Постановление от 26 августа 2021 г. по делу № А61-1427/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-1427/2020
г. Краснодар
26 августа 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26 августа 2021 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Артамкиной Е.В., судей Афониной Е.И. и Коржинек Е.Л., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Николюк О.В., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием систем онлайн-связи и видеоконференц-связи, от истца – Управления Федеральной антимонопольной службы России по Республике Северная Осетия – Алания (ИНН 1501004390, ОГРН 1021500584148) – Сабановой А.А. (доверенность от 18.09.2020), ответчика: государственного казенного учреждения «Управление капитального строительства Республики Северная Осетия – Алания» (ИНН 1502045871, ОГРН 1031500252772) – Хасцаевой Л.В. (доверенность от 28.06.2021), в отсутствие ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Строймонтаж» (ИНН 1510016088, ОГРН 1091510000702), третьих лиц – Министерства финансов Республики Северная Осетия – Алания (ИНН 1501007545, ОГРН 1021500578770), Министерства здравоохранения Республики Северная Осетия – Алания (ИНН 1501023924 ОГРН 1021500582950), Правительства Республики Северная Осетия – Алания в лице главы Республики Северная Осетия – Алания (ИНН 1515906101, ОГРН 1051500414096), Правительства Республики Северная Осетия – Алания (ИНН 1502009231, ОГРН 1021500576570), извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу государственного казенного учреждения «Управление капитального строительства Республики Северная Осетия – Алания» на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 по делу № А61-1427/2020, установил следующее.

Управление Федеральной антимонопольной службы России по Республике Северная Осетия – Алания (далее – управление) обратилось в арбитражный суд с иском к ГКУ «Управление капитального строительства Республики Северная Осетия – Алания» (далее – учреждение) и ООО «Строймонтаж» (далее – общество) с требованием признать недействительной и отменить закупку работ по строительству фельдшерско-акушерского пункта в с. Малгобек Моздокского района Республики Северная Осетия – Алания от 27.04.2020 на сумму 5 964 690 рублей путем заключения государственного контракта № 07 с единственным подрядчиком – обществом; применить к указанной сделке последствия недействительности в виде возложения на общества обязанности вернуть учреждению денежные средства.

Определением от 19.05.2020 к участию в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство финансов Республики Северная Осетия – Алания, Министерство здравоохранения Республики Северная Осетия – Алания, Правительство Республики Северная Осетия – Алания, Министерство строительства и архитектуры Республики Северная Осетия – Алания.

Решением Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 19.08.2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением от 20.04.2021 суд апелляционной инстанции решение от 19.08.2020 отменил. Исковые требования управления удовлетворил в полном объеме. Признал недействительным государственный контракт от 27.04.2020 № 07, заключенный между учреждением и обществом. Применил последствия недействительности сделки, взыскав с общества в пользу учреждения 5 964 690 рублей. Взыскал с учреждения в доход федерального бюджета 4 500 рублей государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе. Взыскал с общества в доход федерального бюджета 4500 рублей государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе.

Не согласившись с принятыми апелляционным постановлением, учреждение обратилось с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, решение суда первой инстанции оставить в силе.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что суд апелляционной инстанции не учел, что Федеральным законом от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» внесены изменения, позволяющие заказчикам заключать контракты с единственным поставщиком, если есть причинно-следственная связь между объектом закупки и профилактикой, предупреждением или ликвидацией последствий распространения коронавирусной инфекции; не учел назначение фельдшерских и фельдшерско-акушерских пунктов, их необходимость в организации первичной медико-санитарной помощи в целях усиления мер по предупреждению распространения коронавирусной инфекции, а также обеспечении забора и хранения биоматериала. По мнению заявителя, суд не дал должную оценку тому, что процедура закупки способом открытого конкурса в электронной форме в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) занимает около двух месяцев, тогда как заключение контракта обусловлено срочностью строительства в условиях распространения коронавирусной инфекции; при проведении электронного аукциона была подана только одна заявка, других претендентов и участников, желающих выполнить работы по строительству аналогичного объекта не было; условия заключения контракта для победителя были намного выгоднее по отношению к оспариваемой закупки (срок выполнения работ составлял 5 месяцев, а не 3 месяца, цена контракта составляла 6 918 485 рублей, а не 5 964 690 рублей как в оспариваемом контракте); апелляционный суд не принял во внимание, что окончательный перечень фельдшерских и фельдшерско-акушерских пунктов сформирован Правительством Республики Северная Осетия – Алания лишь 31.03.2020, несмотря на доведенные лимиты 04.03.2020, проводить закупку до утверждения Правительством окончательного перечня, невозможно. Суд не дал правовую оценку письму от 31.03.2020 № 1636/И Министерства здравоохранения Республики Северная Осетия – Алания, адресованное в адрес Министерства строительства и архитектуры Республики Северная Осетия – Алания, о необходимости срочного строительства фельдшерских и фельдшерско-акушерских пунктов в условиях распространения коронавирусной инфекции на территории Республики Северная Осетия – Алания.

В отзыве на кассационную жалобу управление указывает, что посколькув Республике Северная Осетия – Алания не была объявлена чрезвычайная ситуация в результате распространения новой коронавирусной инфекции, применение при заключении спорного государственного контракта пункта 9 части 1 статьи 93 Закон о контрактной системе незаконно. Ни обращение Министерства здравоохранения Республики Северная Осетия – Алания от 31.03.2020 № 1636/И, ни официальная статистика распространения коронавирусной инфекции и необходимость срочного строительства медицинских организаций в минимально короткие сроки в целях профилактики распространения коронавирусной инфекции и оказания медицинской помощи на территории Моздокского района не свидетельствуют о том, что необходимость закупки работ по строительству фельдшерско-акушерского пункта возникла вследствие обстоятельств непреодолимой силы, связанной с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, поскольку необходимость строительства указанных фельдшерских и фельдшерско-акушерских пунктов возникла задолго до появления ситуации с распространением новой коронавирусной инфекции. В рассматриваемом случае, объем закупки не определялся исходя из необходимости ликвидации последствий обстоятельств непреодолимой силы, как того требует пункт 9 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе. Заказчик в ходе судебного разбирательства не обосновал и не представил в материалы дела обоснование потребности именно в 36 фельдшерско-акушерских пунктов, на основании чего была определена указанная цифра, и какие конкретно показатели, связанные с распространением новой коронавирусной инфекции, повлияли на определение указанного количества фельдшерско-акушерских пунктов. Решение о применении пункта 9 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе при осуществлении закупки работ по строительству фельдшерско-акушерского пункта в с. Малгобек Моздокского района принято 27.04.2020, тогда как приказ Министерства здравоохранения Республики Северная Осетия – Алания № 772о/д датирован 18.09.2020. По мнению управления ни один из представленных ответчиками в материалы дела документов не свидетельствует о законности заключения спорного государственного контракта. Управление указывает на несостоятельность кассационной жалобы, а также законность и обоснованность апелляционного постановления.

В судебном заседании представитель учреждения настаивал на доводах жалобы, представитель управления просил постановление суда апелляционной инстанции оставить в силе.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав представителей сторон, проверив законность обжалуемого апелляционного постановления, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Суды установили и материалам дела соответствует, что учреждение (заказчик)и общество (подрядчик) на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ заключили государственный контракт от 27.04.2020 № 07 (далее – контракт), по условиям которого на подрядчика возложена обязанность выполнить по заданию заказчика работы по объекту «Строительство фельдшерского пункта в с. Малгобек, Моздокский район» в соответствии с графиком выполнения строительно-монтажных работ (приложение № 1), который является его неотъемлемой частью, и передать их заказчику, а заказчик обязуется принять и оплатить выполненные работы в порядке и размере, установленном контрактом, за счет средств бюджета Республики Северная Осетия – Алания (пункт 1.1 контракта).

В пункте 2.1 контракта сторонами согласовано, что цена контракта является твердой, определена на весь срок исполнения контракта и составляет 5 964 690 рублей.

Согласно условиям пунктов 3.1, 3.2 контакта выполнение работ осуществляется подрядчиком в срок до 31.07.2020 по адресу: Республика Северная Осетия – Алания, Моздокский район, с. Малгобек, у правой межи участка № 29 по ул. Советской.

29 апреля 2020 года в Северо-Осетинское УФАС России поступило уведомление учреждения от 28.04.2020 № 01-03/1078 о заключении 27.04.2020 на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закон № 44-ФЗ государственного контракта с единственным подрядчиком № 07 на выполнение работ по строительству фельдшерско-акушерского пункта в с. Малгобек Моздокского района Республики Северная Осетия – Алания на сумму 5 964 690 рублей с ООО «Строймонтаж» (том 1 л. д. 29 – 31, том 3 л. д. 10).

В качестве основания заключения государственного контракта с единственным подрядчиком в уведомлении учреждением указано на пандемию коронавирусной инфекции (COVID-19), являющейся обстоятельством непреодолимой силы.

Управление по оспариваемому контракту провело внеплановую камеральную проверку, по итогам которой в ЕИС размещен акт внеплановой камеральной проверкиот 12.05.2020.

По результатам проверки управление пришло к выводу о том, что контракт заключен с нарушением части 5 статьи 24, части 2 статьи 59 и пункта 9 части 1 и части 4 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, является ничтожным, в связи с чем обратилось в арбитражный суд с иском.

Проверив законность обжалуемого апелляционного постановления, судебная коллегия кассационной инстанции считает, что при разрешении настоящего спора суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии со статьей 763 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) подрядные строительные работы (статья 740), проектныеи изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

Под государственным или муниципальным контрактом понимается договор, заключенный от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд (пункт 8 статьи 3 Закона № 44-ФЗ).

Согласно статье 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации размещение заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд производится в соответствии с законодательством Российской Федерации о размещении заказов для государственных и муниципальных нужд.

На основании статьи 1 Закона № 44-ФЗ указанным законом регулируются отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок (пункт 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ).

В силу части 1 статьи 8 Закона № 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок. Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.

Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок (часть 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ).

Судом установлено, что учреждение, являясь государственным заказчиком, заключая, исполняя государственные контракты, действует в публичных интересах от имени Республики Северная Осетия – Алания, при этом Министерство строительства и архитектуры Республики Северная Осетия – Алания в рамках договора о передаче части функции государственного заказчика от 10.01.2020 № 1 делегировало учреждению функции заказчика-застройщика на строительство и реконструкцию зданий и сооружений, финансируемых из федерального бюджета и (или) республиканского бюджета, в том числе по строительству фельдшерско-акушерских пунктов.

Выделение денежных средств Республике Северная Осетия – Алания осуществлялось в соответствии Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2018 № 1732 «Об утверждении Правил предоставления и распределения в 2019 – 2020 годах иных межбюджетных трансфертов из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации в целях создания и замены фельдшерских, фельдшерско-акушерских пунктов и врачебных амбулаторий для населенных пунктов с численностью населения от 100 до 2 тыс. человек».

Таким образом, учреждение обязано было принять меры к организации конкурсных процедур для реализации программы строительства фельдшерско-акушерских пунктов на территории Республики Северная Осетия – Алания с момента финансирования строительства в январе 2020 года.

Вопреки доводам учреждения, оснований для заключения государственного контракта с единственным подрядчиком у ответчика не имелось.

Статья 93 Закона № 44-ФЗ предусматривает условия закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Статьей 11 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» в пункт 9 части 1 статьи 93 № 44-ФЗ внесены изменения и указанный пункт изложен в следующей редакции: осуществления закупок товаров, работ, услуг при необходимости оказания медицинской помощи в неотложной или экстренной форме либо вследствие аварии, обстоятельств непреодолимой силы, для предупреждения (при введении режима повышенной готовности функционирования органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций) и (или) ликвидации чрезвычайной ситуации, для оказания гуманитарной помощи. При этом заказчик вправе осуществить закупку товара, работы, услуги в количестве, объеме, которые необходимы для оказания такой медицинской помощи либо вследствие таких аварии, обстоятельств непреодолимой силы, для предупреждения и (или) ликвидации чрезвычайной ситуации, для оказания гуманитарной помощи, если применение конкурентных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя), требующих затрат времени, нецелесообразно.

Под чрезвычайной ситуацией понимается обстановка на определенной территории, сложившаяся в результате аварии, опасного природного явления, катастрофы, распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, стихийного или иного бедствия, которые могут повлечь или повлекли за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью людей или окружающей среде, значительные материальные потери и нарушение условий жизнедеятельности людей (часть 1 статьи 1 Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера»).

В пункте 2 письма Минфина России № 24-06-05/26578, МЧС России № 219-АГ-70, ФАС России № МЕ/28039/20 разъяснено: поскольку распространение коронавирусной инфекции является обстоятельством непреодолимой силы, в такой период заказчик вправе осуществить закупку любых товаров, работ, услуг у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя), требуемых в связи с возникновением данных обстоятельств. При этом должна быть причинно-следственная связь между объектом закупки и возникновением обстоятельств непреодолимой силы.

Федеральная антимонопольная служба в письме от 18.03.2020 № ИА/21684/20 уточнила, что заказчики вправе проводить закупки, направленные на профилактику, предупреждение, ликвидацию последствий распространения коронавируса на территории Российской Федерации в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ при условии наличия причинно-следственной связи между совершением указанных действий и предметом закупки.

Таким образом, при распространении коронавирусной инфекции важным условием для возможности осуществления закупки в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ является наличие причинно-следственной связи между совершением действий, направленных на профилактику, предупреждение, ликвидацию последствий распространения коронавирусной инфекции, и объектом закупки.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя требования истца, апелляционный суд исходил из отсутствия доказательств, подтверждающих, что на территории Республики Северная Осетия – Алания возникла необходимость срочного строительства медицинских организаций в минимально короткие сроки в целях профилактики распространения коронавирусной инфекции и оказания медицинской помощи на территории Моздокского района и недоказанности ответчиками совокупности условий, предусматривающих возможность проведения закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ.

Суд апелляционной инстанции установил, что Приказом Министерства здравоохранения от 28.03.2020 № 255 о/д «О временном порядке организации медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 в Республике Северная Осетия – Алания» во исполнение распоряжения Правительства Российской Федерации от 21.03.2020 № 710-р, приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространению новой коронавирусной инфекции COVID19», приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 27.03.2020 № 246н «О внесении изменений в приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2020 № 198н "О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19"» для организации специализированного лечения граждан с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 установлен исчерпывающий перечень организаций лечения граждан с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 в республике, имеющих соответствующие лицензии на оказание медицинской помощи, отделения анестезиологии реаниматологии, инфекционные отделения, оснащенные в соответствии с порядком оказания медицинской помощи и круглосуточным дежурством врачей-анестезиологовреаниматологов, а также круглосуточные лабораторно-диагностические службы, к которым вопреки доводам ответчиков фельдшерские и фельдшерско-акушерские пункты не относятся.

Суд апелляционной инстанции учел, что Приказ Министерства Здравоохранения Республики Северная Осетия – Алания № 772о/д, которым фельдшерский пункт с. Малгобек Моздокского района определен в качестве медицинской организации, оказывающей первичную медико-санитарную помощь населению в условиях распространения новой коронавирусной инфекции до периода стабилизации эпидемиологической ситуации на территории Республики Северная Осетия – Алания, принят лишь 18.09.2020, то есть спустя месяц после вынесения решения суда первой инстанции (том 4 л. д. 13 – 14).

При таких обстоятельствах апелляционный суд правомерно указал, что оснований полагать, что заключение государственного контракта 27.04.2020 носило неотложный характер или выполнялось в целях предотвращения чрезвычайных ситуаций, не имеется.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что строительство фельдшерско-акушерских пунктов в отдаленных населенных пунктах предусмотрено Государственной программой, постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2018 № 1732 «Об утверждении Правил предоставления и распределения в 2019 – 2020 годах иных межбюджетных трансфертов из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации в целях создания и замены фельдшерских, фельдшерско-акушерских пунктов и врачебных амбулаторий для населенных пунктов с численностью населения от 100 до 2 тыс. человек», и были предприняты заблаговременные меры к выделению денежных средств из федерального бюджета, в отсутствие доказательств возникновения необходимости срочного строительства конкретных медицинских организаций (фельдшерских пунктов) в минимально короткие сроки в целях профилактики распространения коронавирусной инфекции, апелляционный суд пришел к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных управлением требований.

Закон № 44-ФЗ содержит явно выраженный запрет на заключение сделок в обход таких конкурентных способов, без использования которых нарушаются права неопределенного круга третьих лиц – потенциальных участников торгов. Закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся: определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей); заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества), от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением либо иным юридическим лицом в соответствии с частями 1, 4 и 5 статьи 15 данного Закона.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

Поскольку государственный контракт заключен с нарушением требований законодательства о контрактной системе, входит в противоречие с публичными интересами, нарушая права и охраняемые законом интересы неопределенного круга лиц, суд апелляционной инстанции правомерно признал его ничтожной сделкой в силу части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса.

Признание государственного контракта ничтожной сделкой свидетельствует о выполнении обществом работ в отсутствие государственного контракта.

Поставка товара, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд при отсутствии государственного или муниципального контракта, не порождают у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

В постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 18045/12 и от 04.06.2013 № 37/13 сформулирована правовая позиция о недопустимости в отсутствие государственного (муниципального) контракта взыскания стоимости поставленных товаров, выполненных работ или оказанных услуг для государственных или муниципальных нужд в пользу контрагентов, которые вправе вступать в договорные отношения с бюджетными учреждениями исключительно посредством заключения таких контрактов в соответствии с требованиями Закона № 44-ФЗ.

В названных постановлениях указано, что согласование сторонами выполнения подобных работ без соблюдения требований Закона № 44-ФЗ и удовлетворение требований о взыскании задолженности по существу открывает возможностьдля недобросовестных исполнителей работ и государственных (муниципальных) заказчиков приобретать незаконные имущественные выгоды в обход Закона № 44-ФЗ, тогда как никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

По смыслу приведенных разъяснений, нарушение требований Закона № 44-ФЗ предполагает недобросовестность обеих сторон сделки, в связи, с чем исполнитель (подрядчик) не может рассчитывать на получение платы, так как извлечение преимущества из незаконного или недобросовестного поведения противоречит статье 1 Гражданского кодекса. Такая сделка совершается в обход явно выраженного запрета, установленного законом.

Как указано в обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, иной подход допускал бы поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных или муниципальных нужд в обход норм Закона№ 44-ФЗ (статья 10 Гражданского кодекса).

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции применил одностороннюю реституцию и взыскал с общества в пользу учреждения 5 964 690 рублей.

Поскольку управление обратилось в суд с иском и заявлением о применении обеспечительных мер в виде приостановления исполнения контракта 18.05.2020,о чем обществу стало известно не позднее 19.06.2020 исходя из почтового уведомления 80083448426171 (том 1 л. д. 21), суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу, что подрядчик, продолжая выполнение строительных работ, не мог не знать о выполнении их при очевидном отсутствии обязательства.

Несогласие учреждения с выводами суда апелляционной инстанций, основаннымина установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального или процессуального права, а направлено на иную оценку имеющихся в деле доказательств, что в силу статьи 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Суд кассационной инстанции отмечает, что дело с аналогичными обстоятельствами по спору являлось предметом рассмотрения Верховного Суда Российской Федерации (определение от 21.07.2021 № 308-ЭС21-11297).

Судебная коллегия кассационной инстанции не нашла оснований для отмены обжалуемого постановления применительно к доводам, приведенным в кассационной жалобе.

Нарушений норм материального и (или) процессуального права при принятии апелляционного постановления, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 по делу № А61-1427/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий Е.В. Артамкина

Судьи Е.И. Афонина

Е.Л. Коржинек