Решение от 29 марта 2023 г. по делу № А59-4368/2022

Арбитражный суд Сахалинской области

Коммунистический проспект, дом 28, Южно-Сахалинск, 693024,

www.sakhalin.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А59-4368/2022
29 марта 2023 года
город Южно-Сахалинск




Резолютивная часть решения вынесена 24 марта 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 29 марта 2023 года.


Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Аникиной Н.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сон И.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению крестьянско-фермерского хозяйства «Козко» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Мурлия» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о расторжении договора аренды торгового павильона от 21.04.2022 года; взыскании задолженности по арендной плате в размере 412 163 рублей 10 копеек, судебных расходов по оплате государственной пошлины,

по встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мурлия» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к крестьянско-фермерскому хозяйству «Козко» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 293 333 рублей 33 копеек неосновательного обогащения,

третьи лица – Администрация муниципального образования «Холмский городской округ», Департамент по управлению муниципальным имуществом и землепользованию администрации муниципального образования «Холмский городской округ», Ан Жанна,

при участии:

от КФХ «Козко» – глава ФИО1, ФИО2 по доверенности от 25.07.2022,

от ООО «Мурлия» – ФИО3 по доверенности от 10.10.2022, ФИО4 по доверенности от 24.01.2023,

от третьих лиц – не явились,



УСТАНОВИЛ:

Крестьянско-фермерское хозяйство «Козко» (далее – КФХ «Козко») обратилось в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Мурлия» (далее – ООО «Мурлия», общество) о расторжении договора аренды торгового павильона от 21.04.2022; взыскании задолженности по арендной плате в размере 412 163 рублей 10 копеек, судебных расходов по оплате государственной пошлины.

В обоснование исковых требований указано на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору аренды торгового павильона «Фермер» от 21.04.2022.

В ходе судебного разбирательства от ООО «Мурлия» поступило встречное исковое заявление к крестьянско-фермерскому хозяйству «Козко» о взыскании 293 333 рублей 33 копеек неосновательного обогащения, которое принято к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском.

В обоснование встречных исковых требований указано, что договор аренды является недействительным, поскольку КФХ «Козко» не оформил в собственность объект недвижимости – павильон «Фермер» и не оформил в аренду земельный участок, имел право продавать свою продукцию лично без права передачи павильона в аренду.

Поскольку договор аренды является недействительным и КФХ «Козко» имел право продавать свою продукцию только лично, по мнению ООО «Мурлия», у ответчика по встречному иску возникло обязательство по оплате ООО «Мурлия» денежных средств за работу продавца.

Данное обязательство КФХ «Козко» перед ООО «Мурлия» не исполнялось, в связи с чем, по мнению истца по встречному иску, у КФХ «Козко» возникло неосновательное обогащение за период с 21.04.2022 по 30.11.2022 в размере 293 333 рубля 33 копейки, из расчета 40 000 рублей ежемесячной оплаты продавцу.

КФХ «Козко» со встречными исковыми требованиями не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на встречный иск, в котором указано, что ООО «Мурлия» пользуется арендованным имуществом, от договора аренды, полагая его недействительным, не отказался. Обязательства содержать работников (продавцов) арендатора у КФХ «Козко» отсутствуют.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Администрация муниципального образования «Холмский городской округ», Департамент по управлению муниципальным имуществом и землепользованию администрации муниципального образования «Холмский городской округ», Ан Жанна.

Представитель КФХ «Козко» в судебном заседании представил уточненный расчет исковых требований в части задолженности по арендной плате за реализованную молочную продукцию, согласно которому просил взыскать с ООО «Мурлия» 393 445 рублей 40 копеек задолженности по продаже молочной продукции.

Всего КФХ «Козко» просил взыскать с ООО «Мурлия» 60 000 задолженности по арендной плате, 78 501 рубль 10 копеек задолженности по оплате электроэнергии, 393 445 рублей 40 копеек задолженности по продаже молочной продукции, а также расторгнуть договор аренды павильона.

Суд на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принял уточнения исковых требований, как не противоречащие закону и не нарушающие прав других лиц.

Представитель КФХ «Козко» в судебном заседании исковые требования с учетом уточнений поддержал, возражал против удовлетворения встречных исковых требований.

Представитель ООО «Мурлия» в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, встречные исковые требования поддержал.

Третьи лица в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще в порядке статей 121, 123 АПК РФ, в связи с чем, суд на основании статьи 156 АПК РФ рассмотрел дело в отсутствие представителей третьих лиц.

Заслушав представителей сторон, изучив материалы дела, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к следующему.

Судом из материалов дела установлено, что 21 апреля 2022 года между крестьянско-фермерским хозяйство «Козко» (арендодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Мурлия» (арендатор) заключен договор аренды торгового павильона «Фермер» (далее – договор), предметом которого является предоставление арендодателем за плату во временное владение и пользование арендатора торгового павильона «Фермер» с целью использования – магазин для продовольственных товаров (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора объект аренды расположен по адресу: <...>, представляет собой одноэтажную нежилую постройку на фундаменте, планировка которой позволяет размещение магазина для продажи продовольственных товаров, общая площадь – 74,4 кв.м, расположена на земельном участке в 80 кв.м, с кадастровым номером 65:09:0000020:136 (далее по тексту – павильон).

В соответствии с пунктом 1.8 договора арендодатель несет ответственность за недостатки сданного им в аренду павильона, полностью или частично препятствующие пользованию им, несмотря на то, что при сдаче павильона в аренду арендодатель мог и не знать о наличии указанных недостатков.

Согласно пункту 1.9 договора в случаях, когда недостатки арендованного павильона были оговорены при заключении договора или были известны арендатору либо должны были быть выявлены им при осмотре павильона при заключении договора или передаче его арендатору в пользование по договору, арендодатель не отвечает за подобные недостатки.

Настоящий договор аренды здания не подлежит государственной регистрации по статусу временной постройки, вступает в силу (считается заключенным) с момента подписания настоящего договора (пункт 1.13 договора).

В соответствии с пунктом 3.7 договора арендатор обязуется в сроки, согласованные сторонами настоящего договора, вносить арендную плату за пользование полученным в аренду павильоном.

В соответствии с пунктом 6.1 стороны договора установили, что арендной платой будут являться:

- оплата арендатором стоимости ежемесячного обслуживания охранно-пожарной сигнализации, стоимости услуг водоснабжения, водоотведения, вывоза мусора, потребленной электроэнергии на основании установленных приборов учета или нормативов в целом за павильон, уборки внутри и вокруг павильона, с условием реализации в павильоне мясо-молочной продукции КФХ «Козко», на основании накладных, по ценам, устанавливаемым производителем собственной наценки; выручку от продажи продукции КФХ «Козко» арендатор обязан передавать арендодателю ежедневно (другую мясо-молочную продукцию других производителей арендатор может продавать в арендуемом павильоне «Фермер» только с письменного согласия арендодателя);

- ежемесячная денежная оплата в размере 30 000 рублей.

Согласно пункту 6.2 указанная денежная сумма арендной платы по договору аренды (пункт 6.1 договора) арендатором выплачивается ежемесячно на условиях предоплаты в срок до 03 числа оплачиваемого текущего месяца, либо путем перечисления платежным поручением причитающейся суммы на расчетный счет арендодателя, либо передачей наличными.

21 апреля 2022 года торговый павильон «Фермер» передан арендодателем арендатору по акту приема-передачи нежилого строения по договору аренды.

Правоотношения сторон возникли из договора аренды, правоотношения по которому подлежат регулированию главой 34 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии со статьей 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Пунктом 1 статьи 614 ГК РФ предусмотрено, что арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно пункту 2 статьи 614 ГК РФ арендная плата устанавливается за все арендуемое имущество в целом или отдельно по каждой из его составных частей в виде:

- определенных в твердой сумме платежей, вносимых периодически или единовременно (подпункт 1);

- предоставления арендатором определенных услуг (подпункт 3).

Стороны могут предусматривать в договоре аренды сочетание указанных форм арендной платы или иные формы оплаты аренды.

Таким образом, суд приходит к выводу, что сторонами в договоре согласована смешанная форма арендной платы в виде твердой суммы ежемесячных арендных платежей в размере 30 000 рублей, оплаты потребленной электрической энергии и предоставления арендатором арендодателю услуги по реализации молочной продукции КФХ «Козко», что согласуется с пунктом 2 статьи 614 ГК РФ.

Кроме того, как следует из материалов дела, ООО «Мурлия» в рамках спорных правоотношений производились все формы внесения арендной платы – в виде платежей в твердой сумме, оплаты электроэнергии и реализации молочной продукции КФХ «Козко», что подтверждает согласование сторонами данной формы арендной платы.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как следует из материалов дела, в апреле 2022 года ООО «Мурлия» внесло фиксированную арендную плату в размере 10 000 рублей за апрель месяц (с 21.04.2022 по 30.04.2022) и возместило расходы за электроэнергию в сумме 3 210 рублей 24 копейки за указанный период.

Таким образом, за апрель 2022 года у ООО «Мурлия» отсутствует задолженность по внесению арендной платы в твердой денежной сумме и по оплате электроэнергии.

17.06.2022 ООО «Мурлия» внесло фиксированную арендную плату за май месяц в размере 30 000 рублей.

19.07.2022 ООО «Мурлия» внесло фиксированную арендную плату за июнь месяц в размере 30 000 рублей.

Таким образом, за период июль – август 2022 у ООО «Мурлия» образовалась задолженность перед КФХ «Козко» по внесению арендной платы в твердой сумме в размере 60 000 рублей (30 000 рублей – за июль и 30 000 рублей – за август 2022 года).

Проверив расчет задолженности в данной части, суд находит его обоснованным и арифметически верным.

ООО «Мурлия» доказательств оплаты данной задолженности не представило.

Довод ООО «Мурлия» о недействительности договора аренды торгового павильона от 21.04.2022, поскольку КФХ «Козко» не оформлено право собственности на объект и земельный участок в аренду, судом отклоняется по следующим основаниям.

В соответствии с позицией, изложенной в абзаце 2 пункта 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» наличие либо отсутствие у арендодателя прав на арендованное имущество, в том числе, права аренды, субаренды и т.п. не влияет на обязательство арендатора по уплате арендной платы за пользование помещением. Положения статьи 608 ГК РФ не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду. Доводы арендатора, пользовавшегося соответствующим имуществом и не оплатившего пользование объектом аренды, о том, что право собственности на арендованное имущество принадлежит не арендодателю, а иным лицам и поэтому договор аренды является недействительной сделкой, не принимаются судом во внимание.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 13898/11, в сферу материальных интересов арендатора не входит исследование вопроса о том, на каких основаниях арендодатель распоряжался объектом аренды.

Материалами дела подтвержден и не оспорен ООО «Мурлия» факт пользования торговым павильоном, при этом заявляя довод о том, что КФХ «Козко» не имеет права сдавать данный павильон в аренду, ООО «Мурлия» продолжало использовать спорный торговый павильон для своей предпринимательской деятельности, а также частично исполняло данный договор в том числе в части реализации молочной продукции КФХ «Козко».

Таким образом, суд приходит к выводу, что довод ООО «Мурлия» об отсутствии у КФХ «Козко» права на сдачу торгового павильона в аренду не имеет правового значения для разрешения спора о взыскании арендной платы и не является основанием для освобождения от уплаты арендных платежей лицу, которое фактически предоставило обществу имущество в аренду.

На основании вышеизложенного, требования КФХ «Козко» о взыскании 60 000 рублей задолженности по арендной плате в виде ежемесячной твердой денежной суммы являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Как следует из материалов дела, 30.06.2022 ООО «Мурлия» произвело КФХ «Козко» оплату за электроэнергию в размере 3 210 рубле 24 копейки за апрель месяц (с 21.04.2022 по 30.04.2022).

Согласно расчету КФХ «Козко» за период май – июль 2022 года у ООО «Мурлия» образовалась задолженности по оплате электроэнергии в размере 78 501 рубль 10 копеек, в обоснование чего представлены: договор энергоснабжения № 170236; счета-фактуры от 31.05.2022 № 4525-080-05 (18 552 рубля 80 копеек – 2 пункт счета-фактуры), от 30.06.2022 № 6101-080-05 (24 520 рублей 32 копейки – 2 пункт счета-фактуры), от 31.07.2022 № 7042-080-05 (37 428 рублей – 2 пункт счета-фактуры), а также расшифровки к указанным счета-фактурам, согласно которым вышеперечисленные суммы потребленной электроэнергии относятся к объекту: магазин, <...>.

Наличие электрической энергии в торговом павильоне ООО «Мурлия» не оспаривается. Кроме того, принимая во внимание особенности реализуемой в павильоне продукции, деятельность общества в отсутствие электроэнергии была бы невозможна.

С учетом пояснений сторон об отсутствии у торгового павильона адреса, а также в отсутствие доказательств, что по указанному адресу или по адресу: <...>, находятся иные объекты КФХ «Козко», потребляющие электрическую энергию, суд приходит к выводу, что КФХ «Козко» доказано, что предъявленная к оплате сумма потребленной электроэнергии относится к спорному торговому павильону.

ООО «Мурлия» доказательств оплаты за электроэнергию, входящей в состав арендной платы, не представило.

Проверив расчет задолженности в данной части, суд находит его обоснованным и арифметически верным.

Таким образом, требования КФХ «Козко» об оплате задолженности в виде стоимости потребленной электроэнергии в размере 78 501 рубль 10 копеек являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В части исковых требований о взыскании задолженности за реализованную молочную продукцию в размере 393 445 рублей 40 копеек за период апрель – июль 2022 года суд приходит к следующему.

Как указано выше, стороны в договоре аренды торгового павильона согласовали различные формы внесения арендной платы, в том числе в виде реализации в павильоне молочной продукции КФХ «Козко» на основании накладных по ценам, устанавливаемым производителем собственной наценки с обязанностью ООО «Мурлия» по передаче выручки от реализованной продукции (пункт 6.1 договора).

Материалами дела и сторонами подтверждено, что данное условие договора исполнялось – КФХ «Козко» поставлял ООО «Мурлия» для реализации свою молочную продукцию, а ООО «Мурлия» указанную продукцию реализовывало и передавало выручку от реализации наличными денежными средствами либо оплата поступала КФХ «Козко» непосредственно от покупателей через терминал, принадлежащий КФХ «Козко» и установленный в торговом павильоне исключительно для оплаты продукции арендодателя.

Пунктом 2.4 договора аренды установлена обязанность арендатора принимать по приемо-передаточным документам продукцию КФХ «Козко» для ее реализации в торговом павильоне, ежесуточно уведомлять арендодателя об остатках нереализованной продукции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободы в заключении договора.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смысла договора в целом.

Проанализировав условия заключенного между сторонами договора, суд приходит к выводу, что ООО «Мурлия» приняло на себя обязательства по реализации молочной продукции КФХ «Козко» и передаче выручки от реализованной продукции, а также обязательство ежесуточно уведомлять КФХ «Козко» об остатках нереализованной продукции.

При этом, в какой форме ООО «Мурлия» обязано уведомлять КФХ «Козко» об остатках нереализованной молочной продукции, условия договора не содержат.

Согласно пояснениям КФХ «Козко», продавцы ООО «Мурлия» ежесуточно уведомляли арендодателя об остатках нереализованной молочной продукции посредством телефонных звонков.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что КФХ «Козко» каким-либо образом фиксировало количество и стоимость нереализованной молочной продукции.

Молочная продукция относится к скоропортящимся пищевым продуктам, качество которых должно соответствовать требованиям Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов», ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции», ТР ТС 033/2013 «О безопасности молока и молочной продукции», СанПин 2.3.21078-01 «Гигиенические требования безопасности и пищевой ценности пищевых продуктов», ГОСТ 31450-2013 «Межгосударственный стандарт. Молоко питьевое. Технические условия» и иным требованиям действующего законодательства в части безопасности молочной продукции для жизни и здоровья граждан.

Согласно ГОСТ 31450-2013 «Межгосударственный стандарт. Молоко питьевое. Технические условия» срок годности продукта с момента окончания технологического процесса устанавливает изготовитель с учетом требований нормативных правовых актов в области безопасности пищевой продукции.

КФХ «Козко» в ходе судебного разбирательства не отрицал, что производимая им молочная продукция имеет непродолжительный срок годности.

При этом договор аренды торгового павильона не содержит в себе согласованного сторонами условия о судьбе нереализованной молочной продукции.

Реализация молочной продукции и передача арендатором арендодателю выручки от реализованной продукции является согласованной сторонами составной частью арендной платы в виде предоставления арендатором данной услуги.

Иной какой-либо услуги, оказываемой ООО «Мурлия» арендодателю, кроме реализации и передачи выручки от реализации продукции КФХ «Козко», условия договора не содержат.

При этом, как следует из пояснений КФХ «Козко» в ходе судебного разбирательства, ООО «Мурлия» ежесуточно уведомляло арендодателя об остатках нереализованной продукции.

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств того, что КФХ «Козко» проявлял какой-либо интерес к нереализованной продукции, интересовался датой истечения срока годности нереализованной продукции и ее дальнейшей судьбой.

Доказательств того, что ООО «Мурлия» каким-либо образом чинило препятствия КФХ «Козко» забрать нереализованную молочную продукцию, в том числе, продукцию с истекшим сроком годности, в материалы дела не представлено.

Кроме того, поскольку КФХ «Козко» не велся учет нереализованной молочной продукции и данная обязанность согласно условиям договора на ООО «Мурлия» не лежит, довод КФХ «Козко» о том, что ООО «Мурлия» в полном объеме реализовывалась вся молочная продукция, поставленная в спорный период КФХ «Козко», и каких-либо остатков нереализованной молочной продукции не оставалось, судом отклоняется, поскольку документально не подтвержден.

Таким образом, установленная в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 614 ГК РФ арендная плата в виде предоставления арендатором услуги в виде реализации молочной продукции арендодателя и передаче выручки от данной реализации, с учетом формулировки данного обязательства в договоре аренды торгового павильона от 21.04.2022, не позволяет обеспечить баланс интересов сторон и создает недопустимую неопределенность в их обязательственных правоотношениях, используемую истцом по первоначальному иску для целей достижения желаемого им правового результата.

Таким образом, проверить расчет исковых требований, в части задолженности по передаче выручки за реализованную обществом молочную продукцию, представляется возможным при наличии следующих составляющих: количество и стоимость поставленной арендодателем молочной продукции за вычетом переданной арендатором выручки и за вычетом нереализованной молочной продукции.

Вместе с тем, одна составляющая данного расчета в материалах дела отсутствует и КФХ «Козко» не представлена.

Кроме того, представленные КФХ «Козко» в материалы дела записи не принимаются судом в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего расчет исковых требований в части задолженности за реализованную молочную продукцию, поскольку не оформлены надлежащим образом, частично не содержат сведений о цене переданной молочной продукции, а также имеют множество зачеркиваний, помарок и исправлений.

Вместе с тем, расчет исковых требований в данной части построен таким образом, что имеет взаимосвязь с накладными о передаче молочной продукции ответчику, поскольку количество переданной и реализованной продукции за весь спорный период не совпадало.

При этом, довод КФХ «Козко», что ООО «Мурлия» не возражало относительно оформления правоотношений сторон подобным образом, судом отклоняется, поскольку обязанность по предоставлению расчета размера исковых требований, который возможно проверить суду, исходя из представленных в материалы дела доказательств, лежит именно на истце.

Таким образом, суд приходит к выводу, что КФХ «Козко» в нарушение пункта 7 части 2 статьи 125 АПК РФ не представило доказательств, из которых возможно установить размер задолженности ООО «Мурлия» за реализованную молочную продукцию.

Статьей 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Вместе с тем, КФХ «Козко» не представил четкого, документального подтвержденного расчета за спорный период, позволяющего однозначно определить размер и само наличие либо отсутствие задолженности.

На основании вышеизложенного, исковые требования в части взыскания 393 445 рублей 40 копеек задолженности за реализованную молочную продукцию удовлетворению не подлежат.

Рассмотрев требование КФХ «Козко» о расторжении договора аренды, суд признает его подлежащим удовлетворению в силу следующего.

Согласно пункту 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В силу пункта 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Статьей 619 ГК РФ установлены основания для досрочного расторжения судом договора аренды по требованию арендодателя, в том числе, невнесение арендатором более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа арендной платы.

Согласно пункту 11.1 настоящий договор может быть расторгнут по соглашению сторон и судом по требованию одной из сторон при существенном нарушении условий договора одной из сторон, или в иных случаях, предусмотренных настоящим договором или действующим законодательством.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 11.2 по требованию арендодателя настоящий договор аренды может быть расторгнут судом в случаях, когда арендатор более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату.

КФХ «Козко» просит расторгнуть договор аренды от 21.04.2021 в связи с существенными нарушениями его условий со стороны ООО «Мурлия», а именно: невнесение арендатором в течении более двух раз подряд по истечении срока, определенного договором, арендной платы, что подтверждено материалами дела.

Таким образом, ООО «Мурлия» допущено существенное нарушение условий договора, в связи с чем требование КФХ «Козко» о его расторжении подлежит удовлетворению.

На основании вышеизложенного, суд удовлетворяет исковые требования КФХ «Козко» к ООО «Мурлия» в части расторжения договора аренды торгового павильона «Фермер» от 21.04.2022 и взыскания 138 501 рубля 10 копеек задолженности по арендной плате, из которых 60 000 рублей – задолженность в виде фиксированной суммы ежемесячной арендной платы и 78 501 рубль 10 копеек – задолженность по электроэнергии.

В части исковых требований о взыскании задолженности по арендной плате за реализованную молочную продукцию в размере 393 445 рублей 40 копеек суд отказывает.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 551 рубля 14 копеек на основании части 1 статьи 110 АПК РФ подлежат взысканию с ООО «Мурлия» в пользу КФХ «Козко» пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований имущественного характера.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей подлежат взысканию с ООО «Мурлия» в пользу КФХ «Козко» за требование неимущественного характера – о расторжении договора.

Государственная пошлина в размере 2 396 рублей, с учетом увеличения размера исковых требований и разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», подлежит взысканию с КФХ «Козко» в доход федерального бюджета.

Рассмотрев встречные исковые требования ООО «Мурлия» к КФХ «Козко» о взыскании 293 333 рублей 33 копеек неосновательного обогащения, суд приходит к следующему.

В обоснование встречных исковых требований указано, что поскольку договор аренды является недействительным и КФХ «Козко» имел право продавать свою продукцию только лично, по мнению, ООО «Мурлия», у ответчика по встречному иску возникло обязательство по оплате ООО «Мурлия» денежных средств за работу продавца.

Данное обязательство КФХ «Козко» перед ООО «Мурлия» не исполнялось, в связи с чем, по мнению истца по встречному иску, у КФХ «Козко» возникло неосновательное обогащение за период с 21.04.2022 по 30.11.2022 в размере 293 333 рубля 33 копейки, из расчета 40 000 рублей ежемесячной оплаты продавцу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Таким образом, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретения или сбережения имущества за счет другого лица и отсутствия правовых оснований неосновательного обогащения: а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1107 ГК РФ, лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Вместе с тем, услуги исполнителя (продавца) ООО «Мурлия» не относится к правоотношениям между КФХ «Козко» и контрагента арендатора, а обязанность возмещать обществу расходы по оказанию услуг за реализацию продукции арендодателя не предусмотрена ни договором аренды, ни действующим законодательством.

При этом, ссылка ООО «Мурлия» на недействительность договора аренды и на обязанность КФХ «Козко» реализовывать свою продукцию лично не свидетельствует о возникновении на стороне ответчика по встречному иску неосновательного обогащения в виде выплаченной обществом стоимости услуги своему продавцу, привлеченному в качестве исполнителя рамках гражданско-правового договора.

При этом, заключение гражданско-правового договора от 21.04.2021 между ООО «Мурлия» (заказчиком) и Ан Жанной (исполнителем), в соответствии с которым исполнитель обязуется выполнять работы по приемке и продаже товара, поступаемого в распоряжение заказчика в торговом павильоне «Фермер» с указанием раздельной суммы расчетов за приемку и продажу товара, принадлежащего ООО «Мурлия», и за приемку и продажу товара, принадлежащего КФХ «Козко», а также определение стоимости данных услуг, является волеизъявлением арендатора, который использовал торговый павильон для ведения, в том числе, собственной предпринимательской деятельности и реализации собственной продукции, что было целью заключения договора аренды от 21.04.2021.

Кроме того, как указано выше, в соответствии с позицией, изложенной в абзаце 2 пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 наличие либо отсутствие у арендодателя прав на арендованное имущество, в том числе, права аренды, субаренды и т.п. не влияет на обязательство арендатора по уплате арендной платы за пользование помещением. Доводы арендатора, пользовавшегося соответствующим имуществом и не оплатившего пользование объектом аренды, о том, что право собственности на арендованное имущество принадлежит не арендодателю, а иным лицам и поэтому договор аренды является недействительной сделкой, не принимаются судом во внимание.

Как установлено судом из материалов дела, реализация товара, принадлежащего КФХ «Козко» являлась одной из установленных сторонами форм арендной платы, что согласуется с подпунктом 3 пункта 2 статьи 614 ГК РФ, в то время как способ реализации указанного товара путем привлечения исполнителей и оплаты их услуг, не может являться неосновательным обогащением арендодателя, поскольку в соответствии с подпунктом 3 части 2 статьи 614 ГК РФ предоставление арендатором определенных услуг является одним из способов арендной платы.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 13898/11, в сферу материальных интересов арендатора не входит исследование вопроса о том, на каких основаниях арендодатель распоряжался объектом аренды, а факт наличия между сторонами арендных правоотношений подтвержден материалами дела и ООО «Мурлия» не оспорен.

На основании вышеизложенного, суд отказывает в удовлетворении встречных исковых требований в полном объеме.

Поскольку в удовлетворении встречных исковых требований отказано, в силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу встречного иска в размере 8 867 рублей относятся на ООО «Мурлия» - истца по встречному иску.

Государственная пошлина в размере 933 рубля, излишне уплаченная истцом по встречному иску согласно чеку-ордеру ПАО «Сбербанк» Южно-Сахалинской отделение 8567/122 от 07.12.2022, на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату ООО «Мурлия» из федерального бюждета.


Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 АПК РФ, суд



РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Расторгнуть договор аренды торгового павильона «Фермер» от 21.04.2022, этажностью – 1, общей площадью 74,4 кв.м., расположенного на земельном участке с кадастровым номером 65:09:0000020:136, заключенный между крестьянско-фермерским хозяйством «Козко» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и обществом с ограниченной ответственностью «Мурлия» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мурлия» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу крестьянско-фермерского хозяйства «Козко» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 138 501 рубль 10 копеек основного долга, 9 551 рубль 14 копеек судебных расходов по уплате государственной пошлины, а всего – 148 052 рубля 24 копейки.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с крестьянско-фермерского хозяйства «Козко» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 2 396 рублей государственной пошлины.

В удовлетворении встречных исковых требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Мурлия» (ОГРН <***>, ИНН <***>) из федерального бюджета 933 рубля государственной пошлины, уплаченной согласно чеку-ордеру ПАО «Сбербанк» Южно-Сахалинской отделение 8567/122 от 07.12.2022. Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его изготовления в полном объеме, через Арбитражный суд Сахалинской области.


Судья Н.А.Аникина