Решение от 20 октября 2025 г. по делу № А51-7441/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...> Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А51-7441/2022
г. Владивосток
21 октября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 09 октября 2025 года. Полный текст решения изготовлен 21 октября 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Мамаевой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседании секретарем Жемердей А.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску публичного акционерного общества «Дальневосточная энергетическая компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 01.02.2007)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 04.08.2004), ООО «Территориальная энергосетевая компания» (ИНН <***>), ООО «Управляющая компания Энергоинвест» (ИНН <***>), ООО «Промтехэнергосервис» (ИНН <***>),

третьи лица: АО «ДРСК», Агентство по тарифам Приморского края, Прокуратура Приморского края, ФИО2, Администрации ГО ЗАТО Фокино, АО «Оборонэнерго»,

о взыскании 256 023 рублей 60 копеек,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО3 (доверенность от 03.07.2024, паспорт, диплом),

от ответчика - ИП ФИО1: ФИО4 (доверенность от 30.05.2024, диплом, паспорт), ФИО5 (онлайн, доверенность от 16.10.2023, диплом)

от ответчика - ООО «ТЭСК»: ФИО6 (доверенность от 08.04.2025, диплом, паспорт),

от ответчика – ООО «Промтехэнергосервис» (онлайн): ФИО7 (доверенность 23.03.2025, диплом),

от ответчика – ООО «УК Энергоинвест»: ФИО8 (доверенность 08.04.2025), иные лица, участвующие в деле, не явись, извещены,

установил:

публичное акционерное общество «Дальневосточная энергетическая компания» (далее истец, ПАО «ДЭК») обратилось в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее ответчик, ИП ФИО1, предприниматель) о взыскании задолженности за электрическую энергию в размере 252 287 рублей 80 копеек, пени в размере 3 735 рублей 80 копеек.

Для ограниченного доступа к оригиналам судебных актов с электронными подписями судей по делу № А51-7441/2022 на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) используйте секретный код:

Возможность доступна для пользователей, авторизованных через портал государственных услуг (ЕСИА).

Определением Советского районного суда г.Владивостока дело передано по подсудности в Арбитражный суд Приморского края.

В ходе рассмотрения дела от истца, в порядке статьи 46 АПК РФ 29.06.2022 поступило ходатайство о привлечении в качестве соответчиков общества с ограниченной ответственностью «Территориальная энергосетевая компания» (ООО «ТЭСК», сетевая компания), общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Энергоинвест» (ООО «УК Энергоинвест»), общества с ограниченной ответственностью «Промтехэнергосервис» (ООО «Промтехэнергосервис», Общество), в порядке статьи 49 АП РФ, 30.08.2022, 14.11.2022, 30.10.2024, 27.01.2025, 26.03.2025, 16.06.2025, 15.09.2025 поступили ходатайства об уточнении исковых требований, принятые судом, в которых просит взыскать солидарное с ответчиков задолженность по оплате потерь электрической энергии за период май-декабрь 2021 года в размере 1 346 370 рублей 57 копеек, пени за период с 18.06.2021 по 15.09.2025 в размере 2 162 833 рубля 27 копеек.

Определением от 21.05.2024 судом удовлетворено заявление Прокуратуры Приморского края о вступлении в дело по основаниям, предусмотренным части 5 статьи 52 АПК РФ.

От ответчиков в материалы дела поступили отзывы с приложением доказательств в обоснование доводов, документы об оплате задолженности в признаваемой части.

В судебное заседание третьи лица не явились, извещены. От Администрации ЗАТО г.Фокино поступило ходатайство о проведении судебного заседания в его отсутствие, которое удовлетворено судом. Суд на основании статьи 156 АПК РФ проводит судебное заседание в их отсутствие.

Представитель истца поддерживает уточные требования к ответчикам в полном объеме. В обоснование первоначальных исковых требований истец указывал, что лицом обязанным приобретать потери, является ИП ФИО1, который на основании протоколов об итогах аукциона № 143/20-188/20 от 20.04.2020, приобрел электросетевое имущество, расположенное в ГО ЗАТО Фокино. Приобретенные объекты имеют технологическое присоединение к сетям сетевой организации АО «Оборонэнерго» (третье лицо по настоящему спору) и используются для электроснабжения потребителей гарантирующего поставщика ПАО «ДЭК». Переход права собственности согласно выпискам из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРН) произошел в апреле 2021 года. Став владельцем электросетевого имущества, ИП ФИО1 в ПАО «ДЭК» за заключением договора на приобретение электрической энергии в целях компенсации потерь не обратился, потери, возникшие в приобретенных объектах, не оплачивал, в связи с чем истец вынужден был обратиться с настоящим иском в суд.

Впоследствии, истец указал, что ИП ФИО1 и ООО «УК Энергоинвест» 11.05.2020 заключили договор аренды № 1 на приобретенное электросетевое имущество сроком до 30.12.2023. ООО «УК Энергоинвест», в свою очередь, разделив имущественный комплекс, заключило договоры субаренды недвижимого имущества № 1 от 11.05.2021 с ООО «ТЭСК» сроком действия до 30.12.2030 (дата государственной регистрации 14.08.2021) и договор субаренды № 3 от 11.05.2021 с ООО «Промтехэнергосервис» на неопределенный срок. Собственник сетей ФИО1, арендатор и субарендаторы, до рассмотрения настоящего дела в суде умалчивали о заключенных договорах, что расценено истцом, как недобросовестное поведение. Оценив перечисленные договоры, обстоятельства их заключения и поведение сторон сделок, истец, впоследствии ссылаясь на выводы Верховного суда РФ в Определении № 305-ЭС24-22651 от 29.05.2025, посчитал их совершенными с целью уклонения от обязанности по оплате потерь гарантирующему поставщику, а также по содержанию

сетей, поскольку невозможно установить лицо, фактически владевшее электросетевыми объектами в спорный период в силу заключенных между ответчиками по делу совокупности взаимосвязанных договоров и основываясь на правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении № 307-ЭС20-11311 от 24.12.2020. Учитывая изложенное, истец обратился с настоящими требованиями в суд.

По мнению истца, учитывая целевое назначение имущества, субъектный состав сделок, наличие ограничений, установленных ФЗ «О защите конкуренции», а также правовые подходы, сформированные арбитражным судом Дальневосточного округа в постановлении от 08.09.2023 по делу А51-11189/2021 и Верховным судом Российской Федерации в определении от 29.05.2025 № 305-ЭС24-22651, собственники объектов электросетевого хозяйства ограничены в выборе контрагентов по договорам по передаче прав владения на имущество без оценки его возможности использования по целевому назначению. Арендатор не может принять имущество в отсутствие необходимых ресурсов и перспективы их получения, а также в противоречие с целевым назначением имущества. Иные владельцы, в том числе ООО «Промтехэнергосервис», действуя разумно и осмотрительно, исходя из обязанностей, которые на них как на иных владельцев объектов электросетевого хозяйства возлагаются отраслевым законодательством, должны в силу «котловой модели» формирования отношений по передаче электроэнергии в Приморском крае принять меры к заключению договора купли-продажи потерь с ПАО «ДЭК» путем предоставления ему договоров, подтверждающих распределение имущества. Приобретенное ФИО1 на торгах имущество ранее использовалось для оказания услуг по передаче электроэнергии потребителям ЗАТО Фокино. В связи с этим, в силу норм действующего законодательства, гарантирующий поставщик ПАО «ДЭК» и сетевая организация - котлодержатель АО «ДРСК» вправе были рассчитывать на добросовестное исполнение ИП ФИО1 и лицами, которым он мог передать право пользования принадлежащим ему сетями обязательств, по сохранению статуса этого имущества и по его использованию в рамках тарифного регулирования. В связи с этим ИП ФИО1, ТСО, ООО «Промтехэнергосервис» и ООО «УК Энергоинвест» обязаны были представить ПАО «ДЭК» информацию об изменении состава находящихся у них объектов электросетевого хозяйства. Фактически электросетевое имущество было передано в аренду, а в последствии в субаренду лицам, не имеющим необходимого персонала для использования имущества в соответствии с целями, обозначенными в договорах аренды (субаренды). Передавая имущество в аренду ООО «УК Энергоинвест», собственник заведомо знал, что имущество по целевому назначению использоваться не будет, что свидетельствует о том, что реальной целью заключения договора для арендодателя является перекладывание бремени содержания имущества и компенсации потерь гарантирующему поставщику на иных лиц. Совершение сделки без какого-либо экономического эффекта позволяло ИП ФИО1 переложить бремя несения затрат по содержанию и эксплуатации переданных арендатору объектов, а также по компенсации гарантирующему поставщику потерь электрической энергии в электросетях на ООО «Промтехэнергосервис», не имеющего возможности обеспечить надежное техническое обслуживание переданных объектов ввиду отсутствия необходимого количества технического персонала и своей финансовой неустойчивости.

Истец считает, что изложенные обстоятельства недобросовестного поведения соответчиков, неопределенность с фактическим владельцем имущества, позволяют ему на основании статьи 10, 322, 323, 1080 ГК РФ применить к рассматриваемым правоотношениям нормы о солидарной ответственности, поскольку действия ответчиков носили согласованный, скоординированный характер и были направлены на реализацию общего намерения по уклонению от оплаты потерь путем введения

гарантирующего поставщика в заблуждение относительно получения информации о фактическом владельце электросетевого хозяйства.

ООО «ТЭСК», ООО «Промтехэнергосервис» по доводам предоставленных отзывов указывали на отсутствие оснований солидарной ответственности, признали себя надлежащими ответчиками по делу, каждый в части, исходя из находящегося во владении имущества, предоставили контррасчет исковых требований. ООО «ТЭСК» представил доказательства оплаты признаваемой задолженности в части основного долга. ООО «Промтехэнергосервис» ходатайствовало перед судом о снижении размера взыскиваемой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ. Представили дополнительные отзывы, которые приобщены судом к материалам дела.

ИП ФИО1, ООО «УК Энергоинвест» возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных отзывах, признавая себя ненадлежащими ответчиками по делу, указывали на отсутствие оснований для применения мер солидарной ответственности.

Истец, подтверждая получение денежных средств в размере 801 968 рублей в связи с частичным признанием иска в объеме 276 858 кВтч, внесенных за ООО «Промтехэнергосервис» третьим лицом - ООО «ТЭС-Энергоналадка», исковые требования на сумму произведенной оплаты не уточнил, указывая, со ссылкой на Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Российской Федерации от 16.12.2014 № 78-КГ14-28, что перечисление ответчиком до вынесения судом решения на счет истца суммы долга не свидетельствует о необоснованности иска и о необходимости отказа в удовлетворении исковых требований. В этом случае, решение суда, по мнению истца, исполняется с учетом произведенных оплат. Расчет неустойки произвел с учетом внесенной суммы (ходатайство об уточнении исковых требований от 26.03.2025). Далее истец, со ссылкой на определение Верховного суда Российской Федерации от 29.05.2025 № 305-ЭС24-22561 платежным поручением № 18253 от 09.06.2025 вернул ООО «ТЭС - Энергоналадка» полученные денежные средства в размере 801 968 рубль и произвел перерасчет неустойки.

Оплату задолженности ООО «ТЭСК» за признанный объем исковых требований в размере 22 842 кВтч истец не признает, указывает, что в отношении спорных объектов сетевая организация является иным владельцем объектов электросетевого хозяйства, поскольку тариф на услуги по передаче электрической энергии., установленный для ООО «ТЭСК» на 2021 год, не включал расходы на арендуемые объекты. В связи с чем, расчет объема потерь и оплата их стоимости должны производится сетевой организацией, как потребителем, не в составе баланса электрической энергии, а по тарифу потребителя, как иным владельцем объектов электросетевого хозяйства. Поясняет, что внесенная сумма засчитана в счет оплаты задолженности на компенсацию потерь по имеющимся иным разногласиям в рамках взаимоотношений между истцом и ответчиком, как с сетевой организацией по покупке потерь.

Третье лицо по делу Администрация городского округа ЗАТО Фокино предоставило письменный отзыв, по тексту которого указывало на обязанность сетевой организации, оказывающей услуги по передаче электрической энергии, оплачивать потери.

Третьи лица АО «Дальневосточная распределительная сетевая компания», Агентство по тарифам Приморского края, АО «Оборонэнерго» пояснения по обстоятельствам дела не представили, в судебное заседание своего представителя не направили.

Прокуратура Приморского края письменную позицию по делу не изложила.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд установил.

Истец является гарантирующим поставщиком на территории Приморского края и осуществляет продажу электроэнергии потребителям на основании заключенных договоров. В силу п.4 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 (далее - Основные положения розничных рынков), к числу потребителей относятся сетевые организации и иные владельцы электросетевых объектов, не имеющих такого статуса, которые приобретают электроэнергию в целях компенсации потерь, возникающих в электросетевых объектах. Обязанность оплачивать электроэнергию этими потребителями предусмотрены частью 4 статьи 26 Федерального закона № 35 – ФЗ от 26.03.2003 «Об электроэнергетике», пунктами 128-129 Основных положений розничных рынков.

Размер фактических потерь электроэнергии в электрических сетях определяется как разница между объемом электроэнергии, поставленной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электроэнергии, и объемом электроэнергии, потребленной энергопринимающими устройствами, присоединенными к этой сети, а также переданной в другие сетевые организации.

ИП ФИО1 в исковой период являлся собственником 51 объекта недвижимого имущества - электросетевого хозяйства (в том числе спорных), расположенных на территории городского округа ЗАТО Фокино (г. Фокино, п. Дунай, п. Путятин) на основании заключенных по итогам проведенных аукционов договоров купли-продажи недвижимого имущества протоколов об итогах аукциона №№ 143/20-188/20 от 20.04.2020. Государственная регистрация сделок о переходе права собственности на объекты электросетевого хозяйства прошла в ЕГРН в апреле - мае 2021 года.

Получив информацию о приобретении права собственности ИП ФИО1 на объекты электросетевого хозяйства, истец обратился в адрес предпринимателя с требованием оплатить потери электрической энергии в принадлежащих объектах. ФИО1 отказ по оплате потерь мотивировал отсутствием такой обязанности в связи с передачей прав владения на спорное имущество в количестве 51 объекта по договору аренды № 1 от 11.05.2021, прошедшего государственную регистрацию, ООО «УК Энергоинвест», которое, в свою очередь, с согласия собственника, передало право владения на объекты, разделив их, в субаренду на основании договора субаренды № 1 от 11.05.2021 – ООО «ТЭСК» (27 объекта) и на основании договора субаренды № 3 от 11.05.2021 - ООО «Промтехэнергосервис» (24 объекта), которые и являлись фактическим владельцами в исковой период. Не получив от ФИО1 исполнения предъявленного требования, истец обратился с настоящим иском в суд.

Определением Советского районного суда г.Владивостока дело передано по подсудности в Арбитражный суд Приморского края.

Определением суда от 12.05.2022 иск принят к производству Арбитражного суда Приморского края.

В ходе рассмотрения дела истцом неоднократно уточнялись исковые требования. Предметом спора является требование истца о солидарном взыскании с собственника, арендатора и субарендаторов за период май-декабрь 2021 года задолженности на компенсацию потерь в электрических сетях. Настаивая на солидарном взыскании задолженности, ПАО «ДЭК» ссылается на совершение ответчиками согласованных недобросовестных действий по передаче прав владения на имущество в споре, объединенных единым экономическим интересом по реализации схемы по уходу от оплаты потерь. Считает, что изложенные обстоятельства недобросовестного поведения соответчиков, неопределенность с фактическим владельцем имущества, позволяют ему на основании ст. 10, 322, 323, 1080 ГК РФ применить к рассматриваемым правоотношениям нормы о солидарной ответственности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в силу следующего.

Правовые основы экономических отношений в области электроэнергетики, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики и потребителей электрической энергии наряду с Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее Закон № 35-ФЗ) регулируются Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее Основные положения), а также Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утверждёнными Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861(далее Правила № 861).

В соответствии с пунктом 4 абзаца 3 статьи 26 Закона № 35-ФЗ, сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства обязаны оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

Из буквального содержания абзаца 4 пункта 4 Основных положений следует, что сетевые организации приобретают электрическую энергию(мощность) на розничных рынках для собственных (хозяйственных) нужд и в целях компенсации потерь электрической энергии в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства. В этом случае сетевые организации выступают как потребители.

Согласно пункту 140 Основных положений определение объёма потребления (производства) электрической энергии (мощности) на розничных рынках, оказанных услуг по передаче электрической энергии, а также фактических потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства осуществляется на основании данных, полученных с использованием указанных в настоящем разделе приборов учета электрической энергии, в том числе включенных в состав измерительных комплексов, систем учета и приборов учета электрической энергии, присоединенных к интеллектуальным системам учета электрической энергии (мощности), и интеллектуальных систем учета электрической энергии (мощности); при отсутствии приборов учета и актуальных показаний или непригодности к расчетам приборов учета, измерительных комплексов - на основании расчетных способов, которые определяются замещающей информацией или иными расчетными способами, предусмотренных настоящим документом и приложением № 3 Основных положений.

В соответствии с пунктом 190 Основных положений сетевые организации определяют объем электрической энергии, полученной в принадлежащие им объекты электросетевого хозяйства, объем электрической энергии, отпущенной из принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства смежным субъектам (сетевым организациям, производителям электрической энергии (мощности) на розничных рынках, потребителям, присоединенным к принадлежащим им объектам электросетевого хозяйства), и определяют фактические потери электрической энергии, возникшие за расчетный период в объектах электросетевого хозяйства сетевой организации.

Учитывая указанные нормы, суд приходит к выводу, что обязанность сетевой организации или иного владельца объектов электросетевого хозяйства оплачивать объем фактических потерь в объектах электросетевого хозяйства, действующее законодательство связывает с фактом владения объектами электросетевого хозяйства. В связи с чем юридически значимым обстоятельством для правильного рассмотрения настоящего дела является установление фактического владельца спорных объектов

электросетевого хозяйства, как лица, обязанного в соответствии с вышеуказанными нормами права оплачивать расходы на электроэнергию в объеме фактических потерь, возникающих при ее передаче через сетевые объекты.

В обоснование заявленного требования о солидарной ответственности ответчиков, истец указывает, что установить фактического владельца объектов электросетевого хозяйства, задолженность по оплате потерь в которых является предметом иска, в исковой период невозможно вследствие передачи имущества от одного лица к другому без уведомления гарантирующего поставщика; невозможно также идентифицировать предаваемое имущество по разным сделкам; передача имущества произведена лицу, не имеющего возможности в силу отсутствия трудовых и финансовых ресурсов его обслуживать и нести расходы по оплате потерь, а также обеспечивать посредством этих объектов бесперебойное и надежное снабжение электрической энергией потребителей. Все перечисленные действия соответчиков, по мнению истца, носят согласованный, скоординированный характер, направлены на реализацию общего намерения по уклонению от оплаты потерь путем введения гарантирующего поставщика в заблуждение относительно информации о фактическом владельце объектов электросетевого хозяйства, что позволяет гарантирующему поставщику применить к указанным правоотношениям нормы о солидарной ответственности (пункт 2 статьи10, статьи 322, 323, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации) и требовать взыскания задолженности со всех лиц, привлеченных в качестве соответчиков.

Суд, исследуя доказательства, имеющиеся в материалах дела, не соглашается с доводами истца и на основании предоставленных доказательств, приходит к выводу об отсутствии в действиях ответчиков сговора и недобросовестного поведения, считает, что фактическими владельцами объектов электросетевого хозяйства, задолженность по оплате потерь, в которых является предметом солидарных требований, начиная с 11.05.2021 и в исковой период, являются ООО «Промтехэнергосервис» и ООО «ТЭСК», каждый в части принадлежащих объектов.

При этом суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно статье 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу положений статьи 606 ГК РФ, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду (статья 608 ГК РФ).

ФИО1 в результате открытой публичной процедуры торгов приобрел право собственности на муниципальные объекты электросетевого хозяйства, расположенные на территории городского округа ЗАТО Фокино (г. Фокино,

п. Дунай, п. Путятин) в количестве 51 объект недвижимого имущества, потери в которых являются предметом настоящего спора. Государственная регистрация сделок о переходе прав владения на объекты электросетевого хозяйства проведена в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРН) в апреле 2021 года. Конкурсная документация и сами договоры купли-продажи не содержали особых условий и/или ограничений для покупателя в реализации права по последующему распоряжению имуществом. В связи с чем, ФИО1 при последующем распоряжении имуществом не связан ограничениями свободы договора, за исключением предусмотренных статьей 10 ГК РФ –действовать добросовестно, не ущемляя интересов иных лиц, участвующих и не участвующих в данных сделках, что и было им соблюдено.

Впоследствии, ФИО1, как собственник (владелец) 11 мая 2021 года распорядился принадлежащими объектами электросетевого хозяйства в количестве 51 шт. в пользу ООО «УК Энергоинвест», которое на профессиональной основе оказывает услуги по аренде и управлению собственным или арендованным имуществом, что подтверждается сведениями государственного реестра юридических лиц. Срок аренды до 31.12.2030. Сделка по передаче прав владения на объекты электросетевого хозяйства ООО «УК Энергоинвест» прошла регистрацию в ЕГРН 14.08.2021, с указанной даты сведения о ней стали доступны для третьих лиц.

ООО «УК Энергоинвест» 11.05.2021 с согласия собственника имущества ФИО1 передало арендованное имущество в количестве 27 объектов, расположенных на территории г.Фокино и п.Путятин, в субаренду по договору № 1 ООО «ТЭСК» сроком до 31.12.2030 и в количестве 24 объектов, расположенных в п.Дунай и п.Путятин по договору субаренды № 3 ООО «Промтехэнергосервис», на неопределенный срок. Акты приема-передачи имущества подписаны сторонами сделок 11.05.2021.

Рассматривая цепочку перехода прав владения по указанным выше сделкам, суд отклоняет доводы истца о допущении участниками сделок нарушениях принципа добросовестного поведения при их заключении. Специальные нормы права, в частности, Федеральный закон от 26.03.2003 № 35 – ФЗ «Об электроэнергетике» не содержат ограничений для собственников объектов электросетевого хозяйства в распоряжении объектами электросетевого хозяйства, не относящихся к Единой национальной электрической сети. Конкурсная документация и сами договоры купли-продажи недвижимого имущества также не содержали ограничений для покупателя в реализации права по последующему распоряжению имуществом, поскольку приобретаемые объекты не использовались ранее для реализации услуг в условиях естественной монополии. В связи с чем, ФИО1 при последующем распоряжении имуществом не связан ограничениями свободы договора, за исключением предусмотренных статьей 10 ГК РФ – действовать добросовестно, не ущемляя интересов иных лиц, участвующих и не участвующих в данных сделках, что и было им соблюдено. Передав право владения на объекты в споре, ФИО1 учел его особый статус, предусмотрев условие о целевом назначении имущества. Ранее данные объекты в тарифном регулировании не участвовали, так как собственником объектов являлось муниципальное образование ЗАТО Фокино, сведений о владении данными объектами иными сетевыми организациями в материалы дела не представлены.

Исходя из пояснений ответчика - ООО «УК Энергоинвест» и предоставленных документов, основным видом деятельности указанного лица является аренда и управление собственным или арендованным имуществом. То есть с момента регистрации в качестве юридического лица ООО «УК Энергоинвест» профессионально оказывает услуги по управлению имуществом, в том числе арендованным, извлекая из

указанного вида деятельности прибыль. Приобретая право владения на спорные объекты и передавая право владения на арендованное имущество, ООО «УК Энергоинвест» действовало в соответствии с уставной деятельностью, с целью извлечения прибыли. Порока воли, который был бы направлен на стремление оставить имущество у себя в распоряжении, а расходы на его содержание искусственно переложить на субарендаторов, со стороны ООО «УК Энергоинвест» при совершении сделок субаренды от 11.05.2021, судом не установлено. Доказательств обратного суду не представлено.

ООО «УК Энергоинвест», соблюдая условие договора аренды о целевом использовании имущества передало имущество профессиональному участнику, оказывающему услуги по передаче электрической энергии и лицу, заявившемуся в 2021 году в орган тарифного регулирования за получением статуса сетевой организации и права оказания услуги по передаче электроэнергии на основании установленного тарифа.

Истец, в нарушение статьи 65 АПК РФ, не приводит доводов, в чем выражается недобросовестное поведение ООО «ТЭСК» при заключении сделки № 1 от 11.05.2021, его сговор с иными лицами, привлеченными в качестве соответчиков по манипулированию имуществом, никогда ему не принадлежащим, отсутствие экономической целесообразности у указанного лица при заключении указанной сделки.

Судом учтено, что ООО «ТЭСК» в исковой период являлось сетевой организацией – профессиональным субъектом рынка электрической энергии, оказывающей на территории Приморского края услуги по передаче электрической энергии. Сделка - договор субаренды № 1 от 11.05.2021 по приобретению права субаренды на часть спорных объектов в количестве 27 шт. заключена указанным лицом в целях ведения основного вида деятельности – оказание услуг по передаче электрической энергии потребителям гарантирующего поставщика. Сделка прошла государственную регистрацию, сведения о ней размещены в ЕГРН. Письмом от 16.11.2021 ООО «ТЭСК» уведомил ПАО «ДЭК» о приобретении прав на электросетевое имущество, о необходимости внесения изменений в действующий договор купли-продажи электрической энергии в целях компенсации потерь № 28/2013 от 27.05.2013, а также запрашивал у истца, в целях формирования корректных расчетов по оплате потерь, перечень потребителей, присоединенных к арендованным объектам. При установлении тарифа на услуги по передаче электрической энергии на 2022 год ООО «ТЭСК» заявляет в составе необходимой валовой выручки затраты на имущество, принадлежащее на основании договора субаренды № 3 от 11.05.2021, в Агентство по тарифам Приморского края, которые учитываются регулятором.

Таким образом, вопреки доводам истца, часть электросетевых объектов, расположенных на территории г. Фокино, п. Путятин передана профессиональному участнику розничного рынка электрической энергии, который с применением указанного имущества оказывал услуги по передаче электрической энергии и уведомил гарантирующего поставщика о состоявшейся сделке.

При оценке доводов истца об отсутствии экономической целесообразности по заключению сделки -договор субаренды № 3 от 11.05.2021 между ООО «УК Энергоинвест» и ООО «Промтехэнергосервис» со стороны ООО «Промтехэнергосервис» ввиду отсутствия у указанного лица необходимого количества технического персонала и финансовой неустойчивости, суд учитывает следующее.

ООО «Промтехэнергосервис» на основании договора субаренды № 3 от 11.05.2021 приобрело право владения на часть объектов в споре в количестве 24 шт., расположенных в п. Дунай и п. Путятин. Срок договора аренды – бессрочный, в связи с чем договор не подлежал регистрации.

Цель заключения указанной сделки ООО «Промтехэнергосервис» обозначена перед ООО «УК Энергоинвест», как получение статуса сетевой организации и получение тарифа на оказание услуг по передаче электроэнергии, который будет включать в себя все необходимые затраты для осуществления данного вида деятельности. Тех объектов электросетевого хозяйства, которыми ООО «Промтехэнергосервис» уже владело на момент заключения договора субаренды от 11.05.2021, было недостаточно для получения тарифа

Реальность данной сделки для ООО «Промтехэнергосервис» подтверждается представленными в настоящее дело доказательствами, которые указывают на то, что Общество добросовестно предпринимало меры, направленные на получение индивидуального тариф на услуги по передаче электроэнергии: это неоднократные обращения в ПАО «ДЭК» с заявками на заключение договора на покупку электрической энергии с заявками от 25.09.2020, 10.03.2021, 14.10.2021, дальнейшее обращение в Агентство по тарифам Приморского края с целью получения тарифа на услуги по передаче электрической энергии в 2021 году. Отказ органа тарифного регулирования в установлении тарифа связан с отсутствием заключенных договоров на осуществление регулируемого вида деятельности.

Доводы ПАО «ДЭК» о том, что ООО «Промтехэнергосервис» обратилось в орган тарифного регулирования лишь в марте 2021 года с целью демонстрации реальности сделки без фактического намерения получить статус сетевой организации и тарифа на услуги по передаче электрической энергии подлежит отклонению, как необоснованные.

В системе действующего правового регулирования правом на оказание возмездных услуг по передаче электрической энергии ее потребителям на розничных рынках электрической энергии на основании утвержденного тарифа наделены только территориальные сетевые организации (абз.2 пункта 24 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2011 года № 1178 «О ценообразовании в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике»), критерии отнесения к которым определены Постановлением Правительства РФ № 184 от 28.05.2015. Одним из таких критериев является владение на праве собственности или ином законном основании определенным количеством объектов электросетевого хозяйства.

Как следует из пояснений ООО «Промтехэнергосервис», обращение в орган тарифного регулирование с заявкой на установление тарифа на услуги по передаче электрической энергии лишь в 2021 году вызвано исключительно тем, что до указанной даты, ООО «Промтехэнергосервис» не владело достаточным количеством объектов электросетевого хозяйства для отнесения к территориальной сетевой организации. Планируя ведение регулируемого вида деятельности, ООО «Промтехэнергосервис» последовательно с 2018 года приобретало право владения на объекты электросетевого хозяйства в количестве, необходимом для получения статуса сетевой организации и получив владение на достаточное количество объектов электросетевого хозяйства, подало заявку на утверждение тарифа.

Доводы ПАО «ДЭК» о том, что ООО «Промтехэнергосервис» не имело возможности получить статус сетевой компании подлежат отклонению в связи с тем, что тарифное дело для ООО «Промтехэнергосервис» в ноябре 2021 года было открыто, что подтверждается письмом Агентства по тарифам от 18.11.2021 № 27/3248 и единственной причиной отказа в установлении тарифа явилось непредставление заключенных договоров на осуществляемый вид деятельности (подпункт 13 пункт 17 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения цен, тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178), которые не предоставлены ООО

«Промтехэнергосервис», поскольку третье лицо по настоящему делу АО «ДРСК» уклонялось от заключения договора оказания услуг по передаче электрической энергии, в том числе, по основанию отсутствия заключенного договора купли-продажи электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь с гарантирующим поставщиком.

Указанные обстоятельства являлись предметом исследования в рамках дела № А51-3839/2021, решение по которому оставлено без изменения судами апелляционной, кассационной инстанций и Верховным судом Российской Федерации.

Таким образом, надлежащих доказательств подтверждающих, что состояли в сговоре и скрывали от истца переход прав владения на спорное имущество в материалы дела не представлено.

Наименование каждого объекта электросетевого хозяйства, являющегося предметом договоров субаренды № 1 от 11.05.2021 и № 3 от 11.05.2021, указано в приложении к договорам с указанием адреса и кадастрового номера и легко идентифицируются. Поскольку действующим законодательством не предусмотрена обязанность прямого уведомления гарантирующего поставщика о смене владельца объектов электросетевого хозяйства, добросовестным поведением по раскрытию информации о приобретении прав на имущество следует признавать действия по своевременной регистрации перехода прав и отражению их в публичных источниках, что в данном споре соблюдено.

Судом также отклоняется ссылка истца на отсутствие у ООО «Промтехэнергосервис» необходимого персонала для обслуживания сетей, поскольку согласно предоставленным в материалы дела доказательств штатная численность сотрудников указанного лица в 2018, 2019, 2021, 2022 годах не равнялась нулю, кроме того, помимо трудовых договоров, юридическое лицо имеет право заключения с наемными работниками гражданско-правовых договоров. Предоставленная в материалы дела ответчиком ООО «Промтехэнергосервис» выписка о движении денежных средств по счету, в том числе в 2021 году, опровергает доводы истца о полном отсутствии финансовых ресурсов у данной компании. В связи с изложенным, довод истца об отсутствии экономической целесообразности у ООО «Промтехэнергосервис» по заключению договора субаренды № 3 от 11.05.2021 в связи с отсутствием в исковой период персонала для обслуживания принадлежащих объектов электросетевого хозяйства при недоказанности факта нарушения прав потребителей электрической энергии на ее бесперебойное получение, подлежит отклонению.

Таким образом, в нарушении статьи 65 АПК РФ надлежащим доказательств совершении соответчиками скоординированных действий по манипулированию объектами электросетевого хозяйства, вступление в сговор с единой целью – уход от оплаты потерь, истцом не представлено.

Напротив, материалами дела подтверждено, что каждый из участников сделок по распоряжению и приобретению прав на имущество в споре действовал в своем интересе: ФИО1 сдал приобретенные активы в виде сетевых объектов в управление организации, специализирующейся на аренде недвижимости; ООО «УК Энергоинвест» распорядилось имуществом в пользу профессионального участника рынка электрической энергии – сетевой организации ООО «ТЭСК» и организации, претендующей на получение статуса сетевой организации – ООО «Промтехэнергосервис»; ООО «ТЭСК» с применением указанного имущества оказывало услуги по передаче электрической энергии, с 2022 года получая плату в составе тарифа; ООО «Промтехэнергосервис», в том числе, приобретя право владения на спорные объекты смогло соблюсти критерии соответствия сетевой организации и обратиться в орган тарифного регулирования за установлением тарифа. И только действия ПАО «ДЭК» и АО «ДРСК» по уклонению от заключения соответствующих

договоров с фактическим владельцем объектов, которые стали препятствием в установлении обществу «Промтехэнергосервис» тарифным органом тарифа на услуги по передаче электрической энергии.

Согласно статье 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное.

По общему правилу солидарные обязательства, а значит, и солидарная ответственность, возникают только из положительно выраженной воли сторон или из условий закона.

Рассматриваемые отношения не предполагают наличие солидарных обязательств, соответствующая норма закона либо договор между участниками спора, отсутствуют.

Суд вправе применить нормы о солидарной ответственности, когда это прямо не предусмотрено ни законом, ни договором, в том случае, если действия участников правоотношений были квалифицированы, как недобросовестные. Возможность применения такого правового подхода приведена Верховным судом РФ в Определении от 24.12.2020 № 307-ЭС20-11311.

При оценке поведения участников гражданского оборота, необходимо учитывать, что согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ действует презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений. В этой связи с учетом статьи 65 АПК РФ бремя доказывания недобросовестности поведения сторон оспариваемых сделок, должен доказать именно истец. В нарушение статьи 65 АПК РФ, истцом не приведено убедительных доводов наличия в действиях соответчиков признаков недобросовестного поведения, координированности действий либо сговора.

На основании части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, прокурор вправе вступить в дело, рассматриваемое арбитражным судом, на любой стадии арбитражного процесса с процессуальными правами и обязанностями лица, участвующего в деле, в целях обеспечения законности в случае выявления обстоятельств, свидетельствующих о том, что являющийся предметом судебного разбирательства спор инициирован в целях уклонения от исполнения обязанностей и процедур, предусмотренных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, законодательством о налогах и сборах, валютным законодательством Российской Федерации, правом Евразийского экономического союза в сфере таможенных правоотношений и законодательством Российской Федерации о таможенном регулировании, а также законодательством, устанавливающим специальные экономические меры, меры воздействия (противодействия) на недружественные действия иностранных государств, и (или) возник из мнимой или притворной сделки, совершенной в указанных целях.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 21.05.2024 судом удовлетворено заявление Прокурора Приморского края о вступление в дело.

В ходе рассмотрения дела прокурором не предоставлено письменных и устных пояснений, указывающих на наличие в настоящем деле доказательств о сомнительных финансовых операциях, не указано на конкретные сведения, в том числе о конкретных сделках, их участниках и обстоятельствах, свидетельствующих о том, что являющийся предметом судебного разбирательства спор возник из мнимой или притворной сделки, совершенной в целях уклонения от исполнения обязанностей и процедур,

предусмотренных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и источнике полученной информации. Доказательства проведения каких либо проверок в отношении ответчиков и их поведения при заключении спорных сделок не представлено.

Истцом также не предоставляет никаких пояснений, сведений и доказательств совершения сделок по настоящему делу в целях уклонения от исполнения обязанностей и процедур, предусмотренных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем.

Ссылки истца на судебную практику, выраженную в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС24-22651 от 29.05.2025 по делу № 40-151204/2023, судом приняты во внимание, но суд считает, что в рамках настоящего спора рассматриваются иные обстоятельства и исследуются иные доказательства.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что в другом периоде за 2022 год у истца и ответчика – ООО «ТЭСК» споры по этому же имуществу, которое передано по этим же спорным сделкам, отсутствуют. Вся учетная документация принимается истцом и оплачивается ответчиком.

На основании статей 8 и 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе принципов равноправия сторон и состязательности.

Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статьи 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

При этом следует учитывать, что в общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8)). Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора. При этом опровергающее лицо вправе оспорить относимость, допустимость и достоверность таких доказательств, реализовав собственное бремя доказывания.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 № 305-ЭС17-4004(2)).

Таким образом, исследовав материалы дела на основании статьи 71 АПК РФ, судом установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие недобросовестное поведение соответчиков (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), а также факт совершения оспариваемых сделок в целях уклонения от исполнения обязанностей и процедур, предусмотренных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, не установлена мнимость сделок аренды и субаренды, вследствие чего приходит к выводу об отсутствии оснований для солидарного взыскания задолженности по оплате потерь в размере 1 348 370 рублей 57 копеек.

В рассматриваемой части исковых требований суд, основываясь на пункте 4 статьи 26 ФЗ «Об электроэнергетике», пункте 4, подпунктов 128-130 Основных положений, признает надлежащими ответчиками фактических владельцев объектов электросетевого хозяйства, потери в котором являются предметом спора – ООО

«ТЭСК» и ООО «Промтехэнергосервис», каждого в части принадлежащих объектов, которые не оспаривают факт владения имуществом, признают обязанность по оплате потерь и исполнили ее в признаваемом объеме, предоставив в материалы дела документы об оплате.

Исследуя доводы сторон о размере фактических потерь и их стоимости, суд приходит к следующим выводам.

Расчет объема фактических потерь осуществляется в соответствии с пунктом 50 «Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электроэнергии и оказания этих услуг», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее по тексту Правила № 861). Размер фактических потерь электрической энергии в электрических сетях определяется как разница между объемом электрической энергии, переданной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объемом электрической энергии, которая поставлена по договорам энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) и потреблена энергопринимающими устройствами, присоединенными к данной электрической сети, а также объемом электрической энергии, которая передана в электрические сети других сетевых организаций.

Истец, настаивая на солидарном взыскании задолженности по оплате потерь электрической энергии, определил их размер в объеме 466 536 кВтч на сумму 1 348 370 рублей 57 копеек, не разделив требования по принципу принадлежности объектов электросетевого хозяйства.

При этом суд, при принятии решения, не выходя за рамки исковых требований, учитывая обстоятельства настоящего дела, на основании части 2 статьи 175 АПК РФ определяет размер исковых требований, подлежащих взысканию с каждого ответчика, исходя из предоставленных ООО «ТЭСК» и ООО «Промтехэнергосервис» контррасчетов исковых требований по определению объема потерь в принадлежащих каждому из ответчиков объектах и считает, что объем потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства, расположенных в п.Путятин и принадлежащих в исковой период ООО «ТЭСК» и ООО «Промтехэнергосервис» является достоверным, проведенным на основании пункта 50 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 и подтвержденным, предоставленными в материалы дела документами, (акты снятия показаний приборов учета АО «Оборонэнерго», ведомости электропотребления истца, акты снятия показаний ООО «ТЭСК», расчеты технических потерь ООО «ТЭСК») и составляет объем 22 842 кВтч в объектах, принадлежащих ООО «ТЭСК», и 228 129 кВтч в объектах, принадлежащих ООО «Промтехэнергосервис».

Согласно статье 3 Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», территориальная сетевая организация - коммерческая организация, которая оказывает услуги по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, не относящихся к единой национальной (общероссийской) электрической сети, а в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, - с использованием объектов электросетевого хозяйства или части указанных объектов, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, и которая соответствует утвержденным Правительством Российской Федерации критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.02.2015 № 184 утверждены критерии отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям. В случае выявления несоответствия

юридического лица, владеющего объектами электросетевого хозяйства, одному или нескольким критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов направляет такому юридическому лицу уведомление об отсутствии оснований для установления (пересмотра) цены (тарифа) на услуги по передаче электрической энергии (с указанием критериев отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям, которым такое юридическое лицо не соответствует).

Таким образом, только с момента принятия органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области регулирования цен (тарифов) решения о несоответствии юридического лица, владеющего объектами электросетевого хозяйства, одному или нескольким критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям, такое юридическое лицо теряет статус сетевой организации и переходит в статус владельца объектов электроэнергетики (владельца объектов электросетевого хозяйства).

ООО «ТЭСК» в исковой период соответствовало критериям, предъявляемым к сетевым организациям. Данное обстоятельство подтверждается постановлениями агентства по тарифам Приморского края об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электроэнергии от 25.12.2020 № 69/11.

Поступления во владение сетевой организации объектов электросетевого хозяйства, состоявшееся после утверждения регулирующим органом тарифного решения на соответствующий период, не влияет на статус сетевой организации, соответствующей критериям сетевой организации, который не может учитываться выборочно в отношении отдельных объектов электросетевого хозяйства.

Являясь в исковой период сетевой организацией» и принимая в законное владение новые объекты электросетевого хозяйства, ООО «ТЭСК» использовало их для оказания услуг по передаче электроэнергии до потребителей, имеющих с истцом заключенные договора энергоснабжения, но при этом несло риски наступления неблагоприятных последствий в виде отказа в оплате оказанных услуг посредством объектов не учтенных в тарифном регулировании на соответствующий период (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-22541).

Обстоятельство того, что ООО «ТЭСК» приняло спорные объекты электросетевого хозяйства в течение периода тарифного регулирования, и ранее они не учтены в составе объектов электросетевого хозяйства при формировании единого котлового тарифа на 2021 год, не дает оснований для ответчика рассчитывать на оплату оказанных услуг по передаче электроэнергии в текущем году за счет средств из единого котла сетевых организаций Приморского края, но никак не влияет на обязанность указанного лица оплачивать потери электрической энергии, как сетевая организация.

Тот факт, что расходы на содержание спорного имущества не учтены при формировании тарифа на оказание услуг по передаче электрической энергии, не меняет статус ответчика – как сетевой организации, обязанной в соответствии с пунктом 128 Основных положений приобретать у истца, как у гарантирующего поставщика, объем электроэнергии на компенсацию потерь. Статус сетевой организации не утрачивается с приобретением новых сетей (объектов электросетевого хозяйства) и не может учитываться выборочно в отношении отдельных объектов электросетевого хозяйства (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 10.02.2022 по делу № А76-20925/2019, оставленное в данной части без изменения Определением Верховного Суда РФ от 01.06.2022, постановление АС Московского от 22.04.2023 по делу № А40- 124958/2022).

Кроме того, письмом от 16.11.2021 ООО «ТЭСК» уведомил ПАО «ДЭК» о приобретении прав на электросетевое имущество, о необходимости внесения изменений в действующий договор купли-продажи электрической энергии в целях компенсации потерь № 28/2013 от 27.05.2013, а также запрашивал у истца, в целях формирования корректных расчетов по оплате потерь, перечень потребителей, присоединенных к арендованным объектам.

Учитывая изложенное, утверждение истца, что в отношении спорных объектов ООО «ТЭСК» не является сетевой организацией, в связи с чем не наделено правом оформления документов о технологическом присоединении и актов допуска приборов учета, основано на неверном толковании норм права и подлежит отклонению.

Предоставленные в материалы дела ответчиком акты технологического присоединения, составленные с ООО «Промтехэнергосервис» и акты допуска приборов учета в отношении точек поставки ООО «Промтехэнергосервис» соответствуют нормам действующего законодательства: документы о технологическом присоединении в соответствии с разделом VIII Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утв. Постановлением Правительства РФ № 861 от 27.12.2004 в связи со сменой собственника или иного законного владельца ранее присоединенных энергопринимающих устройств (п. 59); допуск приборов учета в соответствии с пунктом 153 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утв. Постановлением Правительства РФ № 442 от 04.05.2012 .

Сведения, включенные в переоформленные акты технологического присоединения, отражают границу раздела балансовой и эксплуатационной ответственности сторон технологического присоединения, сведения о присоединенной мощности и фактические технические характеристики присоединенных объектов.

Приборы учета, допущенные в качестве расчетных, отвечают требованиям к приборам учета электрической энергии, которые могут быть присоединены к интеллектуальной системе учета электрической энергии (мощности), в соответствии с правилами предоставления доступа к минимальному набору функций интеллектуальных систем учета электрической энергии (мощности) и учитывают фактическое потребление электрической энергии, обратного никем из участников дела не доказано.

В связи с чем, и акты технологического присоединения, и акты допуска приборов учета являются надлежащими доказательствами по настоящему делу, сведения, содержащиеся в них, могут использоваться при расчетах за электрическую энергию.

Как указано ранее, обстоятельство того, что ООО «ТЭСК» приняло спорные объекты электросетевого хозяйства в течение периода тарифного регулирования, и ранее они не учтены в составе объектов электросетевого хозяйства при формировании единого котлового тарифа на 2021 год, не дает оснований для ответчика рассчитывать на оплату оказанных услуг по передаче электроэнергии в текущем году за счет средств из единого котла сетевых организаций Приморского края.

Доводы истца со ссылкой на иную судебную практику отклоняются судом, поскольку предметом настоящего спора является взыскание задолженности по оплате потерь электрической энергии, взыскиваемой гарантирующим поставщиком с ответчиков в том числе, сетевой организации, в то время как в делах, на сформированную судебную практику по которым ссылается истец, предмет иска – взыскание задолженности по оплате услуг по договору о передаче электрической энергии, стороны по делу – смежные сетевые организации. Соответственно, правовые выводы по указанным делам, не имеют отношения к предмету настоящего спора и

рассматривают отношения между иным составом профессиональных участников розничного рынка электроэнергии.

Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что принцип равенства гарантирует одинаковые права и обязанности для лиц, относящихся к одной категории субъектов права, и не исключает возможности установления различных правовых условий для разных категорий, если такие различия не являются произвольными и основываются на объективных характеристиках соответствующих категорий субъектов права (Постановления от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 9 февраля 2012 года № 2-П, от 6 февраля 2014 года № 2-П и др.; Определения от 12 апреля 2005 года № 165-О, от 12 мая 2005 года № 183-О, от 18 июля 2006 года № 191-О).

Суд не соглашается с доводом истца о неверном определении сетевой организацией тарифа на оплату потерь электрической энергии, необоснованном включении в баланс электрической энергии потерь по спорным объектам в связи с их приобретением в середине периода тарифного регулирования и отсутствии расходов на его содержании в тарифе на услуги по передаче электрической энергии на 2021 года и исполнением в связи с этим в отношении спорных объектов ООО «ТЭСК» роли иного владельца, как основанного на неверном толковании норм материального права.

ООО «ТЭСК» в исковой период являлось сетевой организацией и оказывало услуги по передаче электроэнергии на территории Приморского края.

Обстоятельство того, что ООО «ТЭСК» приняло спорные объекты электросетевого хозяйства в течение периода тарифного регулирования, и ранее они не были учтены в составе объектов электросетевого хозяйства при формировании единого котлового тарифа на 2021 год, не дает оснований для ответчика рассчитывать на оплату оказанных услуг по передаче электроэнергии в текущем году за счет средств из единого котла сетевых организаций Приморского края, но никак не влияет на обязанность указанного лица оплачивать потери электрической энергии, как сетевая организация.

Пунктом 251 Основных положений, установлен специальный порядок определения конечной регулируемой цены на электрическую энергию (мощность), приобретаемую в целях компенсации потерь в сетях сетевых организаций. Указанные регулируемые цены применяются отдельно к величинам непревышения и отдельно к величинам превышения фактических объемов потерь электрической энергии над объемами нормативных потерь, учтенными в сводном прогнозном балансе в соответствующем расчетном периоде в отношении сетевой организации.

Для определения конечных регулируемых цен в отношении величин непревышения фактических объемов потерь электрической энергии над объемами нормативных потерь, учтенными в сводном прогнозном балансе в соответствующем расчетном периоде в отношении сетевой организации, используется сбытовая надбавка гарантирующего поставщика, установленная в отношении сетевых организаций, а в отношении величин превышения - сбытовая надбавка гарантирующего поставщика, установленная в отношении потребителей, относящихся к подгруппе группы «прочие потребители» с максимальной мощностью энергопринимающих устройств от 670 кВт до 10 МВт.

Статус сетевой организации не утрачивается с приобретением новых сетей (объектов электросетевого хозяйства) и не может учитываться выборочно в отношении отдельных объектов электросетевого хозяйства, таким образом, правовые основания для дифференциации цены в расчете стоимости потерь в зависимости от указанных обстоятельств отсутствуют. Обратное утверждение истца основано на нормах права и подлежит отклонению, как необоснованное (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 10.02.2022 по делу № А76-20925/2019, оставленное в данной части без изменения Определением Верховного Суда РФ от 01.06.2022, постановлении Арбитражного суда Волго – Вятского округа от 03 марта 2021 года по делу № А17-

4465/2019, Постановление Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-124958/2022 от 22.05.2023, Постановление Арбитражного суда Московского округа по делу № А40 -196441/2022 от 18.07.2023).

В связи с чем, действия сетевой организации по включению в баланс электрической энергии потерь по спорным объектам и их оплата по тарифу сетевой организации являются законными и подтверждают факт полной оплаты признаваемого объема потерь в рамках настоящего иска.

При установлении размера денежного обязательства, подлежащего взысканию с каждого из ответчиков, суд учитывает произведенную ООО «ТЭСК» полную оплату стоимости, подлежащих взысканию потерь в принадлежащих объектах электросетевого хозяйства в размере 56 207 рублей 03 копейки.

Учитывая изложенное, суд отказывает в удовлетворении исковых требований о взыскания с ООО «ТЭСК» задолженности за компенсацию потерь.

Суд отклоняет доводы истца о недоказанности ООО «ТЭСК» произведенной оплаты взыскиваемой с него стоимости потерь.

В качестве доказательств произведенной оплаты стоимости взыскиваемых потерь ООО «ТЭСК» в материалы дела предоставлены: корректировочные балансы электрической энергии за каждый расчетный период иска, в которых сетевая организация скорректировала объем потерь, подлежащий оплате и платежные поручения, подтверждающие оплату объема потерь, определенного в балансе, в каждом из которых в назначении платежа с учетом письма от 06.12.2024 № 3924 указан расчетный период, за который производится оплата.

Ссылка истца на иные имеющиеся споры между истцом и ответчиком по размеру потерь за те же расчетные периоды, что и в настоящем деле, и возможность зачесть платежи в счет оплаты иных имеющихся разногласий подлежит отклонению. Между истцом и ответчиком, как профессиональными участниками рынка электрической энергии заключен договор купли-продажи электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь № 28/2013 от 27.05.2013, согласно условиям которого, обязанность по оплате потерь электрической энергии по оспариваемому объему потерь наступает после урегулирования разногласий (пункт 5.4). Соответственно, у истца отсутствует право зачесть поступившую оплату в счет неурегулированных разногласий по объему потерь, являющихся предметом исковых требований по иным делам.

При этом, в связи с нарушением срока оплаты задолженности, суд считает обоснованным требование истца о взыскании пени, предусмотренной статьей 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты за период с 21.06.2021 по 04.12.2024 в сумме 67 609 рублей 79 копеек.

При установлении размера исковых требований в части определения объема потерь в объектах электросетевого хозяйства, расположенных в п. Дунай и принадлежащих ООО «Промтехэнергосервис», суд отклоняет доводы ответчика об ограничении его обязательств по оплате размером нормативных потерь, ввиду порочности сведений о полезном отпуске электрической энергии, предоставленном истцом, в связи с недоказанностью данного обстоятельства, и определяет объем обязательств ООО «Промтехэнергосервис» в размере 214 275 кВтч на основании сведений об объеме, электрической энергии, поступившей в объекты указанного лица и отпущенной потребителям, отраженными в ведомостях электропотребления, предоставленных истцом.

Итого, суд определил объем обязательств ООО «Промтехэнергосервис» по оплате потерь электрической энергии в принадлежащих объектах электросетевого хозяйства за исковой период май-декабрь 2021 года в размере 440 404,03 кВтч на сумму 1 275 862 рублей 59 копеек.

Определяя размер основного обязательства, подлежащего взысканию с ООО «Промтехэнергосервис», суд учитывает произведенный истцом 09.06.2025 возврат денежной суммы в размере 801 968 рублей., внесенной за ООО «Промтехэнергосервис» третьим лицом – ООО «ТЭС-Энергоналадка», в адрес указанного лица, и считает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования к ООО «Промтехэнергосервис» в размере 1 275 862 рубля 59 копеек.

При установлении размера пени, подлежащего взысканию с ООО «Промтехэнергосервис» за нарушение сроков оплаты задолженности, суд самостоятельно производит расчет неустойки за период с 19.06.2021 по 23.01.2025 и 10.06.2025 по 15.09.2025 без учета периода произведенной ООО «Промтехэнергосервис» оплаты и даты возврата истцом денежных средств.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Рассмотрев ходатайство ответчика, суд удовлетворяет его в силу следующего.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (пункт 1).

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2).

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» в редакции, действующей до 24.03.2016, при обращении в суд с требованием о взыскании неустойки кредитор должен доказать неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства должником, которое согласно закону или соглашению сторон влечет возникновение обязанности должника уплатить кредитору соответствующую денежную сумму в качестве неустойки (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). Соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Поскольку, в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по

кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т.д.).

В соответствии с пунктом 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее Постановление Пленума № 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В силу пункта 71 Постановления Пленума № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

При взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 ГК РФ могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (статья 65 АПК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Само по себе заявление о несоразмерности неустойки не влечет за собой безусловного снижения неустойки.

Пункт 75 Постановления Пленума № 7 предусматривает, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций. Следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению (статья 71 АПК РФ).

Следуя изложенным нормам и разъяснениям, приняв во внимание реальное соотношение предъявленной неустойки последствиям невыполнения ответчиком обязательств по договору, исходя из необходимости соблюдения баланса интересов, суд считает возможным удовлетворить ходатайство ответчика о применении статьи 333 ГК РФ, применив при расчете двукратную ключевую ставку ЦБ РФ.

При таких обстоятельствах, суд признает подлежащими удовлетворению исковые требования в части неустойки в размере 1 242 863 рубля 19 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании неустойки суд отказывает.

В связи с удовлетворением исковых требований частично за счет снижения судом размера неустойки по статье 333 ГК РФ, согласно пункту 9 постановления

Пленума ВАС РФ от 20.03.1997 № 6 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами законодательства Российской Федерации о государственной пошлине» расходы истца по уплате государственной пошлины подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала взысканию без учета ее уменьшения.

Расходы по уплате государственной пошлины по иску распределяются по правилам статьи 110 АПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям с учетом частичного признания ООО «Примтехэнергосервис» долга.

Государственная пошлина по уточненным требованиям подлежит взысканию в бюджет.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований в части привлечения ответчиков к солидарной ответственности отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью ООО «Территориальная энергосетевая компания» (ИНН <***>) в пользу публичного акционерного общества «Дальневосточная энергетическая компания» (ИНН <***>) 67 609 (шестьдесят семь тысяч шестьсот девять) рублей 79 копеек пени и 781 (семьсот восемьдесят один) рубль расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промтехэнергосервис» (ИНН <***>) в пользу публичного акционерного общества «Дальневосточная энергетическая компания» (ИНН <***>) 1 275 862 (один миллион двести семьдесят пять тысяч восемьсот шестьдесят два) рубля 59 копейки основного долга, 1 242 863 (один миллион двести сорок две тысячи восемьсот шестьдесят три) рубля 19 копеек пени и 4 979 (четыре тысячи девятьсот семьдесят девять) рублей расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промтехэнергосервис» (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 6 399 (шесть тысяч триста девяносто девять) рублей государственной пошлины.

Взыскать с публичного акционерного общества «Дальневосточная энергетическая компания» (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 28 387 (двадцать восемь тысяч триста восемьдесят семь) рублей государственной пошлины.

Исполнительные листы выдать по заявлению взыскателя после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья Мамаева Н. А.