2020г. по 24.12.2021г. с последующим продолжением начисления по день фактического погашения долга.

Ответчик представил отзыв.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

Платежным поручением №323 от 28.11.2019г. истец – ООО «Энерджи» перечислил ответчику – ООО «Инпарт» денежные средства в размере 7 204 000 руб. с указанием в назначении платежа на оплату по договору беспроцентного займа №28/11/2019 от 28.11.2019г.

Истцом в материалы дела представлен договор займа №28/11/2019 от 28.11.2019г., согласно которому возврат заемных денежных средств должен быть произведен ответчиком 28.11.2020г.

Ссылаясь на неисполнение ответчиком обязательств по договору займа, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика задолженности в размере 7 189 000 руб. и неустойки за просрочку возврата займа в размере 427 182 руб. 21 коп.

При определении размера долга истцом учтен частичный возврат ответчиком денежных средств 06.10.2020г. в размере 15 000 руб.

Ответчиком оспаривается наличие заемных отношений с истцом, перечисление денежных средств носило транзитный характер. Ответчик выразил сомнение в наличии у истца финансовой возможности исполнить обязательства займодавца. Кроме того, ответчик пояснил, что создание ООО «Энерджи» преследовало цели формирования финансовых показателей; транзитного движения денежных средств, продукции, в целях включения в цепочку аффилированных сделок внешне независимого контрагента; оформления фиктивного приобретения товаров, продукции, необходимого для искусственного увеличения размеров активов для обеспечения получения кредитных средств, либо участия в торгах.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Статьей 812 ГК РФ предусмотрено, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (ст. 808 ГК РФ), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

В соответствии с частью 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы. К таким доказательствам может относиться, в частности, платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне.

Такое платежное поручение подлежит оценке судом, арбитражным судом исходя из объяснений сторон об обстоятельствах дела, по правилам, предусмотренным ст. 71 АПК РФ, - по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом того, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

При этом указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств, и т.п.

Данная правовая позиция изложена в пункте 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015 (далее - Обзор N 3).

При определении природы возникшего обязательства судом исследованы представленные сторонами документы, анализ которых позволяет суду прийти к выводу о том, что в отношениях двух юридических лиц беспроцентный договор займа является нетипичным, т.к. предпринимательская деятельность направлена, прежде всего, на получение прибыли (ст. 2 ГК РФ).

В данной ситуации договор займа №28/11/2019 от 28.11.2019г. является единственным договором, свидетельствующим о том, что денежные средства переданы ответчику на условиях возвратности, иные договоры займа отсутствуют.

Если предположить, что беспроцентный договор займа заключен двумя внешне независимыми контрагентами, то тогда следует признать высокую степень доверия контрагентов. Высокая степень доверия возможна только при личных взаимоотношения бенефициаров и тогда сделка будет действительно единственной, либо при фактической аффилированности юридических лиц, когда интересы бенефициаров находятся в иной плоскости за пределами сделки.

Ответчиком в материалы дела представлена переписка руководителей истца и ответчика, позволяющая сделать вывод о том, что имеет место фактическая аффилированность двух юридических лиц. Высокая степень доверия продемонстрирована в словах и выражениях, которыми общались руководители при согласовании финансовых вопросов (до степени смешения с личными взаимоотношениями двух физических лиц).

Кроме того, в материалы дела представлены иные финансово-хозяйственные документы истца и ответчика, свидетельствующие о том, что два общества вели схожую по направлениям/специализации предпринимательскую деятельность. В производстве арбитражного суда находятся дела о взыскании истцом с ответчика денежных средств, перечисленных по договору купли-продажи, оказания услуг, а также о взыскании неосновательного обогащения (А60-7552/2022, А60-7558/2022, А60-7557/2022, А60-8270/2022 и др.).

В материалы дела истцом представлено два акта сверки, в которых одни и те же платежи имеют различное наименование, что в совокупности с перепиской сторон позволяет сделать вывод о том, что назначение платежа как могло так и не могло иметь отношение к реальным сделкам; платежи могли быть совершены независимо от того, планировалось или не планировалось совершение сделки.

Ответчик полагает, что переписка сторон подтверждает, что истец выполнял распоряжения ответчика, т.е. был подконтролен ответчику.

Суд не может согласиться с мнением ответчика, поскольку переписка не отражает эмоций собеседников, чтобы понять кто у кого просит разрешения на совершение каких-либо действий. Переписка дает однозначное понятие о том, что два руководителя понимают, что ведут речь о перечислении денежных средств, о реальных основаниях перечисления и необходимости согласования назначения платежа с точки зрения внешнего соответствия с бухгалтером.

Два общества вели схожую предпринимательскую деятельность, фактически находились по одному адресу, бухгалтерское и юридическое сопровождение истцу и ответчику оказывали одни и те же лица.

Соответствующие доводы истца (письменные пояснения от 25.10.2022г.) и ответчика (отзыв от 27.05.2022г.) не опровергнуты сторонами.

Таким образом, истец и ответчик являются аффилированными лицами, их объединяет общность экономических интересов, что и вызвало заключение договора займа на условиях, недоступных обычным (независимым) контрагентам.

В этой ситуации на истца и ответчика возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки.

Ответчиком заявлено о том, что денежные средства предназначались ответчику за товар, переданный контрагенту, для истца перечисление денежных средств от контрагента к ответчику носило транзитный характер.

Ответчик пояснил, что обязательство по поставке товара исполнено им самостоятельно; денежные средства ответчику перечислены по договору займа, т.к. ответчик испытывал необходимость в пополнении оборотных средств.

При проверке доводов истца и ответчика исследованы первичные документы, которые не подтвердили обстоятельства приобретения сторонами товара, полученного контрагентом.

Из схемы движения денежных средств и товара, представленной ответчиком от 24.08.2022г.), следует, что обязательство по поставке товара исполнено не ответчиком.

Документы истца (письменные пояснения от 10.08.2022г.) не подтверждают возможность поставить товар, поскольку не доказано обладание товаром, приобретенным по договору от 17.10.2019г. Ответчиком представлены документы о том, что продавец по договору от 17.10.2019г. (третье лицо) не мог поставить товар истцу. Данные обстоятельства истцом не опровергнуты, истец заявил, что расчеты за товар производились наличными денежными средствами.

Из пояснений контрагента, перечислившего денежные средства и получившего товар от 09.08.2022г., следует, что переговоры о поставке товара велись с руководителями истца и ответчика, для покупателя не имеет принципиального значения наименование компании-поставщика.

В итоге получается, что денежные средства, поступили от контрагента истцу, который часть в размере 7 204 000 руб. перечислил ответчику по договору займа, а товар контрагент получил не от истца и не от ответчика, что позволяет сделать вывод о транзитном прохождении денежных средств через счет истца и ответчика.

В этой связи суд также отмечает нетипичное поведение истца, не принимавшего длительное время мер к взысканию задолженности по договору займа, а также по иным перечислениям (рассматриваются в рамках иных дел), иски поданы в 2022 году одномоментно, что может быть объяснено с точки зрения такой цели коммерческого юридического лица как извлечение прибыли от своей деятельности.

С учетом того, что назначения платежных документов как могло, так и не могло соответствовать реальным сделкам, установить конечного получателя денежных средств не представляется возможным, достаточно того, что суд пришел к выводу, что истец и ответчик не имеют прав на указанные денежные средства.

В силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой. В то же время сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима, или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 6, 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, выявление при разрешении экономических и иных споров, возникающих из гражданских отношений, обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий участников оборота на придание правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может являться основанием для вывода о ничтожности соответствующих сделок как нарушающих публичные интересы и для отказа в удовлетворении основанных на таких сделках имущественных требований, применении последствий недействительности сделок по инициативе суда.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015 N 32 "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем", принимать во внимание типологии незаконных финансовых операций, подготовленные Росфинмониторингом.

Принимая во внимание фактическую аффилированность истца и ответчика, транзитное прохождение денежных средств по счетам истца и ответчика, что не соответствует характеру заемных отношений, нетипичные условия сделки и поведения сторон, а потому указанная сделка является ничтожной и не порождающей никаких правовых последствий в силу положений части 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25)).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 170 Гражданского кодекса сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) ничтожные сделки (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020)).

В связи с тем, что сделка является мнимой, суд отказывает истцу в защите права на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемой ситуации даже отказ в удовлетворении требований будет являться поощрением со стороны государства хозяйственных операций, совершенных с целью обхода закона, поэтому суд квалифицирует совершенную сделку как сделку, совершенную с целью, заведомо противной основам правопорядка (экономическая организация общества).

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом (п. 85 постановление Пленума N 25).

Суд обращает внимание, что ответчик, признавший свое противоправное поведение при совершении сделки, в случае отказа в иске получает материальную выгоду в размере денежных средств, полученных от истца, что недопустимо, вследствие чего, суд все полученное сторонами по сделке взыскивает в доход Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать в доход Российской Федерации с ООО "ИНПАРТ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) 7 189 000 руб., с ООО "ЭНЕРДЖИ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) 15 000 руб.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.


СудьяС.Ю. Григорьева