Решение от 16 августа 2019 г. по делу № А53-18109/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Ростов-на-Дону

16.08.2019.Дело № А53-18109/2019

Резолютивная часть решения объявлена 15.08.2019.

Полный текст решения изготовлен 16.08.2019.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Губенко М.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление

общества с ограниченной ответственностью «К и ТРАНВЕБ» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ФИО2

об обязании, о взыскании

при участии:

от истца: представитель ФИО3 по доверенности от 22.03.2019,

от ответчика: представитель ФИО4 по доверенности от 12.09.2018, представитель ФИО5 по доверенности от 03.06.2019.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «К и ТРАНВЕБ» обратилось в суд с требованием к ФИО2 об обязании от представить документы, подтверждающие внесение в баланс общества за 2016 год информацию о «запасах» на сумму 500 000 руб., «нераспределенную прибыль» 3 773 000 руб.; о взыскании 7 468 000 руб., из которых 3 773 000руб., 500 000 руб. -сумма, внесенная в баланс, но не подтвержденная документально, 1 300 000 руб.- денежные средства, полученные по договору займа (уточненные требования, протокол от 30.07.2019).

Истец требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, поскольку истцом не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика истребуемых документов, задолженность ответчика перед истцом, кроме того, пропущен срок исковой давности.

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, установил следующие фактические обстоятельства.

Как следует из искового заявления, общество с ограниченной ответственностью «К и ТРАНВЕБ» обратилось к бывшему директору ФИО2 с претензией о незаконном удержании им документации, запасов, нераспределенной прибыли и финансовых вложений, которая является собственностью общества.

После прекращения полномочий директора общества с ограниченной ответственностью «К и ТРАНВЕБ» (19.02.2017) ответчик, по мнению истца, хранил всю документацию, уклонялся от передачи по акту имущества и денежных средств общества новому директору общества.

Согласно бухгалтерским балансам общества за 2015 и 2016, ответчик не отчитался за указанные в балансе общества за 2016 "запасы" – 500 000 руб., "финансовые вложения" – 1 895 000 руб. и "нераспределенную прибыль"' - 3 773 000 руб. Кроме того, будучи директором общества 19.09.2015 по договору займа № 01 ФИО2 получил от ФИО6 1 300 000 руб., которые он должен был внести в кассу общества либо положить их на расчетный счет общества.

Таким образом, поскольку своим бездействием ФИО2 пытается причинить вред обществу, истец обратился в арбитражный суд с требование представить документы, о взыскании убытков в размере 7 468 000 руб.

Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 4 статьи 32 и статье 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган, отвечает за сохранность документов.

В силу пункта 1 статьи 44 Закона N 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", в случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

По смыслу статьи 50 Закона N 14-ФЗ общество обязано хранить документы по месту нахождения его исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Порядок и сроки хранения бухгалтерской и иной финансовой документации юридического лица предусмотрены в статье 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете".

В этой же статье названного Закона сказано, что при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

На случай утраты финансовых и иных документов, как разъяснено Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 8 информационного письма от 18.01.2011 N 144 "О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ", общество обязано их восстановить. При этом прекращение у лица полномочий генерального директора общества не исключает возможности восстановления этим лицом утраченных документов.

Истцу следовало доказать согласно требованиям статей 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что ФИО2 неправомерно удерживает их у себя.

С учетом положений приведенных норм, учтя обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения дела, и на основании имеющихся в деле доказательств суд приходит к выводу о том, что в данном случае истцом не доказан факт отсутствия документов у общества, а также факт наличия истребуемых документов у ответчика и их удержания последним.

Истцом также заявлено требование об обязании ответчика о взыскании 7 468 000 руб., из которых: 500 000 руб. – сумма, отраженная в бухгалтерском балансе общества, как « запасы», 1 300 000 руб. – денежные средства, полученные ответчиком по договору займа у ФИО6,, 3 773 000 руб. – сумма, отраженная в балансе общества за 2015, 2016 как « нераспределенная прибыль» (уточнённые требования).

Ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 которой относит к убыткам расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" содержатся разъяснения о том, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для применения ответственности в виде взыскания убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего факт наступления вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав обстоятельства дела, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, выслушав свидетеля ФИО7, оценив представленные в материалы дела документы согласно требованиям статей 65, 67, 68 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд отклоняет требования.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Из пояснений ответчика следует, что в спорный период ( 2015-2016) участниками общества являлись ФИО8 ( 25 % доли), ФИО2( 25 % доли), ФИО6(50 % доли), единоличным исполнительным органов был ФИО2, главным бухгалтером- ФИО6

Бухгалтерский баланс общества за 2015 года подготавливался ФИО6, подписывался ФИО2, баланс за 2016 года не подписывался ФИО2, поскольку его полномочия единоличного исполнительного органа общества истекли в феврале 2017 года.

Ответчику вменяется в вину отсутствие документов, подтверждающих основание для внесения в строку балансов общества за 2015 и за 2016 года информации о « запасах» на сумму 500 000 руб. и о «нераспределенной прибыли» на сумму 3 773 000 руб.

Обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения иска, являются факт причинения убытков, недобросовестное, неразумное поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками, размер убытков.

Внесение в бухгалтерский баланс не подтвержденной документально информации не является основанием для взыскания убытков с бывшего руководителя общества.

В связи с тем оснований для удовлетворения требований в части взыскания убытков за «запасы» на 500 000 руб., и за «нераспределенную прибыль» в размере 3 773 000 руб. у суда не имеется.

Судом отклоняются требования истца о взыскании с ФИО2 1 300 000 руб., полученных от ФИО6 по договору займа от 19.09.2015 № 01, поскольку стороной договора является общество с ограниченной ответственностью « Ки Транвеб», а не ответчик.

Поскольку договор займа является реальным, а доказательств передачи денежных средств суду не представлено, оснований для взыскания убытков с ФИО2 у суда не имеется.

Ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по заявленному требованию.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску истца, право которого нарушено.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 N 17912/2009, в случае появления возможности обращения с иском только после восстановления корпоративного контроля, правомерным является отказ в применении исковой давности, который по своему смыслу соответствует пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и выступает в настоящем случае как санкция за злоупотребление правами.

В силу пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Пунктом 10 постановления N 62 разъяснено, что не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица. В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 24.05.2012 N 17802/11 сформулирована правовая позиция, в силу которой применение исковой давности без учета конкретных обстоятельств дела (восстановление в правах участника и корпоративного контроля) лишает возможности защитить нарушенные права в судебном порядке, ограничив тем самым доступ к суду, а также является препятствием к надлежащему отправлению правосудия.

Участники общества обязаны постоянно контролировать органы управления юридическим лицом в целях обеспечения реальной защиты своих интересов в ситуации, когда факт совершения невыгодных для общества сделок скрывается органом управления юридическим лицом, и при этом срок исковой давности продолжает течь.

Установление законодателем срока исковой давности преследует своей целью повысить стабильность гражданского оборота и соблюсти баланс интересов его участников, не допустить возможных злоупотреблений правом и стимулировать исполнение обязанности действовать добросовестно.

Судом отмечено, что ФИО9, как участник общества, обязан был своевременно контролировать деятельность органов управления общества и предотвращать конфликт интересов.

Таким образом, течение срока исковой давности по иску ФИО9, действующего в порядке статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, начинается с момента, когда он получил реальную возможность ознакомиться с информацией, послужившей основанием для предъявления иска о взыскании убытков.

Истец, возражая против заявленного ответчиком довода о пропуске исковой давности, ссылается на то, что фактически обнаружены нарушения в работе ответчика после его увольнения в феврале 2017 года.

Судом установлено, что ФИО9 в спорный период не терял корпоративный контроль за деятельностью общества.

ФИО9, действуя разумно и добросовестно, должен был проявлять требующуюся от него заботливость и осмотрительность, не мог осознавать, что отсутствие контроля за лицами, управляющими обществом, может привести к неблагоприятным последствиям.

Пропуск истцом срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации) является самостоятельным основанием для отказа в иске по требованиям о взыскании убытков.

Оснований для исчисления срока исковой давности с февраля 2017 года у суда не имеется, поскольку факт утраты корпоративным контролем ФИО8, ФИО6 не доказан.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по иску подлежат отнесению на истца как на проигравшую сторону.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «К и ТРАНВЕБ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 60 340 руб.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

СудьяГубенко М. И.