Постановление от 26 марта 2024 г. по делу № А32-42704/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-42704/2022
г. Краснодар
26 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2024 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Тамахина А.В., судей Малыхиной М.Н. и Ташу А.Х., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Фесенко А.Г., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от истца – ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 09.01.2024), в отсутствие ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания "Гелиос"» (ИНН <***>, ОГРН <***>), третьего лица – ФИО3, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.09.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2023 по делу № А32-42704/2022, установил следующее.

ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском к ООО «Страховая компания "Гелиос"» (далее – общество) о взыскании 309 338 рублей 65 копеек страхового возмещения (уточненные требования).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3

Решением от 06.09.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.11.2023, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить обжалуемые судебные акты и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить иск в полном объеме. По мнению заявителя жалобы, предъявление выгодоприобретателем требования о взыскании убытков непосредственно к арбитражному управляющему не лишает последнего права как стороны договора обязательного страхования гражданской ответственности предъявить требование о выплате страхового возмещения к страховщику. Для переложения на страхователя в порядке регресса расходов на произведенную страховую выплату в пункте 9 статьи 24.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве) используется тот же критерий, по которому в силу общих норм гражданского законодательства (пункт 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации) страховщик при наступившем страховом случае освобождается от выплаты страхового возмещения, а именно: умышленный характер действий либо заведомая направленность действий на извлечение собственной выгоды. Сам факт нарушения положений закона является недостаточным для признания умысла со стороны арбитражного управляющего, а также получения им выгоды в результате незаконных действий. Бремя доказывания умысла в действиях страхователя лежит на страховщике. Решение Арбитражного суда Тюменской области от 29.12.2021 по делу № А70-10741/2021 не содержит выводов о наличии в действиях ФИО1 вины в форме умысла или о незаконном получении им материальных выгод. Решение суда по делу № А70-10741/2021 устанавливает только факт ненадлежащего исполнения ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего, выразившегося в непринятии должных мер по резервированию на счете должника и выплате ФИО3 вознаграждения одновременно с окончанием расчетов с кредиторами. Исходя из положений статьи 24.1 Закона о банкротстве договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего заключается не только в интересах участвующих в процедурах банкротства лиц и других лиц, но и самого арбитражного управляющего, который хотя и исполняет предписанную законом обязанность по заключению такого договора, исполнив ее, вправе минимизировать за счет страхования непреднамеренно возникшие неблагоприятные последствия.

Отзыв на кассационную жалобу не поступил.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, выслушав пояснения представителя истца, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела и установлено судами, общество (страховщик) и ФИО1 (страхователь) заключили следующие договоры страхования ответственности арбитражного управляющего: договор от 14.06.2019 № 930-0001833-03366 со сроком действия с 14.06.2019 по 12.12.2019; договор от 13.12.2019 № 930-0003693-03594 со сроком действия с 13.12.2019 по 12.06.2020; договор от 13.06.2020 № 930-0005751-03594 со сроком действия с 13.06.2020 по 14.12.2020.

Согласно пункту 1.1 договоров страхования предметом договоров является страхование ответственности страхователя на случай причинения убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, или иным лицам (выгодоприобретателям) вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, утвержденного в качестве внешнего управляющего или конкурсного управляющего в процедуре внешнего управления или конкурсного производства, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.10.2014 по делу № А75-11476/2013. Лицом, риск ответственности которого застрахован, является страхователь.

В период осуществления ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Строймонтаж» его ответственность застрахована в обществе.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Тюменской области от 29.12.2021 по делу № А70-10741/2021 с ФИО1 в пользу ФИО3 взыскано 300 331 рубль 65 копеек убытков, причиненных вследствие ненадлежащего исполнения полномочий конкурсного управляющего ЗАО «Строймонтаж» по делу № А75-11476/2013, и 9007 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

ФИО1 обратился к обществу с претензиями от 21.04.2022, 16.06.2022 о выплате 309 338 рублей 65 копеек страхового возмещения в связи с наступлением страхового случая.

В письмах от 12.04.2022 № 5125 и от 19.07.2022 № 9171 общество отказало ФИО1 в выплате страхового возмещения со ссылкой на отсутствие законных оснований для признания события страховым случаем.

Полагая, что отказ общества в выплате страхового возмещения незаконен, ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском.

Отказывая в иске, суд первой инстанции руководствовался статьями 309, 310, 430, 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», положениями Закона о банкротстве и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доводы и возражения сторон, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания суммы страхового возмещения в пользу страхователя, поскольку ФИО1 фактически является причинителем ущерба, поэтому взыскание страхового возмещения приведет к его неосновательному обогащению.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал, отметив, что имущественная сфера ФИО1 может быть восстановлена за счет обращения к страховщику в случае отсутствия умышленных действий или бездействия, выразившихся в нарушении им требований Закона о банкротстве, либо отсутствия доказательств получения им выгоды в результате незаконных действий. Вместе с тем из решения Арбитражного суда Тюменской области от 29.12.2021 по делу № А70-10741/2021 следует вывод, что действиями арбитражного управляющего ФИО1 причинены убытки ФИО3, выразившиеся в неполучении вознаграждения арбитражному управляющему.

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 5 статьи 24.1 Закона о банкротстве страховым случаем по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего является подтвержденное вступившим в законную силу решением суда наступление ответственности арбитражного управляющего перед участвующими в деле о банкротстве лицами или иными лицами в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 6 данной статьи.

Пунктом 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве предусмотрены случаи, при которых страховщик имеет право предъявить регрессное требование к причинившему убытки арбитражному управляющему, риск ответственности которого застрахован по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, в размере произведенной страховой выплаты, составляющие в том числе причинение убытков вследствие:

– умышленных действий или бездействия арбитражного управляющего, выразившихся в нарушении им требований этого Федерального закона, других федеральных законов или иных нормативных правовых актов Российской Федерации либо федеральных стандартов или стандартов и правил профессиональной деятельности;

– незаконного получения арбитражным управляющим любых материальных выгод (доходов, вознаграждений) в процессе осуществления возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе в результате использования информации, ставшей ему известной в результате осуществления деятельности в качестве арбитражного управляющего.

Как разъяснено в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, по смыслу пункта 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве для взыскания с арбитражного управляющего в порядке регресса суммы произведенной страховщиком выплаты необходимо установить умышленный характер действий управляющего, повлекших причинение убытков, направленность этих действий на извлечение им собственной выгоды.

Суды не учли такое толкование применяемой нормы и отклонили доводы ФИО1 о том, что для переложения на страхователя в порядке регресса расходов по страховой выплате в пункте 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве используется тот же критерий, по которому в силу общих норм гражданского законодательства (пункт 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации) страховщик при наступившем страховом случае освобождается от выплаты страхового возмещения – умышленный характер действий, заведомая направленность действий на извлечение собственной выгоды (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.06.2017 № 304-ЭС17-1542, от 16.08.2017 № 309-ЭС17-4796, от 17.08.2017 № 310-ЭС17-4394, от 21.09.2017 № 309-ЭС17-6744, от 19.09.2023 № 305-ЭС23-8302).

При этом необходимо учитывать, что арбитражный управляющий является профессиональным участником дела о банкротстве и на нем лежит обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве). Однако указанное не означает, что нарушение им названных обязанностей, а также иных требований закона само по себе свидетельствует о наличии в его действиях вины в форме умысла, поскольку нарушение стандартного поведения обычного арбитражного управляющего может быть проявлением грубой неосторожности.

Вместе с тем ни при рассмотрении дела № А70-10741/2021, ни по настоящему делу судами не установлено, что совершенные ФИО1 действия были направлены на незаконное получение им любых материальных выгод (доходов, вознаграждений) в процессе осуществления возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве.

Общество, придерживаясь в ходе судебного разбирательства той же позиции относительно применения статьи 24.1 Закона о банкротстве, которая поддержана судами, не ссылалось на собственную выгоду ФИО1, извлеченную из незаконных действий, не представило доказательств, опровергающих его доводы об ее отсутствии.

Кроме того, суды первой и апелляционной инстанции, делая вывод об умышленном характере действий (бездействия) ФИО1, сослались на преюдициальное значение обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Тюменской области от 29.12.2021 по делу № А70-10741/2021.

Однако форма вины в виде умысла в действиях (бездействии) арбитражного (конкурсного) управляющего не установлена по делу № А70-10741/2021.

В названном деле суд пришел к выводу о наличии оснований для возложения на арбитражного управляющего ФИО1 гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, установив факт причинения вреда в результате совершения им не соответствующих требованиям Закона о банкротстве действий (бездействия), выразившихся в нерезервировании на счете должника суммы процентов по вознаграждению, причитающихся временному управляющему ФИО3 Но указания на форму вины в виде умысла ФИО1 судебный акт по указанному делу не содержит.

В свою очередь, общество в ходе рассмотрения настоящего дела иных подлежащих доказыванию обстоятельств умысла ФИО1 не приводило, соответствующих доказательств таких обстоятельств не представляло судам первой и апелляционной инстанций.

Суд округа отмечает, что убытки причинены в период действия договора страхования с обществом. Так, определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.01.2015 по делу № А75-11476/2013 производство по заявлению ФИО3 об утверждении процентов по вознаграждению временного управляющего приостановлено до реализации активов должника в ходе процедуры банкротства. Реализация активов должника и расчеты с кредиторами завершены в 2020 году. Конкурсное производство завершено определением суда от 11.12.2020. Следовательно, обязанность по резервированию и обращению в суд с заявлением об установлении вознаграждения арбитражного управляющего ФИО4 возникла и не была исполнена ФИО1 в период действия договора страхования с обществом.

Таким образом, при названных выше обстоятельствах и правильном применении положений действующего законодательства у судов не имелось оснований для отказа во взыскании с общества в пользу ФИО1 страхового возмещения, поскольку он возместил ФИО3 убытки от неправомерных действий, ответственность за которые застраховал перед третьими лицами, и как страхователь имеет право требования понесенных расходов за счет страховой выплаты (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.09.2013 № 2299/13 по делу № А14-5839/2012, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.08.2017 № 309-ЭС17-4796).

При этом суд округа учитывает, что денежные средства, составляющие судебные расходы на уплату государственной пошлины в размере 9007 рублей не подлежат взысканию, поскольку указанные расходы не являются объектом страхования по договорам страхования ответственности арбитражных управляющих. Понесенные ФИО1 по делу № А70-10741/2021 судебные расходы не являются убытками в гражданско-правовом смысле, поскольку связаны с реализацией не гражданско-правовых, а процессуальных прав и обязанностей сторон в рамках судопроизводства.

Данный подход соответствуют правовой позиции, выраженной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.2015 № 307-ЭС15-9455 по делу № А56-49262/2014, от 21.04.2015 № 303-ЭС15-3153 по делу № А73-6125/2014, а также постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.09.2013 № 2299/13.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции вправе изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

Учитывая, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, решение и постановление надлежит отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить иск в части взыскания с общества в пользу ФИО1 300 331 рубля 65 копеек страхового возмещения.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В силу части 5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалоб, распределяются по правилам, установленным названной статьей.

С учетом частичного удовлетворения требований истца (на 97,09%) расходы по уплате государственной пошлины по иску, апелляционной и кассационной жалобам распределяются пропорционально удовлетворенным требованиям и составляют в общем размере 14 745 рублей 06 копеек.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.09.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2023 по делу № А32-42704/2022 отменить. Принять по делу новый судебный акт.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Гелиос» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (дата рождения: 07.12.1961, место рождения: г. Калининград) 300 331 рубль 65 копеек страхового возмещения, 14 745 рублей 06 копеек расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части в иске отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Тамахин



Судьи

М.Н. Малыхина


А.Х. Ташу