Решение от 13 декабря 2022 г. по делу № А45-9999/2022АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ Именем Российской Федерации Дело № А45-9999/2022 г. Новосибирск 13 декабря 2022 года Резолютивная часть решения объявлена 06 декабря 2022 года Решение изготовлено в полном объеме 13 декабря 2022 года Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Рединой Н.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Санжиевой Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении арбитражного суда дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Камелот-А» (ОГРН <***>), г. Томск к Сибирскому таможенному управлению (ОГРН <***>), г. Новосибирск с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, 1) Кемеровской таможни (650055 <...>), 2) Новосибирской таможни (630052 <...>) о признании незаконными и отмене решений таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров: № п/п Дата Решения Корректируемая ДТ 1 18.01.2022 10609050/311019/0050166 2 19.01.2022 10609050/011119/0050229 3 19.01.2022 10609050/031119/0050447 4 19.01.2022 10609050/071119/0051110 5 19.01.2022 10609050/081119/0051321 6 19.01.2022 10609050/101119/0051375 7 20.01.2022 10609050/111119/0051391 8 20.01.2022 10609050/121119/0051823 9 20.01.2022 10609050/131119/0052047 10 20.01.2022 10609050/141119/0052230 11 20.01.2022 10609050/151119/0052299 12 20.01.2022 10609050/171119/0052455 13 20.01.2022 10609050/171119/0052453 14 20.01.2022 10609050/171119/0052454 15 20.01.2022 10609050/171119/0052460 16 21.01.2022 10609050/201119/0052913 17 21.01.2022 10609050/201119/0052908 18 21.01.2022 10609050/211119/0053097 19 21.01.2022 10609050/211119/0053282 20 21.01.2022 10609050/211119/0053095 21 24.01.2022 10609050/221119/0053475 22 24.01.2022 10609050/221119/0053448 23 24.01.2022 10609050/231119/0053553 24 25.01.2022 10609050/231119/0053554 25 25.01.2022 10609050/241119/0053585 26 25.01.2022 10609050/261119/0054026 27 25.01.2022 10609050/281119/0054327 28 25.01.2022 10609050/281119/0054346 29 26.01.2022 10609050/291119/0054676 30 26.01.2022 10609050/011219/0054757 31 26.01.2022 10609050/031219/0055046 32 26.01.2022 10609050/061219/0055839 33 26.01.2022 10609050/091219/0055930 34 26.01.2022 10609050/101219/0056152 35 26.01.2022 10609050/111219/0056398 36 27.01.2022 10609050/111219/0056433 37 27.01.2022 10609050/121219/0056558 38 27.01.2022 10609050/121219/0056546 39 27.01.2022 10609050/131219/0056709 40 27.01.2022 10609050/131219/0056688 41 27.01.2022 10609050/151219/0056861 42 27.01.2022 10609050/151219/0056858 43 28.01.2022 10609050/171219/0057270 44 28.01.2022 10609050/181219/0057400 45 28.01.2022 10609050/191219/0057612 46 28.01.2022 10609050/221219/0057989 47 28.01.2022 10609050/231219/0058025 48 28.01.2022 10609050/271219/0059116 49 28.01.2022 10609050/180120/0001336 50 25.01.2022 10609050/210120/0002096 обязании Сибирского таможенного управления (ОГРН <***>) в течение 30 дней с даты вступления в законную силу решения суда устранить допущенные нарушения прав общества с ограниченной ответственностью «Камелот-А» (ОГРН <***>) при участии в судебном заседании представителей: от истца: ФИО1 (доверенность № 556/2022 от 12.09.2022, удостоверение адвоката), Никиткин Ю.С. (доверенность от 18.03.2022, диплом № 2699 от 29.06.2012, паспорт) от ответчика: Проруб Н.В. (доверенность № 08-01-07/0639 от 17.05.2022, служебное удостоверение), ФИО2 (доверенность № 14-01-07/17331 от 17.12.2021, диплом, паспорт) от третьих лиц: 1) ФИО3 (доверенность № 04-50/00009 от 10.01.2022, диплом, паспорт), 2) ФИО4 (доверенность № 05-05/11873 от 05.09.2022, диплом, паспорт) общество с ограниченной ответственностью «Камелот-А» обратилось в арбитражный суд с иском к Сибирскому таможенному управлению с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Кемеровской таможни, Новосибирской таможни о признании незаконными и отмене решений таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров; обязании Сибирского таможенного управления (ОГРН <***>) в течение 30 дней с даты вступления в законную силу решения суда устранить допущенные нарушения прав общества с ограниченной ответственностью «Камелот-А» (ОГРН <***>). Ответчик отзывом на иск относительно удовлетворения исковых требований возражает, подробно излагая свои доводы в отзыве. Третьи лица отзывами на иск относительно удовлетворения исковых требований возражают, подробно излагая свои доводы в отзывах. В судебном заседании 06.12.2022 ответчиком заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства до получения ответа от представительства ФТС в КНР, у которого ответчиком запрошены товарно-сопроводительные документы на перевозимый товар, подтверждающие ценовую информацию ввозимого товара. В судебном заседании истец относительно удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства до получения ответа от представительства ФТС в КНР возражал, пояснив, что документы, на которые указывает ответчик, не были получены последним в период камеральной проверки; с апреля 2021 года ответчик не представил таковых в материалы дела; срок представления этих документов в материалы дела (получения их ответчиком от представительства ФТС в КНР) ответчик указать не может, указывая на неизвестность срока получения им такой информации; ответчик не лишен права обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в случае получения запрошенных документов после вынесения судебного акта. Ходатайство судом отклонено. Исследовав материалы дела, заслушав в судебном заседании доводы представителей сторон, третьих лиц, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению. При рассмотрении спора суд исходит из того, что в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. Суд, рассмотрев утверждения истца, проанализировав доводы ответчика, сопоставив между собой представленные лицами, участвующими в деле, в материалы дела доказательства, обращает внимание на следующее. 08.08.2017 между ООО «Камелот-А» (заявитель, покупатель) и Маньчжурской торгово-экономической компанией «Гуан Хао» (поставщик) заключен контракт № 240/2017. Пунктом 1.1. контракта предусмотрено, что продавец обязуется поставить в адрес покупателя свежие фрукты и овощи (далее - товар), а покупатель обязуется принять и оплатить товар на условиях: FCA Манчьжурия (в соответствии с условиями поставки Incoterms 2010), если иное не предусмотрено спецификацией, поставка автотранспортом, товар в количестве, ассортименте, по ценам и на условиях, указываемых в спецификации, являющихся неотъемлемой частью контракта. Товар был ввезен на таможенную территорию Евразийского экономического союза и продекларирован в соответствии с таможенной процедурой «Выпуск для внутреннего потребления». По указанным декларациям были проведены проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, по результатам которых таможенная стоимость поставленных товаров была подтверждена, а истцом уплачены таможенные пошлины. С 21.01.2021 по 25.11.2021 Сибирским таможенным управлением Федеральной Таможенной Службы РФ (заинтересованное лицо) была проведена камеральная таможенная проверка, по результатам которой 25.11.2021 вынесен акт камеральной таможенной проверки № 10600000/210/251121/А000004 (акт камеральной таможенной проверки). По результатам проверки заинтересованное лицо пришло к выводу, что в действиях ООО «Камелот-А» выявлены нарушения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства Российской Федерации, выразившиеся в заявлении недостоверных сведений о таможенной стоимости товаров, задекларированных по ДТ, указанным выше, в п. 1-50 таблицы, влекущих за собой изменение размера исчисленных и подлежащих уплате таможенных платежей. В отношении указанных товаров необходимо принять решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары, в части таможенной стоимости товаров, составить корректировки деклараций на товары. Предполагаемая сумма таможенных пошлин, налогов, подлежащих дополнительному начислению и уплате (взысканию), составляет 9 007, 94 тыс. руб. В период с 18.01.2022 по 28.01.2022 заинтересованным лицом вынесены решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров, согласно которым сумма таможенных платежей составляет 9 379 527, 38 руб. Выводы заинтересованного лица, указанные в решениях и в акте камеральной таможенной проверки, основываются на данных, полученных из Маньчжурской таможни (экспортные декларации), при сравнительном анализе которых заинтересованное лицо установило расхождения, в части стоимостных и весовых характеристик импортируемых товаров. Суд приходит к выводу, что решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров, а также выводы заинтересованного лица являются необоснованными. В соответствии с ч. 1 ст. 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) Таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса. Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 49) система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости). В силу абз. 1 ч. 3 ст. 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов. Подпунктом 10 ч. 1 ст. 108 ТК ЕАЭС предусмотрено, что к документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, в частности относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров. Исходя из буквального толкования положений ТК ЕАЭС, Таможенная стоимость складывается из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, которая подтверждается документально. Перечень документов определен в решении Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 378 «О классификаторах, используемых для заполнения таможенных документов». Руководствуясь данными положениями законодательства, ООО «Камелот-А» при оформлении ДТ и при прохождении таможенного контроля как при ввозе Товаров, так и во время камеральной проверки, представило все предусмотренные законодательством документы, подтверждающие таможенную стоимость товаров. Факт предоставления всех необходимых документов при оформлении ДТ и при прохождении таможенного контроля при ввозе Товаров, подтверждается и самим заинтересованным лицом (стр. 5-6 Акта камеральной таможенной проверки). Суд обращает внимание на то, что экспортная декларация отсутствует в перечне документов, указанных в Решении Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 378. Единственный документ, на основании которого заинтересованное лицо сделало вывод о занижении заявителем стоимостных и весовых характеристик импортируемых товаров, предъявленных к таможенному оформлению, это экспортная декларация. Подобные действия таможенного органа не допустимы, так как они противоречат разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации. В частности, согласно абз. 2 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса. ООО «Камелот-А» при оформлении ДТ и при прохождении таможенного контроля как при ввозе товаров, так и во время камеральной проверки, представило все предусмотренные законодательством документы, подтверждающие таможенную стоимость товаров. Во всех представленных документах содержится единая стоимостная информация о ввезенных товарах, которая и содержится в спорных ДТ. Следовательно, само по себе различие стоимостной информации, указанной в документах, представленных ООО «Камелот-А», и в экспортных декларациях, полученных от Маньчжурской таможни, не может являться основанием для изменения таможенной стоимости. Данный вывод подтвержден и судебной практикой, так в абз. 1 п. 11 Постановления Пленума ВС РФ № 49 указано, что отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 Таможенного кодекса. Данный вывод распространяется и на выявленные несоответствия в весовых характеристиках по ДТ 10609050/231219/0058025, вес нетто 17 200 кг фигурирует только в экспортной декларации КНР (060320190032000097) и не подтверждается иными документами по поставке. Если следовать логике заинтересованного лица и опираться на ценовую информацию содержащуюся в экспортных декларациях КНР, то заявитель должен был ввезти товара меньше в количественном выражении, так как повышение цены партии товара неизбежно приводит к повышению цены на единицу товара, либо ввезти в объеме, указанном в документах, но заплатив больше. В свою очередь такого не произошло. Заявитель ввез на территорию ЕАЭС именно столько товара, сколько задекларировал в ДТ и по цене, фигурирующей в большинстве документов. Данный вывод подтверждается и Ведомостью банковского контроля по контракту (УНК 17110004/0354/0012/2/1 от 07.11.2017). Если проанализировать данный документ, то можно сделать вывод, что заявитель уплатил именно те суммы, которые фигурируют в большинстве документов, сомнительных платежей в нем не содержится. В соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса таможенная стоимость ввозимых товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Согласно абз. 2 п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 49 принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом (далее - таможенный представитель) данных требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, далее - АПК РФ и КАС РФ соответственно). Ценовая информация, содержащаяся в экспортных декларациях КНР, используется заинтересованным лицом как неоспоримое доказательство занижения ценовой информации заявителем, в тоже время данное доказательство нельзя назвать достоверным, так как заинтересованным лицом в рамках проверки не устранены все сомнения относительно их, а именно: не представлено доказательств о процедуре таможенного оформления экспорта на территории КНР, в части правил формирования ценовой информации при внесении данных в экспортную декларацию; не представлено доказательств имело ли место корректировка стоимости со стороны таможенных органов КНР; не предоставлено доказательств, что в указанную в экспортных декларациях стоимость товара не включены иные расходы поставщика. Следовательно, заинтересованным органом обнаружен лишь факт отличия ценовой информации, имеющейся в документах заявителя и в ДТ от указанной в экспортной декларации КНР. Соответственно, данное доказательство не может быть положено в основу корректировки таможенной стоимости, так как не содержит достоверной информации о занижении заявителем стоимостных характеристик импортируемых товаров, предъявленных к таможенному оформлению. На данное доказательство указывает и само заинтересованное лицо на стр. 9 акта камеральной таможенной проверки, инициируя запрос в таможенные органы КНР, с целью получения товаросопроводительных документов, представленных китайским участником ВЭД при экспорте товаров в РФ. Суд обращает внимание на то, что заинтересованным лицом игнорируется возможность завышения стоимостной информации поставщиком при экспортном декларировании товаров в таможенных органах КНР. Заинтересованное лицо на стр. 12 акта камеральной таможенной проверки указывает, что таможенная стоимость товаров не может быть определена в соответствии с положениями статьи 42 ТК ЕАЭС, ввиду отсутствия в распоряжении таможенного органа информации о стоимости сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и ввезенными на таможенную территорию ЕАЭС в тот же или в соответствующий ему период времени, что и товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию ЕАЭС оцениваемых товаров. Данный вывод заинтересованного лица противоречит материалам дела, так метод 3 был применен вотношенииДТ:10609050/011119/0050229; 10609050/101119/0051375; 10609050/111119/0051391; 10609050/151119/0052299;10609050/171119/0052453; 10609050/131219/0056709, соответственно у заинтересованного лица имелась такая информация в отношении мандарин, моркови, лимона, перца сладкого красного. Указанный товар был неоднократно ввезен по иным ДТ в пределах 90 календарных дней. Подобные действия заинтересованного лица ставят под сомнения его выводы о невозможности применения и иных методов, согласно ТК ЕАЭС. В основу решений таможенного органа положены только экспортные декларации из китайской таможни, достоверность которых не проверена и первичной документацией китайского участника ВЭД не подтверждена. Экспортные китайские декларации не являются основаниями для внесения заявителем сведений в таможенные декларации при ввозе товаров на территорию ЕАЭС. Единственный документ, на основании которого заинтересованное лицо сделало вывод о занижении заявителем стоимостных и весовых характеристик импортируемых товаров, предъявленных к таможенному оформлению, это экспортная декларация. Подобные действия таможенного органа не допустимы, так как они противоречат разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации. В частности, согласно абз. 2 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса. ООО «Камелот-А» при оформлении ДТ и при прохождении таможенного контроля как при ввозе Товаров, так и во время камеральной проверки, представило все предусмотренные законодательством документы, подтверждающие таможенную стоимость товаров. Во всех представленных документах содержится единая стоимостная информация о ввезенных товарах, которая и содержится в спорных ДТ. Следовательно, само по себе различие стоимостной информации, указанной в документах, представленных ООО «Камелот-А» и в экспортных декларациях, полученных от Маньчжурской таможни, не может являться основанием для принятия решения заинтересованным лицом об изменении таможенной стоимости. Согласно разъяснениям Пленума ВС РФ в абз. 1 п. 11 Постановления № 49 отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 Таможенного кодекса. Данный вывод распространяется и на выявленные несоответствия в весовых характеристиках по ДТ 10609050/231219/0058025, вес нетто 17 200 кг фигурирует только в экспортной декларации КНР (060320190032000097) и не подтверждается иными документами по поставке. Согласно представленным таможенным органом экспортным декларациям заявитель должен был ввезти товара в меньшем количестве, чем ввез фактически, так как повышение цены партии товара неизбежно приводит к повышению цены за его единицу и сокращению количества. В обратном случае заявитель должен был бы заплатить продавцу значительно больше, чем заплатил в действительности. Заявитель ввез на территорию ЕАЭС именно столько товара, сколько задекларировал в ДТ и по цене, фигурирующей в большинстве документов. В отзыве от 26.05.2022 (стр. 7) и консолидированном мотивированном отзыве от 01.08.2022 (стр. 14) заинтересованное лицо называет данный довод «Предположением» и указывает, что это не имеет значения для дела, в то же время вопреки этой логике делает вывод, что важна действительная стоимость товара. Согласно документам банковского контроля исполнения внешнеэкономического контракта - ведомости банковского контроля (УНК 17110004/0354/0012/2/1 от 07.11.2017), заявлениям на перевод за 2017-2020 года и актам сверок между продавцом и покупателем – заявитель осуществил ввоз на территорию ЕАЭС товара и задекларировал его таможенную стоимость в соответствии с заключенным контрактом и первичными документами, составленными в целях его исполнения. Информация о платежах заявителя по контракту прошла через финансовый банковский контроль и сомнительных платежей не выявлено. Согласно разделу ведомости банковского контроля «Подтверждающие документы» у заявителя отсутствуют платежи, неподтвержденные декларацией на товары, в то время как декларация поступает в банк после проверки таможенным органом. Данные факты не опровергнуты таможенным органом и сомнению не подвергнуты. Суд обращает внимание на то, что на вопрос заявителя о том, имеются ли у таможенного органа доказательства о совершении платежей заявителем в большем размере, чем предусмотрено в спецификации, заинтересованного лицо не ответило. Заявителем экспортные декларации получены непосредственно от китайского контрагента предусмотренным контрактом способом электронной пересылки уполномоченным представителям. Иных способов получения указанных деклараций для заявителя не существовало, а имеющаяся первичная документация по контракту в совокупности с двойным контролем (таможенным и банковским) не позволяли усомниться в их достоверности. Возражениях от 27.06.2022 и дополнительных пояснениях от 27.07.2022 истец указывает на то, что поставка товара по контракту осуществлялась на условиях FCA. Согласно положениям Incoterms 2010 (пункт А 2) экспортное оформление товаров должен осуществить продавец. Согласно п. 7.2 контракта №240/2017 от 08.08.2017, заключенного с продавцом (Маньчжурской торгово-экономической компанией «ГУАН ХАО»), ответственность за предоставление экспортных таможенных деклараций лежит на продавце, который направлял их заявителю посредством электронной почты в соответствии с п. 7.1. контракта. В качестве представителя продавца контрактом указан Лю Янь, а в качестве контактного адреса электронной - 598559874@qq.com. В целях обеспечения достоверности доказательств заявитель представляет нотариально засвидетельствованную электронную переписку, свидетельствующую об осуществлении электронной пересылки экспортных таможенных деклараций в форме электронных образов документов от уполномоченного лица китайского продавца уполномоченным представителям заявителя. Нотариусом города Читы Забайкальского края ФИО5, в рамках совершения нотариального действия, был произведен осмотр электронной почты manzhouli@mail.ru, принадлежащей ФИО6 (представитель заявителя, действующая по доверенности № 055/2019 от 11.01.2019), по результатам которого был составлен протокол осмотра доказательств от 20.09.2022 на бланке 75 АА 1146473 и протокол осмотра доказательств от 20.09.2022 на бланке 75 АА 114674. Нотариусом нотариального округа город Томск ФИО7 был произведен осмотр электронной почты e.arysheva@ya-retail.ru (ранее имевшее домен e.konstantinova@ya-retail.ru), принадлежащей сотруднику ООО «Камелот-А» ФИО8 (ранее ФИО9). ФИО10 с 18.02.2019 являлась представителем по доверенности № 220/2019 от 18.02.2019, что подтверждено доверенностью, представленной в материалы дела, с 17.06.2019 принята в штат, что подтверждается трудовым договором № К-Т-1064, изменение домена электронной почты связано с изменением ФИО9 фамилии на ФИО8, что подтверждается дополнительным соглашением от 26.03.2021 об изменении трудового договора № К-Т-1064 от 17.06.2019. По результатам указного осмотра был составлен протокол осмотра доказательств от 23.09.2022. Из протокола осмотра доказательств от 22.09.2022 на бланке 75 АА 114674 и протокола осмотра доказательств от 23.09.2022 следует, что в адрес ФИО6 поступило 2 электронных письма от 18.12.2019 и от 15.01.2020, в адрес ФИО10 поступило 1 электронное письмо от 15.01.2020. Указанные электронные письма содержали в себе экспортные таможенные декларации КНР и были получены с электронного адреса: 598559874@qq.com, который согласно п. 3.3. контракта является электронным адресом представителя продавца - Маньчжурской торгово-экономической компании «ГУАН ХАО». В дальнейшем, как следует из протокола осмотра доказательств от 20.09.2022 на бланке 75 АА 1146473, ФИО6 осуществила пересылку полученных электронных писем, содержащих экспортные декларации и полученных с электронного адреса: 598559874@qq.com, в адрес другого сотрудника заявителя, а именно ФИО11 (письмо от 18.12.2019 и письмо от 15.01.2020). В свою очередь, ФИО10 и ФИО11, исполняя свои трудовые обязанности, направили полученные документы в Сибирское таможенное управление, которое в указанный период времени проводило камеральную проверку. Согласно экспортным таможенным декларациям, представленным Продавцом - Маньчжурской торгово-экономической компанией «ГУАН ХАО», цена поставленного в адрес ООО «Камелот-А» товара совпадала с ценой, указанной заявителем в таможенных декларациях, составленных на основании аналогичных данных, содержащихся в Спецификациях к Контракту, инвойсах, СМР, сертификатах о происхождении товара, упаковочных листах, актах приемки-передачи на СВХ. Таким образом, таможенная стоимость поставленного товара была определена заявителем в соответствии с требованиями п.п. 9, 10, 15 ст. 38 ТК ЕАЭС по цене сделки, на основании бесспорных, непротиворечивых документов первичного характера, и подтверждена экспортными таможенными декларациями, представленными продавцом. Иной возможности получения экспортных таможенных деклараций, кроме как по электронной почте от продавца (или с товаросопроводительными документами поставщика на товар, переданными с водителем грузовой машины, перевозящей товар), российские декларанты не имеют. Более того, согласно п. 7.5. внешнеэкономического контракта именно продавец несет ответственность за некорректное оформление товаросопроводительных документов. Из указанных фактических обстоятельств следует, что заявитель, действуя добросовестно и в полной уверенности, что от продавца получил достоверные экспортные декларации, которые по содержанию соответствуют иным документам, сопровождающим поставку товара, предоставил их заинтересованному лицу. Изложенное подтверждает, что заявитель не имеет возможности повлиять как на данные, вносимые в экспортную таможенную декларацию, так и на документы, предоставляемые продавцом, в том числе и транспортные. При этом экспортные декларации не могут быть использованы российским участником внешнеэкономической деятельности как основания для внесения сведений в таможенные декларации при импорте товара. Таможенный орган применил шестой метод определения стоимости ввозимых товаров в противоречие с нормами ТК ЕАЭС. Согласно акту камеральной таможенной проверки № 10600000/210/251121/А000004 от 25.11.2021 (далее – акт камеральной таможенной проверки) (стр. 12) заинтересованное лицо, основываясь на положениях ст. 45 ТК ЕАЭС, делает вывод о возможности применения 6 метода определения стоимости ввозимых товаров. В акте камеральной таможенной проверки заинтересованное лицо, в нарушение п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС, отклоняет возможность применения 2-5 методов определения таможенной стоимости ввозимых товаров, основываясь на отсутствии данных для их применения. При этом заинтересованное лицо не предоставляет в материалы дела доказательств отсутствия таких данных. Более того, метод 3 (п. 1 ст. 42 ТК ЕАЭС) был применен в отношении ДТ: 10609050/011119/0050229; 10609050/101119/0051375; 10609050/111119/0051391; 10609050/151119/0052299; 10609050/171119/0052453; 10609050/131219/0056709, соответственно у заинтересованного лица имелись данные для применения метода 3 в отношении мандарин, моркови, лимона, перца сладкого красного. Указанный товар был неоднократно ввезен по иным ДТ в пределах 90 календарных дней. Применение метода 6 противоречит принципам, содержавшимся в п.п. 9, 10 ст. 38, ст. 45 ТК ЕАЭС. Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (п.п.9 и 10 ст. 38). Так, п. 2 ч. 5 ст. 45 ТК ЕАЭС предусмотрено, что таможенная стоимость ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей не должна определяться на основе: системы, предусматривающей принятие для таможенных целей более высокой из двух альтернативных стоимостей. В нарушение указанного положения заинтересованное лицо приняло за основу данные, содержащиеся в экспортных декларациях, которые, по утверждению заинтересованного лица, получены от таможенного органа КНР, то есть информацию о максимальной стоимости товара, из имеющейся в распоряжении. Исходя из изложенного, следует, что заинтересованное лицо необоснованно применило метод 6 к оспариваемым декларациям, так как не обосновало невозможность применения иных методов и нарушило принципы, содержащиеся в ст. ст. 38, 45 ТК ЕАЭС. Экспортные таможенные декларации, представленные заинтересованным лицом, недостоверны и не относятся к контракту заявителя с китайским продавцом. В экспортных декларациях, полученных таможенным органом от Маньчжурской таможни КНР, в качестве продавца указано лицо, не являющееся контрагентом заявителя и стороной внешнеэкономического контракта. Контракт №240/2017 от 08.08.2017 заключен заявителем с Маньчжурской торгово-экономической компанией «ГУАН ХАО» в качестве продавца (поставщика). Однако в экспортных таможенных декларациях, представленных заинтересованным лицом, в качестве поставщика фигурирует иное лицо - ООО Маньчжурская торгово-экономическая компания «Гуанцзе». Однако во всех иных документах, составленных во исполнение контракта, в качестве поставщика фигурирует Маньчжурская торгово-экономическая компания «Гуан Хао». Данный факт свидетельствует не только о недостоверности доказательств таможенного органа, положенных в основу принятых им решений, но их неотносимости к предмету настоящего судебного спора. Экспортные декларации КНР, представленные заинтересованным лицом, не соответствуют в части их оформления законодательству КНР, на которое ссылается сам таможенный орган. В акте камеральной таможенной проверки от 25.11.2021 № 10600000/210/251121/А000004 (стр. 8), а также в отзыве на заявление ООО «Камелот-А» (стр. 3,4) заинтересованное лицо цитирует п. 1 и 2 «Порядка заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР», утвержденного уведомлением ГТУ КНР № 18 от 22.01.2019 (далее - Порядок), в частности, заинтересованное лицо указывает: « … В экспортных декларациях, представленных ООО «Камелот-А», присутствуют лишь таможенные номера экспортных таможенных деклараций, без одновременного наличия номеров предварительной входящей регистрации. Так, номер предварительной регистрации – это номер, присваиваемый декларации, предварительно зарегистрированной в таможенном органе. Таможенный номер – это номер, присваиваемый декларации в момент ее принятия таможенным органом. Для списка централизованного декларирования импорт обозначается символом «Е». … ». Далее заинтересованное лицо делает следующий вывод: « … Различие в номерах предварительной регистрации и таможенном номере свидетельствует о непринятии таможенным органом (Маньчжурской таможней) предварительной информации по причине несоответствия установленным требованиям и необходимости внесения корректировки. … ». Во-первых, заинтересованное лицо само подтверждает наличие корректировки экспортной декларации, поданной продавцом, таможенным органом КНР, но в тоже время, не устанавливая причины корректировки, возлагает ответственность за несоответствие данных о стоимости товара на заявителя. Во-вторых, цитируя данные нормы Порядка, заинтересованное лицо изложило их не полностью, что и привело к некорректному выводу. Уведомление ГТУ КНР № 18 от 22.01.2019 и Порядок заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР, размещены на сайте: 海关总署公告2019年第18号（关于修订《中华人民共和国海关进出口货物报关单填制规范》的公告） (customs.gov.cn) – сайт Главного таможенного управления КНР. В соответствии с п. 1 Порядка «Предварительный номер» под предварительным номером понимается предварительно вносящийся номер таможенной декларации. У одной формы таможенной декларации имеется один предварительный номер, который присваивается автоматически системой. Предварительный номер таможенной декларации состоит из 18 цифр, из которых с 1-ой по 4-ую цифры представляют собой код таможни, принимающей декларацию (соответствующий код таможни, указанный в «Классификаторе таможенных зон», установленной таможней), с 5-й по 8-ю цифры — это год по григорианскому календарю на момент внесения данных, 9-я цифра — это код импорта или экспорта («1» — импорт, «0» — экспорт; «I» в спецификации централизованного декларирования — «I» - импорт, «E» - экспорт), последние 9 цифр — порядковый номер.». Согласно п. 2 Порядка «Таможенный номер» под таможенным номером понимается номер, присваиваемый таможней таможенной декларации при принятии таможней декларации. У одной формы таможенной декларации имеется один таможенный номер, который присваивается автоматически системой. Таможенный номер таможенной декларации состоит из 18 цифр, из которых с 1-ой по 4-ую цифры представляют собой код таможни, принимающей декларацию (соответствующий код таможни, указанный в «Классификаторе таможенных зон», установленной таможней), с 5-й по 8-ю цифры — это год по григорианскому календарю на момент принятия таможней декларации, 9-я цифра — это код импорта или экспорта («1» — импорт, «0» — экспорт; «I» в спецификации централизованного декларирования — «I» - импорт, «E» - экспорт), последние 9 цифр — порядковый номер.» Из буквального толкования приведенных норм законодательства КНР можно сделать следующие неопровержимые выводы: - вопреки доводу заинтересованного лица, предварительный номер и таможенный номер должны совпадать, так как они формируются на основании идентичных правил;- предварительный номер состоит из числовых значений и не содержит в себе буквы, что также не совпадает с мнением заинтересованного лица. Как следует из п. 1 Порядка, экспорт обозначается цифрой «0», а не буквой «Е». Буквенные выражения предусмотрены только для спецификации централизованного декларирования, но не для экспортной декларации. Так, экспортная товарная таможенная декларация КНР, таможенный регистрационный номер: 060320190031995452, содержит предварительный входящий регистрационный номер: E20190000342052573; содержит таможенный регистрационный номер: 060320190031995452. С учетом представленных номеров можно установить их различие, а также несоответствие предварительного номера требованиям п. 1 Порядка, в частности: первый символ предварительного номера, это буква «Е», что не предусмотрено п. 1 Порядка; с 5-й по 8-ю цифры должны обозначать год по григорианскому календарю на момент внесения данных. В предварительном номере указана цифра 9000, учитывая, что товары по экспортным декларациям вывозились в 2019 – 2020 годы, то 9000 год как на тот момент, так и в настоящий момент еще не наступил. В письменных пояснениях от 19.07.2022 заинтересованное лицо указывает (стр. 2): « … Довод ООО «Камелот-А» о том, что предварительный и таможенный номера должны друг другу соответствовать, не подтвержден. Из вышеизложенных положений Порядка следует, что предварительный и таможенный номера таможенной декларации имеют одинаковую структуру. Однако из порядка не следует, что предварительный и таможенный номера должны быть идентичными. … ». Данное возражение таможенного органа противоречиво, поскольку он указывает на обязательность одинаковой структуры предварительного и таможенного номеров экспортной декларации, при этом указывает на необязательность их идентичности. В то время как именно одинаковая структура и одинаковой порядок их формирования подтверждают их идентичность. Кроме того, структура предварительного номера, указанного в экспортных декларациях, представленных заинтересованным лицом, не соответствует требованиям Порядка заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР. Также в письменных пояснениях от 19.07.2022 заинтересованное лицо указывает (стр. 2) « … Вместе с тем, Правила не содержат положений, отражающих особенности программного алгоритма присвоения предварительного номера. … », однако данное утверждение не подтверждено какими-либо доказательствами, свидетельствующими о работе программного алгоритма. Экспортные декларации, представленные заинтересованным лицом, противоречат как законодательству КНР, так и внутреннему. Присутствующая на экспортных декларациях печать китайского таможенного органа выявленные пороки не устраняет. Письма Главного таможенного управления КНР, представленные заинтересованным лицом 04.10.2022, противоречий спорных экспортных деклараций китайскому таможенному законодательству не устраняют. Доводам и фактам заявителя о недостоверности экспортных китайских деклараций, лежащих в основе доначисленных ему таможенных платежей, таможенный орган противопоставляет письма ГТУ КНР: «О QR-кодах на китайских таможенных декларациях» и «О порядке заполнения таможенных деклараций». Однако разъяснений о причинах несоответствия предварительного номера экспортных деклараций требованиям, содержащимся в п. 1 Порядка заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР, указанные письма не содержат; предположения заинтересованного лица о неком программном алгоритме присвоения предварительного номера, на что он указывал в письменных пояснениях от 19.07.2022 (стр. 2), письма также не подтверждают. Сведения, содержащиеся в упомянутых письмах, не относимы к предмету спора. Так, в п. 2 письма «О порядке заполнения таможенных деклараций» указано на отсутствие прямой зависимости между последовательностью таможенного номера и датой таможенного декларирования. Истцом подобного довода в обоснование его требований не заявлено и нареканий к дате принятия китайским таможенным органом экспортных деклараций от компании «Гуан Хао» истец не имеет. Сам же таможенный орган не объясняет, на доказывание / опровержение какого факта направлено данное письмо. Цена товара в китайских экспортных декларациях включает в себя, в частности, транспортные расходы продавца, тогда как таможенные декларации заявителя на ввоз товаров такие сведения содержать не могут, а в таможенной стоимости ввозимого товара любые расходы китайского контрагента не учитываются. Возможность корректировки экспортных деклараций китайским таможенным органом заинтересованным лицом не опровергнута. Заявитель, в рамках необходимости предоставления дополнительных доказательств, обратился в V&T; Law Firm в целях получения консультации по китайскому законодательству для установления всех факторов, влияющих на цену товаров, указываемую в экспортной декларации. В рамках исполнения данного поручения V&T; Law Firm выдало заявителю юридическое заключение, в рамках которого дано разъяснение, что на цену товара могут повлиять следующие факторы: в стоимость товара, указанную в экспортной декларации, может быть включена не только цена товара, но и транспортные расходы продавца. На стр. 3 Юридического заключения указано: « … Согласно заявлению Доверителя и отсканированной копии английской версии договора (Contract №240/2017), мы понимаем, что: China Manzhouli Guanghao Economic and Trade Co., Ltd. (далее Компания "Guanghao"), как продавец, экспортирует и продает фрукты и овощи компании LLC CAMELOT-A, которая находится на территории РФ, эти товары экспортируются из порта Маньчжурия КНР в РФ. Торговый термин--FCA (incoterms 2010) - Маньчжурия. Конкретная стоимость сделки согласовывается в заказе. В соответствии с «Мерами по проверке и определению стоимости», облагаемая налогом стоимость экспортных товаров включает в себя стоимость сделки, а также расходы на перевозку и страхование экспортных товаров. Поэтому, когда Компания "Guanghao", как продавец экспортной торговли, заявляет стоимость Таможне Китая, заявленная облагаемая налогом стоимость экспортных товаров должна включать не только стоимость сделки, но и другие расходы на перевозку и страхование, которые не включены в стоимость сделки. Исходя из вышеизложенного понимания, мы считаем, что облагаемая налогом стоимость, указанная в экспортной декларации, может быть выше, чем стоимость сделки. … ». Данный фактор V&T; Law Firm считает основным в рассматриваемой ситуации, так он вытекает из положений ст. 26 Положения Китайской Народной Республики об импортных и экспортных тарифах (2017 г.), ст. 38 Мер таможенной службы Китайской Народной Республики по проверке и определению облагаемой налогом стоимости импортных и экспортных товаров (2013 г.) и ст. 55 Таможенное законодательство Китайской Народной Республики (2021 г.). Стоимость сделки, указанная в экспортной декларации, могла быть откорректирована таможенным органом КНР. Таможенным законодательством КНР предусмотрена корректировка стоимости товаров, указанных в экспортной декларации, с использованием следующих методов ее определения: стоимость сделки с одними и теми же товарами, экспортируемыми в одну и ту же страну или регион в одно и то же время или примерно в одно и то же время; стоимость сделки с аналогичными товарами, экспортируемыми в одну и ту же страну или регион в одно и то же время или примерно в одно и то же время; стоимость, рассчитанная на основе себестоимости, прибыли и общих расходов (включая прямые и косвенные расходы) внутреннего производства тех же или аналогичных товаров, внутренних транспортных и связанных с ними расходов, а также страховых взносов; стоимость, оцененная разумным методом. Данный фактор вытекает из ст. 27 Положения Китайской Народной Республики об импортных и экспортных тарифах (2017 г.) и ст. 41 Мер таможенной службы Китайской Народной Республики по проверке и определению облагаемой налогом стоимости импортных и экспортных товаров (2013 года). Вместо оценки всех факторов и выяснения причины различия цены товаров, указанных в ДТ и экспортных декларациях, заинтересованное лицо в консолидированном мотивированном отзыве (стр. 12 - 14) лишь делает вывод о надуманности вопросов, поставленных заявителем. Согласно абз. 2 п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 49, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом (далее - таможенный представитель) данных требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 АПК РФ и часть 11 статьи 226 КАС РФ). Все вышеуказанные обстоятельства должны были быть учтены заинтересованным лицом при проведении камеральной проверки, но этого не было сделано. Достоверность представленных заявителем доказательств таможенным органом не опровергнута. В рамках рассмотрения дела заявителем были представлены доказательства: порядок заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР; юридическое заключение V&T; Law Firm; документ об образовании. Доказательства были оформлены заявителем в соответствии со ст. 27 Федерального закона от 05.07.2010 № 154-ФЗ «Консульский устав Российской Федерации» (далее – Консульский устав РФ), что подтверждается печатью Министерства иностранных дел КНР и подписью, и печатью Консула Генерального консульства России в Шанхае. В консолидированном отзыве от 01.08.2022 (стр. 2 - 4, 7) заинтересованное лицо указывает на недостоверность представленных заявителем доказательств, сводя суть возражений к следующему: заключение составлено лицом, не состоящим в таможенных правоотношениях с лицами, являющимися сторонами внешнеторгового контракта; нарушены правила оформления доказательств, предусмотренные законодательством РФ и КНР; у лица, составившего Юридическое заключение, отсутствует компетенция в области внешнеэкономической деятельности и таможенного дела; имеются противоречия в переводах. Указанные выводы заинтересованного лица являются его суждениями и приходят в прямое противоречие с законодательством РФ, в связи со следующим. В соответствии с ч. 1 ст. 27 Консульского устава Российской Федерации консульской легализацией иностранных официальных документов является процедура, предусматривающая удостоверение подлинности подписи, полномочия лица, подписавшего документ, подлинности печати или штампа, которыми скреплен представленный на легализацию документ, и соответствия данного документа законодательству государства пребывания. Согласно ч. 2 ст. 27 Консульского устава Российской Федерации консульское должностное лицо легализует составленные с участием должностных лиц компетентных органов государства пребывания или от них исходящие официальные документы, которые предназначены для представления на территории Российской Федерации, если иное не предусмотрено международными договорами, участниками которых являются Российская Федерация и государство пребывания. В силу ч. 4 ст. 27 Консульского устава Российской Федерации консульское должностное лицо для совершения легализации иностранного официального документа вправе требовать представления его нотариально заверенного перевода на русский язык. Исходя из буквального толкования указанных норм законодательства Российской Федерации следует, что при прохождении процедуры легализации Консульское должностное лицо Российской Федерации удостоверяет подлинность подписи, полномочия лица, подписавшего документ, подлинность печати или штампа, которыми скреплен представленный на легализацию документ, и соответствия данного документа законодательству государства пребывания. Более того, пунктом 25 МИД России от 18.06.2012 № 9470 «Об утверждении Административного регламента Министерства иностранных дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по консульской легализации документов» в приеме иностранных официальных документов, составленных с участием должностных лиц компетентных органов государства пребывания для представления в компетентные органы Российской Федерации, консульскими учреждениями отказывается, если документы: противоречат законодательству Российской Федерации или содержание которых может нанести вред интересам Российской Федерации; не соответствуют требованиям законодательства государства пребывания, предусмотренного для легализации официальных документов; не содержат реквизитов, наличие которых является обязательным (номер, дата, подпись, штамп, печать), или на представленных документах подпись должностного лица и оттиск печати не соответствуют имеющимся в консульских учреждениях образцам. Таким образом, факт прохождения процедуры легализации, о чем свидетельствует печать Министерства иностранных дел КНР и подпись, и печать Консула Генерального консульства России в Шанхае, подтверждает соответствие документа всем требованиям законодательства РФ и КНР, в том числе подтверждает и наличие необходимых познаний у подписавшего данный документ лица. С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к следующим выводам. Заявитель, при оформлении ДТ и при прохождении таможенного контроля, как при ввозе товаров на территорию ЕАЭС, так и во время камеральной проверки, проводимой заинтересованным лицом, представил все предусмотренные законодательством документы, подтверждающие таможенную стоимость товаров и позволяющие применить метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами. Из представленных заявителем в материалы дела документов следует, что экспортные декларации, представленные заинтересованному лицу в рамках камеральной проверки, были получены единственно возможным способом - напрямую от китайского продавца, заявитель не имел возможности повлиять на их содержание, а также получить такие документы из иных источников, оснований для сомнения в достоверности этих документов у заявителя не имелось. Представленные заинтересованным лицом экспортные декларации не могут служить безусловным основанием для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров, так как имеют существенные противоречия как с законодательством КНР, так и внутренние, а также относятся к иному поставщику, не связанному в заявителем договорными отношениями. Заинтересованное лицо, при проведении камеральной проверки учло не все обстоятельства и причины, по которым возникли противоречия между экспортными декларациями, полученными от продавца и экспортными декларациями, полученными от таможенного органа КНР. Попытка заинтересованного лица переложить на заявителя бремя доказывания обстоятельств, из-за которых возникло различие ценовой информации между экспортными декларациями, идет в разрез с положениями абз. 2 п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 49. Неустранимые сомнения, возникшие при проведении камеральной проверки, должны трактоваться в пользу заявителя. Выводы заинтересованного лица о недостоверности представленных заявителем доказательств, а именно Порядка заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР и Юридического заключения V&T; Law Firm, противоречат положениям законодательства Российской Федерации в сфере легализации иностранных документов. Данные о стоимости товара и фактическом весе, содержащиеся в экспортных декларациях, представленных заинтересованным лицом, не подтверждены ни первичной документацией, ни какими-либо иными доказательствами. В подтверждение законности вынесенных решений заинтересованное лицо приводит единственное доказательство – экспортные декларации, полученные от таможенного органа КНР в рамках межправительственного соглашения, однако, оперируя данным фактом, заинтересованное лицо упускает важные обстоятельства:как указано заявителем, поставка товара по контракту осуществлялась на условиях FCA, следовательно, если обратиться к положениям Incoterms 2010, а именно к пункту А2, то можно установить, что экспортное оформление товаров должен осуществить продавец. Из данного обстоятельства следует, что при экспортном оформлении поставки товара именно продавец обеспечивает внесение всех параметров сделки в экспортную декларацию, включая данные о цене товара и весовых характеристиках, а также предоставляет документы, на основании которых он эти данные вносит, следовательно, покупатель не может оказать влияние на содержание экспортной декларации. Данные, содержащиеся в экспортных декларациях, представленных заинтересованным лицом, не подтверждаются первичной документацией, то есть документацией, которую представил продавец при оформлении деклараций. Без наличия первичной документации, представленной продавцом в таможенные органы КНР, не представляется возможным установить причины, по которым возникло различие в ценовых и весовых характеристиках, содержащихся в экспортных декларациях, представленных заявителем (получены от продавца) и экспортных декларациях, представленных заинтересованным лицом. Более того, заинтересованное лицо само подтверждает, что при вынесении решения оно основывалось только на данных, содержащихся в экспортной декларации, так как первичная документация не была представлена таможенным органом КНР (стр. 9 акта камеральной таможенной проверки). В то же время, при прохождении таможенного оформления и внесении данных в декларацию на товары, заявитель вносил данные о ценовых и весовых характеристиках поставленного товара, основываясь на первичной документации, которая была представлена в таможенные орган при прохождении таможенного оформления, заинтересованному лицу во время камеральной проверки и в суд в рамках рассмотрения настоящего дела. Заявитель, в целях подтверждения ценовых и весовых характеристик по каждой партии поставляемого товара, представил документы: контракт со всеми приложениями; спецификации на поставку товара; инвойсы; CMR; платежные поручения и ведомость банковского контроля, данный документ подтверждает прохождение финансового контроля на территории РФ, в процессе которого заявитель также должен подтвердить ценовые характеристики товара; экспортные декларации, которые были полученные от продавца (подтверждено протоколами осмотра доказательств). Во всех представленных первичных документах содержаться единые количественные показатели ценовых и весовых характеристик поставленного товара по контракту. Соответственно, само по себе различие стоимостной информации, указанной в документах, представленных ООО «Камелот-А» и в экспортных декларациях, полученных от Маньчжурской таможни, не может являться основанием для принятия решения заинтересованным лицом об изменении таможенной стоимости. При проведении камеральной проверки заинтересованное лицо не установило истинных причин расхождения ценовых и весовых показателей в экспортных декларациях, а лишь приняло за основу данные, содержащиеся в экспортных декларациях, представленных таможенными органами КНР, несмотря на то, что иные документы, в том числе первичные, подтверждают стоимость, заявленную заявителем. Кроме того, что заинтересованное лицо не подтвердило данные, содержащиеся в экспортной декларации, какой-либо первичной документацией, представленной покупателем в таможенные органы КНР, не были раскрыты обстоятельства, которые могли бы установить причину расхождения информации, содержащейся в разных версиях экспортных деклараций, а именно: какая процедура таможенного оформления экспорта на территории КНР, в части правил формирования ценовой информации при внесении данных в экспортную декларацию; имело ли место корректировка стоимости со стороны таможенных органов КНР; могут ли быть включены в стоимость товара иные расходы продавца при оформлении экспортной декларации. В свою очередь, вместо установления причин расхождения количественной информации, заинтересованное лицо вопреки положениям абз. 2 п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 49 перекладывает бремя доказывания этих обстоятельств на заявителя. Обстоятельства, на которые ссылается заявитель, а также представленные заявителем доказательства, направленные на подтверждение данных обстоятельств, существовали на момент проведения камеральной проверки, соответственно, они не ведут к пересмотру результатов камеральной проверки. Заинтересованное лицо в консолидированном мотивированном отзыве № б/н от 24.10.2022 (стр. 10-12) указывает, что представленные заявителем в рамках рассмотрения дела доказательства, а именно Порядок заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР и Юридическое заключение V&T; Law Firm, ведут к пересмотру результатов камеральной проверки, поэтому не могут быть приняты во внимание. Однако, данные письменные доказательства содержат в себе нормы права, которые действовали на момент проведения проверки и не содержат в себе новых обстоятельств, которые не могли бы быть установлены заинтересованным лицом. Заинтересованное лицо само ссылается на Порядок заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР и цитирует его положения, касающиеся предварительного и таможенного номера, в акте камеральной проверки. Юридическое заключение V&T; Law Firm содержит правовые нормы, отражающие формирование цены сделки при экспортном оформлении поставляемого товара, что также не является новым доказательством. Указанные в юридическом заключении нормы права действовали как до, так и во время проведения камеральной проверки и должны были быть учтены заинтересованным лицом для установления причин расхождения количественной информации в разных версиях экспортных деклараций. Следовательно, данные доказательства не влекут за собой пересмотр результатов камеральной проверки и оценены судом при вынесении решения. В соответствии с ч. 1, 2 ст. 65, ч. 1 ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле. В соответствии с ч. 1 ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу. Согласно ч. 1, 2, 4, 5 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. При этом одной из основных задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую или иную экономическую деятельность. В силу статьи 2, части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, создает условия для правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела, что необходимо для достижения такой задачи судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов других участников гражданских и иных правоотношений. При рассмотрении настоящего дела судом в порядке части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации были созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, ответчик извещен надлежащим образом о рассмотрении дела, что позволяло ответчику совершить процессуальные действия (в том числе ознакомиться с материалами дела; ходатайствовать о фальсификации доказательств либо подать иные процессуальные заявления; предоставить дополнительные доказательства, опровергающие доводы истца). Исходя из принципа состязательности судопроизводства риск наступления последствий несовершения ответчиком процессуальных обязанностей по доказыванию своих доводов лежит на нем (часть 2 статьи 9 АПК РФ). Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При таких обстоятельствах, исследовав и оценив все имеющиеся в материалы дела доказательства и пояснения лиц, участвующих в деле, в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также учитывая положения статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска. Распределение судебных расходов производится по правилам статей 102, 104, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167-171, 176, 110, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд признать незаконными и отменить решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров: № п/п Дата Решения Корректируемая ДТ 1 18.01.2022 10609050/311019/0050166 2 19.01.2022 10609050/011119/0050229 3 19.01.2022 10609050/031119/0050447 4 19.01.2022 10609050/071119/0051110 5 19.01.2022 10609050/081119/0051321 6 19.01.2022 10609050/101119/0051375 7 20.01.2022 10609050/111119/0051391 8 20.01.2022 10609050/121119/0051823 9 20.01.2022 10609050/131119/0052047 10 20.01.2022 10609050/141119/0052230 11 20.01.2022 10609050/151119/0052299 12 20.01.2022 10609050/171119/0052455 13 20.01.2022 10609050/171119/0052453 14 20.01.2022 10609050/171119/0052454 15 20.01.2022 10609050/171119/0052460 16 21.01.2022 10609050/201119/0052913 17 21.01.2022 10609050/201119/0052908 18 21.01.2022 10609050/211119/0053097 19 21.01.2022 10609050/211119/0053282 20 21.01.2022 10609050/211119/0053095 21 24.01.2022 10609050/221119/0053475 22 24.01.2022 10609050/221119/0053448 23 24.01.2022 10609050/231119/0053553 24 25.01.2022 10609050/231119/0053554 25 25.01.2022 10609050/241119/0053585 26 25.01.2022 10609050/261119/0054026 27 25.01.2022 10609050/281119/0054327 28 25.01.2022 10609050/281119/0054346 29 26.01.2022 10609050/291119/0054676 30 26.01.2022 10609050/011219/0054757 31 26.01.2022 10609050/031219/0055046 32 26.01.2022 10609050/061219/0055839 33 26.01.2022 10609050/091219/0055930 34 26.01.2022 10609050/101219/0056152 35 26.01.2022 10609050/111219/0056398 36 27.01.2022 10609050/111219/0056433 37 27.01.2022 10609050/121219/0056558 38 27.01.2022 10609050/121219/0056546 39 27.01.2022 10609050/131219/0056709 40 27.01.2022 10609050/131219/0056688 41 27.01.2022 10609050/151219/0056861 42 27.01.2022 10609050/151219/0056858 43 28.01.2022 10609050/171219/0057270 44 28.01.2022 10609050/181219/0057400 45 28.01.2022 10609050/191219/0057612 46 28.01.2022 10609050/221219/0057989 47 28.01.2022 10609050/231219/0058025 48 28.01.2022 10609050/271219/0059116 49 28.01.2022 10609050/180120/0001336 50 25.01.2022 10609050/210120/0002096 обязать Сибирское таможенное управление (ОГРН <***>) в течение 30 дней с даты вступления в законную силу решения суда устранить допущенные нарушения прав общества с ограниченной ответственностью «Камелот-А» (ОГРН <***>). Взыскать с Сибирского таможенного управления (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Камелот-А» (ОГРН <***>) расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 рублей. Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом. Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия. Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд. Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. Жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области. Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящее решение выполнено в форме электронного документа, и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет" в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Судья Н.А.Редина Суд:АС Новосибирской области (подробнее)Истцы:ООО "Камелот-А" (подробнее)Ответчики:Сибирское таможенное управление (подробнее)Иные лица:Кемеровская таможня (подробнее)Новосибирская таможня (подробнее) Последние документы по делу: |
