Постановление от 11 февраля 2021 г. по делу № А13-10852/2013

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 февраля 2021 года

Дело №

А13-10852/2013

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Воробьевой Ю.В., Чернышевой А.А.,

при участии ФИО1 (паспорт) и его представителя ФИО2 (доверенность от 17.09.2020), конкурсного управляющего закрытым акционерным обществом «Фирма «Строймеханизация-5» ФИО3 (паспорт), от общества с ограниченной ответственностью «Управление механизации-5» ФИО4 (доверенность от 27.01.2021),

рассмотрев 08.02.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 30.07.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2020 по делу № А13-10852/2013,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 10.10.2013 закрытое акционерное общество «Фирма «Строймеханизация-5», адрес: 160000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, должник), признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении Общества открыто конкурсное производство.

Определением суда от 10.10.2013 конкурсным управляющим Обществом утвержден ФИО5.

Определением суда от 06.04.2016 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением суда от 21.04.2016 конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ФИО5 29.02.2016 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением суда первой инстанции от 30.07.2020 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, с ответчика в пользу должника взыскано 207 242 581,94 руб.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2020 указанное определение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 30.07.2020 и постановление от 19.10.2020, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на несоответствие фактическим обстоятельствам дела вывода судов первой и апелляционной инстанции об отсутствии платежей по договорам купли-продажи, в соответствии с которыми транспортные средства и дорожная техника, принадлежащие Обществу, отчуждены обществу с ограниченной ответственностью «Лимб» (далее – ООО «Лимб»); на ненадлежащую оценку судами договора купли-продажи флота в количестве шести единиц, заключенного должником с обществом с ограниченной ответственностью «Управление механизации-5» (далее – ООО «Управление механизации-5»), и договора купли-продажи недвижимого имущества, заключенного Обществом с обществом с ограниченной ответственностью «Гурман» (далее – ООО «Гурман»), в соответствии с которыми должником отчуждались непрофильные активы, а также договора купли-продажи недвижимого имущества, заключенного Обществом с ФИО6

ФИО1 указывает, что перечисленные договоры не были признаны недействительными, полагает, что их заключение не может служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ввиду отсутствия причинной связи между его действиями и банкротством должника.

Податель жалобы также считает, что при вынесении определения от 30.07.2020 судом первой инстанции допущены нарушения норм процессуального права, выразившиеся в том, что представитель собрания кредиторов Общества не был извещен о рассмотрении настоящего обособленного спора.

В дополнениях к кассационной жалобе, поступивших 05.02.2021 в Арбитражный суд Северо-Западного округа в электронном виде, ФИО1 ссылается на то, что судами первой и апелляционной инстанций не дана надлежащая правовая оценка действиям членов наблюдательного совета Общества, одобрявшим сделки, совершение которых послужило основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности

В дополнениях к кассационной жалобе также указано, что по заявлениям конкурсного управляющего ФИО3 со ФИО5 взысканы убытки в сумме 258 577 284,42 руб., причиненные должнику в связи с непринятием мер по оспариванию сделок, таким образом, реализован альтернативный способ защиты нарушенного права.

В представленных в электронном виде отзывах конкурсный управляющий ФИО3 и общество с ограниченной ответственностью «АгрОС» считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В представленном в электронном виде отзыве представитель собрания кредиторов Общества ФИО7 просит отменить обжалуемые судебные акты, направить обособленный спор в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель поддержали доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Конкурсный управляющий ФИО3 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Выступая как представитель ООО «Управление механизации-5», являющегося конкурсным кредитором Общества, ФИО1 согласился с доводами, содержащимися в кассационной жалобе.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в суд не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 22.08.2002.

ФИО1 с 02.04.2010 являлся директором Общества.

Внеочередным общим собранием акционеров Общества 25.06.2013 принято решение о досрочном прекращении полномочий директора ФИО1 и об избрании на эту должность директора ФИО8

Внеочередным общим собранием акционеров Общества 02.08.2013 принято решение о его ликвидации и утверждении ликвидатором Общества ФИО9

В обоснование требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий сослался на установленные при рассмотрении дела о банкротстве Общества факты планомерного и последовательного осуществления должником в преддверии банкротства действий по выводу всего ликвидного имущества путем передачи его третьим лицам без встречного предоставления с одновременной сменой места нахождения юридического лица; указал, что совершение сделок по отчуждению принадлежащего должнику имущества привело к невозможности продолжения Обществом хозяйственной деятельности.

Суд первой инстанции признал доказанным наличие предусмотренных пунктом 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)в применяемой к спорным правоотношениям редакции оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, в связи с чем определением от 30.07.2020 удовлетворил заявление.

Апелляционный суд, согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 19.10.2020 оставил определение от 30.07.2020 без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В рассматриваемом случае в обоснование заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий сослался на свершение в 2012-2013 годах сделок по отчуждению имущества должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в ее пункте 4, не устранены и в настоящее время содержатся в статье 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО1, являвшийся в период с 02.04.2010 по 25.05.2013 директором Общества, то есть контролирующим должника лицом, в 2012-2013 годах совершил от имени должника ряд сделок, в результате которых было практически полностью отчуждено ликвидное имущества Общества, в том числе:

- в период с 20.12.2012 по 15.03.2013 Общество в отсутствие встречного предоставления и каких-либо оснований перечислило обществу с ограниченной ответственностью «Строймеханизация-5» 12 396 000 руб.;

- в период с 17.12.2012 по 27.03.2013 должник в отсутствие оснований перечислил обществу с ограниченной ответственностью «Кайрос» 12 041 000 руб.;

- в период с 27.12.2012 по 25.03.2013 Общество в отсутствие оснований перечислило обществу с ограниченной ответственностью «Городские дороги» 88 928 284,28 руб.;

- в период с 15.01.2013 по 30.06.2013 Общество заключило с ООО «Лимб» договоры купли-продажи транспортных средств и дорожной техники, при этом стоимость отчужденных должником более 100 единиц транспортных средств и дорожной техники на сумму 78 363 884,10 руб. ООО «Лимб» не уплачена.

- 01.03.2013 Общество заключило с ООО «Управление механизации-5» договор купли-продажи флота в количестве 6 единиц, в соответствии с которым должником в отсутствие равноценного встречного предоставления отчуждены самоходное судно буксир-толкач РТ-333, разъездной теплоход КС-7, несамоходное судно - дизельэлектрический несамоходный кран «Плавкран612», несамоходное судно - несамоходный земснаряд «Кстово-204», несамоходное судно - сухогрузная баржа-площадка № 3452, несамоходное судно - сухогрузная баржа-площадка № 3455;

- 07.12.2012 Общество заключило с ФИО10 договор купли-продажи недвижимого имущества стоимостью 2 924 900 руб., оплата отчужденного должником недвижимого имущества произведена в сумме 66 900 руб.;

- 19.12.2012 Общество заключило с ФИО10 договор купли-продажи недвижимого имущества стоимостью 5 132 729,37 руб., оплата отчужденного должником недвижимого имущества произведена в сумме 1 058 100 руб.;

- 27.12.2012 Общество заключило с ООО «Гурман» договор купли-продажи недвижимого имущества стоимостью 76 416 477,25 руб., оплата отчужденного должником недвижимого имущества произведена в сумме 22 020 000 руб.;

- 19.12.2012 Общество заключило с ФИО6 договор купли-продажи недвижимого имущества стоимостью 1 841 941,37 руб. в отсутствие встречного предоставления со стороны ФИО6

Перечисленные сделки были оспорены конкурсным управляющим ФИО3; в удовлетворении соответствующих заявлений отказано в связи с пропуском срока исковой давности, что в дальнейшем послужило основанием для предъявления требования о взыскании убытков к ФИО5, который, являясь конкурсным управляющим, не принимал мер по оспариванию данных сделок должника.

Установив перечисленные обстоятельства, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, признал доказанным наличие предусмотренных пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательствам и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО1 довод о несоответствии фактическим обстоятельствам дела выводов судов первой и апелляционной инстанции об отсутствии платежей по договорам купли-продажи, в соответствии с которыми транспортные средства и дорожная техника, принадлежащие Обществу, отчуждены ООО «Лимб», не принимается судом кассационной инстанции, поскольку доказательства того, что ООО «Лимб» уплатило Обществу 78 363 884,10 руб. в порядке расчетов за приобретенные у должника транспортные средства и дорожную технику, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют.

Довод ФИО1 о том, что заключенные им от имени Общества договоры не были признаны недействительными, также не принимается.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзацах четвертом и шестом пункта 23 Постановления № 53, по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, общая сумма свершенных ФИО1 от имени Общества сделок (266 507 647,38 руб.) превышает сумму оставшихся непогашенными требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Общества.

Приведенный в дополнениях к кассационной жалобе довод ФИО1 о том, что судами первой и апелляционной инстанций не дана надлежащая правовая оценка действиям членов наблюдательного совета Общества, одобрявшим сделки, совершение которых послужило основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, также не может быть принят.

Требование о привлечении членов наблюдательного совета Общества к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках настоящего обособленного спора не рассматривалось, в связи с чем оценка действий указанных лиц по одобрению сделок должника не могла производится.

В силу абзаца второго пункта 23 Постановления № 23 одобрение подобных сделок коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Доводы ФИО1 о том, что по заявлениям конкурсного управляющего ФИО3 со ФИО5 взысканы убытки в сумме 258 577 284,42 руб., причиненные должнику в связи с непринятием мер по оспариванию сделок, таким образом, реализован альтернативный способ защиты нарушенного права, также не принимаются судом кассационной инстанции, поскольку обстоятельства, на которые ссылается податель жалобы, не являются основанием для освобождения ФИО1 от субсидиарной ответственности.

Содержащийся в кассационной жалобе довод о том, что при вынесении определения от 30.07.2020 судом первой инстанции допущены нарушения норм процессуального права, выразившиеся в том, что представитель собрания кредиторов Общества не был извещен о рассмотрении настоящего обособленного спора, подлежит отклонению.

Довод аналогичного содержания приводился ФИО1 и в апелляционной жалобе на определение суда первой инстанции от 30.07.2020, был рассмотрен судом апелляционной инстанции и получил надлежащую правовую оценку, основания не согласиться с которой у суда кассационной иснатнции отсутствуют.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 30.07.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2020 по делу № А13-10852/2013 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Ю.В. Воробьева

А.А. Чернышева