Решение от 6 февраля 2024 г. по делу № А64-6919/2023

Арбитражный суд Тамбовской области

392020, г. Тамбов, ул. Пензенская, д. 67/12

http://tambov.arbitr.ru


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


г. Тамбов

«06» февраля 2024 г. Дело № А64-6919/2023


Резолютивная часть решения объявлена 23.01.2024г.

Решение в полном объеме изготовлено 06.02.2024г.


Арбитражный суд Тамбовской области в составе судьи А.В. Прохоровской

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Ю.В.Яниной

рассмотрел в открытом судебном заседании дело № А64-6919/2023 по исковому заявлению

PUMA SE (Пума СЕ), Пума Вей 1, 91074 Херцогенаурах, Германия

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 ФИО1, г. Тамбов (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав

при участии в судебном заседании

от истца: не явился, извещен надлежащим образом;

от ответчика: ФИО2, доверенность от 14.03.2023, диплом, паспорт РФ.

Отводов составу суда не заявлено.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд



УСТАНОВИЛ:

PUMA SE (Пума СЕ), Пума Вей 1, 91074 Херцогенаурах, Германия обратилось в Арбитражный суд Тамбовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 ФИО1, г. Тамбов, о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 480105, 480708, 582886, 437626, 426712, 1250838 в общем размере 150000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 5500 руб., расходов на почтовые отправления в размере 600 руб., расходов на фиксацию правонарушения в размере 1650 руб.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 02.08.2023 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 АПК РФ.

Определением от 25.09.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В судебное заседание представитель истца не явился, о месте и времени его проведения извещен надлежащим образом, в материалы дела представил ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которому просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 480708; №480105; №437626 в размере 150 000 руб., расходы на приобретение спорного товара в сумме 1650 руб., почтовые расходы в сумме 600 руб.

Уточнение исковых требований судом в порядке ст. 49 АПК РФ рассмотрено и принято.

Суд в порядке ст. 123, 156 АПК РФ с учетом мнения представителя ответчика счел возможным рассмотрение дела в отсутствие представителя истца.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал.

В порядке ст. 162 АПК РФ в судебном заседании осуществлен просмотр материальных носителей (дисков в количестве 3-х штук) с видеозаписями закупки товаров.

Как установлено судом и следует из материалов дела, PUMA SE (Пума СЕ) является правообладателем товарных знаков №480105, №480708, №437626, зарегистрированных в отношении товаров 18, 25, 28 классов МКТУ.

Принадлежность истцу исключительных прав на вышеуказанные товарные знаки подтверждена представленными истцом свидетельствами о регистрации товарных знаков № 480105, №480708, №437626 и ответчиком по существу не оспаривается (ч. 3.1. ст.70 АПК РФ).

22.03.2023 в магазине «Смешные цены № 1» по адресу: <...>, предлагался к продаже и приобретен PUMA SE (Пума СЕ) по договору розничной купли-продажи товар, а именно: мужские спортивные штаны (трико) черного цвета - 1 штука, содержащий обозначения и изображения, сходные до степени смешения с указанными товарными знаками, принадлежащими истцу.

В подтверждение факта приобретения товара у ИП ФИО3 Оглы истцом представлены: товарный чек от 22.03.2023 на сумму 750,00 руб., содержащий наименование и стоимость товара, подпись продавца ФИО4, печать индивидуального предпринимателя ФИО3 Оглы с указанием ИНН, ОГРН предпринимателя (ИНН <***>, ОГРИП <***>), диск с видеозаписью процесса приобретения спорного товара, спорный товар.

Из представленной истцом видеозаписи закупки спорного товара следует, что в магазине «Смешные цены № 1», расположенном на первом этаже многоквартирного жилого дома по адресу: <...>, неустановленным лицом, исполняющим функции продавца (на товарном чеке имеется фамилия и инициалы, а также подпись в графе «продавец» ФИО4), был реализован спорный товар - мужские спортивные штаны (трико) черного цвета с выдачей товарного чека от 22.03.2023. На спорном товаре содержатся обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими продавцу: №480105, №480708, №437626.

Указанная видеозапись содержит отображение местонахождения, внешний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты и выдачи кассового чека. На видеозаписи подробно зафиксировано содержание выданного продавцом чека и внешний вид приобретенного товара, аналогичный приобщенному к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

23.03.2023 в торговой точке «Смешные цены» по адресу: <...>, расположенной на цокольном этаже одноэтажного здания, предлагался к продаже и приобретен PUMA SE (Пума СЕ) по договору розничной купли-продажи товар, а именно: носки серого цвета - 1 штука, содержащий обозначения и изображения, сходные до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком №480708.

В подтверждение факта приобретения товара у ИП ФИО3 Оглы истцом представлены: кассовый чек (поименованный как товарный чек) от 23.03.2023 на сумму 100,00 руб. (чек 0043, на котором указаны: индивидуальный предприниматель ФИО3, ИНН <***>, принадлежащий ИП ФИО3 ФИО1, дата операции по продаже товара: 23.03.2023, время: 12:34), видеозапись процесса приобретения спорного товара, спорный товар.

Из представленной истцом видеозаписи закупки спорного товара следует, что в магазине, расположенном на цокольном этаже одноэтажного здания по адресу: <...> (над входом в здание имеется вывеска «Смешные цены», на входной двери в магазин имеется вывеска с указанием наименования торговой точки: «Смешные цены», режима работы магазина, ИП ФИО3, ИНН <***>, ОГРН <***>, адреса: <...>), неустановленным лицом, исполняющим функции продавца, был реализован спорный товар - носки цвета с выдачей чека от 23.03.2023. На спорном товаре и этикетке содержатся обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим продавцу: №480708.

Оптический диск с записью процесса приобретения товара отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, выдачи кассового (товарного) чека. На видеозаписи покупки отображается содержание выданного чека (ИНН, дата выдачи и др.), соответствующего приобщенному к материалам дела кассовому чеку, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющемуся в материалах дела.

11.04.2023 в магазине «Эконом. Семейный магазин» по адресу: <...>, предлагался к продаже и приобретен PUMA SE (Пума СЕ) по договору розничной купли-продажи товар, а именно: мужские спортивные штаны черного цвета - 1 штука, содержащий обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 480105, №437626, принадлежащими истцу.

В подтверждение факта приобретения товара у ИП ФИО3 Оглы истцом представлены: кассовый чек от 11.04.2023 на общую сумму 2100,00 руб., в том числе на сумму 800 руб., (чек 00033, на котором указаны: ИП ФИО3, ИНН <***>, принадлежащий ИП ФИО3 ФИО1, дата операции по продаже товара: 11.04.2023, время: 14:29), диск с видеозаписью процесса приобретения спорного товара, спорный товар.

Из представленной истцом видеозаписи закупки спорного товара следует, что в магазине «Эконом. Семейный магазин», расположенном на первом этаже многоквартирного жилого дома по адресу: <...> (над входом в здание имеется вывеска с названием магазина «Эконом. Семейный магазин», перед входом в магазин на стене здания имеется вывеска с указанием названия магазина«Эконом. Семейный магазин», режима его работы, адреса), неустановленным лицом, исполняющим функции продавца, был реализован спорный товар - мужские спортивные штаны черного цвета с выдачей кассового чека от 11.04.2023. На спорном товаре содержатся обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими продавцу: № 480105, №437626.

Указанная видеозапись содержит отображение местонахождения, внешний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты и выдачи кассового чека. На видеозаписи подробно зафиксировано содержание выданного продавцом чека и внешний вид приобретенного товара, аналогичный приобщенному к материалам дела в качестве вещественного доказательства, озвучена стоимость спорного товара.

Как указано истцом, ИП ФИО3 ФИО1 не выдавались разрешения на использование принадлежащих истцу исключительных прав.

02.06.2023 PUMA SE (Пума СЕ) направило в адрес ИП ФИО3 претензии от 19.05.2023 №№ 19052023-34-ВАС, 19052023-36-ВАС, 19052023-54-ВАС (что подтверждается описью вложения в ценное письмо с отметкой органа почтовой связи о принятии, кассовым чеком от 02.06.2023), в которых указало на факты приобретения спорных товаров, и что ответчик допустил нарушения принадлежащих истцу исключительных прав на средства индивидуализации - товарные знаки. При этом истец предлагал ответчику в установленный срок в добровольном порядке выплатить компенсацию за указанные нарушения по 100000,00 руб. (по каждому адресу закупки), однако данные претензии оставлена предпринимателем без удовлетворения. Доказательств ответа на претензии ответчиком не представлено.

Полагая, что ИП ФИО3 Оглы незаконно использовало обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 480105, №480708, №437626, принадлежащими PUMA SE (Пума СЕ), обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением (в уточненном объеме).

Исследовав материалы настоящего дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению в части, при этом суд руководствовался следующим.

Согласно ч. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с ч. 1 ст. 11 ГК РФ арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с рассматриваемым требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права потребовать исполнения определенного обязательства от ответчика, наличия у ответчика обязанности исполнить это обязательство и факта его неисполнения последним.

В соответствии с п. 1 ст. 1225 Гражданского кодекса РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно ст. 1226 Гражданского кодекса РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно ч. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно ст. 1481 ГК РФ на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии со ст. 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно ч. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Кодекса).

Согласно ч. 1 ст. 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смещений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с ч. 4 ст. 1252 Гражданского кодекса, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

При этом товарный знак может быть использован как при его нанесении на товар (в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 1484 ГК РФ), так и при изготовлении самого товара в виде товарного знака. Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом, в том числе при изготовлении самого товара в виде товарного знака.

В силу ч. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы ст. 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения

Из материалов дела следует, что 22.03.2023 в магазине «Смешные цены № 1», расположенном на первом этаже многоквартирного жилого дома по адресу: <...>, предлагался к продаже и приобретен PUMA SE (Пума СЕ) по договору розничной купли-продажи товар, а именно: мужские спортивные штаны (трико) черного цвета - 1 штука, содержащий обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 480105, №480708, №437626, принадлежащими истцу, что подтверждается представленными в материалы дела товарным чеком от 22.03.2023, выданным продавцом при оплате товара, что в силу ст. 493 ГК РФ подтверждает заключение договора купли-продажи, а также видеозаписью процесса выбора и покупки товара.

23.03.2023 в торговой точке «Смешные цены» по адресу: <...>, расположенной на цокольном этаже одноэтажного здания, предлагался к продаже и приобретен PUMA SE (Пума СЕ) по договору розничной купли-продажи товар, а именно: носки серого цвета - 1 штука, содержащий обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком №480708, принадлежащими истцу, что подтверждается представленными в материалы дела кассовым чеком от 23.03.2023, выданным продавцом при оплате товара, что в силу ст. 493 ГК РФ подтверждает заключение договора купли-продажи, а также видеозаписью процесса выбора и покупки товара.

11.04.2023 в магазине «Эконом. Семейный магазин» по адресу: <...>, предлагался к продаже и приобретен PUMA SE (Пума СЕ) по договору розничной купли-продажи товар, а именно: мужские спортивные штаны черного цвета - 1 штука, содержащий обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 480105, №437626, принадлежащими истцу, что подтверждается представленными в материалы дела кассовым чеком от 11.04.2023, выданным продавцом при оплате товара, что в силу ст. 493 ГК РФ подтверждает заключение договора купли-продажи, а также видеозаписью процесса выбора и покупки товара.

Осуществление торговой деятельности по адресам: <...>, <...>, <...> ответчиком не оспорено. В ходе судебного разбирательства при просмотре дисков с видеозаписями покупки товаров, приобщенных к материалам дела в качестве вещественных доказательств, ответчик подтвердил, что закупка указанных товаров произведена в торговых точках ответчика.

Согласно ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со ст. 89 АПК РФ иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет". Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правовыми актами не установлен, то представленные истцом товарный чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения и лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям статей 67, 68 АПК РФ, предъявляемым к доказательствам по делу.

Исходя из анализа норм ст.ст. 12, 14 ГК РФ, вышеуказанных норм процессуального законодательства и разъяснений, осуществление видеосъемки при фиксации факта продажи товара является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом данные видеосъемки проводились истцом в целях защиты нарушенных прав в рамках гражданско-правовых отношений. Оснований полагать, что данные доказательства получены с нарушением федерального закона, у суда не имеется.

Видеосъемки подтверждают, какие именно товары проданы, даты покупок указаны соответственно в товарном и в кассовых чеках, которые подтверждают факты заключения разовых сделок купли-продажи с ответчиком. Внешний вид спорных товаров (мужские спортивные штаны (трико) черного цвета; носки серого цвета; мужские спортивные штаны черного цвета), а также товарный чек от 22.03.2023, кассовые чеки от 23.03.2023, 11.04.2023, зафиксированные на видеозаписях, визуально совпадают с соответствующими вещественными доказательствами, представленными истцом в материалы дела и приобщенным к материалам настоящего дела. Представленные истцом видеосъемки выбора и покупки товара не прерывались.

Осуществление видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует ст.ст. 12, 14 ГК РФ и корреспондирует ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу ч. 2 ст. 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозаписи отвечают признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Представленные в материалы дела товарный чек, кассовые чеки, видеозаписи отражают приобретение именно тех товаров, которые представлены в дело, что отвечает требованиям ст.ст. 67, 68 АПК РФ, следовательно, являются достаточными доказательством заключения договоров розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 6 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания.

Таким образом, кассовый и товарный чеки являются надлежащими документами, на основании которых покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи, и в силу правил ст. 493 ГК РФ.

В этой связи, суд находит товарный чек от 22.03.2023, кассовые чеки от 23.03.2023, 11.04.2023, видеозаписи достаточными доказательствами, указывающими на заключение сторонами договоров розничной купли-продажи спорных товаров, что, в свою очередь, свидетельствует об их распространении.

Заявления о фальсификации видеозаписей либо чеков в порядке статьи 161 АПК РФ не поступало.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарных знаков № 480105, №480708, №437626.

Из разъяснений, данных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» следует, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Методические правила, которыми следует руководствоваться при оценке вероятности смешения, закреплены в Приказе Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности» от 20 января 2020 г. № 12 «Об утверждении руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов» (далее – Руководство).

В соответствии с п. 7 Руководства обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При этом необходимо учитывать, что обозначения являются сходными до степени смешения, если одно обозначение воспринимается потребителем за другое или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же обозначении, но полагает, что оба обозначения принадлежат одному и тому же изготовителю.

Вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления, формируемого, в том числе с учетом неохраняемых элементов, которые могут присутствовать в составе заявленного обозначения. При этом формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветового решения.

Исходя из того, что обозначения могут быть представлены в виде слова, сочетания слов, звуков и т.д., общее впечатление может быть зрительным и/или слуховым. Степень возможного смешения потребителями сравниваемых товарных знаков и обозначений оценивается экспертом при анализе совокупности всех факторов и обстоятельств. Речь может идти о степени сходства товарного знака и обозначений, степени однородности товаров и услуг, известности и репутации товарного знака на рынке, наличии серии товарных знаков (т.е. группы вариантов товарных знаков, объединенных сильным элементом), в соответствующем круге потребителей.

В зависимости от конкретных обстоятельств каждой из факторов или их совокупность могут оказать влияние на вывод о наличии угрозы смешения сравниваемых товарных знаков (обозначений). Например, степень визуального сходства может иметь больший вес в связи с товарами, которые изучаются визуально, в то время как степень фонетического сходства может быть более значимой применительно к товарам и услугам, обычно заказываемым устно.

В выводе о сходстве сравниваемых товарных знаков (заявленного обозначения или товарного знака) до степени смешения также должен учитываться факт наличия однородности товаров и/или услуг, в отношении которых товарные знаки зарегистрированы (заявлены) (см. п. 7.2 главы 2 раздела IV настоящего Руководства).

Согласно пункту 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №10) установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Аналогичная позиция отражена в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, в котором отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения обозначения с товарным знаком учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, Требований к документам, содержащимся в заявке на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака, и прилагаемым к ней документам и их форм, Порядка преобразования заявки на государственную регистрацию коллективного знака в заявку на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и наоборот, Перечня сведений, указываемых в форме свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), форме свидетельства на коллективный знак, формы свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), формы свидетельства на коллективный знак (утверждены Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 №482) (далее – Правила) обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Согласно пункту 44 Правил комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

В силу пункта 42 Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое сходство определяется на основании наличия близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близости звуков, составляющих обозначения; расположения близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличия совпадающих слогов и их расположения; числа слогов в обозначениях; места совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близости состава гласных; близости состава согласных; характера совпадающих частей обозначений; вхождения одного обозначения в другое; ударения; 2) графическое сходство определяется на основании общего зрительного впечатления; вида шрифта; графического написания с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположения букв по отношению друг к другу; алфавита, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании подобия заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадения одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположности заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в изложенном пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 этих Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

В силу пункта 45 Правил при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки. Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

В пункте 162 Постановления № 10 указано, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

При визуальном сравнении обозначений охраняемых и зарегистрированных исключительных прав истца – товарных знаков № 480105, №480708, №437626 («Пума в прыжке»; «Пума в прыжке» и словесный элемент «PUMA»; словесный элемент «PUMA»), с изображениями, нанесенными на представленные в качестве доказательств товары, реализованные ответчиком, усматривается визуальное и графическое сходство изображений, совпадают расположение отдельных частей изображений, размер, форма.

Реализованные ответчиком товары являются неоригинальной продукцией бренда «PUMA», при том, что имеется сходство обозначений и изображений на представленных в материалы дела товарах и принадлежащими истцу товарными знаками.

Руководствуясь изложенным, учитывая высокую различительную способность спорных товарных знаков, их узнаваемость, суд приходит к выводу о визуальном и графическом сходстве товарных знаков № 480105 («Пума в прыжке»); №480708 («Пума в прыжке» и словесный элемент «PUMA»); №437626 (словесный элемент «PUMA») на контрафактных товарах и охраняемых объектов интеллектуальных прав.

Доказательств получения от правообладателя разрешения на использование обозначений, сходных с принадлежащими ему товарными знаками № 480105, №480708, №437626 ответчиком не представлено.

С учетом изложенного, суд считает факт использования ответчиком товарных знаков № 480105, №480708, №437626 доказанным.

В порядке ст.161 АПК РФ заявлений о фальсификации доказательств в материалы дела не поступало.

Доводы ответчика о том, что в рассматриваемом случае допущено нарушение только в отношении одного товарного знака отклоняется судом на основании следующего.

В абзаце третьем пункта 60 Постановления № 10 разъяснено, что нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Как следует из материалов дела на реализованных предпринимателем товарах:

- на спортивных штанах (трико) черного цвета (реализованы в магазине «Смешные цены № 1» по адресу: <...>) нанесены изображения пумы в прыжке и надписи PUMA светло-серого цвета;

- на носках серого цвета (реализованы в магазине «Смешные цены» по адресу: <...>) нанесено изображение пумы в прыжке и надписью PUMA черного цвета, на этикетке - изображения пумы в прыжке и надписи PUMA белого цвета;

- на мужских спортивных штанах черного цвета (реализованы в магазине «Эконом. Семейный магазин» по адресу: <...>), нанесены изображения пумы в прыжке и надписьи PUMA светло-серого цвета.

При этом, как указано ранее, истцу принадлежат права на товарные знаки:

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 480105 («Пума в прыжке»);

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 480708 («Пума в прыжке» и словесного элемента «PUMA»);

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 437626 (словесный элемент «PUMA»).

Поскольку на приобретенных товарах имеются обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками №№ 480105, 480708, 437626:

- на спортивных штанах (трико) черного цвета (реализованы в магазине «Смешные цены № 1» по адресу: <...>) - сходные до степени смешения с товарными знаками №№ 480105, 480708, 437626;

- на носках серого цвета (реализованы в магазине «Смешные цены» по адресу: <...>) - сходные до степени смешения с товарным знаком № 480708;

- на мужских спортивных штанах черного цвета (реализованы в магазине «Эконом. Семейный магазин» по адресу: <...>), сходных до степени смешения с товарными знаками №№ 480105, 437626

со стороны ответчика допущено 6 нарушений исключительных прав истца на указанные товарные знаки.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Товарные знаки составляют группу (серию), если отвечают в совокупности следующим критериям: зависимы друг от друга; связаны между собой наличием одного и того же доминирующего элемента; имеют фонетическое и семантическое сходство; между знаками существуют незначительные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков.

При этом под серией товарных знаков понимается, как правило, три и более товарных знака, принадлежащих одному правообладателю, в основе которых лежит один элемент. Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение. Вместе с тем, для вывода о том, что элемент образует серию товарных знаков, принадлежащих одному производителю, необходимо, чтобы такой доминирующий элемент повторялся во всех товарных знаках.

Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение.

Для вывода о том, что элемент образует серию товарных знаков, принадлежащих одному производителю, необходимо, чтобы такой доминирующий элемент повторялся во всех товарных знаках.

В настоящем случае, суд, оценив товарные знаки, правообладателем которых является истец, приходит к выводу о том, что товарные знаки № 480105 и № 480708, относительно которых заявляются требования, связаны доминирующим графическим элементом - изображением «пума в прыжке», товарные знаки № 480708 и № 437626 связаны доминирующим словесным элементом надписью «PUMA».

При этом, поскольку товарные знаки № 480105 и № 437626 не связаны ни графическим элементом - изображением «пума в прыжке», ни доминирующим словесным элементом надписью «PUMA», а серией товарных знаков признается три и более товарных знаков, в рассматриваемом случае суд не находит оснований для признания товарных знаков серией и вывода о том, что ответчиком допущено одно нарушение.

Доводы о наличии в действиях истца признаков злоупотребления также отклоняются судом с учетом следующего.

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Доводов, очевидно свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчиком не приведено, в то время как само по себе обращение за защитой исключительного права не является злоупотреблением права.

Аргументы ответчика о том, что истцу надлежит отказать в защите прав на товарные знаки, поскольку он зарегистрирован и ведет свою деятельность на территории Германии - страны, которая признана недружественной по отношению к Российской Федерации, подлежат отклонению, поскольку указанное обстоятельство не может нивелировать установленное судом нарушение прав истца действиями ответчика и являться основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав правообладателя, предусмотренной гражданским законодательством Российской Федерации.

Довод ответчика о том, что изготовление товаров и размещение на них объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу, осуществлено не силами и не по заданию ответчика, отклоняется судом на основании следующего.

Согласно абзацу 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Суд учитывает, что в силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Таким образом, к лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение.

Кроме того, лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью, несут дополнительный риск, отвечают за неисполнение ими обязательств, связанных с предпринимательской деятельностью, и в том случае, когда нарушение обязательства произошло при обстоятельствах, от них не зависящих. Предпринимательская деятельность осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих.

Соответственно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов об отсутствии нарушения исключительных прав; обратное свидетельствует о неразумности его поведения.

При определении размера компенсации суд учитывает:

- наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров;

- потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно;

- правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введенной в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем.

Ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим предпринимательскую деятельность, совершил действия, которые нельзя характеризовать основанными на принципе надлежащего исполнения обязательств (статья 309 ГК РФ), а также принципе добросовестности поведения статья 10 ГК РФ), выраженное в предложении к продаже и продаже контрафактного товара, о чем он, как специализированный субъект не может не знать.

Действия лица по распространению контрафактных товаров образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих товаров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

Таким образом, действия ответчика по хранению, предложению к продаже и продаже являются нарушением исключительных прав истца в виде незаконного использования результатов его интеллектуальной деятельности, что подтверждается п. 2 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена п. 1 ч. 4 ст. 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно ч. 3 ст. 1252 ГК РФ правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

По смыслу указанной нормы ответственность наступает в отношении каждого нарушителя исключительных прав за каждый случай неправомерного использования объектов исключительных прав (в данном случае за изображение каждого товарного знака).

Использование каждого объекта является самостоятельным нарушением исключительных прав истца.

В разъяснениях, содержащихся в п. 43.2 постановления Пленума №5/29, указано, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 43.3 постановления Пленума №5/29, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абз. 2 ст. 1311, п. 1 ч. 4 ст. 1515 или п. 1 ч. 2 ст. 1537 ГК РФ. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истцом выбрана компенсация, предусмотренная ст. 1515 ГК РФ, а именно: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Истец произвел расчет исходя из размера компенсации в сумме 25 000,00 руб. за каждое нарушение. При таком способе расчета компенсация за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 480105, 480708, 437626 составляет 150 000,00 руб. (25000 руб. х 6 нарушений).

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера взыскиваемой истцом компенсации до 10000 руб., в обоснование которого ответчик ссылается на:

- необоснованно завышенный размер требуемой истцом компенсации по сравнению со стоимостью реализованного им товара, что в отсутствие доказательств значительного объема реализации свидетельствует о том, что размер причиненных правообладателю убытков значительно ниже, чем заявленная истцом компенсация;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности, в силу чего не может быть констатирован грубый характер нарушения, намеренное и осознанное игнорирование прав истца;

- заявленное правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем в отношении прав интеллектуальной собственности истца впервые.

Ходатайство ответчика о снижении размера всей взыскиваемой компенсации до 10000 руб. отклоняется судом, ввиду нижеследующего.

Предоставленная суду возможность снизить размер компенсации в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть по существу, на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения исключительного права является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела.

Приведенные ответчиком обстоятельства не свидетельствуют о наличии фактических обстоятельств и условий, подтверждающих возможность снижения суммы всей компенсации до 10000 руб., оснований для вывода о карательном характере суммы компенсации не имеется, равно как и о нарушении баланса интересов сторон спора.

Действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предпринимались.

Вопреки доводам ответчика относительно несоразмерности стоимости контрафактного товара и заявленного размера компенсации, споры, связанные с защитой интеллектуальных прав, не обусловлены стоимостью товаров, на которых без согласия и разрешения правообладателя изображены объекты интеллектуальной собственности.

Таким образом, низкая стоимость контрафактного товара по данной категории дел не имеет юридического значения. Превышение размера компенсации над стоимостью реализованного товара само по себе не свидетельствует о несоразмерности такой компенсации причиненным правообладателю убыткам, в отсутствие доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих наличие на стороне истца необоснованного обогащения, при этом данное обстоятельство подлежит доказыванию стороной ответчика.

В рассматриваемом случае, ответчиком не доказано, что размер компенсации многократно превышает причиненные истцу убытки, равно как и не доказан тот факт, что правонарушение не являлось существенной частью ее предпринимательской деятельности и не носило грубый характер с учетом того обстоятельства, что из видеозаписи судом установлено, что в торговых точках ответчика ответчик помимо реализованных предлагал к продаже и иные товары, содержащие обозначения и изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, заявленными в иске, тем самым нарушение носило грубый характер, что должно быть учтено при определении степени вины нарушителя.

Представители истца в марте, апреле 2023 года в разные дни осуществили закупки в трех торговых точках ответчика контрафактной продукции, на которой размещены обозначения и изображения, сходные до степени смешения со спорными товарными знаками, права на которые принадлежат истцу, что также свидетельствует о грубом нарушении прав истца. Указанные обозначения и изображения, заявленные истцом, нанесены на реализованных истцом контрафактных товарах.

В силу закона правонарушитель может быть привлечен к ответственности за каждое нарушение.

При этом согласно общедоступным сведениям информационной системы «Картотека арбитражных дел» ответчик ранее привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав иных правообладателей, что подтверждается вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Тамбовской области от 29.04.2021 по делу №А64-418/2021, от 28.09.2022 по делу №А64-5831/2022, от 31.01.2023 по делу №А64-9381/2022, от 14.02.2023 по делу № А64-7901/2022, от 21.03.2023 по делу №А64-556/2023, от 23.06.2023 по делу №А64-4003/2023, от 21.09.2023 по делу № А64-6551/2023, от 27.10.2023 по делу №А64-7857/2023, тем самым привлечение ответчика к ответственности за нарушения исключительных прав различных правообладателей указывает на систематичность нарушения исключительных прав, что также свидетельствует о грубом характере допущенного правонарушения.

Факт повторного нарушения исключает возможность снижения компенсации в рамках действующего законодательства, в связи с чем, заявленные требования являются соразмерными совершенному правонарушению и не подлежат снижению.

В то же время, при определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя, вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд считает, что заявленный истцом размер компенсации (150 000 руб.) не отвечает принципу разумного и справедливого подхода к определению размера компенсации. Учитывая установленные по делу обстоятельства (права на все объекты интеллектуальной собственности принадлежат одному правообладателю, отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования товарных знаков, вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), отсутствие доказательств негативного влияния деятельности ответчика на деловую репутацию истца; размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной истцом, многократно превышает размер причиненных непосредственно спорным фактом использования товарных знаков правообладателю убытков, исходя из принципа соразмерности компенсации последствиям нарушенного права, суд приходит к выводу о чрезмерности заявленной истцом суммы компенсации.

Суд также отмечает, что из общедоступной информации, размещенной компанией на своем официальном сайте и в сети «Интернет», следует, что 01.03.2022 немецкая компания Puma объявила о приостановлении работы на территории России. Компания закрыла все магазины своей сети, в том числе и ограничила онлайн - торговлю на территории РФ через интернет - магазины.

Таким образом, компания добровольно и сознательно исключила РФ из числа регионов своей деятельности, отказавшись получать торговую выручку от продажи лицензионного товара. Соответственно, сами по себе факт продажи контрафактного товара (с учетом дат закупки – март и апрель 2023 года) не мог причинить компании какого-либо значительного репутационного вреда или снизить размер ее выручки.

При таких обстоятельствах, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию в размере 72000,00 руб., по 12000,00 руб. за каждое из шести нарушений исключительных прав на товарные знаки №№ 480105, 480708, 437626.

Указанный размер компенсации в данном случае не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учета степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

При этом в рассматриваемом случае суд не производит снижение размера компенсации, а определяет размер компенсации в соответствии с критериями, содержащимися в пункте 62 Постановления № 10, исковые требования подлежат удовлетворению в части - в размере 72 000 руб., в удовлетворении остальной части заявленных требований следует отказать.

Истцом также заявлено требование о возмещении судебных расходов по приобретению вещественных доказательств в размере 1650,00 руб., почтовых расходов на отправление претензии и копии исковых требований в размере 600 руб.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (часть 1 статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1, при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 111, 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из взаимосвязи статьи 106 АПК РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

В связи с изложенным, расходы в размере стоимости представленных в материалы дела доказательств - 1650,00 руб. отвечают установленным статьей 106 Кодекса критериям судебных издержек и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям – в размере 792,00 руб.

Заявленные истцом судебные издержки по оплате почтовых услуг на общую сумму 600,00 руб., по мнению суда, понесены в связи с рассмотрением настоящего дела, (отправкой ответчику претензий с приложенными к ним документами, а также копии иска и приложенных к нему документов), подтверждены почтовыми квитанциями, описями вложения в ценные письма, в связи с чем, указанные расходы также подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям – в размере 288,00 руб.

В силу ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В соответствии с ч. 2 ст. 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Исходя из требований ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Представленные по делу и исследованные судом доказательства и обстоятельства по спору сторон согласно заявленным основаниям, предмету иска суд находит достаточными для разрешения спора по существу.

Судебные расходы истца по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям в сумме 2640,00 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2860,00 руб. следует оставить за истцом. Государственная пошлина в размере 1500,00 руб. подлежит возврату истцу как излишне уплаченная.

Как следует из пункта 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.

Руководствуясь статьями 49, 102, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 Оглы, г. Тамбов (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу PUMA SE (Пума СЕ), Пума Вей 1, 91074 Херцогенаурах, Германия, компенсацию в размере 72000,00 руб., а также судебные издержки по оплате почтовых услуг в размере 288,00 руб., по приобретению товара в сумме 792,00 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2640,00 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Истцу выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу по заявлению.

Истцу возвратить из федерального бюджета государственную пошлину в размере 1500,00 руб., выдать справку.

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы, решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, находящийся по адресу 394006, <...>, через Арбитражный суд Тамбовской области.


Судья А.В. Прохоровская