Решение от 9 октября 2019 г. по делу № А76-2353/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

________________________________________________________________________________________________________

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-2353/2019
09 октября 2019 года
г. Челябинск


Резолютивная часть решения объявлена 02 октября 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 09 октября 2019 года.

Судья Арбитражного суда Челябинской области Скрыль С.М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

ФИО2, г. Екатеринбург,

к обществу с ограниченной ответственностью «Грань», г. Верхний Уфалей Челябинской области, ОГРН <***>

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, г. Екатеринбург, ФИО10, г. Екатеринбург, ФИО4, финансового управляющего ФИО5

о взыскании 27 766 000 руб. 00 коп.,

в судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО6 – представитель, действующий на основании доверенности от 02.04.2019, личность установлена удостоверением адвоката,

от ФИО3: Помазан И.А. – представитель, действующий на основании доверенности от 20.08.2018, личность удостоверена паспортом,

от ФИО4: ФИО7 – представитель, действующий на основании доверенности от 03.08.2019, личность удостоверена паспортом,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, г. Екатеринбург, (далее – истец, ФИО2), обратился в Арбитражный суд Челябинской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Грань», г. Верхний Уфалей (далее – ответчик, ООО «Грань»), о взыскании неосновательного обогащения в сумме 27 766 000 руб. 00 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.06.2017 по 29.01.2019 в сумме 3 635 254 руб. 29 коп., с начислением процентов до момента фактического исполнения денежного обязательства.

В обоснование своих требований, со ссылкой на статьи 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом приведены доводы о том, что поскольку договор от 13.07.2016 купли-продажи 49% доли в уставном капитале ООО «Грань», заключенный между ФИО2 и ФИО8 признан решением суда по делу № А76-23492/2017 недействительной сделкой, то ФИО2 не стал участником ООО «Грань». Следовательно, вложение ФИО2 денежных средств в сумме 27 766 000 руб. 00 коп. в производственную деятельность общества не имеет под собой правовых оснований и является неосновательным обогащением на стороне ответчика за счет истца. По мнению истца, неосновательное обогащение подлежит взысканию с ответчика с начислением процентов за пользование чужими денежными средствами.

Ответчик представил суду письменный отзыв, высказал возражения против иска (т.1, л.д. 49-50, 70-74). Возражая против иска, ответчик ссылается на то, что прекращение статуса участника общества на влечет какой-либо обязанности ответчика перед ФИО2 Внесенный ФИО2 вклад в производственную деятельность ООО «Грань» является безвозвратным и не подлежит возврату истцу. Ответчик при этом ссылается на положения статьи 27 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью). Кроме того, ответчик ссылается на недобросовестное поведение истца злоупотребление правом, которое выразилось, как полагает ответчик, в том, что судом, в рамках дела № А76-23492/2017 была установлена недобросовестность ФИО2 при заключении сделки купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Грань». В сложившейся ситуации ответчик утверждает, что действует принцип эстоппеля и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению).

Третье лицо ФИО3 представила в материалы дела письменное мнение, полагает требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению. ФИО3 полагает, что вклад вносился истцом тогда, когда он считал себя участником общества, однако, сделка купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Грань» признана судом недействительной, следовательно, ФИО2 (как указано в судебных актах) не стал участником общества и передача денежных средств обществу не имеет под собой правовых оснований.

Треть лицо ФИО4 также представила суду письменное мнение, в котором поддерживает позицию ответчика и полагает, что иск удовлетворению не подлежит (т.2, л.д. 15-18). Третье лицо ссылается на то, что судами установлена недобросовестность ФИО2 при заключении сделки купли-продажи доли.

Ответчик не направили в судебное заседание своих представителей, однако в материалах дела имеется отзыв, представители ответчика участвовали в предыдущих судебных заседаниях.

В процессе рассмотрения спора по существу в ООО «Грань» произошла смена единоличного исполнительного органа – директора. В настоящее время из Выписки из Единого государственного реестра следует, что директором является ФИО9, сменивший на этом посту ФИО10

Вновь назначенный директор отозвал доверенности на представителей общества, выданные прежним директором, между тем иных представителей, в судебное заседание не направил (т.2, л.д. 1, 7). Иного отзыва материалы дела также не содержат.

Таким образом, суд исходит из тех позиций сторон, которые представлены в материалы дела на момент вынесения решения.

Третьи лица ФИО10, ФИО5 (финансовый управляющий в рамках дела о банкротстве №А60-34944/2018 ФИО10 и ФИО4) в судебное заседание не явились, своих представителей не направили. Однако материалы дела содержат потовые уведомления от названных третьих лиц, которые позволяют сделать вывод о надлежащем извещении о начавшемся процессе и непосредственно времени и месте настоящего судебного заседания (т.2, л.д. 62-65).

В соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Таким образом, учитывая изложенные выше обстоятельства, принимая во внимание положения части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о том, что участники процесса самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела и несут соответствующие риски наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению такой информации, суд полагает извещение всех участвующих в деле лиц надлежащим.

Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, не препятствует рассмотрению дела по существу в их отсутствие (часть 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 06.07.2017 ФИО2 и ФИО10 заключили соглашение, согласно которому ФИО10 подтверждает, что получил от ФИО2 в период с 01.05.2016 по 01.06.2017 денежные средства в общей сумме 27 766 000 руб. с целью вложения в производственную деятельность ООО «Грань», действуя как единоличный исполнительный орган предприятия (пункт 1 соглашения) (т.1, л.д. 8).

Согласно пункту 2 соглашения от 06.07.2017, ФИО10 обязан ежемесячно до 15-го числа месяца, следующего за отчетным, предоставлять ФИО2 данные и документы, подтверждающие текущее расходование денежных средств, указанных в пункте 1 соглашения.

В случае невыполнения в установленный срок условий, предусмотренных пунктом 2 соглашения от 06.07.2017, ФИО2 вправе потребовать, а ФИО10 обязан вернуть разницу между суммой денежных средств, переданных по соглашению в соответствии с пунктом 1, и общей суммой израсходованных денежных средств, по которым предоставлялась отчетность, в течение пяти банковских дней с момента выставления соответствующего требования (пункт 3 соглашения).

ФИО10 обязуется вкладывать в производственную деятельность предприятия равную сумму вложений ФИО2, указанную в пункте 1 настоящего соглашения, и вправе требовать от ФИО2 по окончании отчетного периода, предусмотренного пунктом 2 соглашения от 06.07.2017, вернуть ему 50% от суммы, переплаченной ФИО10 на деятельность ООО «Грань»

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 26.12.2017 по делу №А76-23492/2017, вступившим в законную силу 25.05.2018, удовлетворены исковые требования ФИО3 к ФИО2, ФИО10, суд признал недействительной сделкой - договор купли-продажи доли в ООО «Грань» в размере 49% от 13.07.2016, заключенный ФИО2 и ФИО10; расписку - соглашение без даты и номера к договору купли-продажи доли в ООО «Грань» в размере 49% от 13.07.2016, заключенную ФИО2 и ФИО10; применил последствия недействительности сделки, восстановив долю ФИО10 в уставном капитале ООО «Грань» в размере 100% и взыскав с ФИО10 в пользу ФИО2 147 249 055 руб. (т.1, л.д. 9-18).

Указанным решением установлено, что оформленная в нотариальном порядке с согласия супруги ФИО2 ФИО3 сделка по реализации ФИО10 ФИО2 49% доли в ООО «Грань» за 74 235 руб. прикрывала собой сделку отчуждения доли уставного капитала общества по иной цене - за 147 200 000 руб. и, следовательно, являлась притворной (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В дальнейшем, ФИО3, обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с иском к ФИО2 и ФИО10 о признании недействительной сделкой - соглашения от 06.07.2017 о передаче ФИО2 единоличному исполнительному органу ООО «Грань», ФИО10 денежных средств в сумме 27 766 000 руб. с целью вложения в производственную деятельность ООО «Грань» и применении последствий недействительной сделки. Возбуждено производство по делу А76-13260/2018.

Решением от 01.10.2018 по названному выше делу исковые требования удовлетворены, соглашение от 06.07.2017, заключенное между ФИО2 и ФИО10 о передаче денежных средств в сумме 27 766 000 руб., признано недействительной сделкой

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд не согласился с выводами, сделанными в названном выше решении. Постановлением от 10.12.2018, решение суда первой инстанции от 01.10.2018 по делу А76-13260/2018 отменено. ФИО3 отказано в иске о признании недействительной сделкой соглашения от 06.07.2017.

При этом судом апелляционной инстанции установлено, что соглашение от 06.07.2017 является подтверждением факта осуществлением ФИО2 вклада в имущество ООО «Грань» в порядке, предусмотренном статьей 27 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в размере 27 766 000 руб., и является документом, подтверждающим факт получения ООО «Грань» в лице директора ФИО10 денежных средств в качестве вклада в имущество общества.

В силу пункта 1 статьи 27 Закона об обществах с ограниченной ответственностью участники общества обязаны, если это предусмотрено уставом общества, по решению общего собрания участников общества вносить вклады в имущество общества. Такая обязанность участников общества может быть предусмотрена уставом общества при учреждении общества или путем внесения в устав общества изменений по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно.

Вклады в имущество общества не являются вкладами в уставный капитал общества и не изменяют размер и номинальную стоимость долей участников в уставном капитале общества (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Исходя из правовой природы вклада участника в имущество общества, правоотношения по внесению вклада возникают между участником и обществом; соглашение участников лишь определяет порядок, способ, размер, сроки и другие условия внесения вкладов; целью такого вклада является развитие хозяйственной деятельности общества, что предполагает последующее увеличение действительной стоимости доли в уставном капитале, распределение прибыли по итогам деятельности, вклады не изменяют размер и номинальную стоимость долей участников общества в его уставном капитале.

При рассмотрении дел №А76-23492/2017 и № А76-13260/2018 судами установлено, что ФИО10 и ФИО2 имели длительные дружественные отношения, занимаясь предпринимательской деятельностью в сфере ювелирного бизнеса. ФИО2 и ФИО10 приняли решение о совместном ведении бизнеса в ООО «Грань», которому была выдана лицензия на пользование недрами (добычу демантодоида), вносили денежные средства на производство данного бизнеса. Внесение денежных средств ФИО2 и ФИО10 оформили соглашением от 06.07.2017.

ФИО2, со своей стороны, 13.07.2016 заключил договор по приобретению у ФИО10 доли в уставном капитале в размере 49% по цене 147 200 000 руб., что свидетельствует о его явном намерении участвовать в управлении данным обществом, в его деятельности и получать от такого участия прибыль.

Вместе с тем, последующее признание судом недействительной сделкой договора купли-продажи доли в ООО «Грань» в размере 49% от 13.07.2016, заключенного между ФИО2 (покупатель) и ФИО10 (продавец) позволяет суду сделать вывод о том, что ФИО2 не приобрел корпоративных прав и не стал участником общества, хотя имел такие намерения, заключая договор купли-продажи доли.

В соответствии с частью 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу положений статьи 1 Закона об обществах с ограниченной ответственностью определяют в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества.

Следовательно, положения статьи 27 Закона об обществах с ограниченной ответственности не могут быть применены к лицу, не имеющему корпоративных прав и не являющемуся участником общества, в данном случае к ФИО2

Таким образом, из фактических обстоятельств дела и выводов, сделанных судами при рассмотрении дел №А76-23492/2017 и № А76-13260/2018, правовые основания для удержания ООО «Грань» полученных от ФИО2 в качестве вклада в имущество общества денежных средств в размере 27 766 000 руб. 00 коп. отсутствуют, их удержание следует квалифицировать как неосновательное обогащение.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных в статье 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из толкования положений вышеуказанной статьи следует, что обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: самого факта приобретения или сбережения имущества; факта приобретения или сбережения имущества за счет другого лица; отсутствия правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Иначе говоря, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо, во-первых, чтобы обогащение ответчика произошло за счет истца, и, во-вторых, чтобы такое обогащение ответчика произошло при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. При этом не имеет значения, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения обогатившегося, самого потерпевшего или третьих лиц, либо произошло помимо их воли.

Следовательно, при рассмотрении иска о взыскании неосновательного обогащения подлежат установлению факт уменьшения имущества истца и факт его неосновательного приобретения ответчиком (увеличение имущественной сферы ответчика за счет имущества истца без законных оснований).

Субъектами неосновательного обогащения выступают приобретатель - лицо, неосновательно обогатившееся, и потерпевший - лицо, за счет которого произошло обогащение.

Довод ответчика о том, что в силу пункта 2 статьи 248 Налогового кодекса Российской Федерации вклады в имущество общества рассматриваются как безвозмездная передача имущества судом отклоняется. Ссылка ответчика, в данном случае, на положения налогового законодательства не имеет отношения к рассматриваемому спору и не устанавливает императивную безвозвратность внесенных ФИО2 денежных средств. Данная норма находится в главе 25 «Налог на прибыль», предназначена для целей исчисления налога на прибыль, и не подтверждает установленную законодательством, как утверждает ответчик, невозможность возврата вклада, внесенного в имущество общества. Такой вывод ответчика со ссылкой на положения налогового законодательства является ошибочным.

Довод ответчика на то обстоятельство, что денежные средства вносились ФИО2 в производственную деятельность ООО «Грань» с 01.05.2016, то есть в тот период времени, когда ФИО2 также не имел статуса участника общества, как доказательство того, что наличие статуса участника общества не имело значения для ФИО2 при передачи денежных средств также отклоняется судом, поскольку основан на ошибочном анализе ответчиком фактических обстоятельств взаимоотношений ФИО2 и ФИО10 и обстоятельств их совместной деятельности.

В данном случае следует учесть, как указано выше, установленные судами обстоятельства реальных намерений ФИО2 стать участником ООО «Грань» и приобрести корпоративные права и обязанности участника.

Довод ответчика о том, что решением по делу №А76-23492/2017 установлена недобросовестность ФИО2 как покупателя доли при заключении договора купли-продажи от 13.07.2016, судом отклоняется исходя из следующего.

Недобросовестность ФИО2 установлена судом, как следует из отзыва и фактических обстоятельств, при рассмотрении дела №А76-23492/2017 по иску ФИО3 (супруги) и выразилась в том, что ФИО2 были нарушены положения статьи 35 Семейного Кодекса Российской Федерации, а именно при заключении сделки купли-продажи доли 13.07.2016 ФИО2 не уведомил свою супругу ФИО3 о заключении сделки покупки доли по иной цене, нежели было оговорено изначально. Данное поведение ФИО2, которое исследовалось судом рамках дела №А76-23492/2017 имеет непосредственное и исключительное отношение только к истцу в названном деле, то есть к супруге ФИО2 ФИО3 и не может быть расширительно истолкована как недобросовестное поведение ФИО2 и по другим заключаемым им сделкам и соглашениям.

Недобросовестно поведение ФИО2 по отношению к ООО «Грань» судебными актами не установлено.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

При рассмотрении настоящего иска суд не усматривает злоупотребления правом со стороны истца и недобросовестного поведения по отношению к ответчику ООО «Грань».

Судом отклоняется довод ответчика о применении в данном случае принципа эстоппель по следующим основаниям.

Принцип эстоппель, установлен пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В данном случае судом рассматривается иск о взыскании неосновательного обогащения и ссылка ответчика в отзыве не применение принципа эстоппель не относится к существу рассматриваемого спора. О недействительности соглашения от 06.07.2017 в рамках настоящего спора сторонами не заявлено.

Соглашение от 06.70.2017 ФИО2 исполнено. Вопрос о действительности/недействительности названного соглашения был исследован в рамках дела № А76-13260/2018.

Главная задача принципа эстоппель - не допустить, чтобы вследствие непоследовательности в своем поведении сторона получила выгоду в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной. Кратко принцип «эстоппель» можно определить, как запрет ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными исходя из ее действий или заверений.

Принцип эстоппель формально ограничивает право стороны в споре на судебную защиту, поскольку умаляет объем процессуальных прав одной из сторон в части заявления возражений и новых требований. Но такое ограничение имеет место только тогда и только в той мере, когда и в какой это необходимо для защиты процессуальных прав и законных интересов другой стороны судебного спора. Данный институт представляет собой средство защиты одной из сторон судебного спора от злоупотребления другой стороной своими процессуальными правами. Сущность данного средства защиты состоит в лишении одной из сторон судебного спора права выдвигать возражения и новые требования в том случае, когда имеет место совокупность следующих обстоятельств (ситуация эстоппель):

- стороной в судебном споре была сформулирована и доведена до участников процесса и суда ясная и недвусмысленная позиция по конкретным вопросам, выраженная на основе свободного и обдуманного волеизъявления этой стороны;

- эта позиция, воспринятая как добросовестное поведение, легла в основу последующего добросовестного процессуального поведения (совершения определенных действий либо воздержания от таковых) другой стороны судебного спора;

- стороной, сформулировавшей указанную позицию, создана ситуация эстоппель: первоначально сформулированная и доведенная позиция существенно изменена по вопросам, относящимся к одним и тем же фактам, то есть допущено непоследовательное и (или) противоречивое поведение в отношении другой стороны спора;

- в результате непоследовательного и (или) противоречивого поведения недобросовестной стороны судебного спора нанесен ущерб позиции либо наступили иные неблагоприятные последствия для другой стороны спора.

В то же время применение принципа эстоппель не может и не должно приводить к необоснованному нарушению права другой стороны на судебную защиту, в том числе путем заявления возражений и новых требований. Применение принципа эстоппель в сфере процессуального права не должно стать препятствием в достижении целей правосудия, в защите и восстановлении нарушенных прав. Принцип эстоппель, будучи специальным производным от общеправового принципа недопустимости недобросовестного поведения, направлен не на умаление права на судебную защиту, а на обеспечение соблюдения данного права, является средством такого обеспечения. При обращении к данному процессуальному средству не должен нарушаться баланс прав и законных интересов участников спорных правоотношений.

Гарантией сохранения указанного баланса является возможность применения принципа эстоппель только тогда, когда установлены все указанные выше элементы, совокупность которых составляет ситуацию эстоппель. Отсутствие хотя бы одного из этих элементов влечет за собой невозможность применения принципа эстоппель.

Заявляя о применении принципа эстоппель ответчик ссылается на непоследовательность и недобросовестность поведения ФИО2, который в рамках настоящего спора претендует на получение денежных средств в сумме 27 766 000 руб. от ООО «Грань» по соглашению от 06.07.2017, а в рамках уголовного дела ФИО2 претендует на получение той же суммы от ФИО10

Между тем, проанализировав обстоятельства дела, учитывая установленные судами факты, суд не находит в действиях ФИО2, непоследовательности и недобросовестности.

В соответствии с соглашением от 06.07.2017, как следует из текста самого соглашения денежные средства в сумме 27 766 000 руб. были переданы с целью вложения в производственную деятельность ООО «Грань» и переданы они были непосредственно ФИО10, который при получении денег действовал как единоличный исполнительный орган.

Таким образом, суд не находит оснований для вывода о том, что, предъявляя исковые требования по настоящему делу, ФИО2 допустил непоследовательное либо противоречивое поведение, выраженное в частности в изменении позиции. В данном случае позиция ФИО2, направленная на возврат денежных средств, которые переданы фактически без правовых оснований, прослеживается из его действий и заявлений.

Следовательно, ситуация эстоппель как основание для применения судом принципа эстоппель по настоящему делу отсутствует.

Таким образом, изложенные выше обстоятельства позволяют суду сделать вывод о том, что на стороне ответчика за счет истца имеет место неосновательно обогащение на сумму 27 766 000 руб.

Доказательства того, что при передаче денежных средств истец действовал с целью одарить ответчика либо с благотворительной целью в материалах дела отсутствуют, а, следовательно, и оснований для применения пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда не имеется.

Исходя из изложенного, требования истца о взыскании с ответчика внесенных в качестве вклада в имущество общества денежных средств в сумме 27 766 000 руб. являются обоснованными и подлежит удовлетворению на основании статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Проценты за пользование чужими денежными средствами рассчитаны истцом в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Предусмотренные названной статьей проценты являются мерой ответственности за ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства, которая применяется в силу закона независимо от наличия или отсутствия соответствующего соглашения сторон (законные проценты).

Согласно расчету истца размер процентов за период с 02.06.2017 по 29.01.2019 составил 3 635 254 руб. 03 коп. (т.1, л.д. 4-5)

Изложенные выше обстоятельства позволяют суду сделать вывод о том, что период начисления процентов за пользование чужими денежными средствами определен истцом верно, арифметическая правильность расчета истца судом проверена и признана верной.

Возражений относительно расчета процентов, контррасчет от ответчика в материалы дела не поступило.

Проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 3 635 254 руб. 03 коп. за период с 02.06.2017 по 29.01.2019 подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Согласно пункту 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации если подлежащая уплате сумма процентов явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд по заявлению должника вправе уменьшить предусмотренные договором проценты, но не менее чем до суммы, определенной исходя из ставки, указанной в пункте 1 настоящей статьи.

Заявления о снижении размера процентов в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации от ответчика в материалы дела не поступало.

Проценты начислены истцом в соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, оснований для их снижения по пункту 6 данной статьи у суда не имеется.

В соответствии с пунктом 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Истцом заявлено о начислении процентов до момента исполнения денежного обязательства. Данное требование является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Таким образом, начисление процентов за пользование чужими денежными средствами, производится до момента фактического исполнения денежного обязательства на сумму долга, начиная с 30.01.2019, исходя из ключевой ставки Банка России, которая будет действовать в соответствующие периоды.

В порядке статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик доказательства отсутствия вины в неисполнении обязательств не представил, оснований для освобождения ответчика от ответственности суд не находит.

Исследовав представленные сторонами доказательства в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил, что истцом доказана совокупность условий, свидетельствующих о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения, следовательно, требования истца являются обоснованными, подтверждаются материалами дела и подлежат удовлетворению в полном объеме. Начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения произведено истцом правомерно. Доказательств обратного ответчиком не представлено. Иск является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Госпошлина по иску составляет 180 006 руб. 00 коп.

При подаче иска госпошлина оплачена истцом в указанной сумме, что подтверждается платежным чек-ордером Свердловского отделения № 7003 операция № 13 от 28.01.2019 (т.1, л.д.7).

Поскольку суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 180 006 руб., в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Грань», г. Верхний Уфалей Челябинской области (ОГРН <***>) в пользу ФИО2, г. Екатеринбург неосновательное обогащение в сумме 27 766 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 02.06.2017 по 29.01.2019 в сумме 3 635 254 руб. 29 коп., начисление процентов производить до момента фактического исполнения денежного обязательства на сумму долга, исходя из ключевой ставки Банка России, которая будет действовать в соответствующие периоды, начиная с 30.01.2019, расходы по госпошлине в сумме 180 006 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме), путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции

Судья С.М. Скрыль

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить соответственно на интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда httр://18aas.аrbitr.ru