Решение от 3 декабря 2018 г. по делу № А28-7868/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

610017, г. Киров, ул. К.Либкнехта,102

http://kirov.arbitr.ru



Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ




Дело № А28-7868/2017
г. Киров
03 декабря 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 ноября 2018 года

В полном объеме решение изготовлено 03 декабря 2018 года


Арбитражный суд Кировской области в составе судьи Погудина С.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1

рассматривает в судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: <...>

дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 610051, Россия, Кировская область, г. Киров, мкр. Лянгасово)

к обществу с ограниченной ответственностью производственно-монтажная компания «АЛЕКС» (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 614506, Россия, Пермский край, г. Пермь, <...>),

о взыскании 101 874 рублей 95 копеек,

и по встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью производственно-монтажная компания «АЛЕКС» (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 614506, Россия, Пермский край, г. Пермь, <...>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 610051, Россия, Кировская область, г. Киров, мкр. Лянгасово),

о взыскании 95 400 рублей 00 копеек, обязании совершить действия и о признании договора незаключенным

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, ФИО4


при участии в судебном заседании представителей:

от ИП ФИО2: не явился, извещен надлежащим образом,

от ООО ПМК «АЛЕКС»: ФИО5, по доверенности от 22.02.2018,

от третьих лиц: не явились, извещены надлежащим образом,




установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, ИП ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Кировской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью производственно-монтажная компания «АЛЕКС» (далее – ответчик, ООО ПМК «АЛЕКС») о взыскании 78 800 рублей задолженности за выполненные работы по договорам от 14.11.2016 №11, от 14.11.2016 №14, от 28.12.2016 №13, 20 770 рублей 40 копеек неустойки, в том числе: в размере 5 278 рублей за период с 28.12.2016 по 11.05.2017 по договору от 28.12.2016 №13, 7 235 рублей неустойки за период с 14.11.2016 по 11.05.2017 по договору от 14.11.2016 №11, 4 475 рублей неустойки за период с 14.11.2016 по 11.05.2017 по договору от 14.11.2016 №14, также 3 782 рубля 40 копеек по указанным договорам за период просрочки с 12.05.2017 по 26.06.2017.

Исковые требования основаны на положениях статей 309, 310, 395, 702, 720, 740, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по оплате выполненных истцом работ и оказанных услуг по договорам от 14.11.2016 №11, от 14.11.2016 №14, от 28.12.2016 №13.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 24.07.2017 дело принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Определением от 29.09.2017 суд, руководствуясь частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно уточнял исковые требования, в заявлении от 16.10.2018 окончательно просил взыскать: 90 000 рублей долга и 62 910 рублей пени за период с 14.11.2016 по 16.10.2018 по договору от 14.11.2016 №11; пени в размере 2 325 рублей за период с 17.11.2016 по 13.03.2017 по договору от 14.11.2016 №14; 38 800 рублей долга и 25 414 рублей 00 копеек пени за период с 31.12.2016 по 16.10.2018 по договору от 28.12.2016 №13.

Заявление об уточнении исковых требований от 16.10.2018 принято судом к рассмотрению на основании статьи 49 АПК РФ как не противоречащее закону и не нарушающее права других лиц.

Ответчик в отзыве на исковое заявление и дополнениях к нему исковые требования не признал, указывает на то, что произвел оплату по договору от 14.11.2016 №11 в полном объеме до сдачи результата работ, между тем, истец свои обязательства по указанному договору надлежащим образом не исполнил, техническая документация на станки по настоящее время не передана, работы по наладке не завершены. Ответчик ссылается на то, что в ночь с 25 на 26 марта 2017 года представитель истца ФИО3 после завершения сборки станков по договору №11 на производственной базе ответчика снял ранее установленные ножи и фрезу на оцилиндровочном станке, а также ножи с чашкорезного станка. Впоследствии ФИО3 пояснил, что не вернет ножи и фрезу до оплаты по договорам. В связи с отсутствием указанных деталей станков их эксплуатация являлась невозможной. Кроме того, ответчик указывает на несоответствие станков, изготовленных по договору №11 от 14.11.2016, обязательным требованиям ГОСТ. Возражая против иска по договору от 14.11.2016 №14, ответчик указывает, что услуги были оплачены 01.02.2017 и 13.03.2017. Ответчик считает, что договор от 28.12.2016 №13 является незаключенным, поскольку сторонами не согласованы существенные условия, в том числе о предмете договора, а доказательства фактического исполнения сторонами обязательств по данному договору отсутствуют. Ответчик отрицает, что в качестве последних может быть признана оплата в размере 40 000 рублей, поскольку она совершена в счет исполнения обязательств по договору №11 от 14.11.2016. ООО ПМК «Алекс» утверждает, что имеющийся у него торцовочный станок для бруса был изготовлен не истцом, а ФИО4 по договору от 25.01.2017. Имеющиеся в деле доказательства, по мнению ответчика, не свидетельствуют об обратном. По мнению ответчика, истец не вправе требовать взыскания неустойки за период, предшествующий дате исполнения обязательств по спорным договорам. В случае удовлетворения иска в части неустойки ответчик просит снизить начисленную неустойку применительно к нормам статьи 333 ГК РФ.

Истец с доводами ответчика не согласился, представил свои письменные возражения, в которых, указал, что фактическое исполнение сторонами обязательств по спорным договорам лишает ответчика права заявлять об их незаключенности. В частности, истец указывает на частичную оплату 28.12.2016 ответчиком работ по договору №13 от 28.12.2016 на сумму 40 000 рублей. Истец ссылается на то, что, получив результат работ и документы для их приемки, ответчик не заявлял о наличии каких-либо претензий по качеству работ либо комплектности станков вплоть до ответа на полученные от истца претензии (по истечении более трех месяцев). Истец ссылается на то, что им были сделаны фотографии станков и роликов на производственной территории ответчика, что подтверждает факт выполнения работ. Истец не согласен с доводом истца о том, что оплата в размере 50 000 рублей по расписке, выданной ФИО3, должна быть учтена в счет обязательств по договору №11 от 14.11.2016, поскольку ФИО3 выполнял работы по настройке станков по устной договоренности с директором ООО ПМК «Алекс», за что им лично были получены денежные средства. Полномочия на получение денежных средств от заказчика по спорным договорам ФИО3 не предоставлялись.

В ходе рассмотрения дела ответчик предъявил встречный иск, в котором просил взыскать с ИП ФИО2 неустойку за невыполнение условий договора от 14.11.2016 №11 в размере 95 400 рублей, обязать ИП ФИО2 в срок 14 дней с даты вынесения решения суда доукомплектовать изготовленные по договору от 14.11.2016 №11 станки, признать договор от 28.12.2016 №13 незаключенным.

Встречные исковые требования основаны на положениях статей 432, 433, 438, 506, 702 ГК РФ и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком по встречному иску принятых на себя обязательств по изготовлению станков и иного оборудования.

ИП ФИО2 в отзыве на встречный иск против удовлетворения встречных требований возражает, указывает на то, что 50 000 рублей, переданных по утверждению ответчика по первоначальному иску ФИО3, на расчетные счета истца по первоначальному иску не поступали, полномочиями по настройке (наладке) оборудования ФИО3 не наделен, существенные условия договора от 28.12.2016 №13 сторонами согласованы, стороны исполняли его условия, поэтому договор является заключенным. Ответчик по встречному иску ссылается на то, что договор №13 от 28.12.2016 как и договоры №11 и 14 от 14.11.2016 были подписаны сторонами при передаче оборудования 23.01.2017, поэтому ООО ПМК «Алекс» не могло отказаться от исполнения договора №13 от 28.12.2016 в указанный день. Также ответчик просил об оставлении встречного искового заявления без рассмотрения.

ООО ПМК «АЛЕКС» неоднократно представляло заявления об уточнении исковых требований по встречному иску, в последнем заявлении от 28.10.2018 просило:

1. взыскать с ИП ФИО2 неустойку за ненадлежащее исполнение условий договора от 14.11.2016 №11 в размере 11 220 рублей за период с 27.12.2016 по 28.01.2017;

2. обязать ИП ФИО2 безвозмездно на территории ООО ПМК «Алекс» устранить отраженные в заключении эксперта № 59/18 от 05.07.2018 года не соответствия конструкции изготовленных ФИО2 по договору № 11 от 14.11.2016 года станков LUCH-6 и ОВ-6 требованиям следующих пунктов ГОСТ 12.2.026.0-2015 «Оборудование деревообрабатывающее. Требования к безопасности конструкции»: п. 4.2.10 (должны отсутствовать острые грани и углы), п. 4.3.1 (обязательность наличия защитных устройств и ограждений, исключающих в процессе работы соприкосновение оператора с режущим инструментом и движущимися элементами, вылет режущего инструмента или его элементов, выбрасывание режущим инструментом отходов, образующихся в процессе обработки...), п. 4.3.2 (необходимость наличия защитных ограждений, закрывающих зону обработки или часть режущего инструмента, не находящуюся в зоне резания), п. 4.3.2.1 (обязательность конструирования защитных ограждений таким образом, чтобы они находились в закрытом состоянии во время работы станка), п. 4.3.2.4 (возможность демонтажа защитного ограждения только с применением слесарно-монтажного инструмента), п. 4.3.2.8 ( необходимость прочного закрепления на станке защитных ограждений), п. 4.5.21 (орган управления остановкой станка должен быть ниже органа управления пуском станка), п. 4.5.26 (обязательное наличие органа управления для быстрого отключения от источника энергии в легко доступном месте), п. 4.6.6 (обязательное наличие приспособлений, обеспечивающих безопасное снятие и установку громоздких и тяжелых инструментов), п. 4.8.1 (обязательное наличие приемника для улавливания отходов обработки и направление их в устройства для удаления и транспортирования отходов), п. 4.8.2 (приемники по п.4.8.1 должны быть частью станков), п. 4.14.4 (электрическая схема станков должна предусматривать блокировку, не позволяющую включать станок при неработающей вытяжной вентиляции для удаления отходов), а также аналогичных им требований пунктов приложения 1 к Техническому регламенту Таможенного Союза 010/2011 «О безопасности машин и оборудования» 15, 32, 33, 36, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46 и 59;

3. обязать ИП ФИО2 в срок 14 дней с даты вынесения решения доукомплектовать изготовленные по договору №11 от 14.11.2016 станки:

- чашкорезный станок ОВ-6 (7,5 кВт) — двумя ножами, входящими в комплект станка;

- оцилиндровочный станок LUCH-6 — пятью ножами и одной фрезу, входящей в комплект станка;

4. признать договор от 28.12.2016 №13 незаключенным.

Определением от 20.12.2017 встречный иск принят к производству арбитражным судом. Уточненные исковые требования по заявлению от 28.10.2018 приняты к рассмотрению в судебном заседании 21.11.2018.

В судебном заседании 21.11.2018 стороны обратились к суду с ходатайством об утверждении заключенного им мирового соглашения от 21.11.2018.

На основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд объявил перерыв в судебном заседании до 26.11.2018 для представления истцом по встречному иску документов, подтверждающих полномочия представителя на подписание мирового соглашения.

В судебном заседании 26.11.2018 стороны поддержали ходатайства об утверждении мирового соглашения, просили прекратить производство по делу в части требования о взыскании 2 325 рублей пени по договору №14 от 14.11.2016 по первоначальному иску, а также в части требований о присуждении обязанностей устранить отраженные в заключении эксперта № 59/18 от 05.07.2018 года не соответствия конструкции изготовленных ФИО2 по договору № 11 от 14.11.2016 года станков LUCH-6 и ОВ-6 обязательным требованиям, а также доукомплектовать изготовленные по договору №11 от 14.11.2016 станки (пункты 2 и 3 заявления об уточнении исковых требований по встречному иску от 28.10.2018).

Определением арбитражного суда от 03.12.2018 (резолютивная часть объявлена 26.11.2018) заключенное сторонами мировое соглашение от 21.11.2018 утверждено, производство по делу в части вышеуказанных требований прекращено.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО4.

ФИО3 в отзыве на исковое заявления требования по первоначальному иску поддержал, указав, что 50 000 рублей получил от ФИО6 за помощь в пуско-наладочных работах в отношении изготавливаемого оборудования, полномочий на получение денежных средств для ИП ФИО2 не имел. После наладки работы оборудования 26.03.2017 оно находилось в работоспособном состоянии, он ножи и фрезы с оборудования не снимал, об их пропаже узнал в декабре 2017 года.

ФИО4 также представил отзыв на исковое заявление, в котором подтвердил факт изготовления торцовочного станка с нижней пилой и роликов на основании договора, подписанного с директором ООО ПМК «Алекс» ФИО6

Заслушав объяснения представителей сторон, показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, исследовав письменные материалы дела, арбитражный суд установил следующие фактические обстоятельства.

Между ответчиком (заказчик) и истцом (исполнитель) подписан договор №11 от 14.11.2016 (далее – договор №11), по условиям которого заказчик поручает исполнителю, а исполнитель принимает на себя выполнение следующих работ: станок оцилиндровочный LUCH-6 (11кВт+7,5кВт) в количестве 1 штука по цене за единицу 250 000 рублей, станок торцевой с нижней пилой (5,5кВт) в количестве 1 штука по цене за единицу 40 000 рублей, станок чашкорезный ОВ-6 (7,5 кВт) в количестве 1 штука по цене за единицу 50 000 рублей (раздел 1).

В пунктах 2.1.2-2.1.3 договора №11 предусмотрена обязанность исполнителя в течение 30 рабочих дней с момента поступления оплаты передать заказчику изготовленный товар (выполненные работы), направить заказчику товарную накладную (акт приема-сдачи работ) не позднее трех банковских дней с момента передачи заказчику изготовленного товара (выполненной работы).

Заказчик обязуется принять изготовленный товар и оплатить его полную стоимость согласно пункта 3.3 настоящего договора. Товар считается принятым заказчиком в момент подписания товарной накладной (акта приема-сдачи работ) по настоящему договору (пункт 2.2.1 договора №11).

В соответствии с пунктом 2.2.3 договора №11 после получения товарной накладной (акта приема-сдачи работ) заказчик обязан в течение трех дней подписать его или в тот же срок направить исполнителю мотивированный отказ. В случае ненаправления мотивированного отказа в установленный срок товарной накладной (акт приема-сдачи работ) считается со стороны заказчика подписанным.

Стоимость выполнения работ исполнителем по договору составляет 25 000 рублей, без НДС. Оплата производится путем безналичного перечисления на расчетный счет исполнителя не позднее трех банковских дней со дня составления договора и счета на оплату. Порядок расчетов по настоящему договору: 100% предоплата (пункты 3.1-3.3 договора №11).

Стороны несут друг перед другом ответственность в порядке, установленном законодательством РФ. При просрочке исполнения обязательств одна сторона выплачивает штраф в размере 0,1% в день от стоимости просроченных обязательств (пункты 4.3-4.4 договора №11).

В качестве доказательства исполнения обязательств по договору №11 истцом представлен односторонний акт №1 от 26.01.2017 на выполнение работ-услуг на сумму 340 000 рублей.

Истцом признается оплата ответчиком по договору №11 в сумме 250 000 рублей, что подтверждается пояснениями сторон, а также представленной в материалы дела истцом выпиской по расчетному счету за 14.11.2016 о перечислении ответчиком платёжным поручением от 14.11.2016 №483 денежных средств в сумме 250 000 рублей.

Между ответчиком (заказчик) и истцом (исполнитель) также подписан договор №13 от 28.12.2016 (далее – договор №13), по условиям которого заказчик поручает исполнителю, а исполнитель принимает на себя выполнение следующих работ: станок торцевой с нижней пилой (5,5кВт) в количестве 1 штука по цене за единицу 50 000 рублей, ролики 500*48 в количестве 48 штук по цене за единицу 600 рублей (раздел 1).

В пунктах 2.1.2-2.1.3 договора №13 предусмотрена обязанность исполнителя в течение 30 рабочих дней с момента поступления оплаты передать заказчику изготовленный товар (выполненные работы), направить заказчику товарную накладную (акт приема-сдачи работ) не позднее трех банковских дней с момента передачи заказчику изготовленного товара (выполненной работы).

Заказчик обязуется принять изготовленный товар и оплатить его полную стоимость согласно пункта 3.3 настоящего договора. Товар считается принятым заказчиком в момент подписания товарной накладной (акта приема-сдачи работ) по настоящему договору (пункт 2.2.1 договора №13).

В соответствии с пунктом 2.2.3 договора №13 после получения товарной накладной (акта приема-сдачи работ) заказчик обязан в течение трех дней подписать его или в тот же срок направить исполнителю мотивированный отказ. В случае ненаправления мотивированного отказа в установленный срок товарной накладной (акт приема-сдачи работ) считается со стороны заказчика подписанным.

Стоимость выполнения работ исполнителем по договору составляет 78 800 рублей, без НДС. Оплата производится путем безналичного перечисления на расчетный счет исполнителя не позднее трех банковских дней со дня составления договора и счета на оплату. Порядок расчетов по настоящему договору: 100% предоплата (пункты 3.1-3.3 договора №13).

Стороны несут друг перед другом ответственность в порядке, установленном законодательством РФ. При просрочке исполнения обязательств одна сторона выплачивает штраф в размере 0,1% в день от стоимости просроченных обязательств (пункты 4.3-4.4 договора №13).

В качестве доказательства исполнения обязательств по договору №13 истцом представлен односторонний акт №3 от 26.01.2017 на выполнение работ-услуг на сумму 78 800 рублей.

В заявлении об увеличении исковых требований от 19.07.2017 истец признает за ответчиком оплату по договору №13 в сумме 40 000 рублей, поступившую на расчетный счет карты исполнителя 29.12.2016 без указания назначения платежа.

В письме от 21.02.2017, адресованном истцу, ответчик гарантировал окончательный расчет по договорам №11 и №14 после запуска и наладочных работ всех станков.

Опись вложения с отметкой организации связи, а также почтовая квитанция №Прод015268 свидетельствует о направлении истцом в адрес ответчика 13.05.2017 претензий и актов по трем спорным договорам.

Ответчик в своем письме от 09.06.2017 подтверждает получение указанных документов 06.06.2017, указывает на отказ от подписания спорных актов в связи с неисполнением истцом обязательств.

В ответах от 19.06.2018 на претензии истца ответчик указал на некачественность выполненных по договору №11 от 14.11.2016 работ, в частности на недоукомлектованность станков, незавершённость работ по наладке станков, отсутствие технических документов. Ответчик также сослался на то, что станок и ролики по договору №13 от 28.12.2016 ему не переданы.

Неурегулирование сторонами разногласий относительно исполнения встречных обязательств по спорным договорам послужило основаниями для обращения сторон в арбитражный суд с исковыми заявлениями.

Оценив установленные по делу обстоятельства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику (пункт 1 стать 703 ГК РФ).

Оценив условия договоров №№11 от 14.11.2016, №13 от 28.12.2016, арбитражный суд квалифицировал данные договоры как договоры подряда, поскольку их предметами являются права и обязанности сторон относительно изготовления станков и оборудования (договоры №№11, 13).

Истец по первоначальному иску требует взыскания 90 000 рублей задолженности и 62 910 рублей пени за период с 14.11.2016 по 16.10.2018 по договору №11 от 14.11.2016.

Рассмотрев указанные требования истца с учетом возражений ответчика, арбитражный суд отмечает, что в силу пункта 1 статьи 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Таким образом, в предмет доказывания по иску о взыскании долга по договору подряда входит наступление срока исполнения обязательства по оплате работ, размер данного обязательства, а также неисполнение данной обязанности ответчиком.

Возражая против иска в рассматриваемой части, ответчик сослался на полную оплату работ по данному договору.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд признает указанный довод ответчика обоснованным в силу следующего.

Из материалов дела следует, что оплата работ по договору №11 от 14.11.2016 произведена заказчиком в следующем порядке: 250 000 рублей перечислены на расчетный счет истца платежным поручением от 14.11.2016 №483, 50 000 рублей переданы ФИО3 по расписке от 21.12.2016, 40 000 рублей перечислены 28.12.2016 на банковскую карту истца.

При этом суд отклоняет довод истца о том, что у ФИО3 отсутствовали полномочия на получение от заказчика денежных средств по договору №11 от 14.11.2016.

В соответствии с пунктом 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

Из пояснений представителей ответчика, которые не опровергнуты истцом, следует, что переговоры о заключении и исполнении договора №11 от 14.11.2016, ООО ПМК «Алекс» велись с ФИО3, а также представителем истца ФИО7, в том числе посредством электронной переписки. Кроме того, сам текст расписки от 16.12.2016, определяющий назначение полученных денежных средств, указывает на наличие у ФИО3 полномочий на получение денежных средств именно за оборудование, но не услуги по его сборке либо наладке, как указывает истец. Таким образом, полномочия ФИО3 на получение денежных средств от ответчика по договору №11 от 14.11.2016, явствовали из обстановки переговоров о заключении договора и получения денежных средств по данному договору.

Кроме того, в силу статьи 183 того же Кодекса при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В пунктах 1, 4, 5, 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 г. N 57 "О некоторых вопросах практики применения ст. 183 ГК РФ" разъяснено, что при рассмотрении арбитражными судами исков к представляемому (в частности, об исполнении обязательства, о применении ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства), основанных на сделке, заключенной неуполномоченным лицом, следует принимать во внимание, что установление в судебном заседании факта заключения упомянутой сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункт 2 статьи 183 ГК РФ).

Пункт 1 статьи 183 ГК РФ применяется независимо от того, знала ли другая сторона о том, что представитель действует с превышением полномочий или при отсутствии таковых.

При разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 ГК РФ, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

При оценке судами обстоятельств, свидетельствующих об одобрении представляемым - юридическим лицом соответствующей сделки, необходимо принимать во внимание, что независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или лица, уполномоченных в силу закона, учредительных документов или договора заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Действия работников представляемого по исполнению обязательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, могут свидетельствовать об одобрении, при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей, или основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац 2 пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ИП ФИО2 совершила действия, свидетельствующие о последующем одобрении получения ФИО3 денежных средств в сумме 50 000 рублей в счет исполнения обязательств по договору №11.

В качестве таковых, как верно указывает ответчик, следует признать направление ответчику претензии 13.05.2017, из которой следует, что сумма долга по данному договору уменьшена истцом на 50 000 рублей, полученных по расписке (том 1 л.д. 43). Также данное обстоятельство подтверждается актом сверки по состоянию на 13.04.2017 (том 1 л.д. 50), текстом первоначально поданного иска (том 1 л.д. 7).

Суд отклоняет ссылку истца на то, что ответчик уплатил денежные средства с нарушением определенной пунктом 3.2 безналичной формы путем перечисления на банковскую карту истца либо передачи наличных, поскольку данное исполнение принято подрядчиком, денежные средства истцу не возвращены, следовательно, обязательства в данной части надлежит признать прекращенными надлежащим исполнением.

Также материалами дела подтверждено и истцом не оспорено, что директор ответчика перечислил на банковскую карту истца 40 000 рублей 29.12.2016 (том 1 л.д. 116, 145).

Суд соглашается с доводом ответчика о том, что данный платеж должен быть отнесен на расчеты по договору №11 от 14.11.2016, а не по договору №13 от 28.12.2016, как настаивает истец, в силу следующего.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 319.1 ГК РФ в случае, если исполненного должником недостаточно для погашения всех однородных обязательств должника перед кредитором, исполненное засчитывается в счет обязательства, указанного должником при исполнении или без промедления после исполнения.

Если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон, в случаях, когда должник не указал, в счет какого из однородных обязательств осуществлено исполнение, преимущество имеет то обязательство, срок исполнения которого наступил или наступит раньше, либо, когда обязательство не имеет срока исполнения, то обязательство, которое возникло раньше. Если сроки исполнения обязательств наступили одновременно, исполненное засчитывается пропорционально в погашение всех однородных требований.

Пунктами 3.3 договоров №11 от 14.11.2016 и №13 от 28.12.2016 предусмотрена 100% предоплата за работы.

Принимая во внимание, что договор №11 заключен 14.11.2016, срок исполнения обязательства по оплате предусмотренных им работ наступил ранее. Следовательно, оплата 40 000 рублей без указания обязательства, в счет которого она совершена, должна быть отнесена на расчеты по договору №11 от 14.11.2016.

При таких обстоятельствах арбитражный суд признает обоснованными возражения ответчика об отсутствии на момент принятия настоящего решения задолженности по договору №11 от 14.11.2016. В удовлетворении иска в данной части надлежит отказать.

Рассмотрев требование истца о взыскании 62 910 рублей пени по договору №11 от 14.11.2016 за период с 14.11.2016 по 16.10.2018 за нарушение сроков оплаты работ, арбитражный суд также не усмотрел оснований для его удовлетворения в силу следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 702, пунктом 1 статьи 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Подрядчик вправе требовать выплаты ему аванса либо задатка только в случаях и в размере, указанных в законе или договоре подряда (пункт 2 статьи 711 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 2 и 4 статьи 328 ГК РФ в случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

Правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 настоящей статьи, применяются, если законом или договором не предусмотрено иное.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Таким образом, если законом или договором не предусмотрено иное, заказчик не вправе требовать выплаты ему аванса, а также взыскания неустойки за нарушение данного обязательства.

Уплата сумм авансовых платежей при отсутствии встречного предоставления по сути является кредитованием исполнителя; начисление неустойки в подобных случаях просрочки внесения авансового платежа допускается, если это установлено законом или явно выражено в соглашении сторон (определение Верховного суда Российской Федерации от 19.01.2018 по делу № 310-ЭС17-11570).

Исходя из положений статей 1, 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

В силу статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

По условиям договоров №№11 и 13, заказчик обязан оплатить работы подрядчика в порядке 100 % предоплаты; при просрочке исполнения обязательства сторона уплачивает штраф в размере 0,1% в день от стоимости просроченных обязательств (пункты 3.3, 4.4 договоров).

Таким образом, в условиях договоров, как обоснованно возражает ответчик, не предусмотрено право заказчика требовать уплаты неустойки за нарушение обязательства по уплате аванса. Следовательно, истец не вправе предъявлять данные требования за период, предшествующий моменту надлежащего выполнения своих обязательств по данным договорам.

Судом установлено, что исполнение, предусмотренное по договору №11 от 14.11.2016, не было предоставлено заказчику до момента уплаты им всей цены договора (28.12.2018). Следовательно, истец не вправе требовать взыскания неустойки за нарушение данного обязательства.

Истец также просит взыскать 38 800 рублей долга и 25 414 рублей 00 копеек пени за период с 31.12.2016 по 16.10.2018 по договору от 28.12.2016 №13, указывая, что по данному договору им были изготовлены и переданы заказчику торцовочный станок для бруса, а также ролики в количестве 48 штук.

Возражая против иска в данной части, ответчик сослался на незаключенность данного договора, а также на отсутствие доказательств его исполнения сторонами. В подтверждение своих возражений ответчик представил в том числе договор на изготовление оборудования от 25.01.2017, подписанный с ФИО4 (исполнитель), по условиям которого изготовитель обязуется разработать и изготовить торцовочную пилу с нижней подачей и пильным диском на 700 мм в количестве 1 штуки, ролики для рольганов в количестве 28 штук. В акте приемки оборудования от 05.02.2017 стороны свидетельствовали передачу исполнителем заказчику (ООО ПМК "АЛЕКС") вышеуказанного оборудования.

Рассмотрев данные требования истца с учетом доводов и возражений сторон, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании пункта 2 статьи 432 ГК РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В силу статей 432, 702, 703, 708 ГК РФ существенными условиями договора подряда является условия о предмете (изготовление или переработка (обработка) вещи либо выполнение другой работы), а также о сроках выполнения работ.

В данном случае стороны подписали договор, предметом которого определили изготовление станка торцевого с нижней пилой (5,5 кВт) в количестве 1 штуки и роликов 500*48 в количестве 48 штук.

В пунктах 2.1.2-2.1.3 указанного договора предусмотрена обязанность исполнителя в течение 30 рабочих дней с момента поступления оплаты передать заказчику изготовленный товар (выполненные работы).

Таким образом, сторонами согласованы условия о сроке выполнения работ, а также о подлежащих изготовлению вещах. При этом суд признает, что условие о предмете договора на момент его заключения стороны сочли возможным согласовать в той мере, в какой этой было необходимо для исполнения договора.

Так, из материалов дела и пояснений сторон следует, что не позднее 25.03.2017 подрядчик предъявил непосредственно директору ООО ПМК «Алекс» ФИО6 акт о приемке выполненных работ по договору №13 о 28.12.2016. Акт содержит отметку подрядчика об отказе от подписания акта заказчиком, однако в деле отсутствует письменные доказательства, указывающие на мотивы такого отказа. О наличии таковых заказчик письменно уведомил подрядчика лишь ответом на претензию подрядчика об оплате работ, датированным 19.06.2017.

Таким образом, данные доказательства, а также иные материалы дела не свидетельствуют о том, что отсутствие указания на конкретные характеристики станка и роликов, явилось препятствием для того, чтобы подрядчик приступил к исполнению контракта. При этом о неопределенности в отношении предмета договора заказчик не заявлял на протяжении более полугода с момента подписания договора, а именно - до предоставления ответа от 19.06.2017 на претензию об оплате работ, выполненных в рамках данного договора. Материалами дела не подтверждается получение подрядчиком уведомлений заказчика о невозможности исполнения договора в силу отсутствия в нем условий, определяющих предмет договора, в том числе о характеристиках оборудования, а также в силу наличия разногласий о предмете договора, обнаруженных при приемке результатов работ.

Ссылка ответчика на отказ от подписания акта, который зафиксирован записью на акте №3 от 26.01.2017, не может быть принята во внимание, поскольку запись совершена представителем подрядчика, из её содержания не явствуют мотивы отказа от подписания. Между тем, следует отметить, что мотивы не указаны и при отказе от подписания актов по другим договорам, предъявление результатов работ по которым не оспаривается ответчиком.

Согласно пункту 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В силу приведенной нормы, а также вышеприведенных норм статьи 720 ГК РФ, получив акт о приемке выполненных работ по договору №13 от 28.12.2017 с учетом определенного пунктами 2.2.1 и 2.2.3 договора порядка приемки работ, в силу которого работы считаются принятыми при отсутствии заявленных в трехдневный срок замечаний заказчика (пункт 3 статьи 158 ГК РФ), подрядчик, действуя добросовестно, должен был в случае отсутствия надлежащего предоставления со стороны подрядчика, а также незаключенности договора, с соблюдением письменной формы заявить отказ от приемки работ с указанием конкретных мотивов. Между тем, доказательств исполнения данной обязанности в дело не представлено.

Кроме того, в силу пункта 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Согласно пункту 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 N 165 при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.

Сдача результата работ лицом, выполнившим их в отсутствие договора подряда, и его принятие лицом, для которого эти работы выполнены, означает заключение сторонами соглашения. Обязательства из такого соглашения равнозначны обязательствам из исполненного подрядчиком договора подряда. В этом случае между сторонами уже после выполнения работ возникают обязательство по их оплате и гарантия их качества, так же как и тогда, когда между сторонами изначально был заключен договор подряда.

Для разрешения разногласий сторон относительно фактического исполнения подрядчиком обязательств по договору №13 от 28.12.2016 арбитражный суд определением от 21.05.2018 назначил по делу судебную экспертизу, производство которой поручил эксперту общества с ограниченной ответственностью «Арбоника» ФИО8.

Согласно заключению эксперта №59/18 от 05.07.2018, на промплощадке ООО ПМК «Алекс» (<...>) установлены два торцовочных станка: для оцилиндрованного бревна и для бруса. Экспертом установлены основные характеристики торцовочного станка для бруса, которые не позволяют однозначно идентифицировать имеющееся у ответчика оборудование как оборудование, изготовленное в соответствии с представленной эксперту документацией ИП ФИО2 либо ФИО4

Вместе с тем, установленные экспертом характеристики торцовочного станка для бруса указывают на его существенную идентичность торцовочному станку для оцилиндрованного бревна, изготовленному ИП ФИО2, в части габаритных размеров металлической рамы, конструкции рамы, а также конструкции узла резания, в том числе марки и типа корпуса опороподшипников. Данный вывод подтверждается и сделанными экспертом фотографиями станков.

При этом суд отмечает, что габаритные размеры обоих торцовочных станков и диаметры пил не соответствуют размерами и диаметрам, указанным в руководстве по эксплуатации, разработанном ИП ФИО2 Следовательно, довод ответчика о данном несоответствии сам по себе не опровергает факт изготовления станка для бруса в рамках спорного договора №13 от 28.12.2016, поскольку данный факт в отношении договора №11 от 14.11.2016 не оспаривается ответчиком.

Оценка заключения эксперта в совокупности с представленными суду истцом фотографиями оборудования на USB-накопителе указывает на то, что имеющийся на момент проведения экспертизы торцовочный станок для бруса идентичен станку, изображенному на фотографиях №№ DSCN5090, DSCN5092 по основным геометрическим характеристикам, окраске корпуса и рамы с роликами, расположению узлов управления электрооборудованием, прижимного устройства и рычага управления режущей частью. Идентичность данных станков не оспаривается сторонами. При этом истец утверждает, что это торцовочный станок, изготовленный им, а ответчик утверждает, что это торцовочный станок, изготовленный ФИО4

Между тем, акт о приемке готового оборудования по договору с ФИО4, в рамках которого, по утверждению ответчика, был изготовлен спорный станок для бруса, датирован 05.02.2017.

Изображение же станка на фотографиях №№ DSCN5090, DSCN5092 указывает на то, что его сборка не завершена: отсутствует встроенный пульт управления, электрический кабель, ведущий от щита управления, не присоединен к станку (лежит рядом со станком согласно фотографии № DSCN5092), отсутствует ремень на шкиве клиноременной передачи, установленном на электродвигателе. Данное обстоятельство подтверждено сторонами в судебном заседании 26.10.2018. Принимая во внимание выводы эксперта об источнике питания станка, типе выключателя, а также о конструкции узла резания, суд признает, что на фотографиях №№DSCN5090, DSCN5092 изображен станок, использование которого по назначению на момент съемки не являлось возможным.

Согласно свойствам файлов изображений №№DSCN5090, DSCN5092, снимки сделаны 17.02.2017. На данное обстоятельство указывает сам ответчик в отзыве на исковое заявление (том 2 л.д. 116). Однако, расхождение в датах подписания акта о приемке работ у ФИО4 и дате съемки ответчиком не объяснены. О недостоверности даты съемки ответчиком не заявлено.

Суд также отмечает, что на снимке № DSCN5092 изображен торцовочный станок для бруса с установленным двигателем синего цвета. Между тем, согласно фотографиям, прилагаемым к заключению эксперта (фото №9, 10, 12, 14), на момент проведения экспертизы станок оборудован двигателем, окрашенным в темно-серый цвет, двигатель и установленный на нем шкив имеют признаки коррозии металла. Данное обстоятельство подтверждает ссылку ответчика на установку на торцевой станок для бруса двигателя бывшего в употреблении, однако, в чем была необходимость снятия установленного на станке на момент съемки 17.02.2017 двигателя и его установки на некий иной станок, как утверждал ответчик в судебном заседании 26.11.2018, ответчик суду не пояснил. На замену двигателя после сборки станка ФИО4 ответчик сделал ссылку лишь в судебном заседании 26.11.2018, однако ранее на данные обстоятельства, в том числе при рассмотрении вопроса о назначении экспертизы по вопросу идентичности станков, не указывал, данный факт письменными доказательствами не подтвердил. При этом в судебном заседании 26.10.2018 ответчик давал суду противоположные пояснения, о том, что изображенный на фото № DSCN5092 станок изготовлен ФИО4 и имеет бывший в употреблении двигатель, установленный последним.

Указанным обстоятельствам не противоречат выводы эксперта, данные в заключении №59/18 от 05.07.2018 о том, что станок торцовочный для бруса имеет признаки внесения изменений в конструкцию и идентифицирующие признаки, а именно - замены двигателя и шильда предприятия-изготовителя с соответствующей информацией (том 4 л.д. 20).

Также суд отмечает, что ответчик представил в материалы дела копию расписки ФИО3 от 17.01.2017, которая содержит обязательства последнего завершить к 23.01.2017 работы по изготовлению станков, в том числе торцовочного станка для бруса.

При наличии подписанного сторонами договора №13 от 28.12.2016, сроки исполнения обязательств по которому представитель подрядчика подтвердил заказчику в расписке от 17.01.2017, ответчик по истечении указанного в расписке срока, не заявил об отказе от исполнения данного договора и не предъявил требований, вытекающих из ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств. При этом, как утверждает ответчик, уже 25.01.2017 им был заключен договор на изготовление того же станка с иным подрядчиком, однако к указанной дате срок исполнения ИП ФИО2 своих обязательств по договору №13 от 28.12.2016 не истек.

Таким образом, оценив представленные суду доказательства в их совокупности, арбитражный суд признает, что ответчик не опроверг доводы истца об изготовлении торцовочного станка для бруса по договору №13 от 28.12.2016, поскольку на момент проведения судебной экспертизы во владении ООО ПМК «Алекс» находился станок с признаками внесения изменений в конструкцию в части двигателя и шильда с указанием предприятия-изготовителя, который в существенной степени идентичен в части несущей конструкции и рабочих узлов со станком для торцевания оцилиндрованного бревна, изготовление которого ИП ФИО2 не оспаривается ответчиком.

Принимая во внимание, что директором ООО ПМК «Алекс» в судебном заседании было подтверждено вручение ему актов о приемке работ по данному договору не позднее 25 марта 2017 года и в материалах дела отсутствуют письменные доказательства одностороннего отказа от исполнения договора в силу его незаключенности либо неисполнения подрядчиком обязательств по изготовлению оборудования в установленные сроки, отсутствуют доказательства заявления об отказе от подписания актов вследствие несогласованности существенных условий договора, а достоверные доказательства приемки работ по договору, заключенному с ФИО4, суду не представлены, арбитражный суд признает факт исполнения истцом обязательств по изготовлению станка в рамках договора №13 от 28.12.2016 доказанным.

Поскольку факт выполнения подрядчиком работ по договору №13 от 28.12.2016 не подтвержден материалами дела, о ненадлежащем качестве выполненных истцом работ ответчиком не заявлено, срок оплаты по договору наступил, доказательства оплаты ответчиком не представлены, требование истца о взыскании с ответчика долга в размере 38 800 рублей 00 копеек заявлено законно и обоснованно.

Рассмотрев требование истца о взыскании 25 414 рублей 00 копеек пени по договору №13 от 28.12.2016 за период с 31.12.2016 по 16.10.2018, арбитражный суд признал его обоснованным в силу следующего.

В соответствии со статьей 330 ГК РФ стороны согласовали в пункте 4.4 договора №13 неустойку за просрочку исполнения обязательств по договору в размере 0,1% в день от стоимости просроченных обязательств.

В материалы дела представлен акт о приемке выполненных работ по договору №13, который содержит отметки подрядчика об отказе заказчика от подписания данного акта. При этом, как было отмечено, директором ООО ПМК «Алекс» в судебном заседании было подтверждено вручение ему 24-25 марта 2017 года актов о приемке выполненных работ.

Поскольку в деле отсутствуют достоверные доказательства наличия у заказчика обоснованных возражений против приемки работ на момент их предъявления (не позднее 25.03.2017), следует признать, что обязанность по приемке работ по договору №13 от 28.12.2016 должна была быть исполнена заказчиком не позднее 28.03.2016 (не позднее 3 дня после предъявления результата работ согласно пункту 2.2.3 договора).

Поскольку сторонами согласована предварительная оплата выполненных истцом работ, истец имеет право требовать уплаты пени за просрочку исполнения обязанности по оплате выполненных работ с 29.03.2017, то есть по истечении срока на приемку.

Таким образом, при установленных судом обстоятельствах истец вправе требовать уплаты неустойки за период с 29.03.2017 по 16.10.2018 по ставке 0,1% от суммы долга 78 800 рублей. Между тем, поскольку требование истца заявлено в меньшем размере, суд признает данное требование подлежащим удовлетворению в сумме 25 414 рублей 00 копеек.

Ответчик обратился к суду с заявлением о снижении предъявленной истцом неустойки на основании статьи 333 ГК РФ,

В силу статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

В пунктах 71 и 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд признал, что ответчик не доказал наличие оснований для снижения неустойки, а именно – наличие исключительного случая, при котором взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению истцом необоснованной выгоды.

На основании изложенного арбитражный суд признал обоснованными требования истца по первоначальному иску о взыскании 38 800 рублей 00 копеек долга и 25 414 рублей 00 копеек пени по договору №13 от 28.12.2016. В удовлетворении требований, вытекающих из договора №11 от 14.11.2017 надлежит отказать.

Рассмотрев исковые требования о взыскании пени по договору №11 от 14.11.2016 и о признании договора №13 от 28.12.2016 незаключенным по встречному иску, арбитражный суд не нашел оснований для их удовлетворения.

Из материалов дела (том 2 л.д. 76) и пояснений сторон следует, что 14.11.2016 истец направил ответчику по электронной почте договор от 14.11.2016 №11, по условиям которого в первоначальной редакции подрядчик обязался в течение 30 рабочих дней с момента поступления части оплаты на расчетный счет передать заказчику изготовленный товар (пункт 2.1.2).

Предложенные истцом условия данного договора, как обоснованно утверждает ответчик, были акцептованы им в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 ГК РФ путем совершения платежа 14.11.2016.

Вместе с тем, как следует из пояснений сторон в период с 27 по 30 января 2017 года стороны подписали договор №11 от 14.11.2016 с тем же предметом в редакции, которая предусматривает обязанность подрядчика изготовить оборудование по истечении 30 рабочих дней с момента внесения предоплаты по договору в полном размере (пункты 2.1.2 и 3.3) договора.

При этом в пункте 4.1 стороны предусмотрели, что договор действует с момента его подписания сторонами.

Таким образом, с учетом того, что предварительная оплата работ на момент подписания договора в письменной форме уже была произведена заказчиком 29.12.2016, а начало действия договора стороны определили именно моментом его подписания в письменной форме, но не совершения конклюдентных действий заказчиком, срок выполнения работ по договору подлежит исчислению с момента оплаты 29.12.2016.

Принимая во внимание изложенное, срок исполнения обязательств подрядчика по договору истек 16.02.2017, заказчик вправе требовать уплаты неустойки за нарушение сроков выполнения работ с 17.02.2017.

Поскольку исковые требования о взыскании неустойки по договору №11 от 14.11.2016 по встречному иску заявлены за период с 27.12.2016 про 28.01.2017, в их удовлетворении надлежит отказать.

При разрешении судом исковых требований по первоначальному иску, вытекающих из отношений сторон по договору подряда №13 от 28.12.2016 арбитражный суд пришел к выводу, что истец исполнил свои обязательства по данному договору, изготовив предусмотренное договором оборудование и предъявив его к приемке заказчиком.

При таких обстоятельствах основания для вывода о незаключенности данного договора, и, следовательно, о наличии оснований для удовлетворения требования по встречному иску о признании договора №13 от 28.12.2016 незаключенным не имеется. В удовлетворении данного требования надлежит отказать по вышеизложенным мотивам.

При обращении с исковым заявлением определением от 24.07.2017 года истцу была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

Поскольку в ходе рассмотрения спора стороны урегулировали разногласия по договору №14 от 14.11.2016, заключив мировое соглашение, и производство по делу в указанной части прекращено, распределению между сторонами в порядке статьи 110 АПК РФ подлежит государственная пошлина по первоначальному иску в размере, соответствующем исковым требованиям на сумму 126 475 рублей, то есть 4 794 рубля.

Принимая во внимание, что исковые требования по первоначальному иску удовлетворены частично, с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2 434 рубля 00 копеек, с истца – в размере 2 360 рублей.

При обращении в суд со встречным иском ООО ПМК "АЛЕКС" уплатило государственную пошлину в размере 18 220 рублей, что подтверждается платежными поручениями от 13.12.2017 №462, от 29.03.2018 №75, от 16.08.2018 №334.

Принимая во внимание, что истцом были уточнены исковые требования заявлением от 28.10.2018, данным исковым требованиям соответствует государственная пошлина в размере 20 000 рублей: за три неимущественных требования (3*6000 рублей) и одно имущественное требование на сумму 11 220 рублей (2000 рублей).

Поскольку сторонами заключено мировое соглашение в части 2 неимущественных требований, на основании пункта 3 части 7 статьи 141 АПК РФ ответчику подлежит возврату из федерального бюджета половина государственной пошлины, уплаченной за данные неимущественные требования (2*3000 рублей), то есть 6 000 рублей.

В связи с тем, что в удовлетворении встречного иска в остальной части отказано, с истца по встречному иску подлежит взысканию в федеральный бюджет государственная пошлина в размере 1 780 рублей (20 000 рублей – 18 220 рублей).

Таким образом, при наличии права на возврат государственной пошлины из федерального бюджета (в размере 2*3000 рублей) и встречной обязанности уплатить в федеральный бюджет государственную пошлину по первоначальному иску (в размере 2 434 рубля) и по встречному иску (1 780 рублей), возврату ООО ПМК «Алекс» из федерального бюджета подлежит государственная пошлина в размере 1 786 рублей (6000-2 434-1 780 рублей).

Руководствуясь статьями 49, 110, 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью производственно-монтажная компания «АЛЕКС» (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 614506, Россия, Пермский край, г. Пермь, <...>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 610051, Россия, Кировская область, г. Киров, мкр. Лянгасово) по первоначальному иску 64 214 (шестьдесят четыре тысячи двести четырнадцать) рублей 00 копеек, в том числе 38 800 (тридцать восемь тысяч восемьсот) рублей 00 копеек долга и 25 414 (двадцать пять тысяч четыреста четырнадцать) рублей 00 копеек пени по договору №13 от 28.12.2016.

В удовлетворении первоначального иска в остальной части отказать.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 610051, Россия, Кировская область, г. Киров, мкр. Лянгасово) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 360 (две тысячи триста шестьдесят) рублей 00 копеек.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью производственно-монтажная компания «АЛЕКС» (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 614506, Россия, Пермский край, г. Пермь, <...>) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 1 786 (одна тысяча семьсот восемьдесят шесть) рублей 00 копеек. Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Кировской области.

Пересмотр в порядке кассационного производства решения арбитражного суда в Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации производится в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кассационная жалоба в этом случае подается непосредственно в Верховный Суд Российской Федерации.


Судья С.А. Погудин