Решение от 8 апреля 2021 г. по делу № А24-5262/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А24-5262/2020
г. Петропавловск-Камчатский
08 апреля 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 05 апреля 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 08 апреля 2021 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Стимул» (ИНН4101145708, ОГРН 1114101003642)

к индивидуальному предпринимателю Кущ Евгению Анатольевичу (ИНН 410111367940, ОГРН 316410100059084)

о взыскании 17 250 000 руб.,

при участии:

от истца: ФИО3 – генеральный директор (паспорт, выписка), ФИО4 - представитель по доверенности от 01.12.2020 (сроком на 1 год), удостоверение адвоката № 210;

от ответчика: ФИО2 – лично (паспорт), ФИО5 – представитель по доверенности от 25.12.2020 (сроком на 1 год), диплом АВБ 0478918 регистрационный номер И6718 от 21.08.2001,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Стимул» (далее – истец, общество, адрес: 688713, <...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, предприниматель, адрес: 683009, Камчатский край, г. Петропавловск-Камчатский) 17 250 000 руб., перечисленные ответчику в рамках исполнения обязательств по агентскому договору от 02.09.2019 № 02/09/19.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 310, 431, 431.2, 4531005 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы неисполнением ответчиком обязательств по указанному договору.

В судебном заседании в связи с заявленными сторонами ходатайствами к материалам дела приобщены дополнительные документы, а также в качестве свидетелей опрошены ФИО6 (далее – ФИО6) и ФИО7 (далее – ФИО7). Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, предусмотренной статьями 307, 308 УК РФ, о чем дали соответствующую подписку, после чего ответили на вопросы суда и представителей сторон.

Стороны поддержали свои правовые позиции, изложенные в иске и отзыве на него с учетом дополнительно представленных доказательств и показаний свидетелей.

Выслушав пояснения представителей сторон, суд завершил стадию судебного разбирательства и перешел к исследованию доказательств.

На стадии исследования доказательств представитель ответчика заявил ходатайство о назначении экспертизы с целью определения стоимости спецтехники аналогичного вида, подвергая сомнению результаты представленной истцом экспертизы.

Представители истца возражали против удовлетворения заявленного ходатайства, обращая внимание на недобросовестность ответчика и злоупотребление им процессуальными правами.

Протокольным определением от 05.04.2021 суд отказал в удовлетворении ходатайства предпринимателя о назначении экспертизы, в том числе, на основании части 5 статьи 159 АПК РФ, поскольку объективных причин, по которым ответчик не имел возможности заявить такое ходатайство ранее, суд не усматривает, а ответчиком такие причины в обоснование ходатайства не названы и доказательств тому не представлено. С момента возбуждения производства по делу (01.12.2020) ответчик не сообщал суду о намерении обратиться в суд с ходатайством о проведении экспертизы, в то время как спор относительно соразмерности уплаченной по договору суммы предмету исполнения в рамках агентского поручения между сторонами возник до обращения истца в суд (в частности, чему соразмерен объем перечисленных средств: стоимости спецтехники как единого механизма или стоимости запасных частей к нему). Таким образом, у предпринимателя имелась реальная возможность заблаговременно обратиться к суду с ходатайством о назначении экспертизы по обозначенному вопросу. Однако ответчик данным правом заблаговременно не воспользовался, о намерении направить такое ходатайство не сообщил, в том числе ни в предварительном судебном заседании 27.01.2021, ни в судебном заседании 10.03.2021, а заявил ходатайство лишь 05.04.2021 при рассмотрении спора по существу в судебном заседании после завершения стадии судебного разбирательства. При указанных обстоятельствах суд усматривает в подобном процессуальном поведении ответчика злоупотребление правами, явно направленное на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта (часть 5 статьи 159 АПК РФ).

Кроме того, по смыслу статьи 82 АПК РФ назначение экспертизы, которая нужна при принципиальной невозможности установления существенных обстоятельств без специальных познаний, является правом, а не обязанностью суда. Заявление одной из сторон спора ходатайства о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить. В рассматриваемом случае суд, исходя из фактических обстоятельств дела, пояснений сторон и представленных доказательств, включая свидетельские показания, пришел к выводу об отсутствии необходимости в проведении заявленной экспертизы.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд приходит к следующему выводу.

Из материалов дела судом установлено, что 02.09.2019 между обществом (принципал) и предпринимателем (агент) заключен агентский договор № 02/09/19, по условиям которого агент за вознаграждение обязуется совершать от своего имени и за счет/по поручению принципала фактические и юридические действия по приобретению и доставке товара, том числе: заключать и исполнять договоры на покупку товара, заключать и исполнять договоры на перевозку, транспортировку, перевалку, упаковку, складирование и хранение товара, совершать иные действия по поручению принципала (пункт 1.1).

Пунктом 2.1 договора установлено, что поручение принципала агенту оформляется в виде заявки, которая передается по электронной почте, факсу или иным возможным для сторон способом. Все электронные сообщения, направленные сторонами, приравниваются к соглашениям, совершенным в письменной форме.

Агент обязан своевременно и надлежащим образом выполнять поручения Принципала в соответствии с данными в поручении указаниями. Агент вправе не соблюдать указания Принципала в случаях, когда такое соблюдение может повлечь нарушение действующего законодательства РФ, нарушение прав третьих лиц либо может повлечь для Агента негативные последствия в виде привлечения Агента к административной, налоговой и иным видам ответственности, предъявление Агенту финансовых и иных требований со стороны третьих лиц и т.п. (пункт 3.2.1).

Также агент обязан представлять письменные отчеты об исполнении обязанностей по настоящему договору в порядке, регламентированном статьей 4 настоящего договора (пункт 3.2.3), информировать принципала обо всех субагентских соглашениях, заключенных агентом по согласованию с принципалом (пункт 3.2.4). Отчет должен содержать информацию о фактических, и юридических действиях, предпринятых агентом в связи с выполнением своих обязанностей по настоящему договору, а также сведения относительно результатов предпринятых действий (пункт 4.2).

Пунктами 2.2.4 договора, стороны установили, что размер вознаграждения агента включен в стоимость товара. Согласно пункту 6.1 договора размер вознаграждения определяется приложением к договору в соответствии со статьей 2 договора. В силу пункта 3.2.2 договора агент обязан согласовывать с принципалом все дополнительные расходы, связанные с выполнением им своих обязанностей по договору и не оформленные в поручении принципала. Вознаграждение и расходы агента оплачиваются принципалом в полном объеме в срок, не превышающий 5 календарных дней со дня подписания договора (пункт 6.2).

При подписании договора стороны оформили заявку, согласно которой принципал поручает агенту выехать на торговую площадку в город Шанхай с целью подбора и покупки спецтехники и запасных частей согласно спецификации, указанной в приложении № 1 к договора. В этой же заявке приведена спецификация, в которой перечислены наименование спецтехники, марка, ее характеристики, количество, максимальная цена за единицу техники. Всего в спецификации перечислено 8 наименований спецтехники, в том числе фронтальный погрузчик в количестве 2 штук по цене 2 000 000 руб. и экскаватор в количестве 2 штук по цене 5 000 000 руб.

Впоследствии сторонами оформлена другая заявка, в которой отражено, что поручение принципала агенту заключается в необходимости выехать на торговую площадку в город Шанхай с целью подбора и покупки запасных частей для спецтехники согласно спецификации. В заявке приведена спецификация, состоящая из двух позиций:1) фронтальный погрузчик в количестве 2 штук по цене 3 000 000 руб. каждый, год выпуска не ране 2012, наработка минимальная, техническое состояние отличное, китайское производство; 2) экскаватор в количестве 2 штук, марка SANY, по цене 5 625 000 руб. каждый.

Во исполнение своих обязательств истец перечислил ответчику платежными поручениями от 11.09.2019 № 323, от 26.09.2019 № 442, от 09.10.2019 № 377, от 14.10.2019 № 402 денежные средства в общей сумме 17 250 000 руб. Получение от истца денежных средств в указанной сумме ответчиком не оспаривается.

Письмом от 25.02.2020 истец уведомил ответчика о прекращении агентского договора от 02.09.2019 № 02/09/19 в соответствии с пунктом 11.2 и заявил о готовности принять товар, находящийся в ведении агента, приобретенный по поручению принципала, вместе с документацией. Также истец потребовал представить отчет агента об исполнении своих обязанностей по договору с приложением подтверждающих документов и принять меры по сверке полученных и израсходованных средств, а также по проведению взаиморасчетов.

В ответ на указанное уведомление ответчик письмом от 01.03.2020направил истцу отчет об исполнении поручения, из которого следует, что агент выполнил следующие мероприятия:

– осуществил выезд в город Шанхай в составе 2 человек;

– осуществил подбор спецтехники согласно приложению № 2, в том числе фронтальный погрузчик в количестве 2 штук и экскаватор в количестве 2 штук,

– поручил своему агенту заключить договоры купли-продажи на необходимую спецтехнику, в результате чего заключены контракты и приобретена техника: 2 единицы экскаваторов общей стоимостью 173 000 долларов США (11 245 000 руб.); 2 единицы погрузчиков общей стоимостью 92 300 долларов США (5 999 500 руб.).

Таким образом, согласно отчету предпринимателя на приобретение спецтехники агентом затрачено: 17 244 500 руб. – стоимость спецтехники; 203 278 руб. – командировочные расходы с оплатой проезда из расчета 2 человек; 2 066 940 руб. – агентское вознаграждение, определенное предпринимателем из расчета 12% от стоимости приобретенной техники по правилам статьи 424 ГК РФ, исходя из аналогичных цен в регионе (со ссылкой на отсутствие в заявке № 2 условия о размере вознаграждения). К отчету приложены копии агентского договора и контрактов на покупку спецтехники.

04.03.2020 истец вручил ответчику под роспись письмом от 03.03.2020, содержащее возражения на отчет агента, в котором просил агента представить документы в обоснование расходов.

Письмом от 06.03.2020 ответчик сообщил истцу о готовности передать товар, сообщил, что товар находится на хранении в городе Шанхай. Поскольку поручения от принципала на доставку приобретенных запчастей для спецтехники из Китая не поступало в г. Петропавловск-Камчатский не поступало, доставка агентом не производилась. В подтверждение оплаты приобретенного товара своему агенту предприниматель представил платежные поручения о перечислении денежных средств за запасные части для спецтехники и за покупку бетононасоса. Также переданы копии авиабилетов на ИП ФИО2

Письмом от 16.03.2020 ответчик предложил истцу принять меры к приемке товара, который по-прежнему находится в городе Шанхай.

17.03.2020 истец направил ответчику предложение о досудебном урегулировании спора, потребовав возвратить ранее перечисленные по договору денежные средства и обратив внимание, что не принимает представленные агентом договоры купли-продажи в качестве доказательства приобретения для истца спецтехники, полагая их не имеющими отношения к правоотношениям сторон, поскольку по согласованию сторон спецтехника должна была приобретаться в городе Шанхай, а переданные договоры купли-продажи заключены в городе Владивосток. Обратил внимание на отсутствие документов, подтверждающих выезд сотрудников в город Шанхай.

В претензии от 20.03.2020 предприниматель потребовал возместить понесенные им как агентом расходы и выплатить вознаграждение. При этом по тексту претензии ответчик указывал уже на то, что в целях исполнения поручения принципала им закуплена не спецтехника (как ранее изложено в отчете), а запасные части для нее.

Письмами от 09.06.2020, от 22.06.2020 ответчик снова уведомил истца о готовности передать приобретенный товар в городе Шанхай, предупредив, что в противном случае он воспользуется правом на реализацию этого товара.

Поскольку путем переговоров разрешить возникший спор сторонам не удалось, истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре (статья 1006 ГК РФ).

К отношениям, вытекающим из агентского договора, соответственно применяются правила, предусмотренные главой 49 или главой 51 ГК РФ, в зависимости от того, действует агент по условиям этого договора от имени принципала или от своего имени, если эти правила не противоречат положениям настоящей главы или существу агентского договора (статья 1011 ГК РФ).

Исходя из целей и условий договора от 02.09.2019 № 02/09/19, сделка совершена сторонами по модели агентского договора, при которой агент (ответчик) действует от своего имени, но за счет принципала (истца), в связи с чем к правоотношениям сторон также применимы положения главы 51 ГК РФ.

По правилам статьи 1003 ГК РФ комитент (он же принципал в агентском договоре) вправе в любое время отказаться от исполнения договора комиссии, отменив данное комиссионеру (агенту) поручение.

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Соответственно, в случае нарушения равноценности встречных предоставлений сторон на момент расторжения договора сторона, передавшая деньги либо иное имущество во исполнение договора, вправе требовать от другой стороны возврата исполненного в той мере, в какой встречное предоставление является неравноценным, чтобы исключить возникновение неосновательного обогащения (пункт 1 статьи 1102 ГК РФ).

Таким образом, подлежащим установлению обстоятельством, имеющим существенное значение для рассмотрения требования истца о возврате неотработанной оплаты по договору, является факт неисполнения агентом порученных ему действий до момента реализации принципалом права на отказ от поручения.

В ходе судебного разбирательства судом установлено наличие между сторонами противоречий по вопросу о понимании условий заключенного ими агентского договора, а именно: по вопросу о предмете поручения (что должен был приобрести агент для принципала: спецтехнику или запчасти для нее) и по вопросу о том, охватывали ли согласованные сторонами условия, в том числе, условие о доставке товара из Китая (специализированная площадка в г. Шанхай) до г. Петропавловск-Камчатский (иной пункт в Камчатском крае).

Определяя предмет поручения принципала агенту в рамках заключенного между сторонами договора, объем подлежащих выполнению агентом действий, результат, на который направлено поручение и заключение договора в целом, суд исходит из положений статьи 431 ГК РФ и разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49).

Первоначально в ходе рассмотрения дела стороны поясняли суду, что вторая заявка отменяла первую и фактически агентом исполнялась вторая заявка. В деле имеется уведомление истца, подписанное ответчиком, в котором он просит считать вторую заявку уточняющей, а первую – недействительной.

Прибывший в судебное заседание ИП ФИО2 относительно обстоятельств оформления второй заявки пояснил, что на тот момент, когда она подписана, он находился за пределами территории Камчатского края и лично заявку не подписывал. На заявке проставлено факсимиле предпринимателя его работником. Предприниматель заявил о ничтожности данной заявки, поскольку он ее не подписывал.

После заданных судом вопросов относительно обоснованности удержания полученных от истца денежных средств, относительно неисполнения первой заявки при ничтожности второй, а также после того, как суд разъяснил предпринимателю положения статьи 183 ГК РФ, ИП ФИО2 заявил об одобрении действий лица, проставившего его факсимиле на заявке № 2, и подтвердил заключенность и действительность данной заявки.

Также согласно пояснениям сторон, которые давались в ходе судебного разбирательства, в том числе в предварительном судебном заседании, вторая заявка заключена с целью сокращения расходов, связанных с таможенным оформлением, и в соответствии с достигнутой договоренностью ответчик должен был осуществить подбор спецтехники и ее доставку «в разборе», а уже на территории Камчатского края осуществить сборку и передачу истцу.

Истец настаивает, что целью заключения агентского договора является поручение агенту приобрести для истца не запасные части для спецтехники, а непосредственно спецтехнику, которая должна быть передана истцу в рабочем состоянии. То, каким образом агент планировал оформление данной спецтехники для доставки («конструктор», запасные части и пр.), истца не интересовало, поскольку он в итоге планировал получить работающую технику. При этом по утверждению истца весь указанный комплекс мероприятий включен в стоимость по заявке № 2 (то есть в сумме 17 250 000 руб.).

По утверждению ответчика договор заключен с учетом заявки № 2 исключительно для подбора и покупки запасных частей для спецтехники. При этом представитель ответчика ранее поясняла, что под запасными частями понимаются конструктивные элементы спецтехники, которые в последующем собираются в единый механизм («конструктор»). Предприниматель пояснил, что стороны действительно оговаривали необходимость доставки товара до территории Камчатского края, однако предмет заявки № 2 не охватывал данные услуги и не включал их стоимость, а стороны должны были заключить дополнительное поручение. Таким образом, предприниматель (с его личных слов в судебном заседании) подтвердил, что приобретаемый в интересах истца товар подлежал доставке до территории Камчатского края, но утверждал, что для этих целей стороны должны были согласовать отдельную заявку (поручение).

Проанализировав представленные в материалы дела документы в совокупности с пояснениями сторон, суд признает необоснованными доводы ответчика о том, что сторонами согласована поставка не спецтехники, а запасных частей для нее, исходя из следующего.

Во-первых, в соответствии с пунктом 2.2 договора в поручении должны были содержаться наименование, цена, количество, характеристики товара. Из анализа заявки № 2 видно, что в спецификации приведены характеристики и наименование не запасных частей (каждая из которых должна иметь определенное наименование), а наименование конкретной техники (погрузчик и экскаватор), стоимость конкретной техники, количество единиц и общие характеристики. Ни о каких запасных частях в заявке речи не идет, согласования запасных частей по их виду и количеству в действительности не имело место. Доказательств обратного суду не представлено.

В судебном заседании допрошен свидетель ФИО7, который присутствовал в городе Шанхай при подборе ответчиком техники для истца (данное обстоятельство ответчиком не отрицалось) и который пояснил, что именно он порекомендовал обратиться истцу к ответчику для целей приобретения спецтехники, поскольку ранее сам обращался к предпринимателю с аналогичной целью и ответчик приобрел и доставил ему спецтехнику без оформления договорных отношений. Указанные доводы свидетеля, которым дана подписка об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, ответчиком не опровергнуты. Также свидетель пояснил, что являлся посредником в переговорах между истцом и ответчиком относительно приобретаемой техники, находясь вместе с ответчиком на спецплощадке в городе Шанхай, чем объяснил представленную в материалы дела переписку. Подтвердил, что ответчиком по согласованию с истцом приобретены 2 экскаватора и 2 погрузчика.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ложечко, также присутствовавший на спецплощадке в городе Шанхай, пояснил, что никакого отношения к договорным обязательствам сторон он не имеет и присутсвовал вместе с ответчиком при подборе техники исключительно в своих личных целях, параллельно консультируя предпринимателя по техническим вопросам. Пояснил, что ответчик осуществлял подбор техники «в сборе», то есть предполагалось, что данная техника для доставки будет разобрана, а по месту доставки снова собрана.

Кроме того, исходя из выводов эксперта согласно представленному истцом заключению от 02.014.2021, стоимость одной единицы техники, указанная в заявке, в целом соответствует стоимости именно техники как единого механизма, а не запасных частей. Критические замечания ответчика относительно применения в расчетах техники с меньшей массой (до 20 тонн), в то время как сторонами согласована техника массой 22 тонны в целом на вывод эксперта не влияют и не являются существенными. При этом судом отмечено, что опровергая заключение эксперта, ответчик, во-первых, сам ссылается, что должен был поставить истцу именно технику, а не запчасти, а также не представил доказательств иной стоимости аналогичной техники, как и доказательств тому, что согласованная в спецификации цена соответствует стоимости запасных частей.

Указанные пояснения свидетелей согласуются с ранее установленными обстоятельствами и пояснениями, из которых следует, что заключая агентский договор, истец преследовал цель получить специализированную технику, а не запасные части к ней, и допускал, что данная техника может быть доставлена ему в разборе с условием о последующей ее сборке.

Более того, доводы ответчика об обратном не согласуются с его же собственными пояснениями и представленными доказательствами.

В частности, в своем отчете от 01.03.2020 об исполнении агентского договора предприниматель указывает, что осуществил выезд в город Шанхай и подбор спецтехники согласно приложению № 2, в том числе фронтальный погрузчик в количестве 2 штук и экскаватор в количестве 2 штук,

Здесь же ответчик указывает, что по его поручению его агентом (ООО «Восточная логистика») заключены договоры купли-продажи и приобретена необходимая спецтехника: 2 единицы экскаваторов общей стоимостью 173 000 долларов США (11 245 000 руб.); 2 единицы погрузчиков общей стоимостью 92 300 долларов США (5 999 500 руб.).

В материалы дела представлены копии указанных контрактов на покупку спецтехники, предметом которых (вопреки последующим утверждениям ответчика в направляемых истцу письмах) является конкретная техника, а не запасные части к ней. Аналогичным образом по актам приема-передачи от 10.10.2019 и от 12.10.2019 ООО «Восточная логистика» передало ИП ФИО2 2 единицы экскаваторов и 2 единицы погрузчиков, а не запасные части к ним.

В такой ситуации изменение предпринимателем в связи с возникшими между сторонами разногласиями своей правовой позиции относительно согласованных условий договора суд признает не отвечающим критериям добросовестности, установленным статьей 10 ГК РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в рамках агентского договора ответчик должен был поставить истцу именно спецтехнику в количестве единиц, указанных в Заявке № 2.

Относительно того, включено ли условие о доставке товара до Камчатского края в предмет исполнения договора, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 43 Постановления № 49, условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

По смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия (пункт 45 Постановления № 49).

Согласно пункту 1.1 заключенного сторонами агентского договора агент за вознаграждение обязуется совершать от своего имени и за счет/по поручению принципала фактические и юридические действия по приобретению и доставке товара, том числе: заключать и исполнять договоры на покупку товара, заключать и исполнять договоры на перевозку, транспортировку, перевалку, упаковку, складирование и хранение товара, совершать иные действия по поручению принципала.

договора, стороны установили, что размер вознаграждения агента включен в стоимость товара. Согласно пункту 6.1 договора размер вознаграждения определяется приложением к договору в соответствии со статьей 2 договора. В силу пункта 3.2.2 договора агент обязан согласовывать с принципалом все дополнительные расходы, связанные с выполнением им своих обязанностей по договору и не оформленные в поручении принципала.

То есть по смыслу согласованного сторонами предмета договора во взаимосвязи с согласованным порядком оплаты, агент должен был по поручению принципала осуществить комплекс необходимых юридических и фактических действий, связанных не только с приобретением, но и с доставкой товара. Причем в стоимость товара по соглашению сторон, включено вознаграждение агента (пункт 2.2.4) – данное условие договора опровергает довод ответчика о том, что вознаграждение сторонами не согласовано. Относительно расходов агента следует отметить, что поскольку оплата должна была производиться в срок, не превышающий 5 календарных дней со дня подписания договора (пункт 6.2), соответственно все расходы агента, которые подлежали оплате принципалом, стороны должны были обсудить на стадии заключения договора и оформления заявки принципала. В том случае, если стороны включили в поручение принципала расходы агента, такие расходы подлежали дополнительному согласованию (пункт 3.2.2).

Таким образом, суд находит убедительными доводы истца, что заключая агентский договор, он как принципал преследовал цель приобрести в собственность при содействии предпринимателя 4 единицы специализированной техники, уплатив за это денежную сумму, которая включала, в том числе, стоимость доставки до региона.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что проект договора составлен именно ответчиком, что предпринимателем не опровергнуто. Данные обстоятельства также подтвердил свидетель ФИО7, который лично передал проект договора от предпринимателя генеральному директору общества. Доводы ответчика о том, что в условия договора истцом внесены поправки, суд отклоняет, поскольку данные исправления согласно не оспоренным пояснениям истца не затрагивали предмет договора. Таким образом, все неясности договора, связанные с предметом его исполнения, подлежат толкованию в пользу истца (контрагента лица, подготовившего проект контракта).

Доводы ответчика о том, что для доставки стороны должны были заключить дополнительную заявку, документально не подтверждены и противоречат пункту 1.1 договора, который в объем подлежащих выполнению агентом фактических и юридических действий включает, в том числе, обязательство по доставке с заключением соответствующих договоров перевозки. При этом доказательств обращения ответчика к истцу за согласованием дополнительных расходов по перевозке товара в период действия договора (до получения отказа агента от исполнения договора) суду также не представлено.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что ответчик по условиям договора должен был приобрести для истца специализированную технику в количестве 4 единиц и доставить ее до Камчатского края с целью передачи истцу, однако фактически данные обязательства не исполнил, что повлекло отказ истца от агентского договора.

Как отмечено ранее в настоящем решении со ссылкой на статьи 453, 1102 ГК РФ, исходя из положенных в обоснование иска оснований, подлежащим установлению обстоятельством, имеющим существенное значение для рассмотрения требования истца о возврате неотработанной оплаты по договору, является факт неисполнения агентом порученных ему действий до момента реализации принципалом права на отказ от поручения.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела судом не установлено, а ответчиком не доказано в порядке статьи 65 АПК РФ, что в рамках агентского договора им выполнены в интересах истца порученные ему действия.

Судом не принимается во внимание ссылка ответчика на приобретение «запасных частей» для спецтехники и помещение их на хранение, при том, что в обоснование данного довода ответчиком представлены контракты на покупку именно техники, покупателем данной техники является непосредственно ответчик, права на технику переданы ответчику, но при этом сам ответчик утверждает, что приобрел для истца не технику, а запасные части к ней. В совокупности с письмами ответчика и выраженной им правовой позиции, он настаивает, что приобрел для истца запасные части и готов их передать. Но в то же время судом установлено, что истец заинтересован в получении конкретной указанной в спецификации техники, причем в ее получении на территории Камчатского края. Однако в таком виде, исходя из правовой позиции, которую занял ответчик, обязательство для истца им не исполнено (не закуплена требуемая специализированная техника, не доставлена на территорию региона, не передана принципалу) и не будет исполняться, поскольку предприниматель настаивает на том, что передаче истцу подлежат запасные части в городе Шанхай. При этом не ясно, о каких приобретенных запасных частях идет речь, с учетом содержания представленных самим же ответчиком договоров купли-продажи.

В связи с неисполнением основного обязательства, предусмотренного договором, какие-либо расходы ответчика, связанные с командировкой в Китай, также не могут быть отнесены на счет принципала, не получившего результат, на который были направлены его цели при заключении договора.

При этом суд отмечает необоснованность предъявления ответчиком к возмещению транспортных и гостиничных расходов на двух человек, с учетом того обстоятельства, что в ходе судебного разбирательства установлено, что вторым человеком, который выезжал в Китай вместе с ответчиком, являлся свидетель Ложечко, а сам свидетель Ложечко пояснил, что никакого отношения к исполнению ответчиком обязательств перед истцом по агентскому договору не имеет, работником ответчика не является, находился на спецплощадке вместе с ответчиком в своих интересах и параллельно консультировал предпринимателя по техническим вопросам.

Кроме того, суд обращает внимание, что до момента получения требования истца о направлении отчета и уведомления о расторжении договора, ответчик соответствующих отчетов истцу не направлял, договоры с субагентами не согласовывал и об их заключении принципала не информировал (пункт 3.1.2, 3.2.4), дополнительные расходы, сверх установленной спецификацией суммы, не согласовывал (пункт 3.2.2).

В ходе рассмотрения дела ответчик не представил относимых, допустимых и достоверных доказательств в подтверждение надлежащего исполнения договора, а все доводы ответчика, по сути, сводились к поиску недостатков в представленных истцом документах и основывались на недостатках заключенных сторонами соглашений.

Таким образом, ввиду отсутствия доказательств надлежащего исполнения договора (полностью или в части) до момента его одностороннего расторжения по инициативе принципала, а соответственно, доказательств предоставления истца равноценного встречного исполнения на сумму полученных денежных средств (17 250 000 руб.), все перечисленные обществом на счет предпринимателя являются для последнего неосновательным обогащением и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца на основании статей 453, 1102 ГК РФ.

При этом квалификация истца взыскиваемой суммы как убытки не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования, поскольку по смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд самостоятельно определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

В связи с удовлетворением исковых требований понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ подлежат возмещению ему за счет ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стимул» 17 250 000 руб. неосновательного обогащения и 109 250 руб. расходов по оплате государственной пошлины, а всего – 17 359 250 руб.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья О.А. Душенкина