Решение от 6 мая 2022 г. по делу № А12-714/2022

Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


город Волгоград

«06» мая 2022 года Дело № А12-714/2022


Резолютивная часть решения оглашена 04 мая 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 06 мая 2022 года.


Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Щетинина П.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Артюховой В.В.,

при участии:

от истца – представитель ФИО1 по доверенности от 30.12.2021,

от ответчика – представитель ФИО2 по доверенности от 10.02.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Инспекции Федеральной налоговой службы России по Дзержинскому району г. Волгограда (ИНН <***>, ОГРН <***>, 400094, <...>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Роспромэко» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 400120, <...>)

о понуждении к изменению фирменного наименования,


УСТАНОВИЛ


Инспекция Федеральной налоговой службы России по Дзержинскому району г. Волгограда (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Роспромэко» (далее – ответчик) о понуждении к изменению фирменного наименования.

Определением от 20.01.2022 исковое заявление принято к производству, суд обязал стороны:

ответчику – представить мотивированные и обоснованный отзыв на исковое заявление с представлением доказательств направления отзыва другой стороне.

Определением от 15.02.2022 суд обязал стороны:

ответчику – представить письменный отзыв.

Определением от 15.03.2022 суд обязал стороны:

истцу – представить копию переписки между ООО «Роспромэко» и ИФНС по Дзержинскому району г.Волгограда по вопросу содержания фирменного наименования общества, в том числе:

- копию письма ИФНС №17/18/1 от 28.01.2016, - копию ответа ООО «Роспромэко» на письмо ИФНС №17-18/1 от 28.01.2016.

Определением от 12.04.2022 суд обязал стороны:

представить правовые позиции со ссылками на судебную практику. 3. В соответствии с положениями статьи 9 Арбитражного процессуально

В судебном заседании представитель истца требования поддержал.

Ответчик против удовлетворения заявленных требований возражал, просил в иске отказать.


Изучив представленные в материалы дела документы, оценив доводы, изложенные в исковом заявлении, отзыве, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

Как следует из искового заявления, на регистрационном учете в ИФНС России по Дзержинскому району г. Волгограда состоит общество с ограниченной ответственность "Роспромэко" ИНН <***>.

Истец настаивает на доводах о том, что общество является обладателем фирменного наименования включающее официальное наименование "Российская Федерация" или "Россия", а также слово, производное от этого наименования.

В материалах регистрационного дела ООО "Роспромэко" отсутствует разрешение на использование в фирменном наименовании официального наименования Российская Федерация или Россия, а также слов, производных от этого наименования.

Как указывает истец, ООО "Роспромэко" в своем фирменном наименовании содержит слово «Российская», что в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", с п.58.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26.03.09 № 29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса РФ» под словами, производнымиотофициального наименования «Российская Федерация» или «Россия», в смысле абз. 8 п. 4 ст. 1473 ГК РФ следует понимать, в том числе слово «Российский» (и производные от него), следовательно, наименование ООО "Роспромэко" противоречит нормам действующего законодательства и вводит в заблуждение потребителей и хозяйствующих субъектов, а также создает организации недопустимые конкурентные преимущества за счет использования слов, вызывающих стойкую ассоциацию у потребителя с участием государства в деятельности данной организации, либо с особой значимостью деятельности данной организации в государственных интересах.

В соответствии с Положением о Федеральной налоговой службе, утвержденным постановлением Правительства РФ от 30.09.04 № 506, Федеральная налоговая служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственную регистрацию юридических лиц, физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств.

В рамках досудебного урегулирования спора, регистрирующим органом в адрес общества направленны уведомления от 18.11.2021 №15-18/1/42950 о добровольном изменении фирменного наименования общества в указанный в уведомлении срок.

В ответ на указанное уведомление, от общества поступило письмо, из которого следует, ООО "Роспромэко" несогласно изменять наименование, по мнению общества в названии "Роспромэко" состоит из слогана «Рост Промышленной Экологии».

Неисполнение обществом требования налогового органа послужило основанием для обращения инспекции в арбитражный суд с настоящим иском.


Положениями статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами, причем эта статья также содержит указание на возможность применения иных способов, предусмотренных в законе.

В соответствии с положениями части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно части 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

Следовательно, предъявление иска, с учетом характера нарушения права, должно иметь своей целью реальное восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в арбитражный суд лица.

Согласно пунктам 4 и 5 части 2 статьи 125, части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса рассмотрение дела в арбитражном суде происходит исходя из предмета и основания, заявленных в иске. При этом под предметом иска понимается материально-правовое требование истца к ответчику, в основание иска входят юридические факты, с которыми нормы материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.10.2012 N 5150/12).

В силу пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.11.2010 N 8467/10.

В постановлениях от 16.11.2010 N 8467/10, от 06.09.2011 N 4275/11, от 19.06.2012 N 2665/12, от 07.02.2012 N 12573/11, от 24.07.2012 N 5761/12, от 09.10.2012 N 5377/12 и от 10.12.2013 N 9139/13 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации сформулировал следующие правовые позиции. При очевидности преследуемого истцом материально-правового интереса суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, а обязан сам определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы подлежат применению. Формальный подход к квалификации заявленного требования недопустим. Такой подход не обеспечивает разрешение спора, определенность в отношениях сторон, баланс их интересов и стабильность гражданского оборота в результате рассмотрения одного дела в суде, что способствовало бы процессуальной экономии и максимально эффективной защите прав и интересов всех причастных к спору лиц.

Суд отмечает, что с учетом названных выше разъяснений суд может и обязан самостоятельно квалифицировать спорные правоотношения.

В рассматриваемом случае суд полагает необходимым исходить из следующего.

Отношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, а также в связи с ведением Единого государственного реестра юридических лиц, регулируются Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Пунктом 4.1 статьи 9 Закона о государственной регистрации установлено, что регистрирующий орган не проверяет на предмет соответствия федеральным законам или иным нормативным правовым актам Российской Федерации форму представленных документов (за исключением заявления о государственной регистрации) и содержащиеся в представленных документах сведения, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Перечень документов, обязательных к представлению в регистрирующий орган при государственной регистрации создаваемого юридического лица, установлен статьей 12 названного Закона.

Согласно пункту 4 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, должно иметь фирменное наименование.

Требования к фирменному наименованию устанавливаются настоящим Кодексом и другими законами. Права на фирменное наименование определяются в соответствии с правилами раздела VII настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах, и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо должно иметь полное и вправе иметь сокращенное фирменное наименование на русском языке. Юридическое лицо вправе иметь также полное и (или) сокращенное фирменное наименование на языках народов Российской Федерации и (или) иностранных языках.

Фирменное наименование юридического лица на русском языке и языках народов Российской Федерации может содержать иноязычные заимствования в русской транскрипции или соответственно в транскрипциях языков народов Российской Федерации, за исключением терминов и аббревиатур, отражающих организационно-правовую форму юридического лица.

В силу пункта 4 названной статьи в фирменное наименование юридического лица не могут включаться полные или сокращенные официальные наименования иностранных государств, а также слова, производные от таких наименований; включение в фирменное наименование юридического лица официального наименования Российская Федерация или Россия, а также слов, производных от этого наименования, допускается по разрешению, выдаваемому в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Таким образом, в статье 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации изложена императивная норма, касающаяся возможности включения в фирменное наименование юридического лица официального наименования Российская Федерация или Россия, а также условий такого включения.

Порядок использования наименований «Россия», «Российская Федерация» и производных от них в названиях создаваемых организаций установлен постановлением Правительства Российской Федерации от 03.02.2010 № 52 «Об утверждении правил включения в фирменное наименование юридического лица официального наименования «Российская Федерация» или «Россия», а также слов, производных от этого наименования».

Вопрос о наличии в наименовании слов, производных от официального наименования «Российская Федерация» или «Россия», подлежит разрешению с точки зрения обычных потребителей (контрагента, пользователя услуг, покупателя и прочих лиц), не являющихся специалистами в области лингвистики.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

На основании абзаца 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление от 23.06.2015 N 25) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса).

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено следующее. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с правилами статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с положениями статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

По смыслу пункта 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Из положений указанных норм следует, что формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу.

В соответствии с нормами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии с положениями части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11 сформулирована правовая позиция, согласно которой, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

При отсутствии прямых возражений ответчика у суда отсутствуют основания по собственной инициативе опровергать доказательства, представленные истцом, поскольку это нарушает такие фундаментальные принципы арбитражного процесса, как состязательность и равноправие сторон (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.10.2013 № 8127/13).


С учетом доводов ответчика, суд полагает, что истец, учитывая, что за ответчиком зарегистрирован товарный знак, предмет требований не доказал ввиду следующего.


В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 03.08.2020 N С01-745/2020 по делу N А32-38939/2019, на налоговый орган возлагается бремя доказывания того факта, что наличие в наименовании общества обозначения "РОС" в данном конкретном случае влечет возникновение у потребителя ассоциаций со словами, производными от слов "Российская Федерация" или "Россия".


Как следует из материалов дела, за ответчиком зарегистрирован товарный знак за номером государственной регистрации 820979 с указанием наименования ответчика «Роспромэко».


При этом фирменное наименование и товарный знак - это различные средства индивидуализации, но вместе с тем, при проведении государственной экспертизы органом регистрации в обязательном порядке проводится проверка обозначения в отношении которого испрашивается регистрация товарного знака на предмет соответствия требованиям законодательства Российской Федерации, и, в частности на предмет соответствия требованиям статьи 1231.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1231.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не предоставляется правовая охрана в качестве промышленного образца или средства индивидуализации объектам, включающим, воспроизводящим или имитирующим официальные символы, наименования и отличительные знаки либо их узнаваемые части:

1) государственные символы и знаки (флаги, гербы, ордена, денежные знаки и тому подобное);

2) сокращенные или полные наименования международных и межправительственных организаций, их флаги, гербы, другие символы и знаки;

3) официальные контрольные, гарантийные или пробирные клейма, печати, награды и другие знаки отличия.

Указанные в пункте 1 статьи 123.1 Гражданского кодекса Российской Федерации официальные символы, наименования и отличительные знаки, их узнаваемые части или имитации могут быть включены в промышленный образец или средство индивидуализации в качестве неохраняемого элемента, если на это имеется согласие соответствующего компетентного государственного органа, органа международной или межправительственной организации.

Вышеуказанные требования статьи 1231.1 Гражданского кодекса Российской Федерации фактически дублируют требования пункта 4 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, сам факт государственной регистрации товарного знака указывает о том, что уполномоченным государственным органом уже выражена позиция о том, что обозначение «Роспромэко» не включает, не воспроизводит, не имитирует какое-либо официальное наименование, т.е. в том числе не является производным от слова «Россия», «Российская Федерация».


Суд находит обоснованными следующие доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление.

Истцом не приведен ни один случай (или документ), в котором Ответчик преподносил бы свое наименование как, например «Российская промышленная экология» или упоминал слово «Российская».

Истцом не приведены доказательства «производности» слова «Роспромэко» или морфемы «Рос» от слова «Российский». Морфема «Рос», содержащаяся в составе наименования «Роспромэко», не обладает морфологической самостоятельностью, следовательно, восприятие отдельной части наименования в отрыве от остальной части наименования является с точки зрения этимологии (раздел лингвистики, изучающий значение слов) логически необоснованным.

Утверждение об однозначной производности слова «Роспромэко» от слов «Российский» или «Россия» является предположением, не подкрепленным ни этимологической составляющей, ни документальной.

Верность позиции относительно обязанности Истца доказывать ассоциативную связь между фирменным наименованием общества и словами «Россия» и «Российская Федерация» подтверждается материалами судебной практики.

В деле № А32-10078/2021, на материалы которого ссылается Истец, как на материалы судебной практики в подтверждение своей позиции, судебные акты первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела судом кассационной инстанции (Судом по интеллектуальным правам) были отменены, при повторном рассмотрении дела по существу в исковых требованиях инспекции было отказано. Суд отказал в исковых требованиях «в отсутствие соответствующих доказательств со стороны инспекции. исследовав в совокупности и взаимной связи доказательства, представленные в материалы дела обществом, принял во внимание само фирменное наименование юридического лица с учетом его структуры, последовательности и взаимосвязи элементов», что свидетельствует о необходимости критической оценки доводов инспекции, обязательности их доказывания и обязательном учете содержания объяснений и доказательств Ответчика.

Суд также отмечает правовую позицию, прямо изложенную в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 09.07.2018 в рамках дела № А49-11860/2017, в соответствии с которой обязанность по доказыванию ассоциации при использовании в фирменном наименовании слога «РОС» как при визуализации, так и при звучании, с наименованием «Российская Федерация» или «Россия», а также словами, производными от этого наименования, лежит на налоговом органе.

С учетом изложенного бремя доказывания следует отнести на истца.

Как указывает ответчик, фирменное наименование «Роспромэко» присвоено обществу при создании (регистрации) 13.04.2012, и при его регистрации у регистрирующего органа вопросов относительно предполагаемого несоответствия фирменного наименования Общества гражданскому законодательству и законодательству о государственной регистрации не возникало, отказ в регистрации и даже соответствующее намерение со стороны регистрирующего органа не выражались.

Ранее в адрес Общества поступало обращение Истца от 28.01.2016 по вопросу происхождения фирменного наименования, в ответ на которое Ответчик предоставил подробную, обоснованную позицию об источниках происхождения фирменного наименования и об отсутствии признаков несоответствия наименования действующему законодательству РФ. Позиция Ответчика была принята Истцом, что подтверждается отсутствием дальнейшей переписки по данному вопросу в течение 5 лет.

Таким образом, Ответчик сделал вывод, что регистрирующий орган солидарен с позицией Ответчика относительно содержания фирменного наименования общества и не имеет к нему претензий.

Более чем за 9 лет деятельности Ответчика позиция Истца не была выражена как решительное несогласие с позицией Общества относительно фирменного наименования,.

С учетом сформировавшихся деловых связей между Обществом и его контрагентами, деловой репутации Общества при исполнении государственных и муниципальных контрактов, идентифицируемой, в том числе, фирменным наименованием, удовлетворение требования о понуждении Общества к изменению фирменного наименования, используемого на протяжении более 9 лет, может привести к убыткам, связанным с проведением формальных процедур внесения изменений в действующую договорную документацию Общества, процедур уведомления контрагентов, замены лицензий и т.д.


Относительно происхождения фирменного наименования суд находит обоснованной позицию ответчика.


При создании общества и определении идентифицирующих его признаков и реквизитов в 2012 году учредители общества исходили из целей, задач, направлений, сферы деятельности, применяемых средств, преследуемого результата. В качестве сферы деятельности общества была избрана сфера обращения с отходами производства и потребления. В качестве основной цели деятельности общества определено извлечение прибыли. В числе задач основной деятельности Общества - обеспечение промышленного сектора услугами по обращению с опасными отходами производства и потребления. Для осуществления основного вида деятельности Обществом применяются промышленные установки, снижающие либо исключающие негативное воздействие отходов на окружающую природную среду (экологию). Также, Ответчик имеет лицензию на осуществление деятельности по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I-IV классов опасности Серии 034 № 4349-СТОБ/П от 23.01.2020 (т.е. осуществляет деятельность непосредственно в экологической сфере). В качестве преследуемого объективного результата деятельности учредители видели и видят развитие промышленного сектора в части увеличения уровня применения экологичных технологий и повышения степени обеспеченности промышленного сектора эффективными услугами по обращению с отходами производства, что и является выражением роста в соответствующей сфере. Совокупность указанных целей, задач, направлений, средств и преследуемого результата привела к формированию слогана компании - «Рост промышленной экологии», отражающего общую направленность деятельности на рост показателя экологичности производств в промышленной и смежной сфере. При ознакомлении с налоговой и статистической отчетностью Общества и оценке его в динамике с момента образования можно отметить, что основной доход Общества по ОКВЭД 37.00 (Сбор и обработка сточных вод) с момента создания постоянно увеличивается, что является объективным и бесспорным подтверждением компонента слогана и наименования «рост».

Ударение на последний слог в слове «Роспромэко» создает акцент восприятия на компонент «эко», создающий единую ассоциацию с производством в области экологии и определяющий смысловую нагрузку иных компонентов как на связанные с «эко» (экологичный) слова. При таких обстоятельствах, сопоставляя степень возможного производного характера компонента «рос» от слов «Россия» и «рост», производность и ассоциативность от слова «Россия» не усматривается, а производность от слова «рост» представляется вполне логичной.

Товарный знак «Роспромэко», олицетворяющий фирменное наименование, имеет графическое выражение в виде комбинированного знака, состоящего из трех горизонтальных волнистых линий зеленого цвета и находящегося ниже единого слова «Роспромэко», воспроизведенного черным цветом с большой буквы «Р» (как имя собственное). Волнистые линии направлены на создание ассоциации с водой, как направленность деятельности компании на обезвреживание жидких отходов производства и потребления, по итогам которого образуется очищенная вода. Зеленый цвет, использованный в изображении, в подкрепление слогана «рост промышленной экологии» символизирует рост (рост зеленой травы и крон деревьев, зелени лесов) и экологичность. Слово «Роспромэко» отображено как единое, без разделителей и выделения цветом, что способствует восприятию как самостоятельного слова русского языка, не имеющего ничего общего со словом «Россия». Стоит отметить, что в официальных документах Общества (в том числе на бланках писем), на табличках в местах осуществления деятельности, на производственных объектах (ассенизационных машинах и пунктах приема отходов), спецодежде персонала товарный знак обозначается именно в таком виде, что также способствует безошибочной идентификации самостоятельного наименования организации и не создает ассоциации со словом «Россия». Более того, в силу специфики деятельности (обслуживание преимущественно юридических лиц), потребители, как правило, являются либо специализированными участниками рынка обращения с отходами, либо заказчиками услуг по обращению с отходами, что способствует восприятию слова «Роспромэко» именно в том значении, которое слову придает руководство компании.

В современных реалиях ведения бизнеса, характеризующихся высокой степенью цифровизации и интенсивностью обмена информацией, значительное влияние на восприятие и ассоциацию фирменных наименований безусловно оказывают общедоступные цифровые информационные базы в сети Интернет. Так, в результатах запросов по слову «Роспромэко» поисковыми системами Yandex и Google выдаются сведения о принадлежности «Роспромэко» к экологической сфере, сфере оказания услуг и выполнения работ, строительства и эксплуатации промышленных объектов, автомобильных перевозок опасных грузов и т.д. При этом, в результатах поисковых запросов нет ни единого упоминания слов «Россия» или «Российский», равно как и не содержится ни единого намека на сокращения от указанных слов. Данный факт также подтверждает ошибочность позиции регистрирующего органа о производности компонента «рос» от слов «Россия» и «Российский».

С учетом изложенного, суд соглашается с позицией ответчика относительно того факта, что наименование «Роспромэко» не несет смысловую нагрузку, на уровне эмоционального восприятия ассоциируемую со словом «Россия» и не может вызывать стойкую ассоциацию потребителя с участием государства в деятельности организации либо с особой значимостью деятельности данной организации в государственных интересах. Фирменное наименование «Роспромэко» целиком и полностью является производным от слогана «Рост промышленной экологии», в составе которого не содержатся слова «Российская Федерация», «Россия» или производные от этого наименования.

Учитывая, что позиция Истца основана исключительно на личном мнении инспектора, не подтвержденном документально, в то время как позиция Ответчика об отсутствии признаков производности (с учетом позиции Суда по интеллектуальным правам по делу N9 А32-38939/2019) подтверждена актом компетентного органа государственной власти (ФИПС) при регистрации исключительного права ООО «Роспромэко» на товарный знак «Роспромэко», заявленные Истцом исковые требования не подлежат удовлетворению.


Суд отдельно отмечает, что в рассматриваемом случае ответчик доказал, а истец не опроверг, что фирменное наименование «Роспромэко» целиком и полностью является производным от слогана «Рост промышленной экологии», в составе которого не содержатся слова «Российская Федерация», «Россия» или производные от этого наименования, товарный знак зарегистрирован и никем не оспорен, товарный знак зарегистрирован.


Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В п. 2.1 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.01.2015 № 6-О указано: «Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, конституционный принцип состязательности предполагает такое построение судопроизводства, в том числе по гражданским делам, при котором правосудие (разрешение дела), осуществляемое только судом, отделено от функций спорящих перед судом сторон, при этом суд обязан обеспечивать справедливое и беспристрастное разрешение спора, предоставляя сторонам равные возможности для отстаивания своих позиций, и потому не может принимать на себя выполнение их процессуальных (целевых) функций. Диспозитивность в гражданском судопроизводстве обусловлена материально-правовой природой субъективных прав, подлежащих судебной защите. Присущий гражданскому судопроизводству принцип диспозитивности означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом».

По делам искового производства суд не обязан собирать доказательства по собственной инициативе. Риск наступления последствий несовершения процессуальных действий по представлению в суд доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которые ссылается сторона как на основание своих требований и возражений, лежит на этой стороне. Последствием непредставления в суд доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, является принятие судебного решения не в пользу этой стороны (ч. 2 ст. 9, ст. 65, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, приведенные и другие собранные по делу доказательства, обосновывающие наличие или отсутствие имеющих значение для дела обстоятельств, оцененные арбитражным судом в своей совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание конкретные и фактические обстоятельства дела, достаточны для вывода об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.


В соответствии с положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.


На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявленных требований – отказать.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через Арбитражный суд Волгоградской области.



Судья П.И. Щетинин