Постановление от 25 января 2024 г. по делу № А41-4300/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-4300/18
25 января 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 25 января 2024 года


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Мысака Н.Я.

судей Зеньковой Е.Л., Морхата П.М.

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 дов. от 31.05.2022

от финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 дов. от 01.10.2023

от ФИО5 – ФИО6 дов. от 02.12.2022

от ГК АСВ – ФИО7 дов. от 27.12.2023

рассмотрев в судебном заседании 18 января 2024 года

кассационные жалобы ФИО5, ФИО8 и ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области от 13.07.2023,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2023

о признании недействительными сделками договора купли-продажи от 02.10.2017, договора купли-продажи от 17.05.2018, договора дарения от 16.10.2018 и договора дарения от 15.11.2018

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,



УСТАНОВИЛ:

решением суда от 31.08.2018 ФИО3 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утверждена ФИО9

Финансовый управляющий ФИО3 ФИО9 обратилась в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 02.10.2017 двух нежилых помещений площадями 163,7 кв. м и 102,5 кв. м (кадастровые номера соответственно: 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768), расположенных по адресу: <...>, заключенный между ФИО3 и ФИО5 Заявитель просила также применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 действительной стоимости переданного по сделке имущества (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда Московской области от 29 июля 2021 года заявление финансового управляющего удовлетворено, договор купли-продажи от 02.10.2017 двух нежилых помещений площадями 163,7 кв. м и 102,5 кв. м (кадастровые номера соответственно: 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768), расположенных по адресу: <...>, заключенный между ФИО3 и ФИО5 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки. Суд обязал Управление Росреестра по Московской области аннулировать записи о государственной регистрации права собственности ФИО5, ФИО10, ФИО8 и ФИО1 на нежилые помещения площадями 163,7 кв. м и 102,5 кв. м (соответственно кадастровые номера: 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768), расположенные по адресу: <...>, и восстановить право собственности ФИО3 на указанные объекты недвижимости.

Также суд обязал ФИО8 и ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника нежилые помещения площадями 163,7 кв. м и 102,5 кв. м (соответственно кадастровые номера: 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768), расположенные по адресу: <...>, по 1/2 доли каждую.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2021г. определение Арбитражного суда Московской области от 29.07.2021 по делу N А41-4300/18 отменено, отказано финансовому управляющему в удовлетворении требования о признании недействительным договора купли-продажи от 02.10.2017, заключенного между ФИО3 и ФИО5

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.02.2022 указанные судебные акты отменены с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Отменяя состоявшиеся по настоящему обособленному спору судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении спора необходимо проверить, имеются ли основания для признания недействительными сделки (сделок), предусмотренные п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве; достоверно установить юридически значимые обстоятельства дела, даты и сторон оспариваемой сделки (оспариваемых сделок); проверить и дать оценку доводам финансового управляющего и возражающего кредитора о том, что материалами дела не подтверждаются как фактическая передача ФИО5 сумм должнику, так и финансовая состоятельность ФИО5 для приобретения спорного имущества, установив, действительно ли имеющееся обременение настолько существенно снижало реальную рыночную стоимость спорного имущества; если оспаривается несколько сделок, в том числе как взаимосвязанных, то необходимо установить обстоятельства и дать оценку доводам и доказательствам применительно к каждой из сделок и в их взаимосвязи; - проверить, чем подтверждается возмездность сделки по продаже имущества ФИО5

При повторном рассмотрении спора, финансовым управляющим должника уточнены заявленные требования, в котором она просила признать недействительными договор купли-продажи от 02.10.2017, договор купли-продажи от 17.05.2018, договоры дарения от 15.11.2018 и от 16.10.2018, как цепочку последовательных притворных сделок, объединенных единой целью по выводу имущества должника (ФИО3) из конкурсной массы, а также обязать ФИО8 возвратить ? доли в объектах недвижимости, взыскать с ФИО1 17 000 000 рублей.

Определением суда от 02.06.2022 к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве соответчиков привлечены: ФИО10, ФИО1, ФИО8 и ФИО11.

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 июля 2023 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2023 заявление финансового управляющего удовлетворено. Суд признал недействительными: - договор купли-продажи от 02.10.2017 двух нежилых помещений (кадастровые номера: 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768), заключенный между ФИО3 и ФИО5; - договор купли-продажи от 17.05.2018 тех же нежилых помещений, заключенный между ФИО5 и ФИО10; - договор дарения от 16.10.2018 по ? доли в праве на нежилое помещение площадью 163,7 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1863, заключенный между ФИО10 и ФИО8, ФИО1; - договор дарения от 15.11.2018 по ? доли в праве на нежилое помещение площадью 102,5 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1768, заключенный между ФИО10 и ФИО8, ФИО1. Суд применил последствия недействительности сделок, возложив на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестра) по Московской области обязанность аннулировать записи в Едином государственном реестре недвижимости о государственной регистрации перехода права собственности к ФИО5, ФИО10 на нежилые помещения с кадастровыми номерами 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768, ФИО8, ФИО1 каждой на ? доли нежилого помещения площадью 163,7 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1863 и ? доли нежилого помещения площадью 102,5 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1768, и восстановить записи о праве собственности ФИО3 на ? доли нежилого помещения площадью 163,7 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1863 и ? доли нежилого помещения площадью 102,5 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1768. Суд обязал ФИО8 возвратить в конкурсную массу ФИО3 ? доли в праве на нежилое помещение с кадастровым номером 50:11:0010110:1863 и ? доли в праве на нежилое помещение с кадастровым номером 50:11:0010110:1768. Кроме того, взыскано с ФИО1 в конкурсную массу ФИО3 17 000 000 рублей.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО5, ФИО8 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Московского округа каждый со своей кассационной жалобой, в которых просили определение и постановление отменить, и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ФИО5, ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что суд первой инстанции и арбитражный апелляционный суд не дали оценки доводам ФИО5 о том, что после приобретения объектов недвижимости ФИО5 выставлял их на торги посредством публичного предложения на Межрегиональной электронной торговой системе с начальной пеной продажи 3 075 000,00 руб. и 1 925 000,00 руб. соответственно с 06.03.2018 по 09.04.2018г.

Данное обстоятельство, по мнению подателя жалобы свидетельствует об отсутствии оснований признавать сделки с данными объектами недвижимости как цепочку последовательных притворных сделок и признавать ФИО5 заинтересованным лицом к должнику ФИО3.

По утверждению кассатора, ФИО5 не причинил вреда кредиторам ФИО3, так как ООО «Русский кредит», требовании которого обеспечены залогом спорного имущества, дал письменное согласие, что цена продажи предмета залога с учетом обременения соответствует сумме 3 000 000 руб.

Заявитель ссылался на то, что суд первой инстанции и апелляционный суд сделали неправильный вывод об отсутствии обременения на момент совершения оспариваемой сделки и как следствие приняли отчет об оценке, проведенной ООО «Рязанский центр экспертизы и оценки «Олимп» от 30.01.2020г., определивший, что рыночная стоимость недвижимости (без обременении залога) составила 26 872 624 руб.

В обоснование кассационной своей жалобы ФИО8 и ФИО1 ссылаются на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что суд первой инстанции не исполнил указания Арбитражного суда Московского округа, изложенных в постановлении по делу № А41-4300/18 от 22.02.2022 г., суд апелляционной инстанции не устранил нарушений.

По мнению подателей жалобы, суды ссылаются на соглашение об отступном от 02.10.2017 г., заключенного между должником и ООО «Русский кредит», как доказательство прекращения залога на спорные объекты, которое в материалах дела отсутствует.

По утверждению кассаторов суды допустили несоответствие выводов,содержащихся судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, в частинедоказанности фактической передачи ФИО5 сумм должнику, финансовой состоятельности ФИО5 для приобретения спорного имущества.

Судами не исследован вопрос о том, действительно ли имеющееся обременение настолько существенно снижало реальную рыночную стоимость спорного имущества.

При принятии судебного акта, суд первой и апелляционной инстанции не учли, что ФИО5 после приобретения имущества по договору купли – продажи от 02.10.2017 г. были проведены торги путем размещения публичного предложения на электронной торговой площадке.

От ФИО1 поступили письменные пояснения, в приобщении которых к материалам дела судебной коллегией отказано, в связи с нарушением статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) при его подаче.

В адрес ФИО12 указанный документ фактически не возвращается, поскольку поступил в электронном виде.

Представители ФИО5 и ФИО1 в судебном заседании доводы кассационных жалоб поддержали, по мотивам, изложенным в них, представители финансового управляющего ФИО3 и ГК АСВ относительно доводов кассационных жалоб возражали.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационных жалоб, выслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из материалов дела, и установлено судами по договору купли – продажи от 02.10.2017 ФИО3 продал ФИО5 два нежилых помещения: площадью 163, 7 кв.м и 102,5 кв.м (кадастровые номера соответственно: 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768) Цена сделки составила 3 000 000 руб.

На дату совершения сделки имущество было обременено ипотекой в пользу ООО «Русский кредит».

Определением суда от 26.02.2018 по заявлению кредитора ООО «Русский кредит» в отношении ФИО3 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

17.05.2018 по договору купли-продажи ФИО5 продал спорные нежилые помещения ФИО10 Решением суда от 31.08.2018 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реализации имущества должника. Требование ООО «Русский кредит» в размере 185 542 552 руб. 60 коп. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

По договору дарения от 28.11.2018 ФИО10 передала те же нежилые помещения ФИО13 и ФИО1 по ? доли каждой.

Определением суда от 07.06.2019 требование АО «Русский Международный банк» в размере 1 567 370 504 руб. 53 коп. (основной долг), как обеспеченные залогом имущества должника, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий просит признать оспариваемые договоры недействительными как единую сделку (цепочку сделок), совершенные в период подозрительности, в отношении заинтересованных лиц, при наличии у ФИО3 неисполненных обязательств, существовавших на момент отчуждения спорных помещений, в отсутствие разумной хозяйственной цели как для самого должника, так и для других участников сделки, при неравноценном встречном исполнении, фактически безвозмездно, в результате которой принадлежавшее должнику имущество перешло в пользу его родственников.

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции установил, что спорные сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, которые совершены исключительно с целью вывода активов должника без какой-либо экономической обоснованности, в целях недопущения обращения на него взыскания в деле о банкротстве (статьи 10, 168 ГК РФ).

С данными выводами согласился апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

Судами установлено, что заявление о банкротстве ФИО3 принято 26.02.2018, спорные сделки совершены (зарегистрированы) 31.10.2017, 04.06.2018, 06.11.2018, 28.11.2018, т.е. первая спорная сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявителем оспорены, как цепочка последовательных притворных сделок, заключенные между должником и ответчиком следующие договоры.

По договору купли-продажи от 02.10.2017 ФИО3 продал ФИО5 2017 два нежилых помещения (кадастровые номера: 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768) за 3 000 000 руб. Переход права собственности на указанные объекты недвижимости к покупателю зарегистрирован 31.10.2017.

По договору купли-продажи от 17.05.2018 ФИО5 продал те же объекты недвижимости ФИО10 по той же цене. Переход права собственности на объекты недвижимости к ФИО10 зарегистрирован 04.06.2018.

По договору дарения от 16.10.2018 ФИО10 подарила своим дочерям ФИО8 и ФИО1 по ? доли в праве на нежилое помещение площадью 163,7 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1863. Переход права собственности на указанные доли названного объекта недвижимости к одаряемым зарегистрирован 06.11.2018.

По договору дарения от 15.11.2018 ФИО10 подарила своим дочерям ФИО8 и ФИО1 по ? доли в праве на нежилое помещение площадью 102,5 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1768. Переход права собственности на указанные доли к одаряемым зарегистрирован 28.11.2018.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 31.07.2017 по делу N 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

Как указано в Определении Верховного Суда от 02.07.2020 № 307- ЭС19-18598(3) по делу N А56-94386/2018в суды не должны ограничиваться анализом одной сделки из цепочки, а оценивать все взаимосвязанные сделки в совокупности, даже если одна сделка из цепочки была ранее предметом рассмотрения суда на предмет ее действительности и сами сделки по своему предмету различаются.

Судами учтено, что сделка купли-продажи объектов недвижимости (с ФИО5) совершена в преддверии банкротства должника в условиях его неплатежеспособности.

Суды приняли во внимание что, должник имел задолженность перед ББР Банком (АО) по кредитному договору от 27.09.2016 №16/1005, право требования которой перешло к ООО «Русский кредит» по договору уступки требования от 26.06.2017, и после заключения соглашения об отступном от 02.10.2017 составила в сумме 185 542 552 руб. 60 коп., послужившая основанием для возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 и включенная в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

По договору поручительства от 15.12.2015 № 002/001/15/224-6 ФИО3 обязался отвечать перед Банком «Возрождение» (ПАО) за невозврат ООО «Феникс» заемных средств по кредитному договору от 12.12.2012 № 022/001/12/224 (срок возврата до 31.03.2017), в результате ненадлежащего исполнения заемщиком обязательств образовалась задолженность в сумме 268 137 177 руб. 68 коп. (основной долг), по процентам за пользование кредитом в сумме 42 814 176 руб. 70 коп., по уплате комиссии за введение ссудного счета 2 374 472 руб. 39 коп., включенная определением суда от 16.11.2018 в третью очередь реестра кредиторов должника.

Определением суда от 17.02.2020 требования АО «Русский Международный банк» в лице Государственной корпорации «АСВ» в размере 1 567 370 504 руб. 53 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника (задолженность образовалась до даты совершения спорной сделки).

Определением суда от 05.11.2019 требования ПАО «Росбанк» в размере 2 824 259 руб. 23 коп. (задолженность образовалась в результате ненадлежащего исполнения обязательств по кредитным договорам от 23 марта 2012 года и от 10 января 2014 года) включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Два объекта недвижимости должника с кадастровыми номерами 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768 приобретены ФИО5 за 3 000 000 руб.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылался на то, что объекты недвижимости с кадастровыми номерами 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768 приобретены ФИО5 фактически безвозмездно, поскольку у покупателя не было финансовой возможности произвести оплату в указанном размере, кроме того, стоимость помещений не соответствует их реальной стоимости.

Суды отметили, что в обоснование возражений по требованию финансового управляющего ФИО5 указал, что цена спорных объектов недвижимости оплачена полностью.

Согласно отчету об оценке от 30.01.2020 №206Н0050 определена их рыночная стоимость по состоянию на 02.10.2017 в сумме 2 801 412 руб. (с учетом обременений: залога), которая существенно не отличается от обусловленной в спорном договоре цены предметов сделки, в связи с чем неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной отсутствует; не доказана его аффилированность по отношению к должнику.

В подтверждение финансовой возможности произвести оплату ответчик ссылался на расходный кассовый ордер о получении денежных средств со счета в банке ВТБ Банк (ПАО), наличие у него доли в уставном капитале ООО «Русская корона», справку по форме 4-НДФЛ за 2017 год, а также на расписку ФИО3 о получении денег.

Суды установили, что определением суда первой инстанции от 02.06.2022 ответчику ФИО5 было предложено представить пояснения об обстоятельствах знакомства с ФИО3, покупки у него двух нежилых помещений, целей их приобретения, а также доказательства оплаты помещений, доказательства наличие финансовой возможности произвести оплату.

Определением суда от 30.11.2022 ответчику предложено выполнить определения суда от 24.06.2019, от 28.08.2019, от 21.10.2019, от 15.02.2021, от 02.06.2022 о предоставлении суду доказательств платежеспособности (финансовой состоятельности для приобретения спорных объектов, источник происхождения 3 000 000 руб.), в том числе о получении в 2020-2021гг. дивидендов от деятельности ООО «СК «Русская корона», заработной платы гендиректора общества, направленных на оплату покупки спорных объектов недвижимости, а также доказательства получения от ФИО10 3 000 000 руб. и их расходования (на какие нужды) с объяснением причин перепродажи спорных объектов через шесть с небольшим месяцев и по цене их приобретения; доказательства регистрации обременений в виде залога в пользу ООО «Русский кредит» при регистрации перехода права собственности на спорные объекты от продавца ФИО3

В подтверждение финансовой возможности ФИО5 в материалы дела представлены справка Банка ВТБ (ПАО) о нахождении на его счете в период с 01.09.2017 по 31.12.2017 – 3 115 178 руб. 55 коп. и их списания (дата, получатель и назначение платежа неизвестны), расходный кассовый ордер от 09.10.2017 о выдаче ему наличными 2 973 000 руб. на основании договора от 01.11.2016 г., выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СК «Русская корона» о наличии у него доли в размере 74,44% в уставном капитале общества; бухгалтерский баланс ООО «СК «Русская корона», аудиторское заключение в отношении ООО «СК «Русская корона», выписка о состоянии вклада в ПАО «Сбербанк России», справка ББР Банка о нахождении на его счете с 01.09.2017 по 31.12.2017 – 2 341 792 руб. и их списании со счета.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ указанные доказательства, суды пришли к обоснованному выводу о том, что они не могут служить доказательствами финансовой возможности ФИО5 произвести оплату стоимости двух помещений 3 000 000 рублей.

Суды исходили из того, что 2 973 000 рублей наличными по расходному кассовому ордеру от 09.10.2017 получены ответчиком по иному договору - договору от 01.11.2016.

Судами учтено, что справки банков о нахождении и списании денежных средств в указанных суммах не содержат даты списаний, получателя денежных средств и назначение платежей.

Судами отмечено, что наличие у ответчика доли в размере 74,44% в уставном капитале ООО «СК «Русская корона» в отсутствие сведений о размере ее рыночной стоимости и данных о реализации не отвечает принципу относимости доказательства, предусмотренного статьей 67 АПК РФ.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «СК «Русская корона» за 2017 год размер нераспределенной прибыли за 2016 год – 60 000 руб., за 2017 год – 903 000 руб., что ставит под сомнение утверждение ответчика о финансовой состоятельности в виде возможного получения дивидендов для оплаты приобретенных объектов недвижимости.

Суды исходили из того, что выписка о состоянии вклада ФИО5 в ПАО «Сбербанк России» не содержит данных о накоплении (аккумулировании) ответчиком 3 000 000 руб. и их получении наличными непосредственно на дату проведения расчетов.

Судами верно отмечено, что справка по форме 4-НДФЛ за 2017 год (налоговая декларация о предполагаемом доходе физического лица) также не является доказательством платежеспособности ФИО5, которая может быть подтверждена справкой по форме 2-НДФЛ за 2017 год (и предшествующие годы) о размере фактически полученного дохода. Справка по форме 2-НДФЛ в материалы дела не представлена.

Судами установлено, что согласно отчету об оценке от 30.01.2020, выполненному ООО «Рязанский центр экспертизы и оценки «Олимп», рыночная стоимость нежилого помещения площадью 102,5 кв.м. с кадастровым номером 50:11:0010110:1768 составляет 10 347 273 руб., а нежилого помещения площадью 163,7 кв.м с кадастровым номером 50:11:0010110:1863 – 16 525 624 руб., всего на сумму 26 872 624 руб., стоимость за вычетом обременений – 2 801 412 руб.

В пунктах 1.2-1.3 договора купли-продажи от 02.10.2017 указано об обременении объектов в виде ипотеки в пользу ООО «Русский кредит», от которого получено согласие на их продажу.

Суд первой инстанции запросил сведения о зарегистрированном залоге (ипотеке) на спорные нежилые помещения (кадастровые номера: 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768) по состоянию на 31.10.2017 (регистрация перехода права собственности на указанные объекты недвижимости от ФИО3 к ФИО5 (рег.номер 50:11:0010110:1768- 50/011/2017-4)) и переходе залога к последующим собственникам указанных объектов недвижимости.

Из представленных регистрирующим органом выписок из ЕГРН следует, что обременения в виде залога на спорные объекты недвижимости не были зарегистрированы.

Переход права собственности к ФИО5 и последующим собственникам на спорные помещения зарегистрирован без обременений в виде залога.

С учетом изложенного суды приняли во внимание отчет об оценке от 30.01.2020, выполненный ООО «Рязанский центр экспертизы и оценки «Олимп», согласно которому рыночная стоимость спорных объектов недвижимости (без обременений залога) составила 26 872 624 руб.

Судами учтено, что ходатайство о назначении и проведении по настоящему спору судебной экспертизы для определения (реальной) рыночной стоимости двух спорных помещений никем из участвующих в деле лиц не заявлено.

Вопреки доводам кассаторов, ответчиком не доказаны ни факт оплаты стоимости двух помещений, ни их рыночная стоимость в сумме 3 000 000 рублей.

Суды обоснованно исходили из того, что ФИО5 не обосновал необходимость и цель приобретения у ФИО10 спорных помещений.

При этом суды приняли во внимание, что спустя семь месяцев после покупки, ФИО5 продал спорные помещения родственнице должника ФИО10 по той же цене, что свидетельствует о не типичности данной сделки для обычных (независимых) контрагентов (покупателя и продавца) и позволяет суду усомниться в добросовестности сторон спорной сделки.

Судом первой инстанции ответчику ФИО10 было предложено представить письменные пояснения о цели приобретения у ФИО5 двух нежилых помещений, а также доказательства оплаты, доказательства финансовой возможности произвести оплату. Требование суда не исполнено ФИО10

Представленный ответчиком в качестве доказательства финансовой состоятельности договор купли-продажи от 07.03.2018 принадлежащей ей квартиры стоимостью 10 570 000 руб., заключенный с ФИО14, правомерно не принят судами в качестве надлежащего доказательства, поскольку не подтверждает факт передачи ФИО5 из указанной суммы 3 000 000 руб.

Судами установлено, что ФИО10, в свою очередь, через шесть месяцев передала спорные нежилые помещения в дар также родственникам должника, своим дочерям - ФИО8 и ФИО1 по ? доли каждой.

Суды верно отметили, что указанные спорные сделки являются безвозмездными в силу правовой природы дарения (статья 572 ГК РФ). ФИО10, ФИО8 и ФИО1 являются членами семьи ФИО3 (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Судебная коллегия соглашается с выводом судов о том, что спорные безвозмездные сделки взаимосвязаны не только одними и теми же предметами сделок, непродолжительным периодом между совершением спорных сделок, не типичностью характера спорных взаимоотношений сторон, противоречащим обычной деловой практике между независимыми участниками рынка, но и кругом лиц, в них участвовавших, являющихся, как фактически, так и непосредственно заинтересованными лицами по отношению к должнику, а также оставлением спорного имущества, в конечном итоге, в семье должника.

При этом участниками настоящего обособленного спора (продавцами и покупателями, дарителем и одаряемыми) совершена цепочка последовательных притворных сделок, в результате которой прикрыта сделка по отчуждению ликвидного имущества должника, но которое фактически осталось в собственности членов его семьи.

Судами установлено, что согласно договору купли-продажи от 02.10.2017 цена предмета сделки определена в сумме 3 000 000 руб.

Согласно отчету об оценке от 30.01.2020, выполненному ООО «Рязанский центр экспертизы и оценки «Олимп», рыночная стоимость спорных объектов недвижимости (без обременений залога) составила 26 872 624 руб.

В соответствии с правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.2011 №913/11, существенной является разница, если покупная цена отличается от рыночной, определенной экспертным путем, более чем на 30 процентов.

В рассматриваемом случае судами верно отмечено, что цена спорных объектов недвижимости занижена сторонами в спорном договоре на 89,3%.

Очевидно, такая разница в стоимости предполагает недобросовестность покупателя, перенося на него бремя опровержения этого обстоятельства. Указанная презумпция не опровергнута ответчиком.

Судами учтено, что на момент совершения первой сделки должник (ФИО3) являлся неплатежеспособным, поскольку у него имелись неисполненные обязательства.

Являясь фактически заинтересованным лицом и получая абсолютно ликвидное имущество должника (нежилые помещения) безвозмездно, ответчик (ФИО5) был осведомлен о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Презумпция осведомленности об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника при совершении спорных сделок ответчиком не опровергнута.

Таким образом, оспариваемые сделки совершены в условиях неплатежеспособности должника, фактически с заинтересованными лицами, с целью недопущения обращения взыскания на имущество и причинения вреда имущественным правам кредиторов и повлекли за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов, которые лишились возможности получить удовлетворение своих требований по причине отчуждения ликвидного имущества должника.

Суды обоснованно исходили из того, что в материалы дела не представлены доказательства того, что в результате отчуждения двух нежилых помещений с кадастровыми номерами 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768 финансовое состояние должника улучшилось.

У должника имелись неисполненные обязательства перед несколькими кредиторами в значительном размере, которые существовали на момент отчуждения имущества и включены в реестр требований кредиторов.

Отклоняя доводы ФИО5 суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Суд апелляционной инстанции установил, что 10.12.2013 между Банкхаус Эрбэ (ЗАО) и ФИО15 заключен кредитный договор № 28 на сумму 420 000,00 долларов США.

На основании договора № 01-Н-ГА купли-продажи нежилых помещений от 10.12.2013 за счет кредитных средств приобретено следующее недвижимое имущество: - нежилое помещение, общая площадь 163,7 кв.м., этаж цокольный, номера на поэтажном плане 017, адрес: <...>, кад. номер 50:11:0010110:1863; - нежилое помещение, общая площадь 102,5 кв.м., этаж цокольный, номера на поэтажном плане 6, адрес: <...>, кад. номер 50:11:0010110:1768.

Переход прав на спорное имущество к ФИО3 зарегистрирован 21.04.2016 на основании свидетельства о праве на наследство по закону.

Права требования, в том числе по кредитному договору № 28 в размере 420 000,00 долларов США основного долга и 1 196,71 долларов США процентов, как и ипотека в силу закона перешли в пользу ООО «Русский кредит» на основании договора об уступке требований (цессии) № 1 от 26.06.2017, заключенного между Банкхаус Эрбе (ЗАО) и ООО «Русский кредит». 02.10.2017 года между ООО «Русский кредит» и ФИО3 заключено соглашение об отступном.

Согласно п. 2.2 Соглашения об отступном от 02.10.2017 ООО «Русский кредит» имеет денежное требование к ФИО16 в размере 685 542 552,60 руб., в том числе по кредитному договору № 28 (п. 1.2.1, п. 2.2.5 Соглашения об отступном от 02.10.2017).

Согласно п. 2.3 Соглашения об отступном от 02.10.2017 в счет погашения задолженности ФИО3 передает в собственность ООО «Русский кредит» жилой дом с кадастровым номером 50:11:0000000:23243, земельный участок с кадастровым номером 50:11:0040219:60.

Согласно п. 2.4.5 Соглашения об отступном от 02.10.2017 обязательства по кредитному договору № 28 прекращаются в связи с передачей имущества - жилого дома и земельного участка.

В соответствии с п. 2 дополнительного соглашения от 16.10.2017 № 1 к Соглашению об отступном от 02.10.2017 регистрационные записи в ЕГРН об обременении (ипотеки) в отношении нежилых помещений с кадастровыми номерами 50:11:0010110:1863 и 50:11:0010110:1768 погашаются в связи с исполнением обязательств по кредитному договору № 28.

Согласно представленным регистрирующим органом по запросу суда первой инстанции сведениям обременения в виде залога на спорные объекты недвижимости не были зарегистрированы на момент заключения договора купли-продажи. Переход права собственности к последующим собственникам на спорные помещения также зарегистрирован без обременений в виде залога.

При таких обстоятельствах апелляционный суд обоснованно не принял представленный ФИО5 отчет № 206Н0050 об определении рыночной стоимости спорных объектов недвижимости в размере 2 801 412 рублей в качестве достоверного доказательства реальной стоимости двух помещений.

При этом ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы ответчик не заявил.

Судом изучены представленные ФИО5 документы в подтверждение факта оплаты по договору купли-продажи (расписка должника) и его финансовой состоятельности (расходный кассовый ордер о получении денежных средств со счета в банке ВТБ Банк (ПАО), наличие его доли в уставном капитале ООО «Русская корона», справка по форме 4-НДФЛ за 2017 год).

Суды обоснованно отнеслись критически к документам, представленным ФИО5 в качестве доказательств его финансовой состоятельности, поскольку они не подтверждают наличие у ответчика денежных средств в размере 3 000 000 рублей непосредственно на дату предполагаемого расчёта (02.10.2017).

Таким образом, ФИО5 не доказаны ни факт равноценного встречного исполнения, ни факт оплаты даже суммы 3 000 000 рублей.

Довод ФИО5 о том, что финансовым управляющим не доказана его недобросовестность, так как он не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, с должником и членами его семьи он не знаком, также правомерно отклонен судом апелляционной инстанции.

Вопреки утверждению ФИО1 и ФИО8, исполняя указания суда кассационной инстанции, судом первой инстанции установлено, что сделка купли-продажи объектов недвижимости (с ФИО5) совершена в преддверии банкротства должника в условиях его неплатежеспособности.

Суды обоснованно исходили из того, что все спорные безвозмездные сделки взаимосвязаны не только одними и теми же предметами сделок, непродолжительным периодом между их совершением, не типичностью характера спорных взаимоотношений сторон, противоречащим обычной деловой практике между независимыми участниками рынка, но и кругом лиц, в них участвовавших, являющихся, как фактически, так и непосредственно заинтересованными лицами по отношению к должнику, а также оставлением спорного имущества, в конечном итоге, в семье должника. Очевидно, что спорные сделки объединены единой целью: безвозмездный вывод спорного имущества должника в преддверии его банкротства, совершены за счет должника, лишившегося ликвидного имущества.

Суды, исследовав обстоятельства обособленного спора, вопреки доводам кассаторов сделали обоснованный вывод о том, что отчуждение должником своего имущества при наличии неисполненных обязательств переде иными кредиторами свидетельствует об уклонении должника от исполнения обязательств перед третьими лицами.

В настоящем споре, как установлено судами и не опровергнуто кассаторами, вследствие безвозмездной передачи должником недвижимого имущества был причинен вред имущественным интересам кредиторов, поскольку последние лишились возможности получить удовлетворение за счет переданной в дар недвижимости.

В результате заключения оспариваемых сделок произошло уменьшение конкурсной массы должника, а значит и снизилась вероятность удовлетворения требований кредиторов должника.

В настоящем случае, вследствие безвозмездной передачи должником имущества был причинен вред имущественным интересам кредиторов, поскольку последние лишились возможности получить удовлетворение за счет переданного в дар имущества.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что судами исследованы и приняты во внимание все доводы и представленные доказательства в отношении сделки дарения, приведшей к выводу имущества должника.

Доводы кассаторов отклоняются судебной коллегией суда округа, поскольку с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника (определение Верховного суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372).

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационных жалоб аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционных жалобах, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в ним доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 13 июля 2023 года, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13 сентября 2023 по делу № А41-4300/18 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Московской области от 13.07.2023 и постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2023 по делу № А41-4300/18 в части, принятой в отношении ФИО1, а именно, в виде взыскания с нее в конкурсную массу должника 17 000 000 руб. введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 02 ноября 2023 года.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья Н.Я. Мысак

Судьи: Е.Л. Зенькова

М.П. Морхат