Решение от 12 апреля 2018 г. по делу № А19-27198/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А19-27198/2017
г. Иркутск
12 апреля 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 05.04.2018. Решение в полном объеме изготовлено 12.04.2018.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Серовой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «РЕАКТОРНЫЕ МАШИНЫ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 620050, <...>, каб. 105)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «БРАТСКИЙ ЗАВОД ФЕРРОСПЛАВОВ» (ОГРН <***>, ИНН <***>; юридический адрес: Иркутская область, г. Братск, жилой район Центральный, П 01 11 01 00)

третье лицо: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЗАВОД «ЭНЕРГОРЕАКТОР» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 620050, <...>, литер Q)

о взыскании 1 290 542 рублей 4 копеек,

при участии в заседании:

от истца: представитель ФИО2 (доверенность от 07.09.2017),

от ответчика: не прибыл, уведомлен о времени и месте судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

от третьего лица: не прибыло, уведомлено о времени и месте судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «РЕАКТОРНЫЕ МАШИНЫ» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «БРАТСКИЙ ЗАВОД ФЕРРОСПЛАВОВ» о взыскании 1 290 542 рублей 4 копеек, составляющих основной долг за поставленный ответчику товар по договору поставки от 15.05.2017 № 95 в размере 1 280 300 рублей, пени за просрочку оплаты товара в размере 10 242 рубля 40 копеек.

Ответчик извещен о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представителя в судебное заседание не направил, в представленном отзыве и дополнениях к нему ответчик заявил о своем несогласии с исковыми требованиями ссылаясь на отсутствие его согласия на заключение договора уступки права требования.

Третье лицо, извещенное о времени и месте судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представителя в судебное заседание не направило, представило отзыв на исковое заявление, из содержания которого следует, что третье лицо подтверждает доводы, изложенные истцом в исковом заявлении, полагает иск подлежащим удовлетворению.

Информация о времени и месте судебного заседания была размещена на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет www.irkutsk.arbitr.ru в соответствии с требованиями абзаца второго пункта 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, 15 мая 2017 года между ООО «Завод «ЭнергоРеактор»» (поставщик) и ООО «Братский завод ферросплавов» (покупатель) заключен договор поставки № 95, по условиям которого поставщик обязался поставлять изделия, входящие в свод «Оборудование и материалы электротехнические» (34 0000) общероссийского классификатора, продукции ОК 005-93 (утв.Постановлением Госстандарта РФ от 30.12.1993 № 301), на условиях, предусмотренных договором и спецификациями, а покупатель обязался производить оплату товара в порядке и сроки, предусмотренные договором (пункт 1.1. договора).

Названный договор по своей правовой природе является договором поставки, правоотношения по которому регулируются параграфами 1 и 3 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункту 1.1 договора Наименование товара определяется сторонами с спецификации к договору, также стороны согласовывают в спецификации количество, ассортимент, количество, сроки и порядок поставки, качество, комплектность, упаковку, порядок и сроки оплаты товара.

Во исполнение пункта 1.1 договора поставки № 95 от 15.05.2017 стороны согласовали количество, ассортимент, комплектность, срок поставки, стоимость и сроки оплаты товара путем подписания спецификаций № 1 от 15.05.2017 к договору поставки № 95 от 15.05.2017.

Поставка товара осуществляется в течение срока, согласованного сторонами в спецификации (пункт 2.1 договора).

В соответствии с пунктом 2 спецификации № 1 от 15.05.2017 товар подлежал поставке в течение 45 дней с момента подписания спецификации обеими сторонами, возможна досрочная поставка.

В пункте 6 названной спецификации, стороны согласовали условие о том, что оплата товара производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика, в течении 60 дней с момента поступления товара на склад покупателя.

В рамках договора поставки № 95 от 15.05.2017 ООО «Завод «ЭнергоРеактор» поставило в адрес ООО «Братский завод ферросплавов» товар на сумму 1 280 300 рублей, что подтверждается представленным в дело универсальным передаточным актом от 07.07.2017 № 15.

Товар был принят покупателем ООО «Братский завод ферросплавов» без каких-либо замечаний, о чем свидетельствует подпись и оттиск печати ООО «Братский завод ферросплавов» на универсальном передаточном акте.

13 июля 2017 между ООО «Завод «ЭнергоРеактор» (цедент) и ООО НИИ «ЭнергоРеактор» (цессионарий) заключен договор цессии (уступки права) № ЭР-78/17, согласно которому ООО «Завод «ЭнергоРеактор» уступило ООО НИИ «ЭнергоРеактор» право требования задолженности к ООО «Братский завод ферросплавов» перед цедентом в сумме 1 280 300 рублей по договору поставки № 95 от 15.05.2017 и спецификации № 1 от 15.05.2017 к договору поставки № 95 от 15.05.2017 (пункт 1.1 договора).

В силу пункта 1.2 договора цессии (уступки права) № ЭР-78/17 от 13.07.2017 одновременно с уступкой права (требования) по основному долгу цедент уступает цессионарию право (требование) на все начисленные проценты, в том числе по ст.395 ГК РФ, любые штрафные санкции, предусмотренные действующим законодательством и договором поставки № 95 от 15.05.2017.

Ответчик обязательства по договору в полном объеме новому кредитору не исполнил; доказательств их исполнения первоначальному кредитору также не представлено.

В соответствии с положениями статей 454, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации и условиями договора ответчик как покупатель обязан оплатить принятый товар в согласованные сторонами сроки.

Из доводов истца следует, что полученный ответчиком по представленному в материалы дела универсальному передаточному акту не оплачен, в связи с чем у ответчика образовалась задолженность перед истцом, размер которой на дату рассмотрения спора составляет сумму 1 280 300 рублей.

Доказательства оплаты поставленного истцом товара в полном объеме в деле отсутствуют.

Не оспаривая факта получения товара от ООО «Завод «ЭнергоРеактор», а также факта неоплаты этого товара, ответчик возразил против иска, ссылаясь на отсутствие его согласия на заключение договора уступки права требования.

Оценив заявленные доводы ответчика, суд приходит к следующему.

По условиям договора цессии (уступки права) № ЭР-78/17 от 13.07.2017 цедент уступил цессионарию право требования к ООО «Братский завод ферросплавов» (должник) по исполнению должником денежного обязательства по оплате поставленного товара в рамках договора поставки № 95 от 15.05.2017, а также процентов, в том числе по ст.395 ГК РФ, любые штрафные санкции, предусмотренные действующим законодательством и договором поставки № 95 от 15.05.2017, заключенному между цедентом и должником.

При заключении договора поставки № 95 от 15.05.2017 в пункте 8.6 цедент и должник согласовали условие о том, что уступка права требования по исполнению обязательств договора третьим лицам без согласия другой стороны, оформленного дополнительным соглашением, не допускается.

Доказательств заключения такого дополнительного соглашения в дело не представлено.

Тем не менее, суд не может согласиться с доводом ответчика об отсутствии оснований для удовлетворения иска в связи с указанным обстоятельством. При этом суд руководствуется следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Сделка по уступке права требования, совершенная без получения разрешения должника, когда получение такого разрешения является обязательным в силу соответствующего договора, является оспоримой (абзац 2 пункта 2 статьи 382 ГК РФ).

Из изложенного следует, что в соответствии с положениями действующего законодательства отсутствие согласия должника на уступку права не является основанием для признания сделки ничтожной. Следовательно, договор цессии (уступки права) № ЭР-78/17 от 13.07.2017 является оспоримой сделкой.

В деле отсутствуют доказательства того, что договор цессии (уступки права) № ЭР-78/17 от 13.07.2017 был в установленном порядке оспорен и признан судом недействительным.

Кроме того, в настоящем случае необходимо принять во внимание следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно пункту 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В пункте 3 названной статьи определено, что соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

Соглашением между должником и цедентом может быть запрещена или ограничена уступка права на получение неденежного исполнения (пункт 4 статьи 388 ГК РФ).

По смыслу данной правовой нормы уступка права (требование) допускается, во всяком случае, если связана с денежным обязательством.

Таким образом, в отношении денежного требования, связанного с осуществлением предпринимательской деятельности, законом (п. 3 ст. 388 ГК РФ) предусмотрена возможность его уступки, даже если договором уступки права требования ограничена или запрещена. Следовательно, к денежным обязательствам применяются особые установленные законом правила ответственности кредитора. Несоблюдение первоначальным кредитором соглашения о запрете уступки права не лишает силы такую уступку, однако кредитор не освобождается от ответственности за нарушение соглашения об ограничении или запрете уступки, а уступка, совершенная с нарушением соглашения о ее запрете без согласия должника, не свидетельствует о ее недействительности.

Кроме того, как следует из разъяснений, данных в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее - Постановление № 54) если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 2 статьи 382, пункт 3 статьи 388 ГК РФ). Соглашением должника и кредитора могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого в соответствии с договором согласия на уступку, в частности, данное обстоятельство может являться основанием для одностороннего отказа от договора, права (требования) по которому были предметом уступки (статья 310, статья 450.1 ГК РФ).

Как было указано выше, предметом уступки требований являются требования по денежному обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью (оплата поставленного товара), личность кредитора в котором не имеет существенного значения для должника. Следовательно, несмотря на то, что стороны предусмотрели в договоре поставки ограничение уступки требования, вытекающего из этого обязательства, необходимостью согласия на то другой стороны договора, нарушение такого ограничения влечет только последствие в виде возможной ответственности кредитора перед должником, но оно не лишает силы саму уступку такого требования.

Кроме того, арбитражный суд полагает, что доводы истца (должника) об отсутствии согласия на уступку носят формальный характер, так как смена кредитора не влияет на обязанность истца исполнить установленные договором поставки обязательства, а наличие иных неблагоприятных последствий от смены кредитора должник по требованию не обосновал, доказательств отсутствия задолженности по договору поставки на основании подписанного им универсального передаточного акта, указанного выше, в материалы дела не представил.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Исходя из положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, к числу существенных условий в договоре уступки требования относится определение субъективного обязательственного права, которое подлежит передаче.

Как было указано выше, по условиям договора цессии (уступки права) № ЭР-78/17 от 13.07.2017 цедент ООО «Завод «ЭнергоРеактор» уступил цессионарию ООО НИИ «ЭнергоРеактор» право требования задолженности к ООО «Братский завод ферросплавов» перед цедентом в сумме 1 280 300 рублей по договору поставки № 95 от 15.05.2017 и спецификации № 1 от 15.05.2017 к договору поставки № 95 от 15.05.2017 (пункт 1.1 договора). Таким образом, предмет договора согласован, так как уступаемое право требования конкретно определено сторонами.

Помимо изложенного, суд считает необходимым отметить, что в соответствии с условиями пункта 8.3 договора поставки № 95 от 15.05.2017 стороны вправе обмениваться документами, в том числе по электронной почте (E-mail).

В разделе 9 «Адреса и реквизиты сторон» ООО «Братский завод ферросплавов» указан адрес электронной почты: E-mail: bzf@mechel.com.

Из представленного истцом в материалы дела скриншота электронной переписки между ООО «Завод «ЭнергоРеактор» и ООО «Братский завод ферросплавов» следует, что 31.07.2017 на электронную почту ООО «БЗФ» bzf@mechel.com было направлено письмо № 187/17-А от 31.07.2017 с приложением договора цессии « ЭР-78-17 и уведомления.

Представитель истца пояснил, что доказательств направления ответчику запроса о согласии у третьего лица (ООО «Завод «ЭнергоРеактор») не сохранилось, однако исходя из статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие такого запроса не свидетельствует о том, что договор уступки права требования является недействительной сделкой.

С учетом изложенных выше обстоятельств арбитражный суд приходит к выводу о том, что договор уступки права требования заключен в письменной форме, содержит все необходимые для договора данного вида условия, соответствует требованиям норм параграфа 1 главы 24 ГК РФ, статье 388 ГК РФ, истец (должник) надлежащим образом уведомлен о состоявшемся переходе права требования.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», уступка может быть признана недействительной лишь в случае, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки договорному запрету на такую уступку, действовали с намерением причинить вред должнику (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Однако такого рода обстоятельства арбитражным судом не установлены, и на них ООО «БЗФ» в доводах, изложенных в отзыве на иск и пояснениях к нему, не ссылалось.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» в случае уступки требования, совершенной без согласия должника, его расходы, вызванные переходом права и являющиеся необходимыми, подлежат возмещению (пункт 4 статьи 382 ГК РФ). Такие расходы возмещаются должнику - физическому лицу по правилам пункта 4 статьи 382 ГК РФ, а иным должникам применительно к положениям пункта 2 статьи 316, пункта 2 статьи 322 ГК РФ - цедентом и цессионарием солидарно. При этом цедент не освобождается от возмещения должнику иных убытков, вызванных нарушением установленного договором запрета на уступку права требования (пункт 3 статьи 388, статья 393 ГК РФ). Расходы должника, вызванные переходом права и являющиеся необходимыми, должник вправе предъявить к зачету (статья 410 ГК РФ) либо приостановить свое исполнение до возмещения указанных расходов (статьи 405, 406 ГК РФ).

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Из изложенного следует, что требование ООО «РЕАКТОРНЫЕ МАШИНЫ» о взыскании с ООО «БЗФ» основного долга в сумме 1 280 300 рублей обосновано, подтверждено материалами дела и подлежит удовлетворению.

Кроме того, из материалов дела усматривается, что ответчиком нарушен срок оплаты поставленного истцом товара. Указанное обстоятельство послужило основанием для заявления истцом требования о взыскании с ответчика неустойки в сумме 10 242 рубля 40 копеек.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно пункту 1.3 договора цессии (уступки права) № ЭР-78/17 от 13.07.2017 права цедента переходят к цессионарию в момент подписания договора в том объеме и на тех условиях, которые существовали у цедента к моменту перехода права.

В силу пункта 1.2 договора цессии (уступки права) № ЭР-78/17 от 13.07.2017 одновременно с уступкой права (требования) по основному долгу цедент уступает цессионарию право (требование) на все начисленные проценты, в том числе по ст.395 ГК РФ, любые штрафные санкции предусмотренные действующим законодательством и договором поставки № 95 от 15.05.2017.

Поскольку просрочки внесения ответчиком платежей имели место, истец правомерно обратился с требованием о взыскании с ответчика неустойки.

Пунктом 5.3 договора поставки № 95 от 15.05.2017 стороны предусмотрели, что в случае нарушения сроков оплаты товара поставщик вправе потребовать уплаты пени в размере 0,01% от стоимости неоплаченного в срок товара за каждый день просрочки, но не более 10% несвоевременно оплаченной суммы.

В пункте 6 спецификации № 1 от 15.05.2017 к названному договору стороны согласовали условие о том, что оплата товара производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика, в течении 60 дней с момента поступления товара на склад покупателя.

Истцом в исковом заявлении изложен расчет неустойки, из которого следует, что размер неустойки составляет 10 242 рубля 40 копеек за 80 дней просрочки исполнения обязательства.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что неустойка рассчитана за период с 07.09.2017 по 01.12.2017, то есть по день подачи искового заявления.

Указанная неустойка начислена истцом по универсальному передаточному акту от № 15 от 07.07.2017, в соответствии с условиями пункта 5.3 договора поставки № 95 от 5.05.2017. Ответчик не оспаривает правильности данного расчета; контррасчета суммы неустойки в материалы дела не представил.

Вместе с тем, исходя из согласованных сторонами сроков оплаты и исходя из содержания представленного истцом в материалы дела универсального передаточного акта № 15 от 07.07.2017 товар ответчиком получен 12.07.2017. Следовательно, полученный товар подлежал оплате до 10.09.2017 включительно.

Положениями статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

При таких обстоятельствах, суд, учитывая условия спецификации № 1 от 15.05.2017 к договору поставки № 95 от 15.05.2017 и положения статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании с ответчика неустойки на нарушения обязательств по оплате поставленного товара должны исчисляться с 11.09.2017 по 01.12.2017 (82 дня просрочки).

Таким образом, неустойка за период с 11.09.2017 по 01.12.2017 составит сумму 10 498 рублей 46 копеек, исходя из следующего расчета: 1 280 300 рублей х 82 дня (период просрочки с 11.09.2017 по 01.12.2017) х 0,01%.

Вместе с тем, суд не вправе выходить за пределы заявленных исковых требований, в связи с чем признает обоснованным требование истца о взыскании с ответчика неустойки в размере 10 242 рубля 40 копеек, с учетом того, что ответчик не оспаривает правильности данного расчета, контррасчета суммы неустойки в материалы дела не представил. Следовательно, требование истца о взыскании неустойки подлежит удовлетворению в полном объеме несмотря на допущенные истцом неточности при расчете неустойки, поскольку заявленная к взысканию сумма не превышает суммы, которую истец вправе был заявить к взысканию в случае выполнения им правильного расчета.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). При взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 ГК РФ могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Поскольку со стороны ответчика соответствующего заявления о снижении размера согласованной сторонами договорной неустойки не поступало, очевидной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства не усматривается, доказательства несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства в деле отсутствуют, у суда отсутствуют правовые основания для снижения неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ниже размера, заявленного истцом и установленного условиями заключенного между сторонами договора. При этом суд исходит также из разъяснений, изложенных в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которым при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Из изложенного следует, что требование ООО «РЕАКТОРНЫЕ МАШИНЫ» о взыскании с ООО «БЗФ» пени в размере 10 242 рубля 40 копеек обосновано, подтверждено материалами дела и подлежит удовлетворению.

Во исполнение условия об обязательном претензионном порядке истец 02.10.2017 направил ответчику претензию от 29.09.2017, что подтверждается почтовой квитанцией от 02.10.2017, о погашении задолженности в сумме 1 280 300 рублей и пени в сумме 2 816 рублей 66 копеек в течение 15 календарный дней с момента получения претензии. Данная претензия ответчиком оставлена без исполнения.

Общее правило о подсудности содержится в статье 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой иск предъявляется в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства ответчика.

На основании части 1 статьи 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подсудность, установленная статьями 35, 36 настоящего Кодекса, может быть изменена по соглашению сторон до принятия арбитражным судом заявления к своему производству.

Пунктом 7.1 договора поставки № 95 от 15.05.2017 стороны согласовали условие о том, что все споры и разногласия, которые могут возникнуть при исполнении договора, будут разрешаться сторонами путем переговоров, а при невозможности достижения соглашения споры передаются на рассмотрение Арбитражного суда Иркутской области. Следовательно, данный иск к ответчику, находящемуся по адресу: Иркутская область, г.Братск, жилой район Центральный, П 01 11 01 00, правомерно, в соответствии со статьей 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предъявлен истцом (находящимся по адресу: 620050, <...>, каб. 105) в Арбитражный суд Иркутской области. В силу части 1 статьи 39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело, принятое арбитражным судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть рассмотрено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно стало подсудным другому арбитражному суду. Основания для передачи дела в другой арбитражный суд, установленные частью 2 указанной статьи, в настоящем случае также отсутствуют. От сторон не поступило возражений против рассмотрения настоящего дела в Арбитражном суде Иркутской области.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

На основании изложенного, оценив представленные в дело доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд приходит к выводу о том, что исковые требования ООО «РЕАКТОРНЫЕ МАШИНЫ» к ООО «БЗФ» о взыскании основного долга в сумме 1 280 300 рублей, пени в размере 10 242 рубля 40 копеек подлежат удовлетворению в полном объеме.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и взыскиваются в пользу истца.

Руководствуясь статьями 65, 71, 110, 167–170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «БРАТСКИЙ ЗАВОД ФЕРРОСПЛАВОВ» в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «РЕАКТОРНЫЕ МАШИНЫ» сумму 1 290 542 рублей 40 копеек, составляющих основной долг в размере 1 280 300 рублей, пени в размере 10 242 рубля 40 копеек; расходы по уплате государственной пошлины в сумме 25 905 рублей.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

СудьяЕ.В. Серова