Решение от 20 января 2023 г. по делу № А45-15212/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-15212/2022
г. Новосибирск
20 января 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 16 января 2023 года

Полный текст решения изготовлен 20 января 2023 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Лузаревой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Уфа, ИНН: <***>

к индивидуальному предпринимателю ФИО3, р.п. Мошково ИНН: <***>

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуальный предприниматель ФИО4, ИФНС России по Центральному административному округу г. Омска,

о запрете использования обозначения «Планета» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами),

при участии в судебном заседании представителей:

от истца (в режиме онлайн): ФИО2 (лично), паспорт,

от ответчика: ФИО5 по доверенности от 30.04.2021, диплом ВСГ 2877654 от 10.11.2008, паспорт,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3) о взыскании компенсации в размере 600 000 рублей за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с принадлежащим истцу товарными знаками (знаками обслуживания) по свидетельствам Российской Федерации №№299509, 647502 (уточненное требование).

Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик возражает против удовлетворения исковых требований, считает, что по делу не представлены доказательства, свидетельствующие об обоснованности предъявленных истцом требований.

Рассмотрев материалы дела, проанализировав представленные в материалы дела доказательства в порядке, предусмотренном ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражный суд приходит к выводу об обоснованности требований истца.

Истец является правообладателем товарного знака (знака обслуживания) «ПЛАНЕТА» по свидетельству Российской Федерации N 299509, зарегистрированного 14.12.2015 с приоритетом от 05.03.2004 по заявке N 2004704708 в отношении услуг 35-го класса МКТУ «снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами), продвижение оборудования: автосервисного, автомоечного, строительного, сантехнического, сварочного, насосного, отопительного, энергетического, электротехнического, компрессорного, дерево-, металлообрабатывающего; садовой техники; автоматических ворот и шлагбаумов; спецодежды; средств индивидуальной защиты; электродвигателей, электростанций; запорной арматуры; промышленной мебели; инструмента: электрического, пневмонического, слесарного; запасных частей автомобилей; автомобилей; автошин (для третьих лиц); коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной торговлей; консультации по подбору оборудования; прокат оборудования и инструмента, продвижение товаров через всемирную компьютерную сеть, магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торгово-закупочная деятельность»; знака обслуживания «ПЛАНЕТА» по свидетельству Российской Федерации N 647502, зарегистрированного 13.03.2018 с приоритетом от 14.05.2015 по заявке N 2015714242 в отношении услуг 35-го «розничная продажа непродовольственных товаров, розничная продажа продовольственных товаров, неспециализированная розничная продажа, оптовая продажа непродовольственных товаров, оптовая продажа продовольственных товаров, неспециализированная оптовая продажа; продвижение товаров (для третьих лиц); снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами); организация выставок в коммерческих целях; организация торговых ярмарок в коммерческих целях; продажа аукционная; сбыт товаров через посредников; коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной продажей; услуги по сбору и группированию (за исключением транспортировки) в торговых залах товаров для удобства приобретения и изучения потребителям; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа; дистанционная продажа товаров потребителям", 36-го "страхование; финансовая деятельность; кредитно-денежные операции; операции с недвижимостью, сдача помещений в аренду», 41-го «воспитание; обеспечение учебного процесса; развлечения; организация спортивных и культурно-просветительных мероприятий», 43-го класса «агентства по обеспечению мест [гостиницы, пансионы]; аренда временного жилья; аренда помещений для проведения встреч; базы отдыха; бронирование мест в гостиницах; бронирование мест в пансионах; бронирование мест для временного жилья; гостиницы; дома для престарелых; мотели; пансионы; пансионы для животных; прокат кухонного оборудования; прокат осветительной аппаратуры, за исключением используемой в театрах или телестудиях; прокат палаток; прокат передвижных строений; прокат раздаточных устройств [диспенсеров] для питьевой воды; услуги баз отдыха [предоставление жилья]; услуги кемпингов; ясли детские» классов МКТУ.

Указанные товарные знаки N 299509 и N 647502 используются истцом путем привлечения лицензиатов при осуществлении деятельности в отношении розничной продажи товаров, а также для индивидуализации торгового центра «Планета».

При этом, товарные знаки используются лицензиатами, в частности:

-для индивидуализации услуг магазина «ПЛАНЕТА», находящегося д. Николаевка Уфимского района Республики Башкортостан, лицензиатом индивидуальным предпринимателем ФИО6,

-для индивидуализации услуг торгового центра «ПЛАНЕТА», находящегося по адресу <...>, лицензиатом индивидуальным предпринимателем ФИО7.

Истцу стало известно, что ответчик при осуществлении своей деятельности, незаконно использует обозначение «Планета» для индивидуализации услуг магазина, расположенного по адресу: <...>, без заключения с истцом лицензионного договора на использование товарных знаков, тогда как используемое обозначение является сходным до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу.

Обстоятельства ведения ответчиком деятельности с использованием обозначения «Планета», схожего до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу, подтверждены видеозаписью покупки в магазине ответчика, произведенной в порядке статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в целях самозащиты гражданских прав.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчик заявил о необходимости назначения по делу видео-технической экспертизы видеозаписи закупки товара в магазине ответчика от 21.08.2021, представленной истцом в материалы дела 14.06.2022.

Ходатайство о назначении видео-технической экспертизы представленной истцом видеозаписи ответчик обосновывает тем, что, по его мнению, имеются сомнения в подлинности представленной видеозаписи, отсутствует подтверждение или опровержение наличия видеомонтажных работ по внесению изменений в видеозапись, определение оригинальности видеозаписи, что для ответчика является основанием для оценки указанной видеозаписи в качестве ненадлежащего доказательства по делу.

Данное ходатайство судом рассмотрено и отклонено, так как после просмотра СД-диска, представленного истцом с видеозаписями закупки товаров в торговой точке ответчика, а также в торговых точках лицензиатов истца, осуществленного в судебном заседании13.07.2022, у суда не возникло вопросов о подлинности представленной истцом видеозаписи.

Довод ответчика о том, что проведение видео-технической экспертизы поможет установить факт подлинности видеозаписи, при отсутствии конкретных фактов того, что в указанную запись вносились какие-либо изменения, не может являться основанием для назначения по делу видео-технической экспертизы.

На основании пункта 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части 4 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума №10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения. Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Суд учитывает, что истцом на основании статей 12, 14 ГК РФ и пункта 2 статьи 64 АПК РФ в целях самозащиты гражданских прав была произведена видеосъёмка, которая подтверждает факт нахождения спорной вывески на фасаде здания, расположенного по адресу: <...>, в котором расположен магазин ответчика и непосредственно при входе в магазин ответчика, а также подтверждает, факт приобретения товара с демонстрацией на видеозаписи чека, выданного в торговой точке ответчика с проставленным на чеке ИНН ответчика, позволяет с очевидностью прийти к выводу о том, что оспариваемая ответчиком видеосъемка в действительности произведена в магазине ответчика.

Видеозапись покупки отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемых товаров, процесс его оплаты, выдачи чека.

На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной отсутствуют. Она соответствует критериям относимости (ст. 67 АПК РФ), допустимости (ст. 68 АПК РФ) и достоверности (п.2 ст. 71 АПК РФ).

Отклоняя данное ходатайство, суд установил, что утверждение ответчика о монтаже видеозаписи основано только на его предположении и не подтверждается какими-либо доказательствами, при этом, последовательность видеоряда на видеозаписи не нарушена, видеозапись отражает весь процесс приобретения контрафактного товара в магазине, выдачу чеков, следовательно, в рассматриваемом случае основания для назначения судебной экспертизы отсутствуют.

Кроме того, суд учитывает то, что заявления о фальсификации указанной видеозаписи в порядке ст. 161 АПК РФ ответчик не сделал.

Учитывая указанные обстоятельства, суд приходит к выводу о доказанности факта допущенного ответчиком нарушения исключительных прав истца

Исключительные права на товарные знаки N 299509 и N 647502 принадлежат истцу и ответчику не передавались.

С учетом принятого в порядке ч. 1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) к рассмотрению заявления истца об изменении предмета иска истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на указанные товарные знаки (знаки обслуживания) в размере 600 000 рублей, рассчитанную применительно к подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.14.06.2022 истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием прекратить использование товарных знаков, оплатить компенсацию и предоставить сведения о размере выручки от реализации товаров за три года осуществления ответчиком предпринимательской деятельности, предшествующие направлению претензии.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1)на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Как отмечено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения (абз.3 п. 162 Постановления N10).

При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Таким образом, одним из юридических значимых обстоятельств, подлежащих установлению судами при рассмотрении дел соответствующей категории, является установление тождественности или сходства до степени смешения либо их отсутствие между товарным знаком, принадлежащим истцу, и обозначением, использованным ответчиком для индивидуализации своих товаров, а также однородность товаров (услуг), в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, и товаров (услуг), вводимых в гражданский оборот ответчиком.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила), установлено, что обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Согласно пункту 42 Правил, словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 43 Правил N 482, изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Пунктом 44 Правил N 482 установлено, что комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 данных Правил N 482, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается (абз.5 п. 162 Постановления N 10).

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Обстоятельства, связанные с определением сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений.

Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом.

В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится.

При этом вхождение одного обозначения (например, словесного элемента, являющегося единственным элементом в защищаемом товарном знаке истца) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений. В случае установления сходства осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений.

При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемых товарных знаков.

Аналогичные положения содержатся в пункте 7.1.2.1 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденных Приказом Роспатента от 24.07.2018 N 128 (далее - Руководство).

В соответствии с пунктом 7 Руководства оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления, формируемого, в том числе с учетом неохраняемых элементов, которые могут присутствовать в составе заявленного обозначения. При этом формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветового решения.

В силу пункта 7.1.1 Руководства при анализе обозначения следует учитывать, что потребитель в большинстве случаев не имеет возможности сравнить два знака и руководствуется общим впечатлением о знаке, виденном ранее. При этом потребитель, как правило, запоминает отличительные элементы знака.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая, в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Степень однородности товаров, для индивидуализации которых зарегистрированы сравниваемые товарные знаки, подлежит учету наряду со степенью сходства самих обозначений, при определении вероятности их смешения в гражданском обороте.

Применительно к спорной правовой ситуации, в используемом ответчиком для индивидуализации магазина комбинированном обозначении со словесными элементами «ПЛАНЕТА Одежда обувь» использован словесный элемент «ПЛАНЕТА», который применительно к спорным знакам обслуживания является либо единственным (знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 647502), либо доминирующим (знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 299509).

Наличие в сравниваемых обозначениях словесного элемента, обладающего сходством, близким к тождеству, и к тому же образующего серию знаков обслуживания, свидетельствует о том, что определенная степень сходства сравниваемых обозначений имеется.

В рассматриваемом случае установлено, что в товарном знаке истца словесный элемент «ПЛАНЕТА» занимает центральное (доминирующее) положение в обозначении истца, восприятие обозначения как товарного знака в целом усиливается графическим элементом - линией, пересекающей слово «ПЛАНЕТА». В обозначении ответчика словесный элемент «ПЛАНЕТА» расположен над словесными элементами «Одежда обувь».

При сопоставлении спорного обозначения ответчика с товарным знаком истца с точки зрения их графического и визуального сходства судом учтены правовые позиции, изложенные в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N 2979/06, от 17.04.2012 N 16577/11, в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, согласно которым вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При этом суд отмечает, что слова «одежда» и «обувь» являются простым указанием на ассортимент реализуемых товаров и являются неохраняемыми в силу пункта 1 статьи 1483 ГК РФ, а как указано в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.12.2014 N 301-ЭС14-1129, неохраняемые элементы товарного знака не могут являться основанием, определяющим наличие или отсутствие сходства до степени смешения товарного знака и обусловливать угрозу их смешения потребителями.

Суд также принимает во внимание правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 № ВАС-2050/13, согласно которой добавление к товарному знаку, принадлежащему иному лицу, уточняющего или характеризующего слова не делает это обозначение не сходным до степени смешения с данным товарным знаком.

Данная правовая позиция применима в случаях, когда к сильному элементу товарного знака добавляется иной (слабый) элемент с целью создания видимости различий в общем зрительном впечатлении, которое они производят.

Таким образом, добавление к обозначению «ПЛАНЕТА», являющемуся тождественным с защищаемым товарным знаком по свидетельству N 647502 и имеющему высокую степень сходства с защищаемым товарным знаком по свидетельству N 299509, слов «одежда» и «обувь» не может повлиять на вывод о сходстве этого обозначения с этими товарными знаками.

Как следует из материалов дела, принадлежащие истцу товарные знаки по свидетельству Российской Федерации N 299509, 647502 использованы ответчиком не на товарах (подпункт 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), которые фактически предлагаются к продаже ответчиком третьим лицам, а на вывеске помещения (подпункт 4 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), то есть в отношении услуг 35-го класса МКТУ «закупка и обеспечение предпринимателей товарами», для которых указанный товарный знак зарегистрирован (право использования).

Поскольку обозначение «ПЛАНЕТА Одежда обувь» ассоциируется с другим обозначением (товарным знаком) «ПЛАНЕТА» в целом, несмотря на их отдельные отличия, оно считается сходным до степени смешения с ним за счет фонетического и семантического признаков сходства

Кроме того следует отметить, что слова «Одежда» и «Обувь» являются неохраняемыми и являются простым указанием на вид реализуемых товаров, и именно словесный элемент «Планета» является сильным в используемом ответчиком обозначении.

Относительно однородности зарегистрированных прав истца и деятельности ответчика по продаже товаров суд отмечает, что защищаемый товарный знак по свидетельству N 299509 зарегистрирован, в частности, в отношении таких услуг 35 класса МКТУ, как «магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торгово-закупочная деятельность», а товарный знак по свидетельству N 647502 зарегистрирован, в частности, в отношении таких услуг 35 класса МКТУ, как «сбыт товаров через посредников; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа».

При этом, в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 19.04.2021 по делу №А32-2250/2020 обращено внимание на то, что в целях установления наличия либо отсутствия однородности следует сравнить услуги (вид деятельности), фактически осуществляемые ответчиком с использованием спорного обозначения, и услуги, для которой зарегистрирован знак обслуживания истца, в защиту которого был предъявлен иск, а аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 25.11.2021 по делу N А32-39603/2020, от 17.08.2021 по делу N А65-31410/2020, от 14.05.2021 по делу N А34-196/2020.

Также в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 13.10.2020 по аналогичному (близкому к идентичности) делу № А65-31827/2019 в защиту этих же товарных знаков по свидетельствам №№ 299509, 647502 сказано: «Ответчик, как установили суды, использует спорное обозначение в качестве названия магазина, осуществляющего торговлю одеждой и обувью, и аналогичного интернет-магазина.

Коллегия судей не усматривает оснований не согласиться с доводом заявителя кассационной жалобы о том, что названные услуги соотносятся как род/вид, а именно: реализация (розничная и дистанционная) одежды и обуви является разновидностью таких услуг, как услуги оптовой и розничной продажи, услуги магазинов, оптовой и розничной продажи, дистанционная продажи товаров потребителям. Потребителем соответствующих услуг являются рядовые потребители (покупатели)».

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 22.10.2020 по аналогичному (близкому к идентичности) делу № А65-31825/2019 в защиту этих же товарных знаков по свидетельствам №№299509, 647502.

Как следует из представленной истцом видеозаписи закупа товара в магазине ответчика, в спорном магазине осуществляется продажа не только одежды и обуви, но и иных товаров, в том числе подушек, постельного белья, рюкзаков, дорожных сумок, женских сумок, чемоданов, и т.д. Таким образом, ответчик использует спорное обозначение при осуществлении деятельности по розничной продаже широкого ассортимента товаров, в отношении которых зарегистрированы защищаемые товарные знаки по свидетельствам №№299509, 647502, что исключает вывод об отсутствии однородности или низкой степени однородности указанной деятельности ответчика с услугами 35 класса МКТУ защищаемых товарных знаков.

При имеющихся по делу обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что используемое ответчиком обозначение «ПЛАНЕТА» имеет высокую степень сходства с товарными знаками, а осуществляемая ответчиком деятельность по реализации товаров с использованием спорного обозначения близка к идентичности с услугами «коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной торговлей; магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торгово-закупочная деятельность» в отношении которых зарегистрирован товарный знак по свидетельству №299509, а также с услугами «розничная продажа непродовольственных товаров, неспециализированная розничная продажа, продвижение товаров (для третьих лиц); сбыт товаров через посредников; коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной продажей; услуги по сбору и группированию (за исключением транспортировки) в торговых залах товаров для удобства приобретения и изучения потребителям; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа», в отношении которых зарегистрирован товарный знак по свидетельству №647502.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения фактов, на наличие которых аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При наличии у какой-либо из сторон возражений против представленных другой стороной фактов либо доказательств, оппонент должен обосновать сущность своих возражений и привести доказательства и/или факты их опровергающие.

Сторонам было предоставлено право представлять суду и другой стороне аргументы и доказательства по делу, заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

При этом следует учитывать, что в общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600 (5-8).

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

Оценка представленных по делу доказательств позволяет суду прийти к выводу о том, что истцом представлены доказательства, что ответчик своими действиями нарушил исключительные права на товарные знаки, принадлежащие истцу, ответчик, напротив соответствующих доказательств не представил, следовательно, совокупность необходимых условий для установления факта нарушения ответчиком исключительных имущественных прав истца на спорные товарные знаки по делу установлена.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Как отмечено в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите исключительных прав, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации не учитываются сведения о том, знал ли нарушитель о неправомерности своих действий.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права (статья 1250 ГК РФ).

Согласно пункту 59 Постановления N 10, в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации. При этом истец не лишен права заявлять сумму компенсации ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Согласно разъяснению, изложенному в пункте 61 Постановления N 10 заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Как разъяснено в пункте 62 постановления N 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации. По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно п. п. 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Обращаясь с иском по настоящему делу, истец избрал вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в отношении нарушения исключительного права на товарные знаки (знаки обслуживания).

Истец указал, что ответчиком за последние три года, до даты направления претензии – 14.06.2022, были оказаны услуги (реализованы товары) с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу, на сумму 5 000 000 рублей, следовательно, истец вправе требовать от ответчика выплаты компенсации в двукратном размере стоимости оказанных услуг, т.е. в сумме 10 000 000 рублей.

Вместе с тем, исходя из принципа разумности и справедливости размера компенсации, истец самостоятельно снизил этот размер до 600 000 рублей.

Определением от 13.07.2022 суд удовлетворил ходатайство истца и истребовал у ответчика сведения об объеме выручки, полученной от реализации товаров (произведенных третьими лицами) в магазине, находящемся по адресу: <...> за последние три года до 01.06.2022.

Определениями от 15.08.2022 суд повторно истребовал у ответчика указанные доказательства.

В абзаце 2 пункта 61 Постановления № 10 указано, что в случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

В силу пункта 7 статьи 66 АПК РФ лицо, у которого находится истребуемое судом доказательство, направляет его непосредственно в арбитражный суд.

Согласно пункту 8 статьи 66 АПК РФ, если лицо, от которого арбитражным судом истребуется доказательство, не имеет возможности его представить вообще или представить в установленный судом срок, оно обязано известить об этом суд с указанием причин непредставления в пятидневный срок со дня получения копии определения об истребовании доказательства.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Ответчик не представил в материалы дела истребованные судом сведения.

В целях установления значимых для дела обстоятельств, связанных с установлением объема выручки ответчика в спорный период, суд самостоятельно обратился с запросом в МИФНС России №23 по Новосибирской области сведений о зарегистрированной за ответчиком контрольно-кассовой техники и объему выручки, полученной от реализации товаров (произведенных третьими лицами) в магазине, находящемся по адресу: <...>, за последние три года до 01.06.2022 включительно.

Из ответа ИФНС по Центральному административному округу г. Омска от 23.11.2022 следует, что выручка, полученная за указанный период ИП ФИО3 с применением контрольно-кассовой техники, установленной по адресу: <...>, составила 957 114 рублей 80 копеек.

09.12.2022 истец представил пояснения относительно представленных ответчиком сведений об объеме выручки, полученной от реализации товаров (произведенных третьими лицами) в спорном магазине за период до 01.06.2022 включительно, в котором указывал, что выручка составила 1 846 955 рублей 60 копеек.

Между тем, указанная сумма является ошибочной, поскольку истец прибавил выручку по каждому кассовому чеку с выручкой за каждый день, в связи с чем, итоговая сумма стала в два раза выше фактической суммы, которая составила согласно представленного ответчиком отчета 923 477 рублей 80 копеек.

Однако, как следует из ответа ИФНС на определение от 22.10.2022 выручка в магазине по адресу <...> за указанный период составила 957 114 рублей 80 копеек.

Таким образом, истец вправе требовать от ответчика выплаты в сумме 1 914 229 рублей 60 копеек (957 114,8 умножить на 2), вместе с тем истец просит взыскать с ответчика компенсацию в меньшей сумме, а именно в сумме 600 000 рублей.

Учитывая, что истец, применительно к подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ определил размер компенсации от размера двукратной выручки от оказания услуг и самостоятельного уменьшения размера компенсации до 600 000 рублей, указанная сумма компенсации математически соответствует определенной истцом компенсации.

Следует отметить, что из системного толкования подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ и пункта 2 статьи 1477 ГК РФ следует, что правообладатель знака обслуживания вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости услуг, оказанных с использованием знака обслуживания, или в двукратном размере стоимости права использования знака обслуживания, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование знака обслуживания.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 10.06.2020 по делу №А19-543/2019, от 25.06.2020 по делу №А19-3604/2018, от 26.06.2020 по делу №А33-4702/2018, от 28.08.2020 по делу №А27-28576/2018, от 13.10.2020 по делу №А65-31827/2019, от 22.10.2020 года по делу №А65-31825/2019.

В постановлении Суда по интеллектуальным правам от 25.11.2021 N СО 1 -1554/2021 по делу N А32-39603/2020 относительно вывода судов о том, что продажа товара и оказание услуг по реализации товара не являются тождественными, и имеют различный объект и направленность, а подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ не предусмотрена возможность произведения расчета компенсации в зависимости от выручки, полученной ответчиком от своей деятельности, Суд по интеллектуальным правам отметил, что вывод о том, что продажа товара и оказание услуг по реализации товара не является тождественными, не соответствует методологии оценки однородности.

Суд по интеллектуальным правам отметил, что положения статьи 1477 ГК РФ и подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ позволяют правообладателю взыскивать не только компенсацию в двукратном размере стоимости товаров, на которых размещен товарный знак, но и, в аналогичных случаях, позволяет правообладателю взыскивать компенсацию в двукратном размере стоимости оказанных услуг или выполнения работы, если при оказании таких услуг или выполнении таких работ незаконно использовался товарный знак (знак обслуживания), а в связи с этим признал несостоятельными выводы судов о том, что невозможно определить таким образом двукратный размер компенсации.

При этом, Суд по интеллектуальным правам отметил, что ответчик вправе оспорить стоимость оказанных услуг, на основании которой истцом рассчитан размер компенсации. В случае если ответчик не оспорит рассчитанный истцом размер компенсации (не заявит соответствующий довод и не обоснует его), исковые требования подлежат удовлетворению в заявленном размере.

В постановлении от 19.04.2021 по делу №А32-2250/2020 Суд по интеллектуальным правам отметил, что, поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости товаров (услуг), императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с расчетом размера компенсации, заявленным истцом, могут основываться на оспаривании заявленной истцом стоимости услуг и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими такое несогласие. Установленная судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, стоимость услуг в двукратном размере составляет компенсацию, подлежащую взысканию за соответствующее нарушение. Ответчик же вправе оспорить рассчитанный на основании открытых сведений о результатах его хозяйственной (финансовой) деятельности размер компенсации путем представления контррасчета размера компенсации исходя из существа нарушения либо иных доказательств, в том числе данных его бухгалтерского баланса.

Ответчик документальных доказательств того, что заявленный истцом размер компенсации является чрезмерным, а также документальных доказательств наличия иных оснований для снижения предъявленного истцом к взысканию размера компенсации, не представил. Также ответчик не представил никаких доказательств, свидетельствующих о возможности снижения размера компенсации ниже установленного подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Проверив в порядке ст. 71 АПК РФ обстоятельства спора и доказательства, предъявленные по делу, исходя из степени вины ответчика, арбитражный суд приходит к выводу, что исковые требования ИП ФИО2 подлежат удовлетворению в заявленном объеме

В соответствии со статьёй 110 АПК РФ государственная пошлина подлежит отнесению на ответчика.

Руководствуясь ст. 110, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) компенсацию за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения товарными знаками (знаками обслуживания) по свидетельствам Российской Федерации №299509 и №647502 в размере 600 000 рублей 00 копеек, также 6 000 рублей 00 копеек расходов по государственной пошлине по иску.

Взыскать с индивидуального предпринимателя индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) в доход федерального бюджета 9 000 рублей 00 копеек расходов по государственной пошлине по иску.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Исполнительный лист выдать по заявлению взыскателя.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев с момента вступления решения в законную силу при условии, если решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья И.В. Лузарева