Решение от 1 октября 2020 г. по делу № А45-40286/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

город Новосибирск дело № А45-40286/2019

резолютивная часть решения объявлена 29 сентября 2020 года

решение в полном объеме изготовлено 01 октября 2020 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Айдаровой А.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассматривает в судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: 630102, <...>, зал № 622, дело по иску акционерного общества "ИНСАЙТ" (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

к обществу с ограниченной ответственностью "СИБИРСКИЕ ПРОДУКТЫ" (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) общества с ограниченной ответственностью «МОЛАГРО» (ОГРН <***>), <...>) главы крестьянско-фермерского хозяйства индивидуального предпринимателя ФИО2, ИНН <***>, Маслянинский район, Новосибирская область, 3) общества с ограниченной ответственностью «Ужанихинский молочный завод»; ИНН <***>, <...>) общества с ограниченной ответственностью «Велес»; ИНН <***>, <...>) ИФНС по Железнодорожному району г. Новосибирска, ИНН <***>, г. Новосибирск,

о взыскании задолженности по договору поставки № 6-МОЛ от 01.10.2015 г. в размере 4 000 000 рублей 00 копеек,

при участии в судебном заседании представителей:

истца – ФИО3, доверенность от 20.08.2020, паспорт,

ответчик – ФИО4, доверенность от 26.11.2019, паспорт, ФИО5, доверенность от 29.09.2020, паспорт,

третьих лиц – не явились, извещены,

установил:

акционерное общество "ИНСАЙТ" (ОГРН <***>), г. Новосибирск, (далее - истец) обратилось с иском к обществу с ограниченной ответственностью "СИБИРСКИЕ ПРОДУКТЫ" (ОГРН <***>), г. Новосибирск, (далее – ответчик) о взыскании задолженности по договору поставки № 6-МОЛ от 01.10.2015 г. в размере 4 000 000 рублей 00 копеек.

Дело рассматривается с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) общества с ограниченной ответственностью «МОЛАГРО» (ОГРН <***>), <...>) главы крестьянско-фермерского хозяйства индивидуального предпринимателя ФИО2, ИНН <***>, Маслянинский район, Новосибирская область, 3) общества с ограниченной ответственностью «Ужанихинский молочный завод»; ИНН <***>, <...>) общества с ограниченной ответственностью «Велес»; ИНН <***>, <...>) ИФНС по Железнодорожному району г. Новосибирска, ИНН <***>, г. Новосибирск.

В судебное заседание третьи лица явку не обеспечили, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежаще.

Инспекция ФНС по Железнодорожному району г. Новосибирска просит рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.

Дело рассматривается в порядке пункта 6 статьи 121, статьи 156 АПК РФ в отсутствие третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

ООО «Молагро» на момент рассмотрения спора исключено из ЕГРЮЛ.

Как следует из материалов дела, истцом заявлены требования, вытекающие из неисполнения условий договора поставки от 01.10.2015 г. № 6-МОЛ в редакции дополнительного соглашения к нему, заключенного между ООО «МолАагро» (поставщиком) и ООО «Сибирские продукты» (покупателем).

В силу пункта 2.1 договора поставщик обязуется в течение срока действия договора поставлять покупателю, а покупатель принимать и оплачивать натуральное молоко (товар). В силу пункта 2.2. договора поставка молока должна осуществляться согласно графику, согласованному между покупателем и поставщиком.

Согласно пункту 4.5. договора, оплата за молоко, принятое покупателем, осуществляется покупателем в течение 10 банковских дней с даты поставки молока, путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика. Днем исполнения обязательств по оплате считается дата списания денежных средств с расчетного счета покупателя.

Во исполнение условий договора поставки по универсальным передаточным документам от 31.08.2017 года № 8, от 30.09.2017 г. № 9 (далее – УПД) ООО «Молагро» поставило в адрес ООО «Сибирские продукты» молоко.

В подтверждение факта поставки молока истец представил в материалы дела также подлинные товарно-транспортные накладные на поставку молока, которые были подписаны отвечиком ООО «Сибирские продукты», договор аренды МПП от 20.10.2015 года, заключенный между ООО «МолАгро» ООО «Ужанихинский завод», договор комиссии от 01.07.2017 года, заключенный между ООО «Статус» и ООО «Ужанихинский молочный завод», договор № 4 от 04.07.2017г., заключенный между ООО «МолАгро» и ООО «Статус», УПД № 3 от 28.08.2017 г., УПД № 9 от 29.09.2017г., книгу покупок и продаж об отражении операций по продаже молока ООО «Сибирские продукты», акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 15.03.2018 года.

Поставленный товар в полном объеме не был оплачен, задолженность составила 4 000 000 рублей.

Между ООО «МолАгро» (цедентом) и ООО «Велес» (цессионарием) 10.05.2018 года был заключен договор уступки прав требования в сумме 4 000 000 рублей по договору поставки молока № 6-МОЛ от 01.10.2015 г. с дополнительным соглашением к нему.

Между ООО «Велес» (цедентом) и АО «Инсайт» (цессионарием) 10.09.2019 года был заключен договор уступки прав требования на сумму 4 000 000 рублей по договору поставки молока № 6-МОЛ от 01.10.2015 г.

Таким образом, АО «Инсайт» на основании договоров уступки права требования от ООО «МолАгро» к ООО «Велес», и от ООО «Велес» к АО «Инсайт» приобрело право требования задолженности в размере 4 000 000 рублей, в связи чем обратилось с иском в арбитражный суд.

Из отзыва налоговой инспекции следует, что по материалам налоговой проверки установлено, что молоко поставлялось от сельхозпроизводителей напрямую в ООО «Сибирские продукты», а поставка и приемка молока осуществлялась без участия ООО «МолАгро», что свидетельствует о формальном включении ООО «МолАгро» в цепочку поставки товара от производителя к покупателю, поскольку данные о ООО «МолАгро» формально внесены в товарно-сопроводительные документы.

Налоговым органом проведена выездная налоговая проверка ООО «Сибирские продукты» за период с 01.01.2014 по 31.12.2016, по результатам которой составлен акт №16/1754 от 24.08.2018 и вынесено решение № 16/1754 от 11.12.2018.

Материалами проверки установлено, что ООО «Сибирские продукты» в 2015-2016 по сделке с ООО «МолАгро» было допущено неправомерное уменьшение налоговой базы и сумм подлежащих уплате налогов в бюджет в результате несоблюдения условий, предусмотренных пп.2 п.2 ст.54.1 НК РФ, согласно которым обязательства по сделке должны быть исполнены лицом, являющимся стороной договора.

Налоговый орган в решении № 16/1754 от 11.12.2018 сделал выводы, свидетельствующие об отсутствии реальных хозяйственных отношений между налогоплательщиком и ООО «МолАгро», а также о том, что единственной целью оформления ООО «Сибирские продукты» взаимоотношений с ООО «МолАгро» являлось создание видимости выполнения работ сторонней организацией, при фактическом выполнении этих работ силами иных лиц, с которыми истец сотрудничал напрямую, минуя спорного контрагента, и получение необоснованной налоговой выгоды на основании подложных документов, составленных от имени подставного контрагента - ООО «МолАгро».

Указанные обстоятельства также установлены и подтверждены материалами арбитражного дела № А45-45852/2018.

Сведениями о наличии либо отсутствии признаков реальной хозяйственной деятельности ООО «МолАгро» в 2017 году инспекция также не обладает, т.к. ООО «МолАгро» в 2017 году состояло на налоговом учете в ИФНС России по Октябрьскому району г. Новосибирска. В рамках выездной налоговой проверки ООО «Сибирские продукты» проверялся период с 01.01.2014 по 31.12.2016, т.е. деятельность ООО «Сибирские продукты» в 2017 году выездной налоговой проверкой не охватывалась.

Запись в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений о руководителе и об адресе ООО «МолАгро» не вносилась.

Кроме того, о том, что ООО «МолАгро» в 2017-2018 годах являлось действующей организацией, свидетельствует его активное участие в судебных делах, в которых ООО «МолАгро» является стороной по делу (информация официального сайта арбитражных судов http://kad.arbitr.ru).

Ответчик в отзыве на иск ссылается на то, что ООО «МолАгро» не осуществляло поставку в адрес ООО «Сибирские продукты», ООО «Сибирские продукты» покупало молоко у других производителей, решением ИФНС России по Железнодорожному району г. Новосибирска установлено, что ООО «МолАгро» реальную хозяйственную деятельность не осуществляет и является организацией, целью которой является формирование налоговых вычетов и завышение расходов для необоснованного применения организациями, участвующими в цепочке поставок.

В подтверждение факта приобретения молока в указанный период напрямую у производителей - ИП КФХ ФИО2, ООО «Ужанихинский молочный завод», ответчиком представлены товарно-транспортные накладные, путевые листы по приемке молока за август, сентябрь 2017 г., ветеринарные свидетельства.

Также ответчик ссылается на то, что договор цессии является ничтожным, сфальсифицированным после отказа в удовлетворении заявленных требований ООО «Велес» по делу № А45-44170/2018 в части взыскания задолженности по договору поставки № 6-МОЛ.

Также ответчиком представлены заявления о фальсификации доказательств, представленных истцом в материалы дела, а именно, договора аренды МПП от 20.10.2015 года, товарно-транспортных накладных, договора комиссии от 01.07.2017 года, заключенного между ООО «Статус» и ООО «Ужанихинский молочный завод», договора № 4 от 04.07.201г., подписанного между ООО «МолАгро» и ООО «Статус», УПД № 3 от 28.08.2017 г., УПД № 9 от 29.09.2017г., договора уступки права требования от 10.05.2018 года, заключенного между ООО «Велес» и ООО «МолАгро», акта приема-передачи документов от 10.05.2018 года, дополнительного соглашения от 10.05.2018, к договору.

С целью проверки заявления о фальсификации доказательств, ответчик заявил ходатайство о назначении судебно-технической экспертизы.

Определением от 04.06.2020 года в редакции определения об исправлении опечатки от 25.06.2020 года судом было удовлетворено ходатайство ответчика о назначении по делу судебной экспертизы, проведение которой поручено эксперту ООО «Бюро Судебных Экспертиз» ФИО6.

Согласно заключению эксперта от 10.08.2020 года № 57-08/20 давность исполнения подписей от имени ФИО7 в договоре уступки прав требования от 10.05.2018г., составленного от имени ООО «МолАгро» и ООО «Велес» и в Дополнительном соглашении от 10.05.2018г. к договору уступки прав требования от 10.05.2018г., составленного от имени ООО «МолАГро» и ООО «Велес», не соответствуют дате «10 мая 2018 г.». Подписи от имени ФИО7 в указанных документах исполнены не ранее декабря 2019 года (точность датирования +- 1 месяц).

Каких-либо признаков воздействия для целей искусственного старения реквизитов исследуемых документов экспертом не обнаружено.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, 02 ноября 2018 года в ЕГРЮЛ были внесены сведения о начале процедуры ликвидации ООО «МолАгро», ликвидатором общества назначена ФИО8

В декабре 2019 года директор общества ФИО7 полномочий на подписание договора уступки прав требования не имела, поскольку с 02.11.2018г. полномочия руководителя общества перешли к ликвидатору ФИО8

Следовательно, договор уступки прав требования и дополнительное соглашение были подписаны неуполномоченным со стороны ООО «МолАгро» лицом.

Поскольку факт несоответствия даты заключения и подписания договора уступки прав требования от 10.05.2018 года подтвержден в ходе судебного разбирательства, то доводы ответчика о фальсификации договора цессии от 10.05.2018 года в ходе судебного разбирательства нашли свое документальное подтверждение, в связи с чем суд пришел к выводу об обоснованности заявления ответчика о фальсификации данного доказательства и его недостоверности.

Кроме того, правомерны доводы ответчика о том, что поскольку ООО «МолАгро» ликвидировано, а расчеты по договору с ООО «Велес» не произведены, такой договор является ничтожным.

В соответствии со статьями 382-384 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежавшее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу на основании сделки (уступка права требования). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия должника за исключением случаев, предусмотренных законом.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе на неуплаченные проценты.

Согласно части 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

На основании части 1 и 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются Гражданским кодексом Российской Федерации и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В силу части 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Договор цессии носит возмездный характер, даже если в нем не указаны ни порядок предоставления встречного исполнения, ни само встречное предоставление.

Из пункта 4 договора уступки от 10.05.2018г. следует, что за уступаемое требование цессионарий (ООО «Велес») обязуется выплатить цеденту (ООО «МолАгро») 100 % от фактически полученных денежных средств от должника в течение трех месяцев с момента получения.

Дополнительным соглашением также от 10.05.2018г. стороны изложили пункт 4 в новой редакции, установив, что цессионарий обязуется выплатить цеденту денежные средства в размере 80 % от фактически полученных денежных средств от должника в течение трех месяцев с момента получения.

08 мая 2020 года в ЕГРЮЛ внесены сведения о ликвидации юридического лица.

Поскольку ООО «МолАгро» на текущую дату ликвидировано, а ООО «Велес» не представило доказательств оплаты за уступаемое право требования, обе компании находились по одному адресу (<...>), где ФИО8 была участником и директором ООО «Велес», а также являлась дочерью ФИО7 (бывшего директора и участника ООО «МолАгро»), подтверждается материалами налоговой проверки), а также являлась ликвидатором ООО «МолАгро», то правомерны доводы ответчика о том, что указанные лица при заключении договора уступки от 10.05.2018г. имели цель безвозмездной передачи прав требования в пользу ООО «Велес».

Кроме того, ранее ООО «Велес» уже обращалось с исковым заявлением о взыскании с ООО «Сибирские продукты» задолженности по договору поставки молока № 6-МОЛ от 01.10.2015г. в размере 4 000 000 рублей.

ООО «Велес» приобрело права требования у ООО «МолАгро» по вышеуказанному договору на основании договора уступки от 10.05.2018г.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.09.2019г. по делу № А45-44170/2018 было установлено, что договор уступки от 10.05.2018г. является ничтожным, поскольку истцом не представлено доказательств оплаты уступаемых прав. При этом редакция данного договора не предполагала возмездности уступаемого права, и при рассмотрении указанного дела ООО «Велес» не заявляло о наличии другой редакции договора уступки права требования от 10.05.2018 года, о наличии дополнительного соглашения, устанавливающего иной порядок оплаты.

Предположения ответчика о том, что договор уступки прав от 10.05.2018г. с дополнительным соглашением к нему были составлены после рассмотрения дела № А45-44170/2018, в ходе судебного разбирательства нашли свое документальное подтверждение.

В пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при оценке договора об уступке права (требования) такой договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Квалификация договора об уступке права (требования) как договора дарения возможна лишь при установлении намерения безвозмездно передать право (требование).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Поскольку доказательств оплаты за уступленное право так и не представлено, следовательно, договор уступки прав требования носит безвозмездный характер, что противоречит положениям статьи 572 ГК РФ, данный договор является ничтожным в силу положений статьи 168 ГК РФ.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что права требования к АО «Инсайт» не перешли, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Доводы ответчика о том, что из представленных в материалы дела документов истца невозможно идентифицировать, по каким накладным переданы права требования, а предмет договора уступки не согласован надлежащим образом, в связи с чем договор является незаключенным, судом рассмотрены.

Положения главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат специальных указаний о существенных условиях в сделках уступки права (требования).

Поскольку целью сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, а цессионарий соглашается принять или принимает это право.

Из акта приема-передачи к договору уступки следует, что во исполнение обязательства по передаче цессионарию документов, удостоверяющих право требования к ООО «Сибирские продукты», цедент передал цессионарию не только договор поставки молока от 01.10.2015 года, но и акт сверки взаимных расчетов, а также УПД № 8 от 31.08.2017 года и УПД № 9 от 30.09.2017 года на общую сумму 4 843 862 руб. 56 копеек. Таким образом, переданы права требования по оплате двух УПД - № 8 и № 9, что позволяет идентифицировать и определить объем уступаемых прав, а также цессионария и цедента. Следовательно, доводы ответчика о незаключенности договора уступки прав требования, не являются обоснованными.

От остальных заявлений о фальсификации доказательств ответчик отказался, признав их нецелесообразными в связи с отсутствием доказательств переход права требования к истцу.

Истец также представил в материалы дела иные накладные на поставку товара, начиная с 2015 по 2016 годы, в обоснование иска ссылается на реальность поставок в адрес ответчика, представив договор поставки между ГФХ ФИО2 и ООО «Ужанихинский молочный завод» от 01.04.2016 № 81, договор комиссии между ООО «Ужанихинский молочный завод» и ООО «Статус» № 12, договор поставки между ООО «Статус» и ООО «Молагро» от 04.07.2017 года, УПД на поставку молока от ООО «Статус» в ООО «Молагро».

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При рассмотрении дела № А45-45852/2018 по иску общества с ограниченной ответственностью "Сибирские продукты" к обществу с ограниченной ответственностью "МолАгро" о взыскании убытков, суд пришел к выводу, что по итогам проведения выездной налоговой проверки в отношении общества "Сибирские продукты" было установлено, что поставщик молока не имеет производственных и складских мощностей для хранения и транспортировки сырого молока; ответчик заключил договор с "фирмой - однодневкой" - обществом с ограниченной ответственностью "Максима" (далее - общество "Максима") на покупку сырого молока, получало от последнего незаконно выставленные счета-фактуры с включенным НДС и товарные накладные; общество "МолАгро" за счет документов, полученных от общества "Максима", необоснованно завышало сумму НДС, уплаченного при покупке товаров и услуг, зачитывало (уменьшало) сумму НДС с продаж товаров и услуг и, соответственно, не уплачивало НДС в бюджет.

Инспекцией в ходе проведения выездной налоговой проверки также установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что молоко поставлялось от сельхозпроизводителей напрямую в ООО "Сибирские продукты", а поставка и приемка молока осуществлялась без участия ООО "МолАгро", что свидетельствует о формальном включении ООО "МолАгро" в цепочку поставки товара от производителя к покупателю, поскольку данные о ООО "МолАгро" формально внесены в товарно-сопроводительные документы, так как на момент совершения самой хозяйственной операции имеется только наименование самой организации и места ее регистрации, что ООО "Сибирские продукты" самостоятельно передаются товарно-транспортные накладные для проставления в них печатей ООО "МолАгро", были сделаны выводы, свидетельствующие об отсутствии реальных хозяйственных отношений между налогоплательщиком и ООО "МолАгро", а также о том, что единственной целью оформления ООО "Сибирские продукты" взаимоотношений с ООО "МолАгро" являлось создание видимости выполнения работ сторонней организацией, при фактическом выполнении этих работ силами иных лиц, с которыми истец сотрудничал напрямую, минуя спорного контрагента, и получение необоснованной налоговой выгоды на основании подложных документов, составленных от имени подставного контрагента - ООО "МолАгро".

Таким образом, инспекцией в ходе проведения выездной налоговой проверки установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что основной целью заключения ООО "Сибирские продукты" сделки по приобретению молока с ООО "МолАгро" являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии за счет уменьшения налоговых обязательств.

При таких обстоятельствах доводы истца о том, что поставки в августе и сентябре 2017 года носили реальный характер, судом во внимание приняты быть не могут.

Указанные обстоятельства также свидетельствуют об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья А.И. Айдарова