Постановление от 13 декабря 2022 г. по делу № А44-10796/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ


13 декабря 2022 года

Дело №

А44-10796/2019


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Богаткиной Н.Ю., ФИО1,

рассмотрев 06.12.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Персонал» ФИО2 на определение Арбитражного суда Новгородской области от 05.08.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 по делу № А44-10796/2019,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 27.12.2019 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Персонал», адрес: 173020, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 29.01.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2.

Решением от 21.07.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

В рамках названного дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО2 12.01.2022 обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и о приостановлении производства по настоящему обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 05.08.2022, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 05.08.2022 и постановление от 22.09.2022 и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

По мнению подателя жалобы суды не дали оценку доводам о причинении вменяемыми сделками по перечислению денежных средств убытков Обществу, следовательно при отсутствии взаимосвязи меду действиями ответчиков и наступившим банкротством Общества, суд должен был переквалифицировать заявленное требование и взыскать с ответчиков убытки.

В отзыве, поступившем в суд 24.11.2022 в электронном виде, ФИО4 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО3 с 15.08.2016 по дату введения в отношении Общества конкурсного производства являлся руководителем Общества и с 01.09.2016 по настоящее время является его единственным участником, при этом ФИО4 с 20.08.2018 по 24.09.2020 являлся заместителем генерального директора Общества по коммерческим вопросам.

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий ссылался на неисполнение ФИО3 обязанности по предоставлению информации и документов, необходимых для осуществления полномочий конкурсного управляющего, а также на совершение сделок ФИО3 и ФИО4 по выводу активов, в результате совершения которых была утрачена платежеспособность Общества.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что совокупность обстоятельств, приведенных в обоснование заявления и представленных доказательств не достаточна для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела и изучив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемых судебных актов.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пунктов 4, 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Согласно статье 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» организации обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет.

В силу статьи 6 названного Закона ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено в том числе тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет временному управляющему и конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника, о совершенных им сделках, соответственно исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, действуя в интересах кредиторов, должника и общества, в частности принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Согласно разъяснениям пункта 24 Постановления № 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

Из материалов дела следует, что определением от 03.07.2020 суд обязал ФИО3 передать временному управляющему ФИО2 бухгалтерскую и иную документацию Общества.

При этом в своем заявлении ФИО2 не ссылается на то, что ФИО3 не исполнил названное определение и не передал временному управляющему истребованную документацию.

Из материалов дела о банкротстве Общества следует, что после утверждения ФИО2 в качестве конкурсного управляющего Обществом она не обращалась в суд с заявлением об истребовании оригиналов документации Общества, что свидетельствует об отсутствии у нее затруднения проведения процедур банкротства и наличии негативных последствий для формирования конкурсной массы должника.

При указанных обстоятельствах у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 за непередачу первичной документации Общества.

При этом довод ответчиков о том, что 18.10.2019 Управлением службы экономической безопасности и противодействия коррупции Управления министерства внутренних дел (далее - УЭБиПК УМВД) России по Новгородской области из офисного помещения должника было произведено изъятие документов по финансово-хозяйственной деятельности должника, в связи чем их вины в непередаче всех документов не имеется, конкурсным управляющим в порядке статьи 65 АПК РФ не опровергнут.

Рассматривая заявление конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение сделок, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из следующего.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Из разъяснений пунктов 16, 17 Постановления № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника. Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания.

Несостоятельность (банкротство) должника считается вызванной действиями (бездействием) его учредителей или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

В обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение сделок конкурсный управляющий ссылался на перечисление денежных средств в пользу третьих лиц в 2017 году в размере 7 715 183,72 руб., в 2018 году - 146 688 руб., в 2019 году – 1 811 142,74 руб., при том, что документы, подтверждающие встречное предоставление по названным платежам не представлено.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что из финансового анализа Общества, проведенного в процедуре наблюдения следует, что на момент проведения финансового анализа Общество продолжало осуществлять свою деятельность, коэффициенты ликвидности, абсолютной ликвидности, и показатель обеспеченности обязательства активами имели нормативные значения, при этом самый высокий показатель обеспеченности обязательств должника его активами зафиксирован по состоянию на 31.12.2018.

В этой связи суды первой и апелляционной инстанций, установив, что по состоянию на 31.12.2018 у Общества имелось достаточно активов для погашения своих обязательств, пришли к обоснованному выводу, что конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между совершением вменяемых ответчикам сделок и наступившим банкротством должника.

Кроме того, как указано выше, ФИО2 не опровергла факт того, что документы, подтверждающие основания спорных платежей, отсутствуют в документах, изъятых УЭБиПК УМВД России по Новгородской области у должника 18.10.2019.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по своему внутреннему убеждению, как то предусмотрено частью 1 статьи 71 АПК РФ, и самостоятельно определив, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам суды первой и апелляционной инстанций, вопреки доводам подателя жалобы, правомерно не усмотрели оснований для возложения на ФИО3 и ФИО4 ответственности в порядке статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела либо опровергали выводы судов, свидетельствуют о несогласии ФИО2 с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 05.08.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 по делу № А44-10796/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Персонал» ФИО2 - без удовлетворения.



Председательствующий


Ю.В. Воробьева


Судьи


Н.Ю. Богаткина

ФИО1