Постановление от 15 октября 2024 г. по делу № А40-185611/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-50199/2024

Дело № А40-185611/23
г. Москва
15 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 15 октября 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Головкиной О.Г.,

судей Левченко Н.И., Мезриной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бабарыкиной М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО "Ресо-Лизинг" на решение Арбитражного суда г. Москвы от 18 июня 2024 г. по делу № А40-185611/23 по иску ООО "ОК Электротехнологии" (ИНН <***>, ОГРН <***>), ИП ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ООО "Ресо-Лизинг" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 1 116 563 руб. 54 коп.

при участии в судебном заседании: от истцов - не явился, извещен; от ответчика ФИО1 (по доверенности от 27.09.2023 г.)



У С Т А Н О В И Л:

ООО «ОК Электротехнологии» и ФИО2 обратились в Арбитражный суд г. Москвы с иском о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ООО «ОК Электротехнологии» неосновательного обогащения в размере 697 402 руб. 10 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.02.2023 г. по 14.08.2023 г. в размере 28 364 руб. 20 коп., с дальнейшим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 15.08.2023 г. по день фактической оплаты; о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ФИО2 неосновательного обогащения в размере 375 524 руб. 21 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.02.2023 г. по 14.08.2023 г. в размере 15 273 руб. 03 коп., с дальнейшим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 15.08.2023 г. по день фактической оплаты

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.11.2023 г. в рамках дела № А40-185611/23 судебное заседание отложено по иску ООО «ОК Электротехнологии», ФИО2 к ООО «РЕСО-Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга № 5562КД-ОКЭ/01/2021 от 12.04.2021 г. в размере 480 350 руб. 33 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.02.2023 г. по 14.08.2023 г. в размере 19 536 руб. 44 коп., с дальнейшим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 15.08.2023 г. по день фактической оплаты, выделены в отдельное производство требования: ООО «ОК Электротехнологии», ФИО2 к ООО «РЕСО-Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга № 5563КД-ОКЭ/02/2021 от 12.04.2021 г. в размере 344 315 руб. 19 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.02.2023 г. по 14.08.2023 г. в размере 14003 руб. 73 коп., с дальнейшим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 15.08.2023 г. по день фактической оплаты, выделены в отдельное производство требования ООО «ОК Электротехнологии», ФИО2 к ООО «РЕСО-Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга № 5567КД-ОКЭ/03/2021 г. в размере 139 248 руб. 74 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.02.2023 г. по 14.08.2023 г. 5663 руб. 42 коп., с дальнейшим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 15.08.2023 г. по день фактической оплаты, выделены в отдельное производство требования ООО «ОК Электротехнологии», ФИО2 к ООО «РЕСО-Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга № 5684КД-ОКЭ/04/2021 от 13.05.2021 г. в размере 109 012 руб. 06 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.02.2023 г. по 14.08.2023 г. в размере 4433 руб. 65 коп., с дальнейшим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 15.08.2023 г. по день фактической оплаты, в рамках данного дела рассматриваются требования о взыскании по договору лизинга № 5562КД-ОКЭ/0Г2021 от 12.04.2021 г.

В процессе судебного разбирательства истцы уточнили исковые требования и просили взыскать с ответчика в пользу ООО "ОК Электротехнологии" неосновательное обогащение по договору лизинга № 5562КД-ОКЭ/01/2021 от 12.04.2021 г. в размере 546 521 руб. 72 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 13.01.2023 г. по 26.01.2024 г. в размере 59 216 руб. 94 коп., с последующим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданскою кодекса Российской Федерации, начиная с 27.01.2024 г. по день фактической оплаты. С ответчика в пользу ИП ФИО2 - неосновательное обогащение по договору лизинга № 5562КД-ОКЭ/0/2021 в размере 294 280 руб. 93 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 13.01.2023 г. по 26.01.2024 г. в размере 31 886 руб. 04 коп., с последующим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 27.01.2024 г. по день фактической оплаты. Уточнения приняты судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 18.06.2024 г. исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции решением, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе истцу в иске, ссылаясь на то, что договор уступки права на неосновательное обогащение является ничтожной сделкой, никакие права к истцу (цессионарию) от лизингополучателя не перешли, а значит, истец не вправе требовать их защиты в судебном порядке; сумма завершающей обязанности (сальдо) определена истцом не правильно; довод суда о том, что лизингодателем не предоставлены доказательства наличия неблагоприятных последствий в связи с заключением истцами договора уступки, не соответствует положениям ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку провоцирует лизингополучателей и их цессионариев систематически нарушать закон и создавать условия для нарушения прав кредиторов лизингополучателей (лизингополучатель-банкрот не способен исполнить обязательства, имеющиеся перед кредитором); вывод суда о том, что включение лизингодателем в расчет сальдо арендной платы за время просрочки возврата ТС неправомерен; вывод суда о том, что применение ответчиком вместо полной стоимости возвращенного предмета лизинга только стоимости выкупленной лизингополучателем доли в предмете лизинга не соответствует п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17, противоречит закону (ст.ст. 1, 10, 15, 209, 218, 309, 310, 393, 453, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации) и п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17.

Истцы, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, в связи с чем, жалоба рассмотрена без их участия по представленным в материалы дела документам.

Заслушав объяснения представителя ответчика, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности, с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив выводы суда первой инстанции, апелляционным судом не усматривается правовых оснований для отмены решения суда первой инстанции.

При этом апелляционный суд исходит из следующего.

Как усматривается из материалов дела, 12.04.2021 г. между ООО «РЕСО-Лизинг» (лизингодатель) и ООО «ОК Электротехнологии» (лизингополучатель) заключен договор лизинга № 5562КД-ОКЭ/01/2021, согласно которому лизингодатель обязуется приобрести в собственность имущество и предоставить это имущество лизингополучателю в качестве предмета лизинга.

Сумма лизинговых платежей по договору составляет 6 176 120 руб., стоимость предмета лизинга составила 3 688 000 руб. (включая НДС), аванс в размере 0 руб., размер финансирования по договору составил 3 688 000 руб.

Срок лизинга – до 30.04.2026 г. (1 844).

В дальнейшем договор лизинга был расторгнут лизингодателем в одностороннем порядке. Предмет лизинга был изъят и реализован 10.01.2023 г. за 4 000 000 руб.

Расчет сальдо:

Плата за финансирование составляет 13,354 % годовых: (общая сумма договора лизинга - сумма первичного аванса - размер финансирования) /(размер финансирования * срок договора лизинга)) * 365 дней = ((6 176 120 – 3 688 000) / (3 688 000 * 1 844) * 365 * 100% = 13,354.

Плата за финансирование до момента фактического возврата финансирования составляет: размер финансирования * плата за финансирование * срок финансирования/ (365 * 100%) = (3 688 000 * 13,354 % * 638 (с 12.04.2021 по 10.01.2023) / (365 * 100%) = 860 855 руб. 18 коп.

Размер расходов лизингодателя составляет 4 548 855 руб. 18 коп.: сумма финансирования + плата за финансирование, руб.

Размер доходов лизингодателя составляет:

Ежемесячные платежи по договору лизинга + цена реализации предмета лизинга = 1 029 205,51 + 4 000 000 = 5 029 205 руб. 51 коп.

Сальдо встречных обязательств составляет: 5 029 205,51 – 4 548 855,18 = 480 350 руб. 33 коп. в пользу лизингополучателя.

Положениями п. 2 ст. 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Размер процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.02.2023 г. по 14.08.2023 г. составил: 43 637 руб. 24 коп.

Также 27.06.2023 г. между ИП ФИО2 (исполнитель) и ООО «ОК Электротехнологии» (заказчик) заключен договор об оказании юридической помощи, согласно которому заказчик передал, а исполнитель принял 35% прав лизингополучателя в части получения с ООО «РЕСО-Лизинг» неосновательного обогащения, связанного с досрочным расторжением вышеуказанного договора лизинга.

Таким образом, размер права требования ООО «ОК Электротехнологии» к ООО «РЕСО-Лизинг» в части получения неосновательного обогащения, связанного с досрочным расторжением договоров лизинга №№ 5562КД-ОКЭ/01/2021 от 12.04.2021 г.; № 5563КД-ОКЭ/02/2021 от 12.04.2021 г.; № 5567КД-ОКЭ/03/2021 г. от 13.04.2021 г.; № 5684КД-ОКЭ/04/2021 от 13.05.2021 г., составляет 65 %, то есть 697 402 руб. 10 коп., размер процентов составляет 28 364 руб. 20 коп.

Размер права требования ИП ФИО2 к ООО «РЕСО-Лизинг» в части получения неосновательного обогащения, связанного с досрочным расторжением договоров лизинга №№ 5562КД-ОКЭ/01/2021 от 12.04.2021 г.; № 5563КД-ОКЭ/02/2021 от 12.04.2021 г.; № 5567КД-ОКЭ/03/2021 г. от 13.04.2021 г.; № 5684КД-ОКЭ/04/2021 от 13.05.2021 г. составляет 35 %, т.е. 375 524 руб. 21 коп., размер процентов составляет 15 273 руб. 03 коп.

Истцами ответчику направлены претензии с требованием выплатить неосновательное обогащение, однако ответ не поступил, задолженность не погашена.

В процессе судебного разбирательства, с учетом отзыва ответчика, истцами заявлено об уточнении исковых требований в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому:

12.04.2021 г. между ООО «РЕСО-Лизинг» (лизингодатель) и ООО «ОК Электротехнологии» (лизингополучатель) был заключен договор лизинга № 5562КД-ОКЭ/01/2021, согласно которому лизингодатель обязуется приобрести в собственность имущество и предоставить это имущество лизингополучателю в качестве предмет лизин га.

Общая сумма договора: 6 243 501 руб. 50 коп. (разногласий нет);

Сумма финансирования: 3 755 381 руб. 50 коп. (разногласий нет);

Плата за финансирование: 13.1 1 % годовых (разногласий нет);

Плата за финансирование фактическая:

По данным ответчика: 884 846 руб. 08 коп., исходя из срока финансирования 656 дней (с 12.04.2021 г. по 27.01.2023 г. - дата получения денежных средств по договору купли-продажи по договору купли-продажи)- частично оспаривается.

По данным истца: в п. 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г., указано следующее: «В то же время, исходя из свободы выбора контрагента лизингодателем и свободы определений ими условии соглашения купли-продажи, а также с учетом принципа относительности обязательства на лизингополучателя, не участвующего в их соглашении, не может быть возложен риск ненадлежащего исполнения обязательств контрагентом лизингодателя и ему не могут быть противопоставлены условия договора купли-продажи предмета лизинга, определяющие срок уплаты покупной цепы - (п. 3 ст. 308, ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, моментом возврата финансирования также не может считаться день фактического получения выручки от продажи предмета лизинга. Если принять во внимание изложенное, по общему правилу, момент возврата финансирования должен определяться по дню заключения договора купли-продажи или иных сделок, направленных на реализацию изъятого предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого на реализацию предмета лизинга (восстановление и оценку предмета лизинга, организацию его продолен лизингодателем)»,

Таким образом, срок финансирования определяется с 12.04.2021 г. по 12.01.2023 г. (по дату договора купли-продажи), т.е. 641 дней.

Плата за финансирование: (3 755 381,50 * 13.11 * 641) /(365 * 100 %)= 864 613 руб. 31 коп.:

Расходы: штраф за неуплату страховой премии: 10 000 руб. (не оспаривается); сумма пени: 122 054 руб. 29 коп. (не оспаривается); расходы на хранение: 37 900 руб. (не оспаривается); страхование: 168 453 руб. 75 коп. (не оспаривается);

Плата за фактическое пользование (ст. 622 Гражданского кодекса Российской Федерации): 47 944 руб. (оспаривается):

В состав расходов ответчик необоснованно включает платеж за пользование имуществом в соответствии с п. 9.3.3 Приложения № 4, согласно которому: «В случае нарушения лизингополучателем срока возврата имущества лизингополучатель обязан в порядке, предусмотренном статьей 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, за каждый день просрочки возврата имущества оплатить лизингодателю плату за пользование имуществом за период с даты расторжения договора лизинга по дату возврата/изъятия имущества.

Заключая настоящий договор лизинга, стороны согласовали, что плата за пользование имуществом после расторжения договора лизинга составляет 0,1 % от стоимости имущества по обязательному договору за каждый день просрочки возврата имущества.».

Предоставления лизингодателя: 3 755 381 руб. 50 коп. (сумма финансирования) + 864 613 руб. 31 коп. (плата за финансирование) + 10 000 руб. (штраф за неуплату) страховой премии) + 122 054 руб. 29 коп. (пени) + 37 900 руб. (расходы на хранение) + 168 453 руб. 75 коп. (страхование) - 4 958 402 руб. 85 коп.

Предоставление лизингополучателя: сумма полученных лизинговых платежей -сумма аванса: 1 029 205.51 0,00-1 029 205,51 (не оспаривается);

Стоимость продажи ТС 3-му лицу: 4 770 000 руб. по договору купли-продажи от 12.01.2023 г.

Ответчик в расчете сальдо применяет такой показатель вместо стоимости возвращенной» предмета лизинга, как стоимость доли, выкупленной лизингополучателем (786 096 руб.), однако указанный подход к определению стоимости возвращенного имущества не применим.

Итого предоставление лизингополучателя: 1 029 205 руб. 51 коп. + 4 770 000 руб. = 5 799 205 руб. 51 коп.

Сальдо: 5 799 205 руб. 51 коп. – 4 958 402 руб. 85 коп. = 840 802 руб. 66 коп. в пользу лизингополучателя.

Положениями п. 2 ст. 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) с того времени, когда приобретатель узнал пли должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Изъятый предмет лизинга реализован лизингодателем по договору купли-продажи от 12.01.2023 г.

Истцы начислили ответчику проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 13.01.2023 г. по 26.01.2024 г., размер которых составил 91 102 руб. 99 коп.

В соответствии с полжоениями ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцы уточнили исковые требования и просили: взыскать с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ООО «ОК Электротехнологии» неосновательное обогащение по договору лизинга № 5562КД-ОКЭ/0Г2021 в размере 546 521 руб. 72 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 13.01.2023 г. по 26.01.2024 г. в размере 59 216 руб. 94 коп., с дальнейшим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам ст. 395 Гражданскою кодекса Российской Федерации, начиная с 27.01.2024 г. по день фактической оплаты, в пользу ИП ФИО2 неосновательное обогащение по договору лизинга № 5562КД-ОКЭ/01/2021 в размере 294 280 руб. 93 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 13.01.2023 г. по 26.01.2024 г. в размере 31 886 руб. 04 коп., с дальнейшим начислением процентов на сумму неосновательного обогащения по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 27.01.2024 г. по день фактической оплаты.

Проверив расчеты сальдо встречных обязательств и процентов за пользование чужими денежными средствами, представленные истцами, суд первой инстанции посчитал указанные расчеты правомерными.

Судом первой инстанции, на основании оценки представленных в материалы дела доказательств, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции соглашается с принятым судом первой инстанции решением, отклоняя доводы жалобы, исходя из следующего.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы ответчика о ничтожности договора уступки права на неосновательное обогащение, поскольку уступка предусматривает встречное предоставление в виде оказания согласованных сторонами юридических услуг. Ответчиком также не представлено доказательств, какие неблагоприятные последствия возникли у него в связи с заключением истцами договора об оказании юридической помощи.

При этом суд правомерно отклонил ссылки ответчика на банкротные основания оспаривания сделок, направленные на защиту прав кредиторов, поскольку в отношении ООО «ОК Электротехнологии» отсутствуют возбужденные дела о несостоятельности (банкротстве), ответчик не является кредитором ООО «ОК Электротехнологии».

На момент заключения договора цессии отношения между лизингодателем и лизингополучателем в рамках договора лизинга прекращены, в связи с расторжением ООО «РЕСО-Лизинг» договора лизинга в одностороннем порядке.

Предметом уступки является требование по денежному обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью.

Отклоняя доводы жалобы, апелляционный суд исходит из того, что в данном случае уступаемое право требования по денежным обязательствам лизинговой компании связано с осуществлением сторонами по договору лизинга предпринимательской деятельности, что в силу закона свидетельствует о возможности переуступки прав по договору лизинга, из которого возникло обязательство, без каких-либо исключений.

Пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации oт 21.12.2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (п. 3 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной –ст.ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что цедент и цессионарий не совершали никаких действий, свидетельствующих о намерении причинить вред лизингодателю, в связи с чем, оснований признать договор об оказании юридической помощи недействительным не имеется.

Более того, несмотря на то, что стороны предусмотрели в договоре ограничение уступки требования, вытекающего из этого обязательства, необходимостью согласия на то другой стороны договора, нарушение такого ограничения влечет только последствие в виде возможной ответственности кредитора перед должником, но оно не лишает силу саму уступку такого требования.

При этом личность кредитора при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга не имеет для ответчика существенного значения.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно не было усмотрено правовых оснований для признания договора цессии недействительным (ничтожным).

Довод жалобы о необходимости включения в расчет завершающей договорной обязанности платы за пользование предметом лизинга за период после расторжения договора лизинга по дату изъятия несостоятелен, поскольку внесение названной платы помимо уплаты лизинговых платежей противоречит закону о лизинге.

При этом, учитывая п. 9.3.3 приложения № 4 к договору, согласно которому в случае нарушения срока возврата лизингополучатель обязан в порядке ст. 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, за каждый день просрочки возврата имущества оплатить лизингодателю плату за пользование имуществом за период с даты расторжения по дату возвращения, которая составляет 0,1% от стоимости имущества за каждый день просрочки, в данном случае по условиям договора лизинга плата за пользование финансированием начисляется и уплачивается в структуре лизинговых платежей.

Настаивая на включении в расчет сальдо встречных предоставлений платы за пользование предметом лизинга, исчисленной по ставке аренды, лизинговая компания фактически требует существенного увеличения размера встречного предоставления по договору, что не соответствует положениям п. 5 ст. 17, п. 1 ст. 28 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

Применительно к полжоениям ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что по смыслу п. 9.3.3 приложения № 4, в котором содержится ссылка на ст. 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, указанная плата является платой за пользование имуществом, а не неустойкой.

Согласно положениям ст. 17 Закона о лизинге, если лизингополучатель не возвратил предмет лизинга или возвратил его несвоевременно, лизингодатель вправе требовать внесения платежей за время просрочки. В случае, если указанная плата не покрывает причиненных лизингодателю убытков, он может требовать их возмещения (пункт 5).

В случае, если за несвоевременный возврат предмета лизинга лизингодателю предусмотрена неустойка, убытки могут быть взысканы с лизингополучателя в полной сумме сверх неустойки, если иное не предусмотрено договором лизинга (пункт 6).

Исходя из содержания данных норм, само по себе расторжение договора лизинга не является основанием для прекращения обязательства по внесению лизинговых платежей: они подлежат уплате на тех же условиях, какие были предусмотрены договором, за период после отказа лизингодателя от исполнения сделки в пределах фактического владения предметом лизинга и пользования им (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.05 2010 г. № 1059/10),

Таким образом, при несвоевременном возврате предмета лизинга после прекращения договора лизинга, допущенная лизингополучателем просрочка дает лизингодателю право требовать внесения лизинговых платежей за все время неправомерного владения лизинговым имуществом с последующим сальдированием обязательств сторон (после возврата имущества и его продолен).

При этом, уплата лизинговых платежей составляет обязанность лизингополучателя по договору и является встречной по отношению к обязанности лизингодателя, которая в соответствии с определением предмета договора лизинга (ст. 2 Закона о лизинге) состоит, в том числе в передаче пользования и владения.

Тем самым, уплачивая лизинговые платежи, лизингополучатель также оплачивает владение и пользование предметом лизинга.

В данном случае по условиям договора лишней плата за пользование финансированием начисляется и уплачивается и структуре лизинговых платежей. Настаивая на включении в расчет сальдо встречных-предоставлений платы за пользование предметом лизинга, исчисленной по ставке аренды, лизинговая компания, по сути, требует существенного увеличения размера встречного предоставления по договору, что не соответствует положениям Закона о лизинге.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что платеж за пользование имуществом в соответствии с п. 9.3.3 приложения № 4 не подлежит включению в расчет сальдо.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно отклонил ссылки ответчика на то, согласно которой последний в расчете сальдо применяет такой показатель вместо стоимости возвращенного предмета лизинга, как стоимость доли, выкупленной лизингополучателем (786 096 руб.).

Отклоняя возражения ответчика в данной части, суд апелляционной инстанции исходит из того, что согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 174 указанная в п.п. 3.2 и 3.3 настоящего постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 Гражданского кодекса Российской Федерации - при возврате предмета лизинга лизингодателю), исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получении предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом, судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Размер взысканных судом процентов по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчиком не оспорен, контррасчет не представлен.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что исковые требования документально подтверждены и ответчиком не опровергнуты, в связи с чем, обоснованно удовлетворены.

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания, предусмотренные ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда первой инстанции с отнесением на ответчика расходов по госпошлине в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 18 июня 2024 года по делу № А40-185611/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.




Председательствующий судья: О.Г. Головкина



Судьи: Н.И. Левченко



Е.А. Мезрина