Решение от 25 января 2024 г. по делу № А07-21842/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Гоголя, 18, г. Уфа, Республика Башкортостан, 450076, http://ufa.arbitr.ru/, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А07-21842/23
г. Уфа
25 января 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 16.01.2024 г. Полный текст решения изготовлен 25.01.2024 г.

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Хомутовой

С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО1, рассмотрев дело по иску

общероссийской общественной организации «Российское авторское

общество» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

(ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании компенсации в размере 100 000 руб.

От истца поступило ходатайство о проведении судебного заседания с

использованием веб-конференции.

Суд определил удовлетворить ходатайство истца и назначить судебное

заседание с использованием веб-конференции на 16.01.2023 на 16.00 час.

при участии в судебном заседании:

от истца - онлайн: ФИО3, по доверенности № 2199/2009/33(СА) от

01.12. 2023, представлены паспорт и диплом о высшем юридическом образовании;

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 17.10.2023, представлены

паспорт и диплом о высшем юридическом образовании.

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило исковое заявление общероссийской общественной организации «Российское авторское общество» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании компенсации в размере 100 000 руб.

Определением суда от 10.07.2023 г. исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства. В ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства суд пришел к выводу о том, что имеется основание для рассмотрения дела по общим правилам искового судопроизводства,

предусмотренное частью 5 статьи 227 АПК РФ и перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В предварительном судебном заседании 08.11.2023 г. судом просмотрена видеозапись на диске.

11.12.2023 г. от ответчика поступил отзыв на иск, в котором отражено следующее. Здание, расположенное по адресу <...>, не является собственностью ответчика. Указанное здание является Многофункциональным комплексом Горнолыжной базы «Мраткино», принадлежащей на праве собственности ГБУ «Спортивная школа олимпийского резерва по горнолыжному спорту и сноуборду Республики Башкортостан (ГБУ СШОР ПО ГСС РБ).

Ответчик арендует у ГБУ СШОР ПО ГСС РБ лишь «Буфет», общей площадью 19 кв.м., расположенной на первом этаже в соответствии с договором предоставления площади помещения для оказания услуг кейтеринга от 11.01.2023 г. Данное помещение, при этом, используется не для деятельности кафе или ресторана, а для кейтеринга. Указанный буфет является закрытым помещением, в которое представитель истца на указанной им видеозаписи не заходил.

Согласно позиции ответчика, колонка, на которую указывает истец в обоснование иска, находится не на территории, арендуемой и занимаемой ответчиком, колонка включена в розетку (08:04 видеозаписи), находящуюся в отдельной комнате, но не в буфете и не на линии раздачи ответчика.

Не признавая исковых требований, в случае удовлетворения исковых требований, ответчик просил суд применить правила, предусмотренные абзацем 2 п.3 ст. 1252 ГК РФ и снизить размер компенсации до 5000 рублей за каждое произведение. Кроме того, ответчик указал, что является индивидуальным предпринимателем, относящимся к категории микро предприятий. Истцом не представлены доказательства многократного и систематического нарушения авторских прав ответчиком. Истец не понёс никаких убытков, так как не является правообладателем музыкальных произведений.

К судебному заседанию 06.12.2023 г. от истца поступили возражения на отзыв ответчика.

Определением суда от 06.12.2023 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ГБУ Спортивная школа олимпийского резерва по горнолыжному спорту и сноуборду Республики Башкортостан (450071, РБ, <...> СССР, д. 47, а/я 183).

В судебном заседании 16.01.2024 г. истцом представлены доказательства направления иска в адрес третьего лица, ответчиком – ходатайство о приобщении к материалам дела поэтажного плана здания.

Частью 1 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

При неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие (часть 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку в рассматриваемом случае суд обладает сведениями о надлежащем извещении третьего лица о месте и времени судебного заседания, дело рассмотрено в отсутствие названного участника арбитражного процесса по имеющимся в материалах дела доказательствам на основании частей 1 и 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, выслушав позиции сторон, суд

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела,, в соответствии с приказом Министерства культуры Российской Федерации от 15.08.2013 № 1164 «О государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе на осуществление деятельности в сфере управления исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции» (свидетельство Министерства культуры Российской Федерации от 23.08.2013 № МК-01/13, л.д. 18 об), общероссийская общественная организация «Российское авторское общество» (далее по тексту - истец, РАО) является организацией по управлению правами на коллективной основе, аккредитованной Министерством культуры Российской Федерации на осуществление деятельности в сфере коллективного управления, предусмотренной подпунктом 1 пункта 1 статьи 1244 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Представителем РАО 24.12.2022 было проведено мероприятие по видеофиксации факта публичного исполнения музыкальных произведений в помещении кафе «Кислород», расположенного по адресу: <...>, в результате чего был установлен факт публичного исполнения с использованием технических средств следующих музыкальных произведений, входящих в репертуар РАО:

№

Название произведения

Исполнители

1

Christmas in my heart

Connor Sarah

2

Blue Christmas

Presley Elvis

3

Santa baby

The Pussycat Dolls

4

Winter melody

Donna Summer

5

Rudolph The Red-Nosed Reindeer

Fitzgerald Ella

Истцом установлено, что предпринимательскую деятельность в указанном помещении осуществляет индивидуальный предприниматель ФИО2 (ответчик).

Поскольку предприниматель не заключал с РАО договор об использовании музыкальных произведений, не выплачивал вознаграждение в пользу авторов, истцом в адрес ответчика была направлена претензия от 23.01.2023 № 289 с

требованием о выплате компенсации обладателям авторских прав в связи с использованием музыкальных произведений в отсутствие выплаты вознаграждения и предложением заключить соответствующий договор. Претензия была оставлена предпринимателем без удовлетворения, что послужило основанием для обращения РАО в суд с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании компенсации в размере 100 000 руб.

Оценив все представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации авторы, и иные обладатели авторских прав могут создавать основанные на членстве некоммерческие организации, на которые в соответствии с полномочиями, предоставленными им правообладателями, возлагается управление соответствующими правами на коллективной основе (организации по управлению правами на коллективной основе) в тех случаях, когда осуществление их прав в индивидуальном порядке затруднено или когда ГК РФ допускается использование объектов авторских и смежных прав без согласия обладателей соответствующих прав, но с выплатой им вознаграждения.

Пункт 1 ст. 1244 ГК РФ определяет сферы коллективного управления, в которых организация по управлению правами на коллективной основе может получить государственную аккредитацию на осуществление деятельности.

РАО получило аккредитацию в следующих сферах коллективного управления: управление исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции (подпункты 6-8.1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ); осуществление прав авторов музыкальных произведений (с текстом или без текста), использованных в аудиовизуальном произведении, на получение вознаграждения за публичное исполнение либо сообщение в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции, такого аудиовизуального произведения (пункт 3 статьи 1263 ГК РФ).

Положения п. 5 ст. 1242 ГК РФ предусматривают, что организации по управлению правами на коллективной основе вправе от имени правообладателей или от своего имени предъявлять требования в суде, а также совершать иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных им в управление на коллективной основе.

Аккредитованная организация вправе предъявлять требования также от имени неопределенного круга правообладателей (абзац второй пункта 5 статьи 1242 ГК РФ).

В п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - ПП ВС № 10) также указано, что, исходя из положений статей 1242, 1245 ГК РФ, организация по управлению правами может выступать в суде как от имени конкретных правообладателей, так и от своего имени. По смыслу пункта 5 статьи 1242 ГК РФ, предъявляя требования в суде, а также совершая иные юридические

действия, необходимые для защиты прав, переданных в управление организации по управлению правами, эти организации действуют в защиту прав лиц, передавших полномочия на управление правами.

Кроме того, согласно п. 20 ПП ВС № 10 при обращении в суд аккредитованная организация (статья 1244 ГК РФ) действует без доверенности, подтверждая свое право на обращение в суд за защитой прав конкретного правообладателя (или неопределенного круга лиц в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 5 статьи 1242 ГК РФ) свидетельством о государственной аккредитации.

При этом такая организация, независимо от того, выступает она в суде от имени правообладателей или от своего имени, действует в защиту не своих прав, а прав лиц, передавших ей в силу пункта 1 ст. 1242 ГК РФ право на управление соответствующими правами на коллективной основе.

В соответствии с п. 3 ст. 1244 ГК РФ организация по управлению правами на коллективной основе, получившая государственную аккредитацию (аккредитованная организация), вправе наряду с управлением правами тех правообладателей, с которыми она заключила договоры в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 1242 ГК РФ, осуществлять управление правами и сбор вознаграждения для тех правообладателей, с которыми у нее такие договоры не заключены.

В соответствии с п. 1 ст. 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются: произведения литературы и искусства, исполнения и фонограммы.

На результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом (ст. 1226 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности (правообладатель), вправе использовать такой результат по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности лицами иными, чем правообладатель, без его

согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

РАО заявляет настоящие исковые требования в интересах композиторов и авторов текста, создавших своим творчески трудом музыкальные произведения, а также их наследников и других правообладателей.

В материалы дела истцом представлены следующие документы: соглашение о сотрудничестве и взаимодействии от 01.03.2017, заключенное между ООО «Общество по коллективному управлению смежными правами «ВОИС» и ООО «РАО»; сведения из электронных международных информационных систем IPI, WID, а также системы ЕИС в отношении использованных музыкальных произведений (л.д.20-49).

На основании изложенного, принимая во внимание представленные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности права РАО на предъявление требований орт имени правообладателей, поименованных в иске.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 93 ПП ВС № 10 лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения, является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.

При представлении произведения в живом исполнении лицом, организующим публичное исполнение, является лицо, обеспечивающее участие исполнителя (исполнителей). При отсутствии доказательств иного предполагается, что таким лицом является лицо, владеющее местом, где такое исполнение осуществляется.

Лицо, организующее публичное исполнение, должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение произведения с правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе и выплачивать полагающееся вознаграждение.

Публичное исполнение произведения требует получения согласия правообладателя или организации по управлению правами на коллективной основе независимо от того, осуществляется такое исполнение за плату или бесплатно (пункт 2 статьи 1270 ГК РФ), а также от того, является представление произведения (или организация представления произведения) основным видом деятельности или же представляет собой звуковое сопровождение иной деятельности (например, в кафе, ресторанах, торговых центрах, на территории спортивных объектов и т.п.).

Из материалов дела следует, что представителями РАО 24.12.2022 было проведено мероприятие по видеофиксации факта публичного исполнения музыкальных произведений в помещении кафе «Кислород», расположенного по адресу: <...>, в результате чего был установлен факт публичного исполнения с использованием технических средств музыкальных произведений, входящих в репертуар РАО.

Для целей идентификации музыкальных произведений, публичное исполнение которых было зафиксировано представителем РАО в видеозаписи, было проведено фонографическое и музыковедческое исследование, результаты которого содержатся в акте расшифровки видеоносителя и идентификации зафиксированных на нем музыкальных произведений и осуществленным специалистом, имеющим необходимое музыкальное образование, на основании

договора возмездного оказания услуг (л.д. 19,50).

Так, 03.03.2023 г. ФИО5, имеющей высшее музыкальное образование, диплом Г1 № 560782, выданный Государственным музыкальным-педагогическим институтом им. Гнесиных в 1977 году, являющейся доцентом, составлен акт № 250, согласно которому при расшифровке записи установлены фонограммы в том числе следующих исполнителей: Connor Sarah, Presley Elvis, The Pussycat Dolls, Donna Summer, Fitzgerald Ella.

В соответствии с актом копирования оригинального видеофайла, содержащего фиксацию фактов публичного исполнения обнародованных музыкальных произведений от 13.03.2023 г. специалисты РАО произвели вскрытие опечатанного бумажного конверта с имеющейся на его клапане подписью, поступившего от специалиста в области фонографического и музыковедческого исследования ФИО5

После вскрытия конверта из него извлечен цифровой носитель - карта памяти micro SD Card (СД карта) марки smartbuy № TRLN003245587 в количестве 1 шт. Далее данный цифровой носитель помещен ФИО6 в адаптер для micro SD Card, после чего установлен в карт-ридер ноутбука «Toshiba», модель «Satellite с660-1wt», серийный № 7В376240К. Затем, после прочтения данной SD Card в операционной системе «Windows 7», на ней обнаружен видеофайл «Кафе Кислород в Мраткино» (размер 1260814336 байт), содержащий фиксацию фактов публичного исполнения фонограмм, опубликованных в коммерческих целях, проведенную 24 декабря 2022 года в помещении ресторана «Кислород», расположенного по адресу: <...> и произведено его копирование на носитель DVD-R, серийный номер № 31А22071708:19 Редактирование исходного видеофайла не производилось. По завершении копирования у копии файла имя не менялось, его размеры соответствуют размерам исходного файла. По окончании копирования данная micro SD Card, содержащая исходный видео файл, помещена в бумажный конверт, клапан которого опечатан и оставлен на хранение в РАО.

08.11.2023 г. в судебном заседании судом была воспроизведена приобщенная к материалам дела видеозапись мероприятия по совершению действий по сбору доказательств факта публичного исполнения музыкальных произведений, которая отображает внутренний вид ресторана «Кислород», размещение в помещении ответчика технических средств с использованием которых осуществлялось публичное исполнение музыкальных произведений.

В результате исследования материалов дела, суд пришел к выводу о том, что в приведенных актах расшифровки видеозаписи отсутствуют признаки, подвергающие сомнению достоверность ее выводов и являющихся основанием для исключения из числа доказательств.

Также у суда отсутствуют основания сомневаться в компетентности специалиста, имеющего высшее музыкальное образование, составившего акт расшифровки записи музыкальных произведений.

Суд отмечает, что в соответствии со статьями 12, 14 ГК РФ, частью 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта публичного исполнения и использования музыкальных произведений является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись, а также акт совершения юридических действий по сбору доказательств факта использования произведений с применением технических средств, отвечают признакам относимости,

допустимости и достоверности доказательств.

Перечень способов защиты нарушенных прав по ст. 12 ГК РФ является открытым. Проводя фиксацию, представитель истца воспользовался правом на сбор и получение доказательств.

Частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

При таких обстоятельствах представленные в материалы дела диск с видеозаписью являются допустимыми доказательствами, кроме того в материалы дела представлен чек от 24.12.2022 года в подтверждение приобретения представителем истца продукции в кафе «Кислород», при этом на кассовом чеке в качестве продавца указан индивидуальный предприниматель ФИО2 с указанием ИНН <***> (л.д.57).

Возражая против исковых требований, ответчик указал, что здание, расположенное по адресу <...>, не является собственностью ответчика. Указанное здание является многофункциональным комплексом Горнолыжной базы «Мраткино», принадлежащей на праве собственности ГБУ «Спортивная школа олимпийского резерва по горнолыжному спорту и сноуборду Республики Башкортостан (третье лицо). Как указал ответчик, он арендует у ГБУ СШОР ПО ГСС РБ лишь «Буфет», общей площадью 19 кв.м., расположенной на первом этаже в соответствии с договором предоставления площади помещения для оказания услуг кейтеринга от 11.01.2023 г. Данное помещение, при этом, используется не для деятельности кафе или ресторана, а для кейтеринга. Указанный буфет является закрытым помещением, в которое представитель истца на указанной им видеозаписи не заходил.

Согласно позиции ответчика, колонка, на которую указывает истец в обоснование иска, находится не на территории, арендуемой и занимаемой ответчиком, колонка включена в розетку (08:04 видеозаписи), находящуюся в отдельной комнате, но не в буфете и не на линии раздачи ответчика

Рассмотрев заявленные ответчиком доводы, суд пришел к следующему.

В силу подпункта 6 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ возможность нарушения исключительного авторского права не ставится законодателем в зависимость от способа публичного исполнения произведения, вида и места размещения, используемых для этого технических средств. Обстоятельством, имеющим значение для дела, является не определение источника звука и установление воспроизводящего звук технического устройства, а установление факта представления ответчиком произведения в живом исполнении или с помощью технических средств – публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи.

Представленный ответчиком в материалы дела договор, заключенный между ГБУ СШОР ПО ГСС РБ и ответчиком не может рассматриваться судом в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего факт неиспользования спорного помещения ответчиком, поскольку дата заключения договора - 11.01.2023г., при этом срок действия договора (п. 1.3) указан с 01.01.2023 по 31.12.2023г., в то время как датой фиксации нарушения истцом является 24.12.2022г.

Кроме того, как верно отметил истец, договор не подписан со стороны ответчика.

Доводы ответчика о том, что помещение используется им для кейтеринга, не имеет правового значения в рамках рассмотрения настоящего спора.

Материалами дела доказывается, что лицом, ответственным за осуществление публичного исполнения произведений в спорном помещении, имеющейся на видеозаписи, является именно ответчик как лицо, осуществляющее в данном помещении предпринимательскую деятельность, что подтверждается чеком, содержащим наименование и реквизиты ответчика.

Как усматривается из положений п. 1 ст. 4.7 Закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ, кассовые чеки содержат следующие обязательные реквизиты: наименование документа, порядковый номер за смену, наименование, организационно-правовая форма, место нахождения и ИНН организации; вид и стоимость товаров/услуг.

Кассовый чек является первичным учетным документом, сформированным в электронной форме и (или) отпечатанным с применением контрольно-кассовой техники в момент расчета между пользователем и покупателем (клиентом), содержащий сведения о расчете, подтверждающий факт его осуществления и соответствующий требованиям законодательства Российской Федерации о применении контрольно-кассовой техники (абз. 12 ст. 1.1 Закона № 54-ФЗ).

Бланки строгой отчетности (БСО) используются в работе организаций и индивидуальных предпринимателей для организации учета приема денежных средств за оказанные услуги без использования кассового аппарата.

Положениями ч. 1 ст. 182 ГК РФ предусмотрено что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. В соответствии с абзацем вторым той же статьи полномочия лица может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.). Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Представленный чек от 24.12.2022 г. содержит наименование индивидуального предпринимателя, ИНН соответствующий ИНН ответчика, согласно выписке из ЕГРИП, стоимость товаров, дату покупки, следовательно, представленный чек доказывает факт заключения ответчиком сделки купли-продажи.

Поскольку представленный в материалы дела чек содержит реквизиты ответчика, с учетом положений ст.10, ч. 1 ст. 182 Гражданского кодекса Российской Федерации суд считает доказанным, что сделка купли-продажи была совершены ответчиком.

Представленный в материалы дела чек аналогичен чеку, зафиксированному

на видеозаписи.

Как видно из содержания видеозаписи, представитель истца заходит в помещение, двери располагаются под вывеской «О2 Кислород». Представителем фиксируется колонка (тайм-код 2 мин. 21 сек.), при этом на видеозаписи отчетливо видно, что данное техническое средство имеет проводное соединение, провода при этом проведены в помещение с открытой дверью белого цвета под вывеской «Кафе О2». Наименование вывесок заведения внутри помещения и снаружи совпадает, а также совпадает с наименованием, указанным в кассовом чеке.

Представитель истца на видеозаписи проходит по помещению, при этом на фоне отчетливо слышна музыка, далее представитель проходит в помещение, расположенное под вывеской «Кафе О2» (тайм-код 03 мин. 10 сек.), делает заказ (что противоречит доводам ответчика о том, что помещение ответчика является закрытым), оплачивает покупку и получает кассовый чек (тайм-код 07 мин. – 08 мин). Из видеозаписи видно, что колонка, находящаяся возле входа, включена в розетку возле двери (тайм-код 08 мин. 04 сек.).

Таким образом, место ведения предпринимательской деятельности ответчика и данные, позволяющие его идентифицировать, совпадают, что позволяет прийти к выводу о наличии вины ответчика в неправомерном использовании музыкальных произведений.

Как указано выше, согласно разъяснениям, изложенным в п. 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения, является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.

Помещение, в котором осуществлялось публичное исполнение музыкальных произведений, использовалось ответчиком для оказания услуг общественного питания. Публичное исполнение в нем могло осуществляться исключительно при наличии воли ответчика, и звуковоспроизводящая аппаратура могла эксплуатироваться исключительно по воле ответчика. Ответчик не предпринял разумных и достаточных мер по исключению возможности неправомерного использования фонограмм в принадлежащем ему кафе, что свидетельствует о наличии его вины в нарушении исключительных прав на музыкальные произведения.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Утверждения ответчика о том, что публичное исполнение спорных произведений им не осуществлялось, опровергается фактами, зафиксированными видеозаписью, доказательств обратного ответчиком не представлено.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами суд находит доводы ответчика подлежащими отклонению.

Доказательств того, что публичное исполнение музыкальных произведений, входящих в репертуары РАО осуществлялось для узкого круга лиц и не являлось публичным воспроизведением, в материалы дела не представлено. Факт наличия соответствующих договоров о предоставлении ему права на публичное исполнение

произведения, а также иных соглашений ответчиком также не доказан.

При таких обстоятельствах факт нарушения ответчиком авторских прав правообладателей подтвержден. Надлежащих доказательств, опровергающих указанный вывод, ответчиком суду представлено не было.

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253 ГК РФ), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 того же Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения (статья 1301 ГК РФ).

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (ст. 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери

правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно пункту 64 Постановления № 10, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, в частности, когда одним действием нарушены права на: - несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; - несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

В настоящем случае РАО избран способ - выплата компенсации от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Обосновывая размер заявленной компенсации, РАО представило в суд постановление авторского совета РАО от 03.09.2019 № 4, согласно которому за нарушение исключительного права на произведение размер компенсации должен рассчитываться следующим образом: при использовании одного произведения из репертуара РАО - 20 000 рублей, в том числе музыкального произведения с текстом или без текста, независимо от количества авторов.

Исходя из наличия пяти нарушений сумма компенсации по расчету истца составила 100 000 рублей.

Из разъяснений, изложенных в пункте 62 Постановления № 10, следует, что по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Следовательно, определение размера компенсации относится к прерогативе суда с учетом представленного истцом обоснования.

Как видно из материалов дела, ответчиком при рассмотрении настоящего дела заявлено ходатайство о необходимости снижения заявленного к взысканию размера компенсации, в обоснование которого указано следующее.

Ответчик является индивидуальным предпринимателем, относящимся к категории микро предприятий. Истцом не представлены доказательства многократного и систематического нарушения авторских прав ответчиком. Истец, согласно позиции ответчика не понёс никаких убытков, так как не является

правообладателем музыкальных произведений.

Рассмотрев приведенные доводы сторон, суд пришел к следующим выводам.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

При определении размера компенсации суд должен учитывать, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

При этом, ответчик соответствующих доказательств, подтверждающих наличие необходимости такого снижения, совокупности обстоятельств, перечисленных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, не представил. Иного суду не доказано (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, в связи с тем, что заявленный истцом размер компенсации (20 000 рублей) превышает установленный законом минимальный размер, то представление обоснования размера взыскиваемой им компенсации являлось обязанностью истца.

Представление истцом в обоснование размера компенсации Постановления Авторского Совета РАО N 4 (протокол N 2) от 03.09.2019 "О компенсации за нарушение исключительного права на произведение" достаточным обоснованием размера взыскиваемой компенсации, по мнению суда, не является, поскольку не носит обязательного характера и является рекомендательным.

Иные обстоятельства, в том числе, приведенные в пункте 62 Постановления N 10, в обоснование размера компенсации обществом не приведены, а сам факт неправомерного поведения по использованию объектов прав интеллектуальной собственности обоснованием размера компенсации не является, а является основанием для обращения в суд с исковыми требованиями.

Из представленной видеозаписи не следует, что воспроизведение указанных выше музыкальных произведений привело к извлечению большего дохода предпринимателя.

Какое-либо существенное обоснование наличия у истца убытков в заявленном для компенсации размере в материалы дела не представлено. Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

В силу положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация за нарушение исключительного права может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Штрафной характер компенсации - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Указанное истцом обоснование размера компенсации представляет собой общие ссылки, при этом какого-либо конкретного обоснования применительно к совершению правонарушения именно ответчиком не заявлено.

Суд с учетом приведенных норм материального права, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отдельности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства и доводы, принимая во внимание обстоятельства дела, характер допущенного ответчиком нарушения, исходя из принципов разумности и справедливости, необходимости сохранения баланса прав и интересов сторон, а также соразмерности компенсации последствиям допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий и вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), с учетом совершения ответчиком правонарушения впервые, приходит к выводу, что размер компенсации подлежит определению в размере 10 000 рублей за каждое

нарушение с учетом характера допущенного нарушения и установленных выше обстоятельств.

Указанная сумма будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие однократного нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим экономическую деятельность, совершил действия, которые нельзя характеризовать исходящими из принципа надлежащего исполнения обязательств (статья 309 ГК РФ), а также принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ), выраженные в воспроизведении музыкального произведения без лицензионного договора, что напрямую нарушает действующее законодательство, о чем он, как специализированный субъект не может не знать.

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на:

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец;

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

При этом исходя из пункта 3 (абзац 3) статьи 1252 ГК РФ в ситуации, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Это является следствием того, что на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации имеется отдельное исключительное право и неправомерное использование такого результата нарушает данное исключительное право, что представляет собой отдельное правонарушение. Если объектов несколько, то нарушается несколько исключительных прав, что создает совокупность правонарушений и приводит к необходимости назначения компенсации за каждое правонарушение.

Таким образом, оснований для дальнейшего снижения компенсации суд не усматривает, исковые требования подлежат частичному удовлетворению в размере

50 000 руб.

В соответствии с п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" в случае если по иску организации по управлению правами (в том числе аккредитованной организации) о взыскании убытков или компенсации за нарушение интеллектуальных прав конкретного правообладателя, о взыскании вознаграждения в пользу конкретного правообладателя заявленные требования удовлетворены, суд указывает в резолютивной части судебного акта на взыскание соответствующей суммы в пользу этого правообладателя, а также на то, что от его имени действует данная организация по управлению правами.

В исполнительном листе при изложении резолютивной части судебного акта правообладатель, в защиту прав которого был подан иск, также указывается в качестве лица, в пользу которого производится взыскание, а организация по управлению правами, осуществлявшая процессуальные права и обязанности истца, - в качестве взыскателя.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на ответчика в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

В соответствии со ст. 110 АПК Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 4869 руб., поскольку исковые требования удовлетворены частично.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общероссийской общественной организации «Российское авторское общество» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу указанных ниже правообладателей, от имени которых выступает истец, компенсацию за нарушение исключительных прав на произведения в размере 50 000 руб.:

№

Название

Исполнители

Авторы музыки

Получатель

Размер

произведения

и/или текста

вознаграждения

компенсации

1

Christmas in

Connor Sarah

TYGER ROB

GEMA

10 000

my heart

DENAR KAY

GEMA

рублей

2

Blue Christmas

Presley Elvis

Hayes Bill

ASCAP

10 000

Johnson Jay W

ASCAP

рублей

3

Santa baby

The Pussycat

SPRINGER PHILIP

ASCAP

10 000

Dolls

Zeeman Joan Javits

BMI

рублей

Springer Anthony

SOCAN

4

Winter melody

Donna

BELLOTFrTeEd PETER

GEMA

10 000

Summer

SUMMER DONNA A

ASCAP

рублей

MORODER (DE 1)

GEMA

GIORGIO

5

Rudolph The

Fitzgerald Ella

MARKS JOHN D

ASCAP

10 000

Red-Nosed

рублей

Reindeer

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Общероссийской общественной организации «Российское авторское общество» (ИНН <***>, ОГРН <***>) судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.

Судья С.И. Хомутова