Решение от 27 июля 2020 г. по делу № А50-30904/2019

Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Пермь

«27» июля 2020г. Дело № А50-30904/2019


Резолютивная часть решения объявлена 07.07.2020 года.

Полный текст решения изготовлен 27.07.2020 года.


Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Ю.А. Лаврова, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело по иску ООО «Твердъ» (617060, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.05.2016, ИНН: <***>)

к ответчику: ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТЕХНОЛОГИИ ЗАЩИТЫ МЕТАЛЛОВ" (614030 <...> ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 31.01.2018, ИНН: <***>)

о взыскании неосновательного обогащения, неустойки

третьи лица: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ "УРАЛЭНЕРГОСТРОЙ" в лице Пермского филиала (620062, <...>, А; 618740, <...>; ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 11.03.2003, ИНН: <***>)


В судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО2, доверенность №100 от 16.01.2020, диплом, паспорт, ФИО3, выписка из ЕГРЮЛ, паспорт;

от ответчика: ФИО4, доверенность, диплом, паспорт;

от третьего лица: извещены, не явились.



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Твердъ» (далее – истец, заказчик) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Технология защиты металлов» (далее – ответчик, исполнитель) о взыскании неосновательного обогащения в размере 3 623 700 руб. 00 коп., пени в размере 309 986 руб. 83 коп. (с учетом уточненного искового заявления, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 16.10.2019 исковое заявление принято к производству.

Ответчик с исковыми требованиями не согласен, представил отзыв на исковое заявление, в котором указывает, что в соответствии с разделом 6 договора №01/03/2018 обеспечение работ материалами и оборудованием производит истец. В договоре отсутствует условие о компенсации ответчиком стоимости пользования оборудованием, предоставленным истцом. Для выполнения работ на объекте истцом привлекались, помимо ответчика, другие подрядные организации. Не все оборудование и инструмент, указанные в письме от 11.03.2019 №727, используется при выполнении работ по антикоррозийной защите металлоконструкций. Значительная часть оборудования и инструмента использовалось при производстве кровельных работ, не предусмотренных договором №01/03/2018, а часть является расходными материалами. Истец не представил доказательств пользования ответчиком спорным имуществом, воспрепятствование ответчиком вывозу имущества с объекта. Вывоз имущества осуществляется по согласованию с ООО «ЕвроХим-Усольский калийный комбинат». Ответчик не пользовался услугами автовышки. Представленные документы свидетельствуют о том, что заказчиком по использованию автовышки являлся истец. Указание истца на нарушение ответчиком сроков выполнения работ не соответствует обстоятельствам дела. Представленный истцом график производства работ является приложением к другому договору №13/11/2017 от 13.11.2017. Актами о приемке выполненных работ №1, №4, №5 стороны подтвердили, что Исполнителем оказаны услуги полностью и в срок, а Заказчиком приняты в отсутствие претензий по объему, качеству и срокам оказания услуг. После получения от истца уведомления о расторжении договора, ответчик сообщил о несогласии с данным расторжением в связи с наличием у истца задолженности. Истцом неверно определен период начисления пеней с учетом подписанного акта от 16.11.2018 №4. (т.1 л.д.102-109).

В дополнениях к отзыву на исковое заявление от 18.02.2020 ответчик сообщил, что при заключении договора №01/03/2018 истец предлагал заключить договоры аренды имущества. Однако стороны договорились изложить условие о предоставлении оборудования на безвозмездной основе, указав его в пункте 6.1 договора. Перечень оборудования не являлся исчерпывающим. При этом, факт передачи спорного оборудования ответчику не доказан. У истца заключены договоры с другими субподрядными организациями на этом же объекте – ООО «Вершина», ООО «Монолит+», ИП ФИО5 Работы на объекте также выполнялись непосредственно самим истцом. Истец не оформлял документы об использовании спорного имущества субподрядными организациями. Договор между истцом и ответчиком на использование автомобиля ГАЗ 330232 (Фермер) не заключался. Так как промплощадка ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат» является режимным объектом, то для вывоза имущества необходимо оформлять соответствующие документы. Ответчик не мог повлиять на вывоз спорного имущества с объекта. После оформления разрешения истец вывез спорное имущество. Материалами проверки по заявлению в органы полиции не подтвержден факт удержания спорного имущества ответчиком. Расчет истца по использованию спецтехники (автовышки), содержащийся в справке об экономической нецелесообразности, не является основанием для возникновения у ответчика обязательств по оплате использования указанной спецтехники. Актов приема-передачи, соглашений о предоставлении транспортных услуг между истцом и ответчиком не оформлялось (т.2 л.д.30-36).

В дополнительном отзыве от 11.03.2020 (т.2 л.д.111-114) ответчик пояснил, что ФИО6 подписывал путевые листы как представитель истца в связи с отсутствием иных представителей истца на объекте, что подтверждается письмом ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат» от 27.02.2020 (т.2 л.д.115). Для выполнения работ по договору, заключенному между ответчиком и ООО «Управление строительства Пермской ГРЭС», ответчик арендовал оборудование, приобрел в собственность установку безвоздушного распыления, автотранспорт, контейнер, бытовки. Приложенный к исковому заявлению график производства СМР не отвечает принципу относимости. По условиям договора размер пени определяется от стоимости невыполненных работ. При этом истец произвел расчет пени от стоимости выполненных ответчиком работ.

В дополнении к отзыву на исковое заявление от 18.06.2020 ответчик также сообщает, что в заявлении о возбуждении уголовного дела истец указывал, что имущество похищено сотрудниками ООО «ЕвроХим -Усольский калийный комбинат». Согласно материалам проверки КУСП №19344 от 01.07.2019 намерение истца вывезти спорное имущество с объекта оформлено впервые 22.05.2019. Автомобиль, принадлежащий истцу, с апреля 2019 года находился на территории автосервиса. Справка №612-ст от 26.09.2019 Пермской ТПП о стоимости аренды спорного имущества составлена без обследования технического состояния имущества. Указанная стоимость в справке является завышенной. Договор №01/03/2018 расторгнут с 11.06.2019. При исполнении условий договора №01/03/2018 стороны руководствовались техническим заданием №317-1, которое одновременно является техническим заданием к договору №2.2.-30/21-008 от 02.02.2017, заключенному между истцом и ООО «Управление строительства Пермской ГРЭС» (далее – ООО «УС ПГРЭС»). Между истцом и ООО «УС ПГРЭС» также заключен договор №2.2.-30/23-004 от 02.02.2017 на монтаж ограждающих конструкций из профилированного нержавеющего листа, монтаж кровельного покрытия. По договору №2.2.-30/23-004 подписаны акты зачета встречных однородных требований, в том числе по услугам спецтехники (автовышки). Соответственно, расходы истца в размере 1 540 900 руб. относятся к выполнению истцом кровельных, а не антикоррозийных работ. Путевые листы подписаны работниками истца. Расходы на транспортные услуги, оказанные ИП ФИО7, истец предъявлял к оплате ООО «Вершина». Стенограмма телефонных переговоров не отвечает принципу относимости, так как невозможно определить предмет разговора. На момент указанных телефонных переговоров 12.12.2018 и 14.12.2018 отсутствовал спор о задолженности, о возврате спорного имущества, работы по договору №01/03/2018 продолжали выполняться ответчиком.

Аналогичные доводы изложены ответчиком в дополнительном отзыве от 06.07.2020.

Определением суда от 19.03.2020 привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Уралэнергострой» (далее – общество «Уралэнергострой»).

Общество «Уралэнергострой» представило отзыв на исковое заявление, в котором указывает, что является генеральным подрядчиком по строительству объектов ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат». Для реализации исполнения договоров привлечено ООО «Управление строительства Пермской ГРЭС». Для ввоза-вывоза имущества организаций на территорию ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат» необходимо оформление заявок, которые оформляются на основании заявок субподрядчиков. Использование субподрядчиками на объекте строительства собственного или арендованного имущества общество «Уралэнергострой» не контролировало. Информация о том, кто использовал спорное имущество, отсутствует (т.2 л.д.145).

На основании ходатайства истца суд приобщил к материалам дела аудиозапись телефонных переговоров.

В судебном заседании 09.12.2019 истец заявил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью Строительно-инвестиционная фирма «Кризол», так как данное лицо может сообщить сведения об обстоятельствах дела, подтвердить факт удержания имущества ответчиком.

Ответчик возражал против удовлетворения указанного ходатайства в связи с тем, что в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридический лиц основным видом деятельности ООО «СИФ «Кризол» является производство кровельных работ. При этом, спорное имущество предназначено для антикоррозийной обработки конструкций.

Суд отказал в удовлетворении ходатайства истца о привлечении ООО «СИФ «Кризол» к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, так как истец не обосновал каким образом, рассмотрение настоящего спора повлияет на права и обязанности данного лица. Суд предлагал истцу представить данное обоснование. Кроме того, на момент заключения договора аренды 01.04.2019 истец знал о том, что имущество находится на объекте ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат». Заключая договор аренды с ООО «СИФ «Кризол», истец обязан был предупредить арендатора об указанных обстоятельствах.

В судебных заседаниях истец заявил ходатайство о вызове в качестве свидетелей ФИО8 и ФИО9

Ответчик возражал против удовлетворения данного ходатайства.

В соответствии с частью 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

В части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку обстоятельства, подтверждающие факт нахождения спорного имущества у ответчика и позволяющие идентифицировать данное имущество, должны быть доказаны документально, свидетельские показания не могут являться допустимыми доказательствами (Определение Верховного Суда РФ от 08.07.2016 N 306-ЭС16-6462 по делу N А65-14557/2015).

На основании изложенного, суд отказал в удовлетворении ходатайства о вызове свидетелей.

В судебном заседании истец поддержал исковые требования, ответчик исковые требования не признал. Третье лицо явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило.

В соответствии с частью 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка третьего лица в арбитражный суд не препятствует рассмотрению спора по существу по имеющимся в деле документам.

В качестве правового обоснования иска истец указал статьи 330, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В качестве фактических обстоятельств истец отметил то, что 01.03.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Твердъ» (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Технология защиты металлов» (исполнитель) заключен договор оказания услуг №01/03/2018 (далее - договор №01/03/2018) (т.1 л.д.45-56), в соответствии с пунктом 1.1. которого Исполнитель обязуется выполнить антикоррозионные работы (зачистка и огрунтовка сварных швов и болтовых соединений) на объекте: ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат», а Заказчик - принять и оплатить их результат. Работы выполняются в соответствии с техническим заданием (Приложение №1 к настоящему договору) и рабочей документацией (Приложение №7).

В соответствии с пунктом 1.3. договора №01/03/2018 заказчик возлагает на себя обязанность обеспечить Исполнителя всем необходимым окрасочным оборудованием и расходными материалами для выполнения работ.

В пункте 2.1. договора №01/03/2018 указано, что работы, предусмотренные настоящим договором, выполняются Исполнителем в соответствии с Графиком производства строительно-монтажных работ (Приложение №5 к настоящему договору).

Стоимость работ определяется на основании Ведомости договорной цены - Приложение №2, являющейся неотъемлемой частью Договора. Стоимость работ, не включает в себя расходы Заказчика, понесенные им в связи с организацией рабочих мест на производстве работ, расходы по перевозке, перебазировке и т.д., а также работы, выполняемые Исполнителем по проектам производства работ. Стоимость работ является предельной суммой затрат на весь срок выполнения работ (пункт 3.1. договора №01/03/2018).

На основании пункта 4.2. договора №01/03/2018 Исполнитель обязан предоставить Заказчику График производства работ с ресурсами и выполнением в денежном выражении, (Приложение №10 к настоящему договору), в течение 15 (пятнадцати) рабочих дней с момента подписания договора.

Согласно пункту 6.1. договора №01/03/2018 обеспечение работ материалами и оборудованием производит Заказчик, в том числе: Лакокрасочные материалы; Растворители и разбавители; абразивный порошок, песок; оборудование для пескоструйной обработки металлов покрасочное оборудование.

При передаче давальческих материалов Заказчик оформляет следующие документы: Требование-накладная по форме 20-ПП01-01/22 (М-11), Акт о приемке-передаче материалов. Данные документы подписываются материально-ответственными лицами сторон договора (пункт 6.5. договора №01/03/2018).

В пункте 6.15 договора №01/03/2018 стороны согласовали, что материалы (за исключением давальческих, указанных в п.6.1 настоящего Договора), передаваемые Заказчиком Исполнителю, оформляются куплей-продажей по товарной накладной формы ТОРГ-12.

В соответствии с пунктом 7.1. договора №01/03/2018 результат работ считается сданным исполнителем и принятым заказчиком после подписания заказчиком акта-приёмки выполненных работ.

На основании пункта 12.2. договора №01/03/2018 заказчик вправе в любой момент в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения настоящего договора путем направления исполнителю письменного уведомления о таком отказе с возмещением документально подтвержденных и согласованных с заказчиком фактически понесенных расходов по фактически выполненным работам. При этом договор считается расторгнутым с момента получения исполнителем такого отказа (пункт 12.4. договора №01/03/2018).

Стороны подписали дополнительные условия по пропускному и внутриобъектовому режиму (Приложение №3 к договору №01/03/2018).

Согласно пункту 1.7. Дополнительных условий по безопасному ведению работ и охране окружающей среды (Приложение №3 к договору №01/03/2018) субподрядчик обязан на устанавливаемых мобильных зданиях, блок контейнерах, строительных бытовках разместить идентификационные таблички (т.1 л.д.60).

В материалы дела представлен график производства СМР, подписанный истцом и ответчиком, согласно которому работы выполняются в период с 01.03.2018 по 25.05.2018. При этом в графике неверно указаны номер и дата договора (т.1 л.д.69).

В ведомости договорной цены, подписанной сторонами, указаны виды работ: очистка поверхности щетками, обеспыливание поверхности, обезжиривание поверхностей, антикоррозийная защита монтажных стыков. Указана цена работ за 1 кв.м. в размере 855 руб. 50 коп. При этом объемы работ не указаны (т.1 л.д.70).

Стороны пояснили, что при выполнении работ руководствовались техническим заданием №317-1 к договору строительного субподряда №2.2-30/21-008 от 02.02.2017 (т.1 л.д.71-76).

08.06.2018 между ООО «УС ПГРЭС» и истцом подписан акт №1160 на услуги автогидроподъемника АГП 45м стоимостью 132 000 руб. 00 коп. (т.1. л.д.42).

09.06.2018 между ООО «УС ПГРЭС» и истцом подписан акт №1151 на услуги автогидроподъемника АГП 45м стоимостью 69 300 руб. 00 коп. (т.1. л.д.39).

24.06.2018 между ООО «УС ПГРЭС» и истцом подписан акт №1290 на услуги автогидроподъемника АГП 45м стоимостью 188 100 руб. 00 коп. (т.1. л.д.36).

30.06.2018 ООО «УС ПГРЭС» подписало акт №1291 на услуги автовышки 45 м. стоимостью 311 400 руб. 00 коп. (т.1. л.д.32). Представленный в материалы дела акт истцом не подписан.

07.07.2018 составлен акт №1405 на услуги автовышки 45 м. стоимостью 300 300 руб. 00 коп. (т.1 л.д.29). Представленный в материалы дела акт не подписан со стороны ООО «УС ПГРЭС» и истца.

12.09.2018 между ООО «УС ПГРЭС» и истцом подписан акт №1647 на услуги автовышки 45 м. стоимостью 167 700 руб. 00 коп. (т.1. л.д.27).

Между ИП ФИО10 и представителями ООО «Твердь» ФИО6, ФИО11, ФИО12 подписаны путевые листы (т.1 л.д.25, 26, 30, 31, 33-35, 37, 38, 41).

В счетах на оплату №453 от 24.08.2018, №3 от 14.01.2019 ООО «УС ПГРЭС» предъявило к оплате истцу транспортные услуги АГП 45 и АГП 28 (т.1 л.д.24, 28).

16.11.2018 стороны подписали акт №4 по антикоррозийной обработке стыков на сумму 1 250 000 руб. 00 коп. (т.1 л.д.112).

29.12.2018 стороны подписали акт №5 по антикоррозийной обработке стыков на сумму 4 780 000 руб. 00 коп. (т.1 л.д.113).

10.01.2019 стороны подписали акт №1 по антикоррозийной обработке металлоконструкций на сумму 1 332 013 руб. 50 коп. (т.1 л.д.114).

11.03.2019 в письме №727 истец предложил ответчику передать имущество (оборудование и инструмент) в исправном состоянии согласно ведомости, прилагаемой к письму, и оплатить стоимость пользования имуществом. В ведомости указано 36 наименований имущества (т.1. л.д.85-88).

В ответе на письмо №727 ответчик сообщил истцу о том, что договор не расторгнут. Факт владения имуществом подлежит подтверждению. Требование о возврате имущества не подлежит удовлетворению. Основания для внесения арендной платы отсутствуют (т.1 л.д.115-117).

Ответчик пояснил, что 22.05.2019 ООО «Управляющая компания «Уралэнергострой» направило в адрес ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат» письмо-заявку №32-11/1426 о вывозе 23.05.2019 истцом спорного имущества с объекта.

05.06.2019 в письме №4/2348 ООО «УС ПГРЭС» сообщило истцу о том, что работы по антикоррозийной защите металлоконструкций завершит ответчик в счет средств гарантийных удержаний ООО «Твердъ» (т.1 л.д.127).

09.06.2019 истец направил в адрес ответчика письмо от 06.05.2019 №742, уведомив об одностороннем отказе от исполнения договора №01/03/2018 с 06.06.2019, потребовал вернуть денежные средства, уплаченные в качестве аванса, рабочую документацию, оборудование и расходные материалы в течение 5 рабочих дней с момента получения письма. Согласно отчету об отслеживании отправления, данное письмо получено ответчиком 13.06.2019 (т.1 л.д.118, 119).

В ответ на письмо №742 ответчик сообщил истцу о том, что не произведена в полном объеме оплата расходов за фактически выполненные работы по договору, задолженность составляет 639 013 руб. 50 коп. (т.1 л.д.120, 121).

16.07.2019 на основании письма №32-11/2167 ООО «Управляющая компания «Уралэнергострой» истец вывез с объекта ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат» спорное имущество (т.1 л.д.129).

16.08.2019 истец направил в адрес ответчика претензию №1 с требованием уплатить неосновательное обогащение в размере 3 657 700 руб., пени в размере 309 986 руб. 83 коп. (т.1 л.д.15, 16).

26.08.2019 в ответе на претензию №1 ответчик отказал в удовлетворении предъявленных требований (т.1 л.д.18-21).

26.09.2019 истец получил справку №612-ст Пермской торгово-промышленной платы, согласно которой рыночная стоимость аренды перечисленного имущества по состоянию на март 2019 года составляет 16 400 руб. за сутки (т.1 л.д.83, 84).

Истец представил в материалы дела Справку об экономической нецелесообразности предоставления АГП 28 и АГП 45 для работ, выполняемых ответчиком, согласно которой данные работы выполнялись как сопутствующие, как поддержка репутации на объекте (т.1 л.д.130).

Истец также представил акты выполненных работ (услуг) на перевозку сотрудников (т.1 л.д.138-146).

Ответчик по запросу истца представил договор строительного субподряда №2.2.-30/24-017 от 21.02.2018, заключенный с ООО «УС ПГРЭС» (подрядчик), на основании которого ответчик (субподрядчик) выполнял, в том числе, работы по антикоррозийной защите. В соответствии с пунктом 6.1 указанного договора обеспечение работ материалами и оборудованием производит субподрядчик по согласованной цене с подрядчиком, за исключением давальческих материалов и оборудования, представляемых заказчиком или подрядчиком (т.2 л.д.57-66).

Кроме того, в письменных пояснениях истец сообщил суду, что сроки выполнения работ ответчиком нарушены. Ответчик с января 2019 года уклонялся от исполнения обязательств. В связи с нарушением сроков выполнения работ с ответчика подлежит взысканию неустойка. Истец передал ответчику спорное имущество для выполнения работ по договору №01/03/2018. Спорное имущество удерживалось ответчиком без каких-либо оснований. Ответчик препятствовал возврату спорного имущества, в том числе не передал данное имущество ООО «СИФ «Кризол» (арендатор имущества). В связи с чем, у ответчика возникло неосновательное обогащение. По мнению истца, ответчик злоупотребляет своим правом. Автокран не является оборудованием для антикоррозийной обработки, услуги спецтехники подлежат оплате. Исходя из стоимости за единицу выполнения услуги следует, что в стоимость работ ответчика включены затраты на услуги спецтехники. Передачу имущества по договору подряда нельзя трактовать как передачу в безвозмездное пользование (т.1 л.д.131-137).

В дополнительных пояснениях от 27.01.2020 истец указывает, что заключение договора между ответчиком и ООО «УС ПГРЭС» подтверждает использование ответчиком спорного имущества. Использование имущества для целей, не предусмотренных договором №01/03/2018, свидетельствует о неосновательном обогащении на стороне ответчика. Односторонний отказ от исполнения договора №01/03/2018 связан с нарушением ответчиком сроков выполнения работ (т.2 л.д.26-29).

В пояснениях от 13.03.2020 истец дополнительно сообщил, из материалов уголовного дела КУСП №19344 от 01.07.2019 следует, что руководитель проекта ООО «УралСтройЭнерго» ФИО13 подтвердил использование ответчиком спорного имущества. Истец уточнил исковые требования в связи с использованием ответчиком спорного имущества в период с 11.03.2019 по 16.07.2019. В части использования спецтехники истец пояснил, что в квитанциях расписывались работники ответчика ФИО6, ФИО12 и иные работники. Фактически заказчиком услуг спецтехники являлся ответчик, выгоду от использования данной спецтехники извлек ответчик. В пояснениях истец поддерживает ранее заявленные требования о взыскании пени (т.2 л.д.119-121).

В пояснениях от 17.03.2020 истец дополнительно пояснил, что стоимость работ по договору, заключенному между истцом и ООО «УС ПГРЭС», не включает расходы на аренду спецтехники. Договор №01/03/2018 основывается на указанном договоре. Истец представил расчет неосновательного обогащения за пользование спецтехникой (АГП, автовышка). К пояснениям приложены акты зачета взаимных задолженностей, в соответствии с которыми погашена задолженность истца перед ООО «УС ПГРЭС» на сумму 1 151 500 руб. 00 коп. (в части использования спецтехники). Истец также приложил к пояснениям письмо ФИО14 (т.2 л.д.136, 137).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с исковым заявлением о взыскании с ответчика неосновательного обогащения, пени.

Исследовав и оценив в совокупности в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), представленные доказательства, пояснения истца, ответчика, третьего лица арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Правоотношения сторон по данному спору регулируются нормами, предусмотренными в Главе 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно п. 1 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В силу ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Судом установлено, что между истцом и ответчиком заключен договор №01/03/2018 на выполнение работ по антикоррозийной обработке конструкций на объекте: ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат». Данный договор является договором подряда, так как предметом договора предусматривается выполнение исполнителем работ с передачей результата работ заказчику.

Стороны подписали график производства СМР, в котором неверно указаны дата и номер договора. Иные договоры по антикоррозийной обработке конструкций на объекте стороны не подписаны. Суд считает, что при составлении графика производства работ сторонами допущена опечатка. В связи с чем, довод ответчика о том, что данный график не является частью договора №01/03/2018, судом отклоняется.

В соответствии с пунктом 6.1. договора обеспечение производства работ оборудованием для пескоструйной обработки металлов, покрасочным оборудованием осуществляет заказчик.

С учетом того, что явно выраженный отказ истца от исполнения договора №01/03/2018 содержится в письме от 06.05.2019 №742, договор считается расторгнутым с 13.06.2019 (дата получения письма ответчиком). Направление ответчиком истцу письма от 18.02.2020 о согласии на расторжение договора №01/03/2018 (т.2 л.д.102) не имеет правового значения, так как данный договор уже расторгнут.

Истец предъявил требование о взыскании с ответчика неосновательного обогащения, в связи использованием ответчиком спорного имущества для выполнения работ по договору, заключенному с ООО «УС ПГРЭС», а также в связи удержанием данного имущества без установленных законом и договором оснований. Кроме того, истец считает, что у ответчика возникло неосновательное обогащение в связи с использованием за счет средств истца спецтехники (автотехника, АГП).

В силу статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Из смысла приведенной нормы следует, что право на взыскание неосновательного обогащения имеет только то лицо, за счет которого ответчик приобрел имущество без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Из приведенных норм материального права следует, что приобретенное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего.

Основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Следовательно, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика (Постановление Президиума ВАС РФ от 29.01.2013 N 11524/12 по делу N А51-15943/2011).

Факт принадлежности спорного имущества истцу ответчиком не оспаривается. Часть спорного имущества передано истцу индивидуальным предпринимателем ФИО3 по договору аренды оборудования №01/2018 от 01.01.2018 (компрессор воздушный CPS 350-10, инв. №196; окрасочный аппарат Graco Mark V, инв. №190, в комплекте с окрасочными шлангами; окрасочный аппарат Graco XTreme X70, инв. №150, со шлангами и пистолетом; дробеструйная установка DBS-100, инв. №065; вагон бытовка инв. №189, №190; контейнер 3 тн., инв. №080; вышка-тура, Радиан, инв. №168; толщиномер Константа К5, инв. №119) (т.2 л.д.46, 47).

Факт передачи спорного имущества ответчику в пользование, а также использование ответчиком данного имущества не подтвержден документально. Нет доказательств возврата спорного имущества истцу ответчиком.

К пояснениям ФИО14, представленным истцом, суд относится критически, так как данное лицо работало у истца кровельщиком, при этом спорное имущество предназначено для антикоррозийной обработки металлических конструкций. Данное доказательство не является допустимым. Кроме того, ФИО14 не предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложных показаний в порядке статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Кроме того, суд соглашается с доводом ответчика о том, что часть имущества (микроволновая печь, пила циркулярная, бытовки) не могло непосредственно использоваться при выполнении ответчиком работ по антикоррозийной обработке металла. При этом, довод ответчика о том, что истец выполнял на объекте и иные работы истцом не оспорен.

Факт наличия у ответчика собственного и арендованного имущества, автотранспорта, необходимого для выполнения работ, подтверждается представленными в материалы дела договором аренды оборудования №141/01 от 14.01.2019, договором поставки №2905-19 от 29.05.2019, договором купли-продажи контейнера №424 от 10.06.2019, паспортами транспортных средств (т.2 л.д.67-89). Данные договоры не признаны недействительными. Довод истца о том, что договоры составлены позднее, указанной в них даты, не подтвержден.

Договор №2.2.-30/24-017 от 21.02.2018, заключенный между ответчиком и ООО «УС ПГРЭС», предусматривает использование материалов и оборудования ответчика и ООО «УС ПГРЭС». Таким образом, условия данного договора не подтверждают использование ответчиком оборудования истца.

Из пояснений ответчика следует, что после того, как спорное имущество было вывезено истцом с объекта ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат», ответчик продолжил выполнять работы по антикоррозийной защите конструкций. Данное обстоятельство подтверждает нахождение оборудования, принадлежащего ответчику, на объекте.

Довод истца о том, что использование ответчиком спорного имущества подтверждается материалами уголовного дела КУСП №19344 от 01.07.2019, в частности показаниями ФИО13, являющегося руководителем проекта ООО «УралСтройЭнерго» (правильное наименование - общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Уралэнергострой») судом отклоняется, так как противоречит представленному третьим лицом отзыву на исковое заявление, согласно которому использование субподрядчиками на объекте строительства собственного или арендованного имущества общество «Уралэнергострой» не контролировало. Информация о том, кто использовал спорное имущество, у третьего лица отсутствует. В письме от 18.07.2019 отдела МВД России по Березниковскому городскому округу указано, что автомобиль ГАЗ 330232 г/н <***> регион с апреля 2019 находится на территории автосервиса по адресу: <...>. В заявлении о возбуждении уголовного дела истец указал, что сотрудники ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат» не допускают его к спорному имуществу, не разрешают вывоз с объекта. 14.06.2019 истец обратился с жалобой к ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат» о том, что его сотрудники препятствуют вывозу спорного имущества по причине выявленных замечаний к работам, выполненным по договору субподряда. Указанные обстоятельства подтверждают, что ответчик не удерживал спорное имущество. Иные документы также не содержат доказательств, подтверждающих использование и удержание ответчиком спорного имущества.

Суд соглашается с доводом ответчика о том, что представленная истцом аудиозапись телефонных переговоров не свидетельствует об использовании ответчиком спорного имущества и об его удержании, так как на момент указанных телефонных переговоров 12.12.2018 и 14.12.2018 отсутствовал спор о возврате имущества. В данный период ответчик продолжал выполнять по договору №01/03/2018 работы, стороны подписали 29.12.2018 и 10.01.2019 акт о приемке выполненных работ. Из телефонных переговоров невозможно идентифицировать имущество.

Также заслуживает внимание тот факт, что на объекте выполняли работы помимо ответчика и иные субподрядные организации, привлеченные истцом, в том числе ООО «Вершина» (договор оказания услуг №01/06/2018 от 01.06.2018 на выполнение антикоррозийных работ на объекте).

Иные доказательства, подтверждающие использование и удержание ответчиком спорного имущества, в материалы дела не представлены.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ) (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

В связи с тем, что в пункте 6.1. договора №01/03/2018 не указано, что заказчик обязан передать и иное оборудование, спецтехнику, суд соглашается с доводом истца о том, что спецтехника (АГП, автовышка) не относится к оборудованию, указанному в пункте 6.1. договора №01/03/2018.

При этом, на истце лежит бремя доказывания того, что ответчик пользовался услугами спецтехники за счет средств истца.

Представленные в материалы дела документы об использовании спецтехники подписаны от имени истца ФИО6, ФИО11, ФИО12 (т.1 л.д.25, 26, 30, 31, 33-35, 37, 38, 41).

В представленных в материалы дела письмах-заявках общества «Уралэнергострой» от 12.04.2018 №32-19/2188, от 20.07.2018 №32-19/3820 и в прилагаемых к ним списках работников указано, что ФИО11 и ФИО12 являются работниками истца.

Ответчик представил справки о том, что ФИО11 и ФИО12 не являлись работниками ответчика в спорный период.

В письме от 27.02.2020 ООО «ЕвроХим - Усольский калийный комбинат» сообщило, что выдавало пропуск ФИО6 на период с 20.09.2018 по 31.01.2019 по заявке №32-18/4599 от 19.09.2018 как мастеру АКЗ субподрядной организации ООО «Твердь» (подрядчик ООО «УК «Уралэнергострой») (т.2 л.д.115).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Отсутствуют доказательства того, что указанные лица представляли интересы ответчика при выполнении работ по договору №01/03/2018, являлись его работниками.

Доказательства направления ответчиком в адрес истца заявок на оказание услуг спецтехники не переданы суду.

Также не представлены доказательства выполнения ответчиком работ по антикоррозийной защите конструкций 06.06.2018 - 09.06.2018, 20.06.2018 – 30.06.2018, 01.07.2018, 02.07.2018, 04.07.2018, 06.07.2018 - 09.07.2018, 08.01.2019, 09.01.2019, 11.01.2019 – 13.01.2019 с использованием спецтехники.

Суд обращает внимание на то, что акт №1 подписан 10.01.2019. Из пояснений сторон следует, что после подписания данного акта работы по договору №01/03/2018 ответчиком не выполнялись. При этом, истцом представлены документы об использовании спецтехники после 10.01.2019 (документы подписаны ФИО6).

Довод ответчика о том, что зачет встречных однородных требований произведен между истцом и ООО «УС ПГРЭС» только в рамках договора №2.2.-30/23-004, судом отклоняется, так как в строке «перепредъявление услуг» в актах зачета взаимных задолженностей №463 от 31.07.2018, №584 от 30.09.2018, №35 от 31.01.2019 не указан данный номер договора.

Справка об экономической нецелесообразности предоставления АГП 28 и АГП 45 для работ ООО «ТЗМ» не свидетельствует об обязанности ответчика нести расходы на оплату услуг спецтехники, так как истец самостоятельно несет риск неблагоприятных финансовых последствий в результате осуществления им предпринимательской деятельности (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). В справке истец указывает, что данные работы выполнялись как сопутствующие, как поддержка репутации истца, что также не свидетельствует возложении на иных лиц обязательств по оплате этих работ.

Доказательства, подтверждающие недобросовестное поведение ответчика, истец не представил.

Иные обстоятельства, указанные истцом, также не подтверждают возникновение у ответчика неосновательного обогащения.

На основании изложенного требования истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения удовлетворению не подлежат.

Истцом предъявлено требование о взыскании с ответчика пени в размере 309 986 руб. 83 коп. (53 500 руб. 00 коп. (по акту №14 от 16.11.2018) + 256 486 руб. 83 коп. (по акту №15 от 29.12.2018)) за период с 26.05.2018 по 29.12.2018.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

В силу пункта 9.3. договора №01/03/2018 в случае нарушения Исполнителем сроков выполнения работ и сроков устранения недостатков. Исполнитель уплачивает Заказчику пени в следующем порядке: в размере 1/300 ставки рефинансирования Байка России от цены невыполненных работ по расчету договорной цены (смете), за каждый день просрочки.

В соответствии с пунктом 1.1. договора №01/03/2018 работы выполняются в соответствии с техническим заданием (приложение №1) и рабочей документацией (Приложение №7). При этом стоимость работ определяется в соответствии с Ведомостью договорной цены (Приложение №2) (пункт 3.1. договора №01/03/2018).

В ведомости договорной цены отсутствуют объемы подлежащих выполнению работ в согласованные сроки. С учетом того, что часть работ по антикоррозийной защите выполняли и иные лица, определить общую стоимость работ по договору №01/03/2018 и, соответственно, стоимость невыполненных ответчиком работ в согласованные сроки, невозможно.

Суд соглашается с доводом ответчика о том, что начисление неустойки на стоимость выполненных работ, противоречит условиям договора №01/03/2018. Кроме того, в актах о приемке выполненных работ №1, №4, №5 стороны подтвердили, что ответчиком оказаны услуги полностью и в срок, а истцом приняты в отсутствие претензий по объему, качеству и срокам оказания услуг.

На основании изложенного требование истца о взыскании с ответчика пени удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации истцу подлежит возврату из федерального бюджета излишне уплаченная государственная пошлина в размере 170 руб. 00 коп., уплаченная по платежному поручению №53 от 30.09.2019 (т.1 л.д.14).

Руководствуясь ст.ст.110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края



Р Е Ш И Л:

1.В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Твердъ» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) отказать.

2.Вернуть обществу с ограниченной ответственностью «Твердъ» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в размере 170 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.


Судья Ю.А. Лавров