Решение от 2 апреля 2018 г. по делу № А19-22853/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

664025, <...>, тел. <***>; факс <***>

дополнительное здание суда: 664011, ул. Дзержинского, д. 36А, тел. <***>; факс: <***>

http://www.irkutsk.arbitr.ru



Р Е Ш Е Н И Е


г. Иркутск Дело № А19-22853/2017

02.04.2018 г.

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 26.03.2018 года.

Решение в полном объеме изготовлено 02.04.2018 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Хромцовой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 105066 <...> копр. 2 кв. 7 (ЭТАЖ 2)

к ОТКРЫТОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "РОССИЙСКИЕ ЖЕЛЕЗНЫЕ ДОРОГИ" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 107174 <...>),

третье лицо: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАНСЛЕС" (ИНН <***>, ОГРН <***>, <...>),

о взыскании 485 940 рублей 25 копеек,

при участии в заседании:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности № 29-Д/7 от 17.04.2017, паспорт;

от ответчика: представитель ФИО3 по доверенности №ВСЖД-429/Д от 06.12.2016г., паспорт;

от третьего лица: не явился, надлежаще извещен;

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" (далее - ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС") обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к ОТКРЫТОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "РОССИЙСКИЕ ЖЕЛЕЗНЫЕ ДОРОГИ" (далее – ОАО «РЖД») о взыскании 485 940 рублей 25 копеек – убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАНСЛЕС" (далее – ООО "ТРАНСЛЕС").

В ходе судебного разбирательства истец исковые требования поддержал, ссылаясь на утрату ответчиком принятых на ответственное хранение забракованных узлов и деталей, снятых при осуществлении текущего ремонта вагонов ООО "ТРАНСЛЕС" в соответствии с условиями договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012.

Ответчик исковые требования не признал, указывая на следующие обстоятельства:

· ООО "ТРАНСЛЕС" не предъявляло ОАО «РЖД» требование о возвращении принятых на ответственное хранение забракованных узлов и деталей, что исключает саму возможность предъявления иска о взыскании убытков в денежной форме;

· недоказанность истцом факта передачи узлов и деталей на ответственное хранение ответчика в отсутствие оформленных сторонами актов приемки-передачи товарно-материальных ценностей по форме МХ-1;

· спорные детали являлись неремонтопригодными, в связи с чем не подлежали принятию на хранение, а должны были быть вывезены истцом с территории эксплуатационного вагонного депо в соответствии с пунктом 4.3.7 договора;

· пропуск истцом срока исковой давности.

Третье лицо надлежащим образом извещенное о дате, времени и месте судебного заседания, в него не явилось; в представленных пояснениях поддержало позицию истца.

Дело рассматривается в судебном заседании в порядке части 3 стать 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие третьего лица.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей истца и ответчика, суд установил следующее.

Между ООО «ТрансЛес» (заказчиком) и ОАО «РЖД» (подрядчиком) заключен договор на выполнение работ по текущему отцепочному ремонту грузовых вагонов (ТР-2) по фактическим затратам №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012, в соответствии с условиями которого заказчик поручает и обязуется оплатить, а подрядчик принимает на себя обязательства производить текущий отцепочный ремонт (ТР-2) грузовых вагонов, принадлежащих заказчику на праве собственности, аренды или ином законном основании (далее – грузовые вагоны) в эксплуатационных вагонных депо Северобайкальск, Тайшет, Иркутск-Сортировочный, Улан-Удэ, Суховская-Южная Восточно-Сибирской железной дороги – филиала ОАО «РЖД» (далее – эксплуатационные вагонные депо), а также обеспечивать ответственное хранение забракованных узлов и деталей, образовавшихся в процессе ТР-2 грузовых вагонов, на территории эксплуатационных вагонных депо подрядчика с выполнением погрузочно-разгрузочных работ (пункт 1.1 договора).

Подрядчик производит ТР-2 с использованием собственного оборотного запаса узлов и деталей. При отсутствии у подрядчика в наличии необходимых запасных узлов и деталей ТР-2 производится с использованием запасных частей (колесных пар, надрессорных балок, боковых рам) предоставленных заказчиком. Заказчик также обязан предоставить узлы и детали новой конструкции из числа немассовых (эластомерные поглощающие аппараты, колесные пары, оборудованные подшипниками кассетного типа и т.д.) при отсутствии их у подрядчика (пункт 1.2 договора).

В пункте 4.1.4. договора стороны предусмотрели, что при поступлении колесных пар, боковых рам, надрессорных балок, автосцепок, поглощающих аппаратов и иных запасных частей заказчика подрядчик составляет акт приемки деталей на ответственное хранение. По истечении отчетного месяца отправляет отчет о движении указанных деталей заказчика.

Согласно абзацу 6 пункта 2.1. договора неремонтопригодные колесные пары, надрессорные балки, боковые рамы и другие запасные части передаются подрядчиком заказчику по акту приема-передачи с указанием конкретного наименования и количества указанных запасных частей и составлением акта браковки запасных частей (приложение № 4).

Из материалов дела видно и сторонами не оспаривается, что в ходе исполнения договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 при производстве ТР-2 грузовых вагонов, принадлежащих ООО «ТрансЛес», ответчик производил снятие забракованных узлов и деталей на общую сумму 485 940 рублей 25 копеек, что подтверждается актами о выполненных работах ФПУ-26, расчетно-дефектными ведомостями, выписками из формы ВУ-53, ВУ-32, актами замены и установки узлов и деталей грузовых вагонов, поступивших в ремонт (том 1 листы дела 63-146).

Перечисленные документы содержат сведения об узлах и деталях, снятых ответчиком при производстве ТР-2, с указанием их идентифицирующих номеров; что, по мнению истца, свидетельствует о принятии ОАО «РЖД» снятых агрегатов на ответственное хранение в порядке пункта 1.1. договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012.

Между тем, указанные детали в депо Тайшет отсутствуют, о чем свидетельствуют инвентаризационные описи товарно-материальных ценностей от 12.11.2017, 14.11.2014, 11.12.2014, составленные ответчиком.

ООО «ТрансЛес» на основании инвентаризационных описей составлена сличительная ведомость №000081 от 16.12.2014 о недостаче товарно-материальных ценностей переданных на ответственное хранение в эксплуатационное депо Тайшет на общую сумму 1 593 798 рублей 19 копеек.

ООО «ТрансЛес» направило ответчику претензию №4496 от 05.10.2015 с требованием представить документы, подтверждающие наличие деталей в ВЧДЭ Тайшет или возмещения убытков в виде стоимости утраченных деталей.

Претензия заказчика оставлена подрядчиком без ответа и удовлетворения.

Судом установлено, что между ООО «ТрансЛес» (цедентом) и ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" (цессионарием) заключен договор уступки права требования (цессии) №Ц-15/1 от 25.12.2015г., по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает право требования о взыскании убытков к должнику, указанному в протоколах передачи прав по форме приложения № 1 к настоявшему договору. Размер суммы уступаемого в соответствии с настоящим договором требования, сведения об обязательстве, из которого вытекает право требования, иная необходимая информация, связанная с уступаемым правом требования, указываются сторонами в Протоколах к настоящему договору.

Согласно протоколу передачи прав №09 от 31.12.2015 к ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" перешли права требования убытков к ОАО «РЖД» в том числе по договору №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012. Приложением № 1 к протоколу № 09 установлен перечень узлов и деталей, за утрату которых право возмещения убытков перешло к цессионарию.

Договор №Ц-15/1 от 25.12.2015г., заключенный между ООО «ТрансЛес» и ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС", никем не оспорен, не признан недействительным в установленном законом порядке.

ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" направило в адрес ответчика претензию № РТС-13695 от 25.08.2017 с требованиями возместить убытки, возникшие в связи утратой переданных на ответственное хранение узлов и деталей в рамках договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012.

В ответе № 5116/ВСибДИ от 25.09.2017 ответчик сослался на отсутствие актов МХ-1, подтверждающих передачу деталей на ответственное хранение, истечение срока исковой давности для обращения с данным требованием. Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика убытков размере 485 940 рублей 25 копеек.

Исследовав и оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, заслушав доводы истца и возражения ответчика, суд пришел к следующим выводам.

Изучив условия договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012, суд считает, что по своей правовой природе указанный договор является смешанным договором, содержащим элементы договора подряда и договора хранения.

Следовательно, правоотношения сторон в рассматриваемом случае регулируются положениями параграфа 1 главы 37 и главы 47 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно статьям 702, 708 ГК РФ к существенным условиям договор подряда относятся объем и содержание подрядных работ и сроки их выполнения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 ГК РФ применительно к договору хранения существенным является условие о его предмете, позволяющем определить вещь (наименование, количество), передаваемую на хранение.

В силу требований статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям.

Оценив условия договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 в совокупности с документами об его фактическом исполнении, как то: акты выполненных работ ФПУ-26, расчетно-дефектные ведомости, выписки из формы ВУ-53, ВУ-32, акты замены и установки узлов и деталей грузовых вагонов, поступивших в ремонт, суд пришел к выводу о согласовании сторонами существенных условий этого договора, в связи с чем суд считает его заключенным.

Оценив договор уступки прав (цессии) №Ц-15/1 от 25.12.2015г., суд установил, что перемена лиц в обязательстве по спорному договору совершена в соответствии с требованиями параграфа 1 главы 24 ГК РФ; в связи с чем суд считает к ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" перешло право требования возмещение вреда, причиненного имуществу ООО «ТрансЛес».

Таким образом, ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" является надлежащим истцом по делу.

Истцом заявлено о взыскании убытков, причиненных утратой узлов и агрегатов, переданных на ответственное хранение ответчику по спорному договору.

Согласно пункту 1 статьи 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 891 ГК РФ хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи, при этом, при отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором.

По пункту 1 статьи 900 ГК РФ хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890 ГК РФ).

Из статьи 904 ГК РФ следует, что хранитель обязан по первому требованию поклажедателя возвратить принятую на хранение вещь, хотя бы предусмотренный договором срок ее хранения еще не окончился.

Хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 ГК РФ (пункт 1 статьи 901 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 902 ГК РФ убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 ГК РФ, если законом или договором хранения не предусмотрено иное.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, при этом убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

Из изложенных норм права следует, что основанием к привлечению хранителя к ответственности, в том числе и в виде взыскания убытков, является утрата, недостача или повреждение принятых на хранение вещей.

В силу требования статей 15, 393 ГК РФ при возмещении убытков доказыванию подлежат следующие обстоятельства: факт причинения убытков, размер убытков, причинная связь между нарушением обязанности (или неисполнением обязанности) ответчиком и причинением убытков.

Исследовав представленные в дело документы, суд пришел к выводу о доказанности истцом совокупности всех условий, необходимых для возмещения убытков, в связи со следующим.

Заявляя о возмещении убытков в размере 485 940 рублей 25 копеек, истец указал на то, что ответчик как хранитель в рамках договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 не обеспечил сохранность забракованных узлов и деталей, образовавшихся в процессе ТР-2, что повлекло за собой причинение ему убытков.

Согласно пункту 1.1. спорного договора ответчик обязан обеспечивать ответственное хранение забракованных узлов и деталей, образовавшихся в процессе ТР-2 грузовых вагонов, на территории эксплуатационных вагонных депо подрядчика с выполнением погрузочно-разгрузочных работ.

Таким образом, единственным, необходимым и достаточным основанием для возникновения обязанности ОАО «РЖД» по хранению деталей является факт их снятия с вагонов ООО «ТрансЛес» в процессе ТР-2.

Имеющимися в материалах дела актами о выполненных работах ФПУ-26, расчетно-дефектными ведомостями, выписками из формы ВУ-53, ВУ-32, актами замены и установки узлов и деталей грузовых вагонов с достаточной степенью достоверности подтверждается снятие спорных узлов и деталей ответчиком с вагонов третьего лица в процессе выполнения ТР2.

При таких обстоятельствах суд полагает доказанным истцом факт поступления на ответственное хранение ответчика спорных узлов и агрегатов.

Довод ответчика об отсутствии оформленных актов приемки-передачи товарно-материальных ценностей по форме МХ-1, что, по его мнению, исключает ответственность ОАО «РЖД» за сохранность снятых узлов и деталей, судом отклоняется.

Как усматривается из текста договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 ссылка на акт приемки-передачи товарно-материальных ценностей по форме МХ-1 имеется только в пункте 9.2 договора, которым установлен перечень документов, являющихся основанием для оплаты ТР-2 грузовых вагонов и связанных с ним работ.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Из буквального толкования положений договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 следует, что акт по форме МХ-1 не является основанием для принятия узлов и агрегатов на хранение, а служит для расчетов оплаты за ТР-2 и связанных с ним работ.

При таких обстоятельствах любые иные документы, отвечающие критериям допустимости, относимости и достоверности, могут быть приняты судом в качестве доказательств передачи узлов и агрегатов на хранение подрядчику.

К таким доказательствам суд относит акты замены и установки узлов и деталей грузовых вагонов, выписки из формы ВУ-53, ВУ-32, и признает их надлежащими доказательствами передачи спорных деталей на хранение ответчику.

Таким образом, суд приходит к выводу, что сам факт снятия забракованных деталей с грузовых вагонов, принадлежащих заказчику, порождает обязанность подрядчика по хранению данных деталей.

Кроме того, в соответствии с положениями статьи 714 ГК РФ подрядчик несет ответственность за несохранность предоставленных заказчиком материала, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного имущества, оказавшегося во владении подрядчика в связи с исполнением договора подряда.

На основании изложенного суд считает, что обязанность по хранению материалов заказчика возникла у ответчика, как подрядчика по договору №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 и по условиям договора и в силу закона.

Доводы ответчика о неремонтопригодности спорных деталей и соответствующей обязанности подрядчика осуществлять хранение таких деталей только в течение 30 календарных дней – до исполнения заказчиком обязанности по вывозу деталей с территории эксплуатационного ремонтного депо, основан на неверном толковании пунктов 4.3.7 и 4.1.4 спорного договора.

Из системного толкования условий договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 с учетом вывода суда о принятии забракованных деталей на хранение по факту снятия с вагонов заказчика следует, что пункт 4.1.4 устанавливает необходимость составления акта приемки деталей на ответственное хранение только в случае предоставления подрядчику необходимых для производства ТР-2 запасных узлов и деталей заказчиком в соответствии с пунктом 1.2 договора.

Детали, являющиеся предметом настоящего спора, поступили на хранение ответчику по условиям пункта 1.1 договора – были сняты с грузовых вагонов заказчика при проведении ТР2. Следовательно, составление таких актов в рассматриваем случае не требовалось.

Из пункта 2.1 договора следует, что неремонтопригодность запасных частей устанавливается актом браковки запасных частей (приложение № 4 к договору).

Актов браковки спорных запасных частей ответчиком не представлено.

Кроме того, из текста пункта 4.3.7 договора не следует, что подрядчик осуществляет хранение неремонтопригодных деталей только в течение 30 календарных дней. Данным пунктом установлена лишь обязанность получателя вывезти неремонтопригодные детали, снятые с грузовых вагонов заказчика при проведении ТР-2, с территории эксплуатационного вагонного депо.

Возможное нарушение заказчиком тридцатидневного срока не снимает с ответчика обязанности по хранению неремонтопригодных деталей, а может порождать право на взыскание возможных убытков в виде стоимости сверхнормативного хранения.

Указанные выводы суда полностью согласуются с абзацем 11 пункта 2.1 договора, которым установлена плата за хранение неремонтопригодных узлов и деталей, снятых подрядчиком при проведении ТР-2, до момента их отгрузки заказчику.

Из анализа указанного пункта договора следует, что подрядчик осуществляет услуги по хранению неремонтопригодных узлов и деталей до момента передачи их заказчику.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что хранению подлежат любые узлы и детали, принадлежащие заказчику, в том числе неремонтопригодные; поскольку какие-либо исключения соглашением сторон не предусмотрены.

Кроме того, согласно пункту 4.3.7 договора лицом, обязанным осуществить вывоз неремонтопригодных деталей, указан «получатель»; однако в договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 не дано определение данного лица; в связи чем данный пункт не может быть однозначно истолкован судом, как порождающий какие-либо обязанности заказчика.

Судом установлено, что факт утраты спорных узлов и агрегатов подтверждается инвентаризационными описями товарно-материальных ценностей от 12.11.2017, 14.11.2014, 11.12.2014, сличительной ведомостью результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей ООО «ТрансЛес» № 000081 от 16.12.2014.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела истец и ответчик совместно провели проверку наличия спорных узлов и деталей в эксплуатационном вагонном депо Тайшет, по результатам которой составлен акт от 07.03.2018, согласно которому местонахождение спорных деталей не установлено.

Таким образом, факт утраты спорных узлов и агрегатов ответчиком достоверно подтверждается материалами дела.

Размер убытков рассчитан истцом исходя из стоимости утраченных ремонтопригодных запасных частей, установленной в приложении № 5 к договору №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012.

Ответчик, оспаривая размер убытков указал, что в отношении 5 деталей (боковых рам) истек максимальной срок эксплуатации (32 года), установленный в Приложении № 5 к договору, в связи с чем полагает, что расчет по данным деталям должен быть произведен не как за ремонтопригодные детали, а как за металлолом.

Данный довод ответчика судом не принимается, поскольку в Приложении № 5 к договору №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 установлена лишь стоимость ремонтопригодных боковых рам в зависимости от срока эксплуатации, прямых указаний на предельный срок эксплуатации ремонтопригодных деталей заказчика данное приложение не содержит. В соответствии с распоряжениями ОАО «РЖД» № 2023р от 14.09.2011, № 1314р от 16.07.2007 срок службы боковых рам может быть продлен.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2.1 договора неремонтопригодность узлов и деталей, образовавшихся в эксплуатационном вагонном депо в процессе ремонта вагонов, устанавливается актами браковки запасных частей, которых ответчиком в отношении спорных боковых рам не представлено.

На основании изложенного у суда не имеется оснований для признания спорных боковых рам металлолом, в связи с чем расчет истца в указанной части признается судом верным.

Далее, возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Так, по мнению ответчика, срок действия договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 на основании которого истцом заявлены исковые требования, в соответствии с пунктом 9.1 истек 31.12.2012, договор прекратил свое действие.

В связи с изложенным ответчик полагает, что предусмотренный статьей 196 ГК РФ срок исковой давности по спорному договору истек 31.12.2015.

Рассмотрев заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд не находит оснований для его удовлетворения в связи со следующим.

Пунктом 9.1 договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 предусмотрено, что настоящий договор вступает в силу с момента его подписания и действует по 31.12.2012. Действие настоящего договора автоматически продлевается на новый срок на тех же условиях, если ни одна сторона не выразит своего желания (путем письменного уведомления) о прекращении действия настоящего договора не позднее, чем за 1 месяц до окончания срока действия настоящего договора.

Из материалов дела усматривается и сторонами признается, что заявлений, уведомлений о прекращении договора №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 от сторон договора не поступало, в связи с чем договор №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 признается действующим до настоящего времени.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Договором №Д-138д/В/НЮ/12 от 10.02.2012 не установлен конкретный срок возврата забракованных узлов и деталей, образовавшихся в процессе ремонта вагонов, следовательно, заказчик по договору - ООО «ТрансЛес», правопреемником которого является истец, узнал о нарушении его права из актов инвентаризации от 12.11.2017, 14.11.2014, 11.12.2014, на основании которых составлена сличительная ведомость №000081 от 16.12.2014 .

Иных доказательств, подтверждающих осведомленность ООО «ТрансЛес» об утрате спорных узлов и деталей ранее декабря 2014 года, ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что срок исковой давности следует исчислять именно с даты составления сличительной ведомости № 000081 от 16.12.2014.

Настоящее исковое заявление подано в Арбитражный суд Иркутской области 17.10.2017, то есть в пределах срока исковой давности, предусмотренного статьей 196 ГК РФ.

На основании вышеизложенного с учетом правил и условий возмещения убытков, предусмотренных статьями 15 и 393 ГК РФ, а так же принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что требования ООО "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" о взыскании с ОАО «РЖД» 485 940 рублей 25 копеек убытков, вызванных утратой переданных на хранение узлов и агрегатов, являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме.

Иные доводы ответчика, изложенные в отзыве на иск, судом рассмотрены и на выводы суда не влияют, как документально не подтвержденные и не обоснованные.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истцом при обращении в суд уплачена государственная пошлина в сумме 12 719 рублей, которая подлежит взысканию в его пользу со стороны ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить;

взыскать с ОТКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "РОССИЙСКИЕ ЖЕЛЕЗНЫЕ ДОРОГИ" в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РЕГИОНТРАНССЕРВИС" 485 940 рублей 25 копеек – основного долга, 12 719 рублей - судебных расходов, связанных с оплатой государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.



Судья Н.В. Хромцова