Решение от 8 октября 2024 г. по делу № А24-3751/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3751/2024
г. Петропавловск-Камчатский
08 октября 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 07 октября 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 08 октября 2024 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Кущ С.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шустерман Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску

Федерального агентства по рыболовству (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к
акционерному обществу «Озерновский рыбоконсервный завод № 55» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о расторжении договоров,


при участии:

от истца:

ФИО1 – представитель по доверенности от 10.07.2024 № 7142-ВС/У06 (сроком на три года);

от ответчика:

ФИО2 – представитель по доверенности от 15.03.2024 № 41-04/23 (сроком на шесть месяцев);



установил:

Федеральное агентство по рыболовству (далее – истец, адрес: 107996, <...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к акционерному обществу «Озерновский рыбоконсервный завод № 55» (далее – ответчик, Общество, адрес: 684110, Камчатский край, Усть-Большерецкий район,<...>) о расторжении договоров от 31.08.2018 № ДВ-М-1587, от 04.09.2018 № ДВ-М-1619 о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах Российской Федерации в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства.

Требования заявлены со ссылками на статьи 450, 452 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 13, 33.5 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее – Закон о рыболовстве) и мотивированы тем, что добыча (вылов) ВБР в течение двух лет (2022, 2023 годы) осуществлена ответчиком в объеме менее 70% выделенных квот.

Представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме, по основаниям и доводам, изложенным в исковом заявлении, представил справку об освоении квот добычи (вылова) за 2022-2023 годы ВБР по состоянию на 30.09.2024.

Представитель ответчика требования не признал по основаниям и доводам, изложенным в отзыве на иск.

Заслушав объяснения представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд пришел к следующему выводу.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между истцом (агентством) и ответчиком (пользователь) заключены договоры о закреплении доли квоты добычи (вылова) ВБР во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства от 31.08.2018 № ДВ-М-1587, от 04.09.2018 № ДВ-М-1619 (далее – спорные договоры).

По условиям договора от 31.08.2018 № ДВ-М-1587 агентство предоставляет,а пользователь приобретает право на добычу (вылов) ВБР в соответствии с долей квоты добычи (вылова) ВБР во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления добычи (вылова) палтусов в Западно-Беринговоморской зонев размере 0,247 %, а по условиям договора от 04.09.2018 № ДВ-М-1619 агентство предоставляет, а пользователь приобретает право на добычу (вылов) ВБР в соответствии с долей квоты добычи (вылова) ВБР во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления добычи (вылова) палтусов в Камчатско-Курильской подзоне в размере 0,804 %.

Договоры заключены на срок с 01.01.2019 по 31.12.2033 (пункт 7 договоров).

В соответствии с пунктом 11 договора он может быть расторгнут до окончания срока его действия по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, а также по требованию одной из сторон в порядке, предусмотренном законом.

Как указывает истец, согласно имеющимся у него сведениям о добыче (вылове) ВБР по состоянию на 15.07.2024 ответчик освоил: по договору от 31.08.2018 № ДВ-М-1587 в 2022 году 56,93 % квот из выделенных 4,170 тонн, в 2023 году – 43,94 % квот из выделенных 4,408 тонн, в 2024 году – 67,81 % из выделенных 4,107 тонн; по договору от 04.09.2018 № ДВ-М-1619 по состоянию на 15.07.2024 ответчик освоил в 2022 году 19,90 % квот из выделенных 9,698 тонн, в 2023 году – 29,58 % квот из выделенных 4,551 тонн, в 2024 году – 98 % из выделенных 1,704 тонн.

Протоколом от 06.06.2024 № 5 заседания Комиссии по принудительному прекращению права на добычу (вылов) ВБР в случаях, предусмотренных пунктами 2–5, 8–12 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, предложено рекомендовать истцу принять решение о принудительном прекращении права на добычу (вылов) ВБР путем досрочного расторжения спорного договора.

В связи с нарушением ответчиком условий договоров в части освоения квот в 2022–2023 годах, истцом в адрес ответчика направлено требование от 01.07.2024 № 05-01-17/4419 с предложением добровольно расторгнуть договоры, на что поступил ответ об отсутствии оснований для расторжения спорных договоров.

Полагая, что ответчиком существенно нарушены обязательства по договору, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Возникшие между сторонами правоотношения подлежат квалификации как обязательственные отношения, связанные с оборотом водных биоресурсов, которые регулируются ГК РФ и Законом о рыболовстве.

В соответствии с частью 3 статьи 33.1 Закона о рыболовстве по договору, о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов одна сторона – орган государственной власти обязуется предоставить право на добычу (вылов) водных биоресурсов другой стороне – юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В силу пункта 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Согласно части 1 статьи 33.5 Закона о рыболовстве договор пользования водными биоресурсами может быть досрочно расторгнут по требованию одной из сторон в соответствии с гражданским законодательством и настоящим Законом. На основании требования органа государственной власти, заключившего договоры, указанные в статьях 33.1, 33.3 и 33.4 настоящего Федерального закона, допускается их досрочное расторжение в случаях, предусмотренных частью 2 статьи 13 настоящего Федерального закона (часть 2 статьи 33.5 Закона о рыболовстве).

Из смысла вышеуказанных положений следует, что при предъявлении требований о досрочном расторжении договора о закреплении долей (квот) добычи ВБР истцу необходимо доказать следующие обстоятельства: нарушение стороной условий договора, которые являются существенными по смыслу пункта 2 статьи 450 ГК РФ, частью 2 статьи 13 Закона о рыболовстве; соблюдение истцом досудебного порядка досрочного расторжения договора в соответствии со статьей 452 ГК РФ.

Из содержания искового заявления следует, что истец, руководствуясь пунктом 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве и условиями спорных договоров, просит расторгнуть договоры в связи с установленным фактом освоения ответчиком квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов в объеме менее семидесяти процентов в течение двух лет подряд (2022 и 2023 годы).

Согласно пункту 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биоресурсов осуществляется, в том числе в случаях, если добыча (вылов) водных биоресурсов осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее семидесяти процентов распределенного общего допустимого улова применительно к соответствующей квоте добычи (вылова) водных биоресурсов.

По спорным договорам ответчик в период 2022 и 2023 год освоил менее 70 % выделенных квот, что им не оспаривалось.

Вместе с тем суд учитывает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 2 Закона о рыболовстве одним из основных принципов, на которых основано правовое регулирование в области рыболовства является приоритет сохранения водных биоресурсов и их рационального использования перед использованием водных биоресурсов в качестве объекта права собственности и иных прав, согласно которому владение, пользование и распоряжение водными биоресурсами осуществляются собственниками свободно, если это не наносит ущерб окружающей среде и состоянию водных биоресурсов.

Предоставление соответствующему госоргану права на досрочное расторжение договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов является по своей природе исключительной мерой, применяемой судом к злостному нарушителю договорных обязательств, направленной, прежде всего, на рациональное использование биоресурсов, исключение экономически невыгодного неиспользования рыбопромысловых участков, предоставление другим лицам права добычи (вылова) биоресурсов на неосвоенных участках в целях их рационального освоения. Предупреждение пользователя о необходимости исполнения обязательств направлено на исполнение им условий договора и предоставление ему возможности осуществить добычу (вылов) биоресурсов на предоставленных участках в целях их рационального освоения, учитывая сложный порядок заключения новых договоров и длительность такой процедуры.

Пункт 2 статьи 33.5 Закона о рыболовстве допускает, но не устанавливает безусловную необходимость досрочного расторжения договора в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, а также то обстоятельство, что расторжение договора в судебном порядке носит исключительный характер, является по своей правовой природе санкцией, применяемой к злостному нарушителю договорных обязательств.

Как следует из отзыва ответчика на исковое заявление, Общество осуществляет свою деятельность по вылову ВБР судном СРТМ «Демократ Леонов», которое принадлежит ответчику на праве собственности с 11.11.2019. На указанное судно Федеральным агентством по Рыболовству выданы разрешения на добычу (вылов) ВБР, в том числе: от 30.12.2022 № 412023012636 (капитан судна ФИО3); изменения в разрешение от 11.04.2023 № 412023012636 (капитан судна ФИО4). За время владения СРТМ «Демократ Леонов» ответчик осуществлял деятельность по вылову палтуса не передавая прав на вылов другим лицам, что, как полагает ответчик, свидетельствует о добросовестном исполнении принятых по спорным договорам обязательств и намерении освоить выделенные квоты ВБР. Ответчик указывает, что своими действиями не наносил ущерб окружающей среде, у него имеется реальный интерес в сохранении договорных отношений, прилагает рапорты от 07.07.2024 и от 08.07.2024 капитанов судна СРТМ «Демократ Леонов» ФИО3 и ФИО4, согласно которым основным фактором не освоения квот палтуса в 2022–2023 годах в промысловых районах 61.01; 61.05.4 является падение численности основных стад палтусов в Охотском и Беринговом морях из-за большого количества касаток.

Пунктом 3 статьи 401 ГК РФ предусмотрено, что если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Согласно разъяснениям Верховного суда Российской Федерации, приведенным в постановлении Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали.

Изложенные обстоятельства свидетельствует о том, что ответчик по не зависящим от него обстоятельствам был лишен возможности осуществлять добычу в соответствующих объемах в 2022–2023 годах и тем самым исполнять договорные обязательства, что в конечном итоге отразилось на освоении квот.

Несмотря на то, что в 2022 – 2023 годах ответчик освоил выделенные квотыв объеме менее 70%, показатели вылова палтуса по договору от 04.09.2018 № ДВ-М-1619 в 2024 году по состоянию на 30.09.2024 составили 98 % из выделенных 1,704 тонн, а по договору от 31.08.2018 № ДВ-М-1587 по состоянию на 30.09.2024 составили 67,81 % из выделенных 4,107 тонн, что свидетельствует о том, что ответчик предпринимал необходимые попытки исполнить обязательства в целях сохранения договорных отношений.

Таким образом, с учетом установленных судом обстоятельств в спорных правоотношениях тот факт, что в 2022 году и в 2023 году, а по договору от 31.08.2018 № ДВ-М-1587 и в 2024 году ответчик освоил квоты менее чем на 70 % не может быть признан существенным нарушением условий договоров в той степени, которая влечет его расторжение.

Поскольку ответчик устранил допущенные ранее нарушения обязательств по договору от 04.09.2018 № ДВ-М-1619, а также намерен сохранить существующие правоотношения в рамках спорных договоров, учитывая, что расторжение договора, влекущее такие серьезные последствия для сторон, как прекращение правоотношений, является крайней мерой, применяемой к недобросовестному контрагенту в случае, когда все другие средства воздействия исчерпаны, а сохранение договорных отношений становится нецелесообразным и невыгодным для другой стороны, суд приходит к выводу, что избранная истцом мера ответственности (расторжение договора) несоразмерна степени существенности допущенных обществом нарушений и балансу интересов сторон.

Доказательств того, что в данном случае указываемые истцом нарушения повлекли существенный ущерб, в результате чего истец в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении с ответчиком спорного договора, в материалах дела не имеется.

Более того, пунктом 2 статьи 33.5 Закона о рыболовстве предусмотрено, что в случаях, предусмотренных частью 2 статьи 13 указанного Федерального закона, допускается досрочное расторжение договора, что свидетельствует об отсутствии безусловной обязанности истца и суда расторгнуть договор в указанных случаях.

При таких обстоятельствах, установив, что ответчиком приняты меры по исполнению договоров в 2024 году, а также, что расторжение договора в судебном порядке носит исключительный характер, является по своей правовой природе санкцией, применяемой судом к злостному нарушителю договорных обязательств, каковым ответчик с учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела признан быть не может, суд приходит к выводу об отсутствии оснований в удовлетворении требований истца расторжении спорного договора.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ относятся на истца, однако взысканию не подлежат, поскольку истец в силу статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд





решил:

в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.



Судья С.А. Кущ