Постановление от 9 декабря 2021 г. по делу № А56-101843/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


09 декабря 2021 года

Дело №

А56-101843/2018


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Казарян К.Г., Мирошниченко В.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 28.06.2021), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Балтресурсмонтаж» ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 28.06.2021),

рассмотрев 08.12.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.05.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2021 по делу № А56-101843/2018/сд.4,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.08.2018 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «СервисПрофСтрой» о признании ООО «Балтресурсмонтаж», адрес: 194358, Санкт-Петербург, ул. Есенина, д. 36, корп. 3, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением от 26.10.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО3.

Решением от 11.04.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО3

В рамках дела о банкротстве Общества конкурсный управляющий ФИО3 12.11.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил суд признать недействительными сделки по перечислению 1 026 000 руб. на расчетный счет ФИО1 (ИНН <***>), совершенные в период с 22.12.2017 по 04.05.2018, применить последствия недействительности сделок в виде возврата названной суммы в конкурсную массу Общества, а также взыскать с ФИО1 в пользу Общества 115 797,45 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 23.06.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2020, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.01.2021 указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

После нового рассмотрения суд первой инстанции определением от 24.05.2021 признал недействительным дополнительное соглашение от 01.09.2016 к трудовому договору от 04.12.2014 № 26/2014, заключенное должником и ФИО1; признал недействительными взаимосвязанные сделки по перечислению Обществом в пользу ФИО1 870 000 руб.; применил последствия недействительности сделки, взыскал с ФИО1 в конкурсную массу Общества 870 000 руб. и 158 577,13 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами; в удовлетворении остальной части заявления отказал.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2021 определение от 24.05.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, просит отменить определение от 24.05.2021 и постановление от 10.09.2021, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3

Податель кассационной жалобы не согласна с выводом судов о наличии совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной, поскольку, по ее мнению, материалами дела не подтверждается ни неплатежеспособность Общества в период осуществления спорных платежей, ни несоразмерность повышения заработной платы, которая не превысила среднерыночной заработной платы на аналогичных должностях в данном регионе, ни причинение вреда имущественным правам кредиторов Общества.

В обоснование доводов кассационной жалобы ФИО1 указывает на то, что являлась сотрудником Общества с 2014 года, при этом повышение оклада ФИО1 до 63 000 руб. связано с улучшением финансового положения Общества.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы, а представитель конкурсного управляющего ФИО3 возражал против ее удовлетворения.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, Общество и ФИО1 04.12.2014 заключили трудовой договор № 26/2014 (далее – трудовой договор), согласно пункту 5.1 которого работник принят на должность исполнительного директора с ежемесячным окладом в размере 15 000 руб. Согласно пункту 5.2 трудового договора работодатель может устанавливать доплаты, надбавки, поощрительные выплаты работнику. Размер премиальной части зависит от производительности труда работника, перевыполнения нормы труда, частоты и продолжительности выполнения обязанностей временно отсутствующих работников и прочее. Дополнительным соглашением от 01.09.2016 стороны внесли изменения в трудовой договор в части размера оклада работника, увеличив его до 63 000 руб.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной, в обоснование заявленных требований сослался на пункты 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункты 6-9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статью 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявления конкурсного управляющего ФИО3, исходил из доказанности совокупности оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьей 10 ГК РФ, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 10.09.2021 оставил определение от 24.05.2021 без изменения.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемых судебных актов.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 названного Закона.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств, или иные действия, направленные на прекращение обязательств; банковские операции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 Постановления № 63, в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестность контрагента), не требуется.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 указанного Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами установлено, что оспариваемые платежи совершены в период с 22.12.2017 по 04.05.2018, то есть в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом (29.08.2018), следовательно, они подпадают под период подозрительности как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пунктах 5, 6 и 7 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под таковым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Делая вывод о наличии у сторон сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов Общества и причинении такого вреда, суды исходили из того, что в результате совершения оспариваемой сделки Общество стало отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, поскольку Обществом не были исполнены обязательства перед ООО «СервисПрофСтрой», требование которого включено в реестр требований кредиторов Общества, и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица при отсутствии встречного предоставления.

Вопреки доводам ФИО1, факт наличия у Общества признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых платежей подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-64263/2017 о взыскании с Общества в пользу ООО «СервисПрофСтрой» задолженности в размере 2 197 570 руб., возникшей с 24.10.2015.

Кроме того, как правильно указали суды, вступившим в законную силу судебным актом суда кассационной инстанции от 18.02.2021 по настоящему делу о банкротстве в рамках обособленного спора № А56-101843/2018/сд.1, в рамках которого конкурсным управляющим оспаривалось соглашение об уступке права требования от 09.02.2016 между Обществом и ФИО5, установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку величина обязательств Общества превышала его активы более чем на 51 %.

Таким образом, на 09.02.2016 Общество обладало признаками неплатежеспособности.

Судами первой и апелляционной инстанций подробно исследованы представленные ФИО1 документы, дана надлежащая оценка каждому из них, в том числе на предмет их допустимости и относимости.

Учитывая, что конкурсным управляющим оспаривался факт заключения сторонами дополнительного соглашения к трудовому договору № 03/2015 в 2016 году (датой заключения соглашения указано 01.08.2016), суды в отсутствие оригинала данного соглашения пришли к правильному выводу в соответствии с частью 6 статьи 71 АПК РФ о том, что факт заключения названного соглашения не может считаться доказанным ввиду невозможности проверки названного документа.

Судами также дана правильная оценка доводу ФИО1 об отсутствии у нее сведений о неплатежеспособности Общества.

Согласно положениям пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 названной статьи.

Как следует из материалов дела, на дату совершения оспариваемых платежей ФИО1 являлась исполнительным директора Общества.

Кроме того, ФИО1 до 08.04.2018 являлась одним из учредителей Общества.

С учетом указанных обстоятельств суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что ФИО1 на момент совершения оспариваемых платежей являлась заинтересованным по отношению к Обществу лицом и в силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не могла не знать об имущественном положении Общества, а также о причинении вреда имущественным интересам кредиторов.

В отсутствие доказательств, экономически обосновывающих увеличение заработной платы ФИО1 в условиях неплатежеспособности Общества более чем в четыре раза, суды, установив совершение оспариваемых платежей в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, недоказанность оснований указанных платежей, отсутствие соответствующего встречного предоставления, а также учитывая, что в результате совершения оспариваемых платежей причинен вред должнику и кредиторам, пришли к правильному выводу о том, что указанные выше обстоятельства в своей совокупности являются достаточными для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Суды признали оспариваемую сделку недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Вместе с тем, в данном случае суды первой и апелляционной инстанций, квалифицировав сделку как ничтожную, не указали, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные судами первой и апелляционной инстанций обстоятельства не свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем основания для применения положений статей 10, 168 ГК РФ отсутствуют.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства в совокупности, руководствуясь вышеназванными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, а также учитывая конкретные обстоятельства дела, суды первой и апелляционной инстанций правомерно удовлетворили заявление ФИО3

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции, правильно применив положения статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, взыскал с ФИО1 в пользу Общества 870 000 руб.

Судами также обоснованно удовлетворено требование конкурсного управляющего о взыскании с ФИО1 процентов за пользование чужими денежными средствами.

Согласно разъяснениям пункта 29.1 Постановления № 63, если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной – в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

Проверив представленный расчет процентов, руководствуясь пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление конкурсного управляющего в данной части, взыскав с ФИО1 проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 158 577,13 руб.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, доводы, приведенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судов, где получили надлежащую правовую оценку.

Доводы подателя кассационной жалобы не опровергают выводов судов, а, по сути, сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.05.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2021 по делу № А56-101843/2018/сд.4 оставить без изменения, а кассационную жалобу кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.



Председательствующий


А.Э. Яковлев


Судьи


К.Г. Казарян

В.В. Мирошниченко